My truth to you

***

      С мягкой улыбкой Лука наблюдал, как Маринетт, вернее, Ледибаг перемешивает деревянной ложкой таинственную фиолетовую жидкость в маленьком черном котле. Он всегда знал, что Маринетт потрясающая, но когда узнал, что она Ледибаг, его сердце затрепетало еще сильнее.        «Конечно, здорово быть Ледибаг. У меня есть эти силы, эти потрясающие квами», — она указала на троих из них, которые парили прямо над ее кроватью.       В другой руке она держала какие-то заметки на языке, который практически невозможно было понять.       «Но ты можешь себе представить, что было бы, если бы я вообще смогла запретить Бражнику создавать злодеев?» Она продолжала помешивать, но несколько мгновений спустя она отступила назад, поворачиваясь лицом к стене. «Ха! Он был бы разрушен!» Она положила деревянную ложку обратно в котел и указала на доску с жертвами. «Ты заметил, что Мотылек, похоже, гораздо чаще стал реакуманизировать людей в наши дни?» Ледибаг ушла глубоко в свои мысли. Она держала одну руку под подбородком, а другую прямо под ним. «Потому что он уже знает их и понимает, как лучше ими манипулировать».       Лука подошёл к ней, встал рядом. Он прислушивался к каждому слову, которое вылетало из ее уст. Сколько раз он был акуматизирован? Глушитель был один. Правда была другая. Время, когда дочь мэра выманила всех героев, тоже в счет? «Ты права. Меня акумананизировали как Глушителя и Правду. Я знаю, что это немного, но все же…».       Ледибаг вынырнула из своих мыслей, и повернулась к парню. Искренне посмотрела ему прямо в глаза. «Прости, Лука. Мне пришлось держать это в секрете, когда ты превратился в Правду».       «Я не говорю, что это плохо, Маринетт. Теперь, когда я знаю твой секрет, ты знаешь, что я всегда прикрою твою спину.» Как-будто последняя фраза, которую он только что сказал, врезалась в кирпичную стену. Конечно, она не слушала. Он проследил за ее взглядом и сам посмотрел на доску. Его глаза расширились от шока, когда он увидел мистера Голубя. «Вау», — это было все, что он мог сказать. — «Я знаю, что Месье Голубя много раз акуманизировали, но семьдесят один раз?»        Ее голос стал сочувствующим: «Он всего лишь безобидный парень, пытающийся заботиться о своих голубях. Это так несправедливо. Я обещала ему, что найду способ уберечь его от Мотылька, но я никак не могу придумать.» Она разочарованно всхлипнула. «Я ничего не понимаю в этой книге заклинаний!»       Это то, что нравилось синеволосому гитаристу в Маринетт. Она заботилась обо всех, кем бы они ни были… За исключением Лайлы или Хлои.       Вэйзз тоже был бок о бок с Ледибаг.       «Мастер Фу тоже мало что понимал в этом, но он смог бы расшифровать её, если бы у него было достаточно времени и отдыха».        «Придержи эту мысль, Вэйзз!» Казалось, над ее головой вспыхнула лампочка. Она взяла щепотку чего-то и положила в котел. "Кажется, Я придумала.»        КАБУМ.        Взрыв отбросил Ледибаг и Луку на несколько футов. Луку откинуло в стену так, что он успел ухватиться и не повалиться на пол, а вот Маринетт повезло меньше. Она упала прямо на пол, однако она быстро вскочила с разочарованным выражением лица.        «Я была уверена, что пряный перец будет разгадкой». Она медленно подошла к котлу.        Сасс и Трикс направились к Луке.       «Помогите нам урезонить ее, пожалуйста». Взмолился Трикс.       «Да-с-с. Похоже, что наша Маринетт устала. От такой работы нужен перерыв».       Лука твердо кивнул. Он подошел ближе к Ледибаг, которая все еще была взволнована. Подойдя к ней, он нежно положил руку ей на плечо. «Как долго ты этим занимаешься, Маринетт?»       «Не знаю» — честно сказала она. «Может быть, шесть или семь дней». Она повернулась к Луке и раскинула руки. «Или, может быть, десять! Теперь, когда у нас весенние каникулы, у меня наконец-то есть время, чтобы вложить в это все свое сердце». Ледибаг что-то встряхнула и снова посмотрела на котел с фиолетовой жидкостью.       Лука посмотрел на ее угол с незавершенными рисунками. «Что случилось с работой над твоими дизайнами?»        Она еще раз взяла книгу с заклинаниями снова посмотрела на гитариста: «Я часто занимаюсь дизайном. Смотри!» Она указала на какое-то странное приспособление, которое приделала к своему люку. «Я разработала систему безопасности, чтобы никто не мог войти в мою комнату, когда меня нет в ней, а если я надену эту шляпу», — она надела нелепую шляпу с привязанными к ней шумовыми локаторами и повернулась к Луке. «Я слышу все, что здесь происходит, даже когда выхожу из комнаты!» Девушка улыбнулась.       Лука усмехнулся. «Это, конечно, круто, Маринетт.» Он снял с нее шляпу и повертел в руках. «Но понимаешь, я не знаю, через что ты сейчас проходишь, но когда я пытался понять твою мелодию, я обнаружил, что не могу сосредоточиться ни на чем другом, что также важно для меня. Иногда, простое сосредоточение на чем-то одном может привести к срывам. Когда это происходит, важно сделать перерыв».        «Ни за что,» — Ледибаг отошла от Луки и вернулась к котлу. Она взяла записи из книги заклинаний. «Никаких перерывов, пока я не придумаю, как удержать Бражника от реакуманизации людей!» Она взяла контейнер с синим веществом и вылила его в котел. БУМ!        Заметки из книги заклинаний разлетались повсюду, и оба подростка снова были отброшены назад.       Лука вновь осторожно начал. «Я понимаю, как много это значит для тебя, Маринетт.» Он слегка опустил голову. Он был не очень хорош в таких разговорах. Ему казалось, что он лезет ей в голову. Если бы у него была гитара или что-то в этом роде, он мог бы легко привлечь ее внимание.       «Лука, Мотылек нацелился на людей, которых я люблю», — нахмурившись, она вернулась к котлу. «Я не могу перестать это делать. Я не перестану».        Сасс и Трикс печально посмотрели на Луку.       Синеволосый гитарист оглядел комнату. Его взгляд остановился на разбросанных фотографиях Адриана. Было ясно, что он все еще ей нравился, если она все еще хранила его фотографии. Он был не из тех, кто кого-то осуждает. «На днях к Джулеке приходил подруги, и я слышал, как они говорили, что Адриан и Кагами расстались».       Это, казалось, привлекло ее внимание, поскольку она довольно быстро обернулась. Стекло, которое она держала, разбилось, потому что она уронила его. «Что, ты серьезно?!»       Лука удовлетворенно улыбнулся двум квами рядом с ним.        «Я должна пойти и утешить Кагами!       Кагами?! Его рот слегка отвис.        Она сбросила халат. «Бедняжка! Она должно быть опустошена!» Божья коровка закрыла лицо руками и грустно посмотрела вдаль…        Гитарист немного растерялся. Разве Маринетт не была бы в восторге, узнав, что Адриан не в отношениях? — «А что с Адрианом?»       «Адриан? Я не собираюсь утешать Адриана. Я все равно буду заикаться все время. К тому же у Кагами нет друзей, кроме меня и него. Я должна утешить ее.» Когда она это сказала, на ее лице была грустная улыбка.       Мелодия в ее сердце была грустной. Казалось, ее сердце разрывалось, когда она говорила то, что сейчас была у неё на уме. Его вопрос был: почему? Почему она не была честна в своих чувствах? Он может и не разговорчив, и все такое, но он понимал ее по крайней мере. «Ты как всегда потрясающая девушка. Иди к Кагами, заодно проветришься». На этом он остановился, так как не хотел говорить что-то еще грубое. В конце концов, он еще не очень хорошо владел словами. «Пока тебя нет, я постараюсь во всем этом разобраться, хорошо?»        Широкая улыбка скользнула по ее лицу. «Ты правда поможешь мне?»        Он кивнул головой: «Ты больше не одинока, помнишь?»        Ледибаг обняла его, а улыбка все еще оставалась на ее лице. Она нежно поцеловала его в щеку и поблагодарила. Затем поспешила к люку.        « Подожди…» — позвал он ее. — «Я не думаю, что ты бы хотела, чтобы твой секрет был раскрыт твоим родителям, не так ли?»       Она посмотрела на себя и порозовела от смущения. «О, верно. Трансформируюсь!»       Она снова попыталась уйти, но Лука опять позвал ее. «Что?» Она посмотрела на него с удивлением. «Ты большая молодец», — одними губами произнес парень.       Маринетт остановилась, чтобы поговорить с мамой. «Ах, милая! Твой научный проект наконец-то завершен?»       «Да! Я…» — ее прервало урчание в животе. «Я имею ввиду нет!» Она полностью повернулась к своим родителям. Ее руки хлопали себя по бедрам. «Лука помогает мне, так как он старшеклассник. Он сказал, что мне нужно сделать перерыв, так как я и так сделала много работы сегодня.» Ее руки поднялись к животу, когда он снова зарычал.       Оба ее родителя улыбнулись. Отец протянул ей корзину со свежей выпечкой. «Может быть, тебе стоит взять что-нибудь с собой, чтобы поесть, пока ты идешь на перерыв».        «Спасибо! Вы лучшие!» Она поцеловала папу в щеку и обняла маму.