Неправильная игра

Знакомую мисс белый лотос звали Фан Ци. В тот момент, когда ситуация на банкете изменилась, она и её спутники немедленно повернулись и побежали, но прежде чем она успела убежать слишком далеко, она поняла, что её и её спутников не преследуют, в то время как те, кто бежал быстрее их, были преследуемы морскими чудовищами. Фан Ци внезапно подумала о НПС, который околачивался вокруг этого игрока. Он сказал, что в течение тридцати дней они будут в безопасности. Если это так... Фан Ци немедленно изменила направление и побежала в противоположном направлении от остальной группы. — Фан Ци! Что ты делаешь?! — Вернись, Фан Ци! — Вы идите вперед! У меня есть кое-что, что я хочу подтвердить! — платье, в котором она была на банкете, было не очень удобным, поэтому она свернула его и завязала на талии, чтобы оно не мешало ей. Эти так называемые спутники Фан Ци не смогли вовремя остановить её, поэтому они могли только сдаться и убежать. Фан Ци уже сделала все необходимые приготовления, но она просто хотела ответить на этот вопрос, который был у неё на уме. Когда она столкнулась лицом к лицу с морским чудовищем, она сразу же остановилась на месте, и морское чудовище тоже остановилось. Это противостояние длилось всего три секунды, но Фан Ци показалось, что прошло очень много времени. Морское чудовище использовало свой хвост, чтобы поддерживать себя, а затем извивалось вокруг неё странным и неловким образом. Прежде чем Фан Ци успела отпраздновать это событие, она увидела, как в поле её зрения появились два человека после того, как морское чудовище отошло в сторону. На самом деле было не очень точно сказать, что они люди, потому что Фан Ци увидела хвост у знакомого НПС. Но... помимо её удивления по поводу личности НПС, что ещё больше шокировало Фан Ци, так это то, что даже в такое время игрок и этот НПС на самом деле целовались!!!

* * * * *

Сюй Цзыюэ оттолкнулся от Остина, чтобы посмотреть, что случилось, но прежде чем он успел повернуть голову, его толкнули на ближайший стол. Он был не очень большим, поэтому, когда Остин толкнул его вот так и держал за плечо, Сюй Цзыюэ оказался прижатым к стеклянной столешнице. Эта позиция проверяла пределы гибкости Сюй Цзыюэ. Сюй Цзыюэ почувствовал, что его талия вот-вот сломается. Он пнул ногой, чтобы немного отодвинуться назад, и попытался сесть. Но Остин встал и прижал Сюй Цзыюэ сильнее. — Подожди, твой хвост... ммм... Прежде чем он успел договорить, Остин закрыл ему рот. Хотя Остин часто дразнил Сюй Цзыюэ, он никогда не брал на себя инициативу быть более близким. Он целовал Сюй Цзыюэ, как будто это было впервые. В смущенном состоянии Сюй Цзыюэ в его голове возникло много вопросов. Что произошло на банкете? Что случилось с остальными? Это нормально, что хвост Остина так выставлен напоказ? Все увидят этот поцелуй, это нормально? И... Почему Остин вдруг делает это? Но у Сюй Цзыюэ не было времени разобраться в своих мыслях. Ощущение того, что кто-то лизнул его горло, сделало Сюй Цзыюэ одновременно зависимым и испуганным. Удовольствие пронзило всё его тело, но он также не мог не задрожать от ощущения прикосновения внутри. Когда Сюй Цзыюэ наконец смог оттолкнуть Остина, он потряс головой, чтобы избавиться от головокружения, и почувствовал легкий зуд из-за алкоголя. Он облизнул губы, обхватил голову руками и обиженно пожаловался Остину: — У меня болит горло... — Выпьешь? — Остин посмотрел на Сюй Цзыюэ и нашел его поступок очень забавным. — Нет. — Сюй Цзыюэ покачал головой и чуть не свалился со стола. К счастью, Остин вовремя поддержал Сюй Цзыюэ. Остин посмотрел в сторону на другого человека, который отбежал назад... Фан Ци. Он мягко спросил: — Насмотрелась? Всё тело Фан Ци задрожало. Она тут же покачала головой, а затем кивнула: — Э-э... Вы двое не торопитесь. Я откланяюсь. Остин кивнул и улыбнулся: — Будь осторожна. Фан Ци испуганно повернулась и пошла прочь ровными и твердыми шагами. Как только она вышла из бального зала, она вытянула ноги и убежала. Она слишком много знала. Если она всё ещё в состоянии жить, то эта её жизнь была чем-то, чем она должна дорожить. В оставшееся время на этом корабле... Она должна использовать это как шанс отдохнуть. С другой стороны, Сюй Цзыюэ огляделся, держась руками за голову, и увидел, что остались только он и Остин. Остин наблюдал, как Сюй Цзыюэ медленно протрезвел, и чувствовал, что его растерянный взгляд был совершенно забавным. Как только Остин подошел ближе, рука Сюй Цзыюэ, державшая его голову, опустилась. С пятью растопыренными пальцами, всё его лицо было закрыто — самое главное, его рот был закрыт. — Не могу целоваться... Горло болит. Остин рассмеялся. Он убрал руку Сюй Цзыюэ: — Что-нибудь ещё, кроме горла? Сюй Цзыюэ тут же упал вперед и положил голову Остину на плечо. — ...Голова тоже болит. Как только Остин собрался что-то сказать, снаружи послышались ужасающие крики. Сюй Цзыюэ снова поднял голову и нахмурился: — Что это за звук? Остин поднял руку и прижал голову Сюй Цзыюэ обратно к своему плечу: — Ничего. Сюй Цзыюэ хихикнул: — Если красавец говорит, что это ничего, значит, это ничего. Остин: «...» Остин откинулся на спинку кресла и накрылся одеялом. Затем он без усилий поднял Сюй Цзыюэ и заставил последнего сесть ему на хвост, так что они сидели лицом к лицу. Сюй Цзыюэ обнял Остина за шею и смотрел на него влюбленным взглядом, пока Остин катил коляску. Кровь и куски плоти были разбросаны по всей дорожке. Остин опустил голову Сюй Цзыюэ себе на плечо, так что тот ничего этого не заметил, когда они проходили мимо. Когда они, наконец, добрались до комнаты Остина, он оттолкнул голову Сюй Цзыюэ и увидел, что глаза последнего были широко открыты. Ему явно больше не хотелось спать. Но Сюй Цзыюэ, казалось, всё ещё был в оцепенении. Остин просунул руки под мышку Сюй Цзыюэ и без усилий уложил его на кровать. Затем он спокойно уставился на Сюй Цзыюэ, ожидая, что тот сделает что-то неожиданное. — Я хочу пописать. — внезапно сказал Сюй Цзыюэ, который долгое время был в оцепенении. Остин приподнял уголки губ: — Тогда пописай. Сюй Цзыюэ сжал ноги вместе и заерзал: — Нужна рука, чтобы держать его... — А как насчет твоих рук? Сюй Цзыюэ упал обратно в постель Остина: — Мои руки устали, и я устал... Оно вот-вот просочится. Остин замер. Он схватил Сюй Цзыюэ за лодыжку, и выражение его лица слегка потемнело: — Нет. Остин стащил Сюй Цзыюэ с кровати, а затем неохотно помог Сюй Цзыюэ выйти в ванную... Но как только он это сделал, Сюй Цзыюэ стал немного озорным и немного попал на него. Остин воспользовался этой возможностью, чтобы также вымыть Сюй Цзыюэ. Всё то веселье, которое было раньше, теперь исчезло. Когда он, наконец, лег на кровать, Остин был измучен. После долгого возни в уборной и принятия ванны Сюй Цзыюэ стал мягким и ленивым. Он изогнулся всем телом, обхватил ногами хвост Остина и лег прямо на него. Затем тихим голосом, который отличался от того, что он слышал раньше в ванной, где он кричал, как бешеная собака: «Бой на воде!», Он схватил рубашку на груди Остина и жалобно сказал: — Я хочу спать. Остин вздохнул. Он ничего не мог сделать пьяному Сюй Цзыюэ. Была ли это преднамеренная провокация или угрозы, Сюй Цзыюэ не мог понять. Остин сказал: — Тогда спи. Сюй Цзыюэ изо всех сил старался держать глаза открытыми и продолжал смотреть на Остина. — Разве ты не сонный? — Остин потянул Сюй Цзыюэ за волосы, — Почему? Больше не хочется спать? Сюй Цзыюэ продолжал смотреть на него и невинно спросил: — Ты будешь во сне? Остин помолчал, прежде чем ответить: — Нет. Когда Сюй Цзыюэ услышал ответ Остина, он закрыл глаза. Остин протянул руку и открыл веки Сюй Цзыюэ: — Что это? Засыпаешь так быстро, раз меня в нем нет? Сюй Цзыюэ убрал руку Остина и посмотрел на него, как ребенок, просящий конфету. Он сказал беспомощным тоном: — Я хочу поспешить и найти тебя во сне. Затем Сюй Цзыюэ поднял руку, чтобы прикрыть глаза Остина: — Поскорее засыпай. Ресницы Остина мягко коснулись ладони Сюй Цзыюэ, и некоторое время он молчал. Когда рука Сюй Цзыюэ медленно соскользнула, Остин увидел, что Сюй Цзыюэ уже заснул. Пьяные люди всегда легко засыпали, но они также легко просыпались посреди ночи. Хруст съедаемых твердых предметов был одновременно неприятным для слуха и резким. Этот звук сопровождался также сильным запахом крови. Сюй Цзыюэ брыкался ногами и пребывал в полусне. Ему казалось, что он слышит голос Остина, но он также, казалось, не слышал его. После этого эти ужасающие элементы исчезли. В это время игра в резню, происходившая на круизном лайнере, достигла своего апогея. Когда Чжан Чжан сбежал на десятый этаж, он кое-что заметил. Сюда, в комнаты, морские чудовища не приходили.

* * * * *

Рано утром те двое, которые спали, обнимая друг друга, проснулись. Сюй Цзыюэ на самом деле не помнил, что произошло после того, как он выпил, и его голова слишком сильно пульсировала, чтобы он мог использовать свой мозг. Но раз он смог поспать с Остином, значит, что-то случилось. Сюй Цзыюэ поменял угол шеи, чтобы полюбоваться спящим Остином, но это небольшое движение разбудило мужчину. Сюй Цзыюэ не смог выразить, каким красивым был Остин, когда в его голове возникла сцена в ванной прошлой ночью. Кажется, он... случайно... плеснул немного своей телесной жидкости на хвост Остина... Сюй Цзыюэ запаниковал. Он чувствовал, что его смерть неминуема. Затем его глаза встретились с медленно открывающимися глазами Остина... — Ты мне нравишься, Остин. В любом случае, он должен сказать что-нибудь приятное. Сюй Цзыюэ инстинктивно отреагировал, пытаясь спастись. Для Сюй Цзыюэ, если бы он сказал что-то приятное, это означало, что он должен похвалить внешность Остина, но в подобной ситуации это, конечно, было бы признанием! Остину не нравился Сюй Цзыюэ, любящий его только из-за его внешности. Это было то, что Сюй Цзыюэ понял после того, как они дважды обменялись поцелуями с ним, не видя лица Остина оба раза. Встречаться с кем-то, кому ты нравишься только из-за твоего лица — не каждый может принять что-то подобное. Сюй Цзыюэ знал это. Но чего он не ожидал, так это... Остин тоже был немного сбит с толку сном. Голос Остина был хриплым. Слегка прищурив глаза, он положил руку на голову Сюй Цзыюэ и подсознательно ответил на признание Сюй Цзыюэ. Он ответил немного бессвязно: — Ммм... Ты мне тоже. Сюй Цзыюэ был ошеломлен. Как только он закончил это говорить, глаза Остина полностью открылись. Вся сонливость, которая была раньше, исчезла. Теперь он полностью проснулся.