Моя прекрасная няня

      — Хенджин, твою налево! — очень пронзительно орет Чанбин, нанося духу удар железной трубой, которую подобрал в туалете. — Надеюсь, ты зарядил ружье или я снова окажусь в аду, а я не хочу!       — Ха, легко сказать, когда тебя окружают еще пол десятка этих духов. — Хенджин издает нервный смешок, руки нещадно тряслись и зарядить соль в пушку становилось все труднее, но еще один крик Бина «шевелись, Джини!», заставляют сделать свою работу быстрее. — Наконец-то, черт возьми.       Хенджин ищет глазами главного духа и стреляет в него солью, а теперь у них есть всего лишь пару минут добежать до могилы Лэ Пуэля и сжечь его кости, чтобы он и его клоны не появились больше. Чертовы больные ученые, которые расщепляют себя на куски, злятся и убивают людей. О чем вообще думают эти ученые, когда занимаются данным? Господи им, что собак не поразводить?       — Джини, пиздец, бежим! — Чанбин успевает ухватить брата за рукав куртки и пуститься в бега до могилы этого сраного Пуэля. Жаль, могила не находится на заднем дворе, как у многих ученых. — Так беги сжигай кости, я тут их буду останавливать, и быстрее, Джини, руки в ноги!       Хени кивает и бежит в лес, да, Лэ Пуэль был похоронен в лесу, как и его клоны, ну, тела с частичкой его души. Как у него так вышло, история умалчивает. Честно ни Бин, ни Джин не хотели этого знать. Уж увольте, но не давайте знать, каким мукам подвергал себя этот ученый с поехавшей головой. Нет, Чанбин мог узнать, чтобы потом кому-нибудь страшилку рассказать, но что-то как-то не очень хотелось этого…       — Эй, Лапуля, я тут! — Чанбин усмехается, маша стволом, заигрывает. Пуэль летит на Чанбина, а тот выстреливает. — Ой, прости, на первом свидании не целуюсь. — Чанбин подмигивает, а на него налетает еще один призрак. — Как не красиво с твой стороны так настойчиво подкатывать, шалунишка какой. — И вновь выстрел. У Чанбина крутилась лишь одна мысль, как бы им спалить кости… не спалив лес.       Лес.              Горит.       Твою-то мать.       — Хенджин, к чертовой матери, объяснись! — Бин орет, на выбегающего из леса Джина, тот запыхавшись, пытается отдышаться, но брат его снова тянет на бег. Джину охота матерится.       — Да, что тут объяснять, тела разбросаны по всему лесу, вот я и решил, что лучше выхода нет, как спалить весь лес, — Джин поджимает губы, разводя руки в сторону. Чанбин делает вдох-выдох, прикрывая на секунду глаза, а потом, сощурив глаза, осознает масштаб проблемы, которую они создали, весело хмыкает, кивая, мол, ладно и так прокатит.       — Ладно, это уже не наши проблемы, мы свое дело сделали, — Бин перезаряжает ружье и разворачивается к выходу, идя веселой походочкой. — Ну, чего встал, или вместе с Лэ Пуэлем веселиться в огне будешь?       — Иди ты, — Хенджин щуриться, высказывая свое недовольство в двух словах, за большое и попасть по голове может.       Чанбин садится в импалу, поворачивая ключ зажигания, только Джин успевает уместить свой зад на сидение машины, как импала издает рык и трогается с места. Они наконец летят прочь с проклятого места, у которого долго будет дурная слава и там точно будут ненавидеть братьев Со из-за того, что разрушили там… ну, не мало, сами понимаете. Братья не переживают об этом точно, потому что люди спасены и теперь призраки не будут утаскивать людей. По дороге они останавливаются на одной из заправок, чтобы перекусить и дать себе немного отдыха от постоянной дороги.       — Сколько времени сейчас? — Джин разлепляет глаза, пару раз моргая ими, встряхивает головой, садится. — Мы приехали?       Чанбин отрицательно мотает головой.       — Можешь еще поспать.       — Нет, давай поменяемся, ты уже давно едешь, — Хенджин показывает на обочину, Бин же из-за слипающихся уже давно глаз быстро слушается своего младшего. — Давай, Бин, будь паинькой, поспи.       — Заткнись, ты хоть знаешь куда? — недовольно мычит Чанбин, Джин в утверждении кивает. — А, точно, я же говорил тебе на заправке.       Со Чанбин и Со Хенджин — братья-охотники за нечестью, катаются на импале по миру и убивают всяких тварей, что мешают жить, а твари пытаются убить их. Вот так они и живут бок об бок. Романтичная жизнь у них, конечно, постоянно в разъезах из штата к штату из города в город. Ночуют в мотелях, иногда в импале, питаются едой с заправок и расплачиваются левыми кредитками. Не жизнь, а сказка. Порой обращаются за помощью к дяде Киму, который им как отец, может даже лучше… Отца уже давно не было, и дядя Ким идеально справлялся с его заменой.       Около пяти утра парни приезжают к первому мотелю, заходя внутрь. Внутри их встречали дешевые обои, которые аккуратно поклеены, красивые девушки за ресепшеном, которые скрашивали это место. Чанбин подходит к одной из девушек и нахально улыбается, облизывая губы, флиртует. Хенджин закатывает глаза, когда видит, как девушка закусывает нижнюю губу, с легкой улыбкой, а она даже не подозревает, что ее два брата обводят вокруг пальца. Ну, этим прелестным дамам и не дано понять, что такой красавчик, как Чанбин умеет обольщать и влюблять в себя не только женщин. Хенджин шумно вздыхает, а Бин все продолжает флиртовать с девушкой, которая явно уже потекла с того, какой мужчина к ним приехал.       — Ну, давай, до вечера, с меня причитается. — Старший брат подмигивает, а Джин искренне не понимает, как ему на это сил хватает.       — Боже, Бин, пошли уже, — Джин кивает девушке, с натянутой улыбкой, и они, о боже, наконец, поднимаются наверх в свой номер, где первым делом Бин укладывается на постель, а Хенджин, как самый заботливый брат пинает его. — Ну, и чего мы здесь?       — Дело есть, — кряхтит Чанбин в подушку, засыпая. Хенджин надувает губы, думая, что ему бы тоже, наверное, поспать стоило бы.       Чанбин просыпается первым, он поднимается с кровати, сладко потягиваясь. Хенджин же сидел за столом и пил свой кофе, залипая в ноутбук.       — Что интересного пишут в новостях? — Спрашивает Бин и усаживается за стол к Джину.       — Пока ничего интересного для нас нет. Про появления ангелов или демонов не пишут. — Хени пододвигает кофе брату, тот кивает в знак признательности и отпивает его. — Чан так и не объявился.       — И не объявится.       — Не будь пессимистом, эта роль дяди Кима. — Хенджин закрывает ноутбук, закусывая губу. — Так, что насчет дела?       — А, я толком сам не знаю ничего, нужно съездить по одному адресу.       — А откуда информация тогда?       — Телефон дяди Кима звонил, и я решил взять трубку вместо него, а там голос парня, и он просил помощи, потому что думает, что его отца убили, и не просто люди, а монстры.       — Чанбин встает с места, подходя к своей куртке. — И поэтому мы тут и сейчас едем к нему.       — Поехали, разберемся       Мотор импалы с ревом гудит, и братья выезжают с парковки мотеля. Они мчат до дома, в котором проживал парень и его вроде как убитый отец. Городок выглядел многолюдно и оживленно, но чем-то все равно от себя отстранял, может своей негативной аурой или же своей очередной нечестью, которая здесь повелась. Долетев до дома, они выходят из машины и смотрят на многоквартирный дом, ну не совсем уж и многоквартирный в таком-то городе, но три этажа было точно.       — Нам на второй этаж, 2/4 квартиру. — Говорит Бин, смотря на бумажку, на которой корявым подчерком было начеркан адрес. — Что встал-то, пошли!       Чанбин подгонял Джина на второй этаж, чтоб если что, то на него прыгнула нечисть какая-нибудь. Джин же сильный и высокий по любому сможет защитить своего брата, который не был низок, но все его считали по сравнению с Хени коротышкой. Это было унизительно на минутку.       — Стучи ты в дверь, — шепчет Джин, указывая глазами на нее.       — Ха, трусишка.       — Сам такой, вспомни про…       — Заткнись, мы зареклись не вспоминать про собачку, понял?       — И долго вы будете переговариваться за моей дверью? — Вдруг дверь распахивается и перед ней встает школьник, который ниже Бина на пару сантиметров. У него были грустные красные кошачьи глаза, аккуратный нос без горбинки и хмурые брови. — Вы кто?       — Я тот, кто говорил по телефону дяди Кима, Чанбин, — указывая на себя пальцем, говорит Бин. — А это, — рука ложится на плечо Джина, — Мой брат — Хенджин. Ты?       — Ли Минхо. — Минхо отходит, в сторону пропуская их в квартиру. — Вы пришли по моей просьбе?       — Ну да, ты слишком уныло звучал по телефону. — Чанбин огладывает помещение, в котором они находились. Это была не большая, но уютная квартирка. Старшего сразу переносило воспоминаниями в прошлое, где они с отцом и братом постоянно кочевали из города в город из мотеля в мотель. Он горько усмехается. — Чем помочь тебе?       — Мне кажется моего отца грохнули. — Минхо поджимает губы, видно было как этот малец переживает, хотя активно пытается это скрыть. Так же поступал Джин в его годы, каждому подростку бывает страшно, когда твоего отца или брата пытаются грохнуть или уже.       — Можно осмотреть его комнату? — Хенджин смотрит в сторону запертой двери справа, Минхо кивает. — Он вел себя как-нибудь подозрительно?       — Мой отец не ходит в бары обычно, ну, очень редко. Но в этот раз уж зачастил каждый вечер там торчал.       — Понятно, ты следил за ним?       — Еще бы. — Этот парень уж очень громко хмыкает, а затем косится на Бина, что задумчиво рассматривал квартиру и комнату его отца. — Он зависал каждый день в баре, я должен был узнать в чем причина.       — И в чем же? — вдруг спрашивает Чанбин.       — Ну, — задумавшись, произнес Хо.       — Пойдем поговорим на кухне, Минхо, а Джини, пока все осмотрит, — Со старший тянет улыбку, стараясь очень по дружелюбному это произнести. — Какие у вас с отцом отношения были?       — Что ни на есть самые лучшие, — хмыкает Ли. — Мы были не разлей вода, куда он, туда и я.       — Ясно. — А у Чанбина в голове потоком мысли об отце и их «путешествиях», о брате и обо всем сразу. Этот Минхо слишком напоминает ему кого-то, а точнее себя. Он надеется, что это не так и все его догадки вымысел. — Отец работал где-нибудь?       — Ну, да, постоянно пропадал на работе. Меня порой не замечал, — у Минхо чертовски грустная усмешка, а Чанбин почему-то хочет обнять его. — Ну, не важно. Он всегда говорил, что это для нашего блага.       — И мой, — не сдерживается Чанбин. — Мой постоянно так говорил.       — Копы не бывают грустными, — говорит Минхо, а Джин с усмешкой входит на кухню.       — Бывают.       — Все осмотрели?       — Да, довольно миленько у твоего отца. — Хенджин хмыкает, прищуривая глаза. Он осматривал Чанбина, который был погружен мыслями и Хо, который прикусывая губу, смотрел на его брата. Интересная картина. — Минхо, мы пойдем, если будут новости – звони.       — И, если мы не вернемся, позвони ему, он поможет. — Чанбин подает в руки бумажку с номером, которого Хенджин не знал, может и знал, но сейчас не придал этому никакого значения.       Минхо хмурил брови, надуваясь как воздушный шарик, губы превращались в одну полоску, а глаза наливались слезами.       — Только попробуйте не вернуться. Вы двое! — Минхо крикнул очень отчаянно, из-за чего Бин нервно сглотнул.       — Тихо ты, не кипятись, если хочешь можешь пойти с нами?       — Бин, он же…       — Только не говори, что я ребенок, боже… Конечно, я пойду с вами. — Минхо хмурит брови еще сильнее, а Бин думает, что это весьма привлекательно в его лице.       Братья выходят первыми из дома, а за ним уже с сумкой подтягивается Минхо, который уж очень недоверчиво смотрел на братьев, может потому, что его отца убили или просто они выглядели ненадежно. Тут не угадаешь, да и братья в гадалки не нанимались, чтобы гадать, поэтому они шли, тихо перешептываясь, впереди. Хенджин пытался понять мотив Бина, зачем он позвал с собой ребенка, а Бин качал головой, мол так надо, иди молча. Хо же, смотря на эту все картину, думал, либо эти парни придурки и они не понимают, что Ли их слышит, либо они не придурки и это какой-то психологический трюк.       — Эй, мелочь, поедешь сзади. — Чанбин указывает на заднее сиденье. — Сумку в багажник кинь.       — А если я не умею его открывать?       — Так научись, — Джин кидает слова в Ли.       — Тц, — цокает Хо, борясь с багажником, но все было четно.       — Ладно, давай помогу. — Бин подходит к парню, укладывая на руку Хо свою, аккуратно зажимает, открывая. — Вуаля, кидай.       Минхо садится на заднее сиденье, раскидывая руки на его спинку. Ухмылка ползет по лицу, а глаз сужаются в опасную щелку.       — Ну, что, парни, вы думали, я не пойму, что вы охотники?       Джин поворачивается к Минхо, хмыкая. Чанбин же ничего не говорит, хотя Ли, наверное, хотел бы услышать от парня со смолянистыми волосами хоть что-нибудь. Этот второй хоть и был привлекательным, но оставался большим и выглядел как типичный козел. У этого бугая были волосы посветлее на пару тонов и подлиннее. У парня за рулем же, вроде как Чанбина, волосы были короткие и он их постоянно зачесывал назад.       — А, кстати, красивые заколки, Минхо, — вдруг говорит Чанбин. — И волосы твои русые красивые.       — Эм, спасибо. — Хо если честно в замешательстве.       Нет, у него правда волосы длинные и светлые. Правда заколки в волосах были, их отец подарил Минхо, чтобы волосы не лезли в глаза. Ли думал о том, что его отец всегда желал Минхо лишь добра и нисколечко зла, ведь он любил его и принимал любым. Минхо хотел бы, чтобы отец был жив, и он хотел бы, чтобы он сейчас не был здесь. Глаза постепенно наливаются слезами. «Черт, опять», думает светловолосый.       — Хей, Минхо, мы приехали. — Младший Со оборачивается назад, дотрагиваясь до колена Хо. — Выходи.       Светловолосый покидает машину следую за Джини, как его называл Чанбин, останавливаясь около багажника, тыкая в него.       — Открой его, мне нужно забрать вещи.       — Будь капельку уважительнее со мной, — Джин хмурится, хмыкая. — Чанбин забрал твои вещи, так что. И сколько тебе лет вообще?       — А тебе то сколько?       — Сколько нужно, пошли. — Хенджин фыркает, проходя в мотель в их купленную комнату. — Итак, теперь-то мы можем поговорить насчет дела?       — Минхо так хорошо держался, не раскрыв ни одного папиного дела. — Старший одобрительно замычал, Джин же искривился в улыбке, представляя как Бин поедает бургер с таким же урчащим мычанием. — А теперь, мелочь, выкладывай, что знаешь.       — Не много, если честно. Конечно же, я охотился с папой, он научил меня основам, но в суть дела не посвящал, в последнее дело пришлось посвятиться самому. — Минхо поправляет свои заколки в волосах. Затем хмурит брови, поднимая взгляд на Чанбина, задерживается. — Мой отец был хорошим охотником, он убивал тщательно и быстро, и меня так же учил. А про последнее дело… Мой отец разузнал, что тут кто-то похищает людей, и сразу пошел спрашивать и узнавать, мол что происходит и узнал, что тут обитают ветала, такая дрянь. Он мне сказал дома сидеть не высовываться, но я же не такой, поэтому следил и в какой-то раз увидел, что его уводит женщина какая-то, а потом все он пропал.       — Н-да, не весело как-то. — Чанбин разворачивается ко столу, беря с него блокнот отца. — Наш отец тоже охотился на такую вместе со мной… а Джини тогда уехал от нас.       — Я просто охотился отдельно и всего-то. — отвечает длинноволосый на упрек брат.       — Отдельно, хах… еще и жил, и учился. Ладно, когда мы охотились, мы тоже думали, что будет одна ветала, видимо твой отец нашел, как и мы неправильную информацию.       — Как это? — недовольный взгляд Минхо, который до этого блуждал по комнате, вновь был на Чанбине. — В смысле не правильная?       — Без смысла, неправильная и все. Веталы охотятся вдвоем. — Темноволосый хен поднимает взгляд на Минхо. Их глаза пересекаются, и Ли быстро теряется, уводя свои шоколадные глазки подальше.       — Но я видел только одну!       — Ну, мало ли, что ты видел, — Джин закатывает глаза, Хо же предается ему тоже закатывая.       — Эй, я все, конечно, понимаю, но у вас двоих сейчас глаза из орбит выпадут. — Старший начинает листать блокнот, останавливаясь на нужной странице, кивает. — Вот отец тут пишет, что веталы очень хитрые и красивые, они принимают свой истинный лик, когда кормятся или, когда выловили жертву и им нужно ее усыпить своим ядом. А потом стоит примечание, одна обычно вылавливает и прячет их в логово, вторая отгоняет машину.       — Черт, — выругивается Минхо. — Черт, черт, черт.       Минхо не может сдержать слез, отворачиваясь от братьев. Губы предательски дрожат, а слезы с новой силой катятся по лицу. Ли старается плакать настолько тихо, чтобы эти двое его никак не слышали, но он забыл, что они находились в одной комнате. Минхо спиной чувствовал, как Хенджин покидает комнату, несильно хлопая дверью. В комнате оставались Чанбин вместе с ним.       — Чего ты не уйдешь?       — Джини дает тебе пространство и время, а потом тебя успокоит, он всегда такой, — Чанбин поджимает губы. — Я же не такой, я просто буду рядом, пока тебе плохо, чтобы ты не чувствовал себя одиноким.       — Ха-ха, если я хочу побыть один?       — Побудь один, но при мне. — Чанбин подходит к Минхо, садясь рядом.       Бин просто сидел рядом с Минхо, а младший чувствовал себя замечательно. Бин просто листал блокнот, кивая каким-то вещам, а Минхо, продолжая плакать, чувствовал себя и правда не одиноким во всем мире.       — Мой отец умер?       — Никто не знает наверняка, — Чанбин пожимает плечами, пока светловолосый борется с желанием кинутся в объятия старшего. — Будем надеяться, что жив, но ты должен быть готов к худшему.       — Не ожидай ничего и не расстроишься? — Смотрит на Чанбина Минхо.       — Типа того, ты, как охотник, должен это понимать.       — Никому я ничего не должен.       — Ну, конечно. — Чанбин хмыкает. — Я пошел за Джини схожу, а ты посиди отдохни, можешь лечь спать на одну из кроватей.       Минхо так и делает, он ложится на кровать. Этот день его вымотал окончательно, слезы собираются в уголках глаз, Хо сворачивается калачиком, жмуря глаза, старается заснуть. Голова воспроизводит разные события жизни, которые связаны с его отцом, их совместной охотой, их прогулками и пикниками. Минхо вновь охота обнять отца, но остается лишь лежать на кровати в душном мотеле и размышлять о том, что убили все-таки или не убили, справятся ли эти двоя со своей задачей и, конечно, же о разъедающей боли в душе Ли.       — Эй, Минхо, будешь… содовую? — спрашивает Чанбин, заглядывая в комнату, он потом осекается, видя пред собой свернутого в калачик парня. — Какой ты милый, пока спишь.       Старший снимает с головы Минхо неснятые им заколки, укрывает его одеялом и оставляет содовую на столе. Погладив по голове, Чанбин возвращается к брату и их разговору про ветал, как их убить и, что они собираются делать с Минхо, если его отец все-таки мертв.       — Ладно, хорошо, что вы охотились с отцом на них и мы знаем, что там будет не одна, — говорит Джин, отпивая пиво. — Он успокоился?       — Он уснул, такой хороший.       — Пока спит зубами к стенке. — цокает Хенджин. — Так что, мы решили насчет завтра?       — Не знаю, Джини, не знаю. Минхо очень тяжело, но я уверен, что этот попрется с нами, потому что отец и все такое. — Темноволосый очерчивает взглядом комнату, а затем возвращает глаза на брата. — Давай решим утром?       — Нет уж, давай сейчас, Бин.       — Ну, мы знаем, где они обитают, так ведь?       — Ну, частично, отца Минхо видели около бара, там они поди-ка и тусуется больше всего. — Джин поджимает губы. — А так да, конечно, мы знаем.       — Ну, вот, значит вечерком поедем в бар, выпьем по пивку и будем ловить на живца, — усмехается Чанбин.       — Не, говори, что на тебя, — характерно цокает Хенджин, вскидывая руками в стороны. — Ты издеваешься?       — Нет, прости, братец, но я привлекательней тебя. — Бин подмигивает, закусив губу. — Так все пошли спать, нам завтра предстоит убить очередную тварюгу.       — Ладно, пошли отдохнем. — По пути к комнате мотеля, Хенджин выбрасывает бутылку от пива в мусорное ведро. — Только договоримся, что ты будешь спать, а не балду пинать.       — Ладно-ладно, но Минхо занял мою кровать…       — Ой, такое себе оправдание для тебя, ты и с мальчиками не плохо спишь. — Младший закатывает глаза, растягивая недовольную улыбку.       — А вдруг он взбунтуется, я получу по своему прекрасному личику. — Бин театрально вздыхает, укладывая свою ладонь на щеку. — Я не переживу и весь наш план пойдет ко дну.       — Не стони, а. — Хенджин хлопает брата по щеке сам. — Я с ним точно не лягу, к тебе он больше предрасположен, чем ко мне.       Спустя еще минут пятнадцать расприй о том, что кто с кем ляжет. Хенджин улегся на кровать, а Чанбин на маленький диванчик, ибо смущать подростка не хотелось и тем более не хотелось вторгаться в его личное пространство. Он как никак сейчас страдает и ему нужна поддержка, а не тушка в кровать, которая навалится на него всем своим весом и начнет, храпеть. Хотя Бин не храпит априори, только когда болеет. Странно, конечно, но братья Со не были нормальными.       С утра Минхо встал первым, увидев Чанбина на диване в неестественной позе, он сочувственно вздохнул, ибо как понял златовласый он тут из-за него лежит и пытается поспать. Первым делом заглянув в холодильник, парень ничего не находит и сново сочувственно вздыхает. Есть нечего.       — Черт, хоть бы что-нибудь вчера купили. — Возмущенно говорит Минхо. — Так ладно, разберемся.       Ли думал, что в чей-нибудь куртке по любому лежит бумажник с пару сотнями им всем на завтрак. Потому что Хо как бы не хотел сбежать, но сбегать ему не куда и не к кому, поэтому остается с этими двумя. Даже спасти отца он не знает как. Нет, он знает как. Эти вчера вечером подробно обсудили ветал и как с ними справляться, но самый младший никак не хотел с утра идти вот охотится, бесполезно. Он только проснулся и хочет есть, ему не до ветал, после еды будет до ветал, а сейчас магазин и продукты.       — Где Минхо? — обеспокоенно спрашивает Джин. Чанбин подскакивает с дивана с испуганными глазами, но поза, в которой он спал дает о себе знать, поэтому сгибается на пополам.       — Блять, — шипит Чанбин. — Как же больно, помоги мне.       Хенджин вправляет Чанбину спину, и они вместе бегут к двери. Братья не успевают открыть, как перед ними с полным пакетом стоит Ли Минхо со струящимися волосами и пыхтящими глазами.       — Эй, лось, может поможешь? — Минхо фыркает, а Джин почему-то послушно забирает из рук подростка пакет. — Я проснулся раньше всех и не нашел еды, поэтому пришлось купить ее, я не знаю чей бумажник взял, но я теперь сын кого-то из вас. — Минхо заглядывает в кошелек, видя там лицо Чанбина. — Видимо, Чанбин, тебе повезло сегодня, ты обрел сына.       — Хах, очень смешно, отдай мой кошелек, — Старший вырывает из рук свое богатство.       — Хоть бы спасибо сказал, — щурит глаза подросток.       — Огромное спасибо, что потратил мои деньги с карты. — Чанбин натянуто улыбается, но хмурые брови его выдают. — Ты же знаешь, что тебе стоит быть осторожнее и расплачиваться наличкой.       — Да-да, я знаю. Эй, Хенджин, отойди, я приготовлю нам завтрак.       Чанбин с Хендижном послушно сели за стол, в ожидании тарелки с чем-то, что готовит Минхо, они не видели, но пахло заманчиво. Они уже давно не ели чего-то приготовленного своими руками, и даже можно сказать домашнего, только если, кто-нибудь в благодарность не накормит их едой. Бин любил поесть, Хенджина всегда поражало то, что его брат может есть так много и оставаться таким… мощным.       — Все готово, вы помыли руки? — Минхо поднимает одну бровь вверх. — Идите мойте, я не поставлю еды, пока не помоете руки.       Братья цокнули, но руки вымыть сходили, как иначе-то есть то охота, особенно еду, которая вкусно пахнет. Они вновь уселись на места, на столе уже стояли тарелки, в которых лежал омлет и две поджаренные сосиски, рядом стоял кетчуп и сок в стаканах.       — Простите, чем питался того и купил, ваш рацион еще не выучил. — Минхо садится за стол, беря вилку. — Ну, ешьте, сейчас остынет.       — Спасибо, Минхо. — Чанбин улыбнулся, приступая к омлету. Этот омлет ему напоминал о прошлом, где не было постоянной охоты, погони за монстрами, ему напоминало время, где мама жива, где они утром едят омлет и у них все хорошо. — Спасибо, очень вкусно.       Для Чанбина омлет был с привкусом скорби и жалости. Их мама погибла почти сразу после рождения Джини, пока маленький Хенджин плакал, лежа в люльке, их мама горела на потолке. Чанбин это помнит отчетливо. Он помнит, как отец его зовет забрать брата и говорит оберегать его, пока сам пытается что-то сделать. Чанбину правда очень больно, вспоминая все это. И Минхо жалко было, хотя они все еще надеяться, что его отец жив, но шанс один на миллион.       После завтрака братья с подручным Минхо отправились в морг, спросить про тела, хотя они понимали, кто это, но может все же что-то изменится, но с их путешествиями стола только понятнее, что это веталы.       — Ладно, ближе к вечеру поедем, — говорит Хенджин.       Все кивают. Хенджин утыкается в ноутбук, просматривая дела про ветал до этого. Минхо кусал губу.       — Эй, Минхо, что тебя беспокоит? — Самый старший садится напротив приунывшего парня.       — Ничего, просто переживаю о своем отце.       — Мы его найдем.       — Даже если мёртвым?       — Даже, если мертвым. — Рука Бина с тяжестью падает на плечо Минхо. — Мы сделаем все, что в наших силах, правда.       — Ты выглядишь, конечно, не очень надежным, но весьма сильным. — Ли хихикает, а Бина берет возмущение. — Я надеюсь на твою силу, ума в тебе явно не очень много.       — Да, эй! Хватит меня поливать грязью!       — Так его, Минхо! — Слышится от Джина.       Минхо поправляет заколки в волосах, весело хихикая. Ему надо было расслабиться перед заданием. Через пару часов они выехали к бару, в котором тусовался отец. Бин сидел один около бара, пуская флюиды любви всем окружающим его официанткам, но не одна сегодня не велась на его шарм. Хенджин, как назло, пропал из поля зрения, а Минхо отпросился в туалет. Бин хмурит брови, отпивая пиво, он поворачивает пару раз головой, официанток не уменьшилось, но его брат. Где Хенджин?       — Кого потерял? — К нему подсаживается Минхо, профессионально почти по-взрослому прося стаканчик содовой.       — Джини. Не видел его?       Минхо хмурит взгляд, официантка подносит стакан с содовой, после глотка, Ли качает головой в разные стороны, осматривая бар. Но Джина, этого длинного придурка, нигде не было. Черт.       — Его увели веталы. — говорит одними губами Чанбин и Хо его прекрасно понимает, будто всю жизнь они охотились вместе.       Они выскакивают из бара, осматриваясь по сторонам, но никого не было видно. Парни садятся в машину, начиная наблюдать, но из бара кроме пьяных рож выходящих никого не было.       — Чанбин, а не странно ли, что тут стоит грузовик и больше ничего? — Минхо поворачивает голову, мыча на огромную машину справа от них.       — Хм, думаешь, именно там они перевозят своих жертв в их логово? Хотя это исчерпывающий вопрос.       — Да, и очень очевидный ответ на него. — Улыбается ему минхо.       — Какая же ты маленькая язва, — Старший потирает руль. — Тогда нам стоит дождаться, пока они отъедут.       — Да, постарайся не заснуть. — Подросток хмыкает, пока Бин пожирающим взглядом смотрит на него. — Эй, Чанбин, а ты сильно переживаешь за своего отца?       — Ну, сейчас за него переживать не надо, так как он умер, но раньше… Да. Особенно, когда пропадал, не знаю, как реагировал Джини на это. — Бин прикусывает нижнюю губу, кивая себе. — Потом, знаешь научился свыкаться с мыслью, что он мертв. Все пройдет, Минхо, все пройдет.       — Хен, они поехали! — вскрикивает самый младший, показывая пальцем.       Чанбин в ту же секунду поворачивает ключ зажигания, и они трогаются с места. Чанбин летит в такт за этим грузовиком, пока мысли направлены все на брата. Наверное, старший Со сейчас понимал кого-то Ли сейчас, ведь у тех монстров их два самых любимых человека, которых они не собираются отдавать в их лапы. Они останавливаются возле заброшенного здания. Чанбин глушит мотор не далеко от места, которое они припарковались. Темноволосый шлепает себя по бокам брюк, явно проверяя есть ли там оружие.       — Минхо, слушай сюда. — Глаза у младшего сейчас как никогда серьезные. — Подойди ближе, кое-что скажу.       Минхо придвигаясь ближе, Со ловит руки, пристегивая наручниками к рулю в один маневр. Ли возмущенно пыхтит, пытаясь вырваться.       — Так нечестно!       — Всегда работало, — улыбается Бин, но его улыбка в секунду сменяется на серьезность. — А теперь серьезно, Минхо, я не хочу, чтобы ты пострадал, ты меня слышишь? Я не хочу тебя потерять, поэтому для твоего же блага, оставайся в машине.       Ли одаривает его очередным хмурым взглядом, тот же выходит из машины подмигивая. Старший достает нож, осторожно крадясь, меж развалин заброшки. Там пахло отвратительно кровь вперемешку с трупным запахом. Чанбин хоть и не привыкать к разным запахам, но такого рода запахом, он еще не наслаждался. Наконец он завернув еще один угол, видит прикованного Джини, который пытается фокусировать взгляд и отца Минхо, который почти на последнем издыхании. Чанбин резким скачком оказывается около своего брата, пытаясь перерезать ему веревку.       — Так, так, так, повеяло новым человеком. — звучит плавный женский голосок, Бин хмурится, облизывая губы.       Старший оставляет затею дорезать веревку, кидаясь на эту суку, что напала на его брата. Джини сам пытается дорвать ее, чтобы помочь брату, который боролся с веталой. Но попытки самому дорвать веревку оказалась без успешной.       — Джини, боже. — Старший вновь подбегает к брату, пытаясь дорезать веревку.       — Отец! — Вскрикивает резко появившийся Минхо.       — Что ты тут делаешь? — шепчет со злостью Чанбин.       — Спасаю отца, если ты не видишь!       — Как ты вообще освободился?       Минхо ухмыляется, указывая на голову.       — У меня всегда есть карта в рукаве.       — Вы! — кричит еще один женский голос. — Как вы могли! Как вы посмели!       Девушка хватает Минхо, который все это время стоял возле отца, она освобождает свои зубы змеи, готовясь укусить Минхо. Но младший достает из-за пазухи нож, разворачиваясь к ней втыкает в нее, поворачивая.       — Сдохни, сука.       Бин дорезает Джину веревку, а Минхо своему отцу. Они справились наконец-то и отец жив, Минхо плачет, улыбаясь. А Чанбин почему-то не хочет отпускать этого ребенка. После все этой кутерьмы, Хенджин пролежал в больнице всего день.       — Эй, хен, тебя отец зовет, сказал очень важно. — Минхо хмурый и старшему это не нравилось.       — Привет, ну, как ты? — Бин кивает головой на прибор.       — Ну, как, не очень. Я скоро умру, Минхо уже предупредил, возьмите его. Присмотрите за ним, вы единственные, кому я могу доверять.       — Хорошо, — Чанбин кивает пару раз, стараясь оставаться в трезвомыслии. — Мы позаботимся о нем.       — Ну, и славно, Чанбин, береги его, прошу.       Чанбин выходит из палаты слишком грустным, слишком в не состоянии. Он не представляет какого сейчас Минхо, но чувствует, что тот готов рыдать. Как только хен покидает больницу, к нему в объятия кидается Минхо, прижимаясь к нему со всей силы.       — Эй, парень, легче. Ты меня так не убьешь, Минхо. — Шутит Бин, но сам же в ответ жмет Минхо к себе. — Обещаю, мы справимся.       — Точно?       — Точно.       Они подходят к машине, багажник открывается и вещи Ли вновь летят туда, как в первый раз. С этим городом покончено, теперь новое дело, новый штат, новая жизнь. Снова все по новой, но с Минхо. Чанбин умрет сам, но защитит этот котенкоподобного парня с длинными волосами с заколками в них. Он обещает себе, Минхо и его отцу. А раз он пообещал, значит обещание выполнит, у Чанбина же принципы.       — Эй, хен, купишь мне новый заколки? — Хо улыбается изо всех сил, он хочет справится с этим.       — Конечно. — Старший улыбается в ответ, этому старательному мальчику, что пережил достаточно много за свои года.