investigations

Повернувшись, Евстигнеев, костеря себя на чëм свет стоит, сразу кинул пистолет на землю, подтолкнул его ногой ближе, а затем поднял глаза, пытаясь рассмотреть незнакомца. Сжав губы в тонкую линию, он медленно кивнул пару раз молчавшему Ванечке, к виску которого был приставлен ствол, а незнакомец стоял за ним. — Ты как? В порядке? — смотря в глаза Светло, на удивление, страха Ваня там не обнаружил, а лишь досаду и вину за то, что не смог предупредить. Но убедившись слабым кивком, Евстигнеев развёл руки в стороны. — Слушай, я не собираюсь торчать здесь всю ночь, и тебе не советую. Разойдёмся без лишней крови? — понимая, что это такой себе способ заставить придурка свалить, попытаться он должен был. — Уже не получится, считай, я в тюрьме на пожизненном. Или вообще труп. Так что мне мешает забрать вас с собой? Назови хоть одну причину, по которому я вас, дебилов, должен оставить в живых, зная, что вы не дали мне шанса уйти. — тыча стволом в висок Светло, тот недовольно прошипел. — А ты что, заслуживаешь этот шанс? Мы все видели дом. Ты дал им шанс? — не сумев сдержать себя, Светло даже не задумался о том, что роет себе могилу собственными руками. — Стоп. Мы можем договориться? — Евстигнеев сделал шаг вперёд, повышая голос, привлекая внимание незнакомца. — Слушай… Отпустишь его, и мы… Ощущая виском холод металла, Светло чувствовал запах пороха, намекающий, что совсем недавно оружие применяли. Видя пристальный взгляд глаз напротив, он лишь позволил себя чуть вдохнуть холодного воздуха. Счëт шëл на секунды, но казалось, будто проходят часы ожидания некой мести, раздираемой злобы за почти-поимку. Ваня понял, что становится трудно дышать, когда он почти не мог набрать в лëгкие воздуха. Будто их стискивали в тисках. По телу выступил холодный пот, кажется, он вот-вот ëбнется в обморок и что тогда? Нереальным усилием воли он старался сохранять связь с реальностью. Странно было задумываться о смерти в 24. Старушка или горячая красотка с косой была ещë далеко, о ней не хотелось думать именно сейчас. Не сейчас, когда мир только только открылся и приветственно махал, раскрывая свои руки. Светло даже не рассматривал случайные смерти, никогда. Казалось, что этого просто не могло с ним произойти. С кем угодно, но не с ним. От этого сейчас хотелось горько усмехнуться. *** На рацию никто из Вань не отвечал. Мирон и Слава неслись по улицам. Было тяжело отвлекаться на позитивные мысли, ведь Ваньки где-то там и что с ним могло произойти — одному Богу известно. Было бы бы лучше, если бы Слава молчал, но нет, он постоянно причитал как старая бабка у подъезда со своим: «Ну я же говорил». Хотелось его треснуть, но и сам Мирон пиздецки переживал. Он знал Ваню не один год, но до этого момента он всегда был с ним. Всегда. А сейчас корил себя за то, что не может помочь. *** Слава первым смог рассмотреть развернувшуюся картину. Остановившись, он схватил Мирона за плечо и прижимая палец к губам, показал, чтобы Фëдоров был тише. — Чë делать будем, Мирон? Надо спасать, надо что-то делать. — Карелин шептал, чем мешал думать Фëдорову. Казалось бы, что тут думать? Завалить мудака и все спасены. Но с другой стороны, когда Мирону удастся побывать в мозгах именно такого преступника? Можно ли сейчас выбраться из ситуации без смертей? Кажется, всë же не получится. Достав пистолет из кобуры, Мирон снял его с предохранителя и прицелился. Через секунду прогремел выстрел и тело упало на холодный асфальт, словно мешок с картошкой. Мирон неприятно поморщился, благо звона в ушах не было. Он не любил убивать людей, старался не допускать этого, но сейчас он не видел другого выхода из ситуации. Кого-то сегодня ночью точно замучают кошмары и страшные призраки прошлого будут стоять в каждом углу. *** — Вань? Вань! — Слава быстро преодолел расстояние до друга, который еле стоял на ногах и в немом ужасе отшатывался от трупа. Карелин не успел сгрести в спасательное кольцо из рук Светло — это уже сделал за него Евстигнеев, который то шептал что-то успокаивающие, то глазел на Мирона, который с облегчением и чувством выполненного долга смотрел в ответ. — Слав, воды возьми из машины, мне кажется, она пригодится сейчас. В бардачке лежит. — Ваня чувствовал, как внутреннее напряжение потихоньку сходило на нет. Не в первый раз попадает в нечто подобное. Постояв с минуту над Ваньками, Слава пошëл к машине за целительной влагой. Мирон спустя пару минут подошëл ближе, уже раздумывая, чë будет такое писать начальству, хотя главное, что все живы и преступник остановлен, при этом должно быть мало важно, что с ним произошло. Хотя всë равно отхватит за плохо выполненный план. *** Евстигнеев помог завезти всех по домам, всë ещë думая о том, что же будет со Светло. Уйдëт ли он из академии, хлопнув дверью после сегодняшнего? *** У Мирона дела обстояли так себе. Когда он прощался и выходил из машины Вани, тот смотрел на него таким взглядом, полным чего-то совершенно непонятного. Там была жуткая грусть, боль и стремление защитить и утешить друга, если тот попросит о помощи. Мирону не нравился этот взгляд, он не считал, что ему нужна помощь, он сам себе поможет. — Вань, не смотри на меня так. Пожалуйста, ты же знаешь. — Я знаю, Мир, но. Я всегда рядом. На быстром наборе, помнишь? — улыбнувшись, Ваня показал трубку, прижимая мизинец к подбородку, а большой палец к уху. — Помню. *** Спать было практически невыносимо. Каждый предмет в спальне так отдалённо напоминал чьи-то тени, что приходилось раз за разом вставать и менять расположение предметов, иначе страх сковывал изнутри. В голове всплывал момент прицела. Был человек, живой человек, да, преступник, но Мирон не желал его смерти. Успокаивая себя, что он обязан был спасти ребят, но призраки всë равно не желали уходить, стоя то там, то там в комнате и сверля своими мëртвыми осуждающими глазами. А затем выстрел и падение тела с тупым тихим звуком на грязный асфальт, кровь, которая начала быстро растекаться вокруг. Не привычного цвета, а какого то грязного синего с бордовым оттенком. *** Карелин дежурил у комнаты Вани всю ночь, за которую толком ничего и не произошло, но он считал своим долгом за отсутствие тогда рядом, быть здесь сейчас. Ванечка лишь времена просыпался, повторяя на все расспросы Славы о том, как он себя чувствует, что с ним всë в порядке, просто он не ожидал такого. Слава же молча отводил взгляд, намереваясь что-то сказать, но так и не придумав, уходил на кухне, делая себе ещë одну кружку чая и садился под дверь. *** Уже дома, находясь в опасной близости от кровати, Иван Евстигнеев рухнул на неë практически обессиленным. Спустя минут десять, когда тело расслабилось окончательно, он смог снять кроссовки. Чего сонный Ваня не ожидал — так это звонка. — Вань, спишь? — заëбанный голос друга слышался из динамика, Ваня примерно представлял, по какому поводу его друг звонит его в такое время. — Нет, но собирался. Опять? — Да, поговори со мной. Они говорили почти до пяти утра, пока Ваня не услышал тихое сопение Мирона и лишь поблагодарил судьбу, что теперь и он, вслед за другом, может отправиться в страну сновидений.