Пучины и мелководья

В морской пучине плещется что-то темное, зазывающее за собой, странное и такое родное, что невольно засматриваешься в самую бездну. Тонуть там – как потонули солдаты сёгуната – совсем не удовольствие, и кому, если не Кокоми знать об этом лучше всех. Но Верховная Жрица все равно смотрит вглубь, выглядывая тени предков Энканомии, которые отражаются в ее бездонных глазах. Когда во рту прорезаются вишапьи клыки, когда кожа покрывается чешуей на лунном свету в полночь, когда Сангономия перед глазами теряется в белой пелене перед глазами, Кокоми находит успокоение лишь в глубинах моря, залегая на самое дно, чтобы не чувствовать жжения по всему телу. Вода мягко струится и обволакивает кожу. Вновь Кокоми обнаруживает себя в почти заболоченном пруду под кувшинками. По кругу квакают лягушки, а солнце слепит, отражаясь от поверхности. Сегодня ни дуновения ветра не слышно, – полный штиль, думается ей – и хорошо, ведь вода спокойна, не разрезает берег волнами. Одежда давно промокла насквозь, на бледной коже осела болотистая тина, и Кокоми выглядит так, будто пыталась утопиться. Хотя в небольшой луже это можно будет сделать с большим трудом. Некогда аккуратно заплетенные волосы на всеобщий праздник жителей Ватпцуми растрепались, спутались, образуя розовый ком на голове с кусочками мелких водорослей со дна пруда. Кокоми поднимается, вынырнув, прогоняя наваждение с глаз, когда веки сами собой смыкаются на солнечном свете, а голая кожа на ногах начинает чесаться. Она тихо перебирает пальцами стоп с извечными мозолями от обуви – и как хорошо иногда от нее избавиться. Сейчас подобие гэто покоятся где-то рядом. – Госпожа Сангономия! Кокоми поднимает взгляд, завидев обеспокоенного Горо перед собой. Тот стоит по стойке смирно, отдавая честь, и жрице приходится из вежливости подняться. – Вольно, Генерал. Что-то случилось? Горо со вздохом опускает руку. Он часто моргает и оглядывается по сторонам, переводя взгляд на Кокоми, и она видит, как у генерала чешутся руки поскорее стряхнуть с нее тину и водоросли, приводя в нормальный вид. Одежда неприятно липнет к телу. – Нет, я просто… – он мешкается, – просто искал Вас, чтобы поздравить! Вот, с днём рождения! Горо низко склоняется, виляя хвостом из стороны в сторону, и протягивает Кокоми небольшую коробочку, аккуратно перевязанную лентой. Уши генерала смущенно жмутся к голове, а на щеках расплывается яркий румянец. – Спасибо, Горо, – Кокоми прижимает подарок к груди, когда тот разгибается, краснея ещё больше. – Я ценю это. Хочешь прогуляться? Генерал с неловкостью отводит взгляд и ковыряет ногой землю. – Если Вас не затруднит… – Ничуть. Кокоми мягко улыбается, протягивая Горо руку.