Старый друг

— Кто ты, и чего от меня надо? — Прокричал Андрей, стоя от незнакомца за 10 шагов дальше, будучи в дряхлом, спортивном зале. Поспешил тихий ответ, ибо же его вообще не было, смотря как и что услышал несовершеннолетний каменный пёс. Всё же набравшись сил, тот стал подходить к человеку в красном. — Эй, ты меня не слышишь чтоли? — продолжал физрук, хмуря брови, увеличивая голос в более грубый и угрожающий тон произношения. Встав вплотную, не касаясь лбом об лоб, послышался негромкий выдох, после чего из чёрной маски с одним оторванным рогом полетел холодный, потный пар в лицо своему противнику, все ещё грозно пробирая душу незнакомцу. — Кулаки режутся, — мягко отходя от темы, произнес Андрей — Понимаю, я сам постоянно хочу кому нибудь всечь. Если честно, то ты входишь в эту очередь. Тот же, ухватился за нестабильную шутку, приподняв голову, величаво показывая стальной подбородок. Лица так и тянулись друг к другу, словно две фуры на встречной полосе. Кареглазый прищурил глаза, пока не получил по лбу. На удивление, Андрей упал, взявшись за голову, всхлипывая собственную боль, одновременно глотая ком нарастающего, невероятно огромного гнева в горле. —Ты что, ахуел, малой, — вновь проскривел парень сквозь зубы, поднимаясь с пола. — Да я тебя порешу, говногрыз. Но как только Андрей подставил себе колено, его вновь опракинули спиной на зябкий, каменный паркет. Валантер грубо нажал грязной подошвой на пах развинутых ног, словно приковывая того вниз, подчиняя и властвуя над очередной жертвой соблазна. Еле раскрыв глаза, пёс ещё больше разгневался, прежде чем понять настоящее положение ситуации. Смущение повергло Андрея в маленький шок, все так же хмуря морщины, сжав руку в кулак до покраснения. Треск в ушах брало коня за рога, пока незнакомец не наступил ему на руку. Негромкий больной стон пронёсся эхом по огромному залу. — Я знаю все твои точки, Андрей, даже и не пытайся. — Ты знаешь моё имя? — с отдышкой произнесс прикованный у полу парень — Я.. — Тот, кто погиб на моих глазах, тот кто бросил всех нас в последние секунды гражданского апокалипсиса. — Я не знаю никаких нас, никаких твоих глаз, — Брюнет не верил своим ушам, хоть и подозревал, что его не сразу узнают. Грохнуться с крыши прямо в центр разъеренных зомби, да ещё и в дождь, да ещё и в тьму кромежную, не получив при этом сотрясение, давно пошатнувшую психику и амнезию? Удивительное событие. Убрав с того ноги, красный повернулся спиной к бывшиму союзнику, уходя в постыдные мысли. Андрей же отрехнулся, все ещё желая узнать свой долгожданный ответ на вопрос. — Хочешь убить меня, убивай! Почему ты встал как вкопанный. — Я в тебе больше не нуждаюсь.. — Я тебе и до того не нуждался, так почему, извольте объясниться, ты ворвался ко мне на урок, возомнив себя бэтменом, включил пожарную сигнализацию, и теперь без а, без я просто сваливаешь как ни в чём не бывало, — Андрей не дал закончить тому вымысел, как тут же из поломанной стены вылетел острый камень, направленный к Денте. Брюнет, словно чуя опасность, поймал кусок кирпича в ладошку, и тут же как муху, раздавил двумя пальцами; махнул длинным, голубым шарфом, развивающимся в воздухе, причиной ветра которой послужило разбитое им самим окно. — Я даже твоего имена толком не знаю! — Я Дента. — Ну что ж, Дента, готовь задницу. — Вытянув перед собой руку, сзади Андрея появились неуклюже вычеркнутые ножи-булыжники, вновь нацеленные прямиком в розово-алый капюшон валантера. Выстрел, и останки камней разлетелись в пух и прах от огромной скорости цепи, пылающую в руках Денты. После одной атаки последовало ещё несколько, но все напрасно. Всю силу в какого-то беглеца Андрей конечно же не стал использовать, но его невероятная ловкость и умелость управлять опасным на то оружием забавляло пса. — Ты отвратительный собеседник, — насмехался длиноволосый — но отбивная груша из тебя та ещё. — Я могу противостоять твоему нытью хоть вечность, но у меня до тебя ещё куча незакоченых дел, поэтому.. — Ну уж нет, дорогой, сначала объяснись кто ты и зачем здесь. — Ты не наелся моим именем? — Я в принципе голоден, Дента. — Ты хочешь чтоб я покормил тебя, гад? — Дента вопросительно, словно заигрывая наклонил голову в лево, к плечу, не выкупая никакого подходящего флирта. Андрей же не видел здесь ничего такого, кроме что вражду и пример пытки обвиняемого на правду. Промолчав, он закусил губу, положив руки крестом на груди, недовольно изображая "голодного" ребёнка. Брюнет, как заяц, отпрыгнул к самому верхнему окну, откуда пришёл, и вновь повернувшись к старому другу, услышал очередной вопрос: — Мы ведь ещё встретимся, так? — Жди зло да добра наживай. — С этой фразой незнакомец вылетел из здания, оставляя за собой закат луны.