Я ненавижу тебя.

Вдавливая в свой рот постельное белье, он пытался заглушить свои звуки невыносимой боли. Его голову сильно сжимали, прижимая к кровати, которая уже была похожа на место войны. Вся помятая и с перевёрнутым постельным бельем так, что одеяло и вовсе потерялось где-то под ней. Все, что напоминало кровать в тот момент — это деревянный скрипучий каркас и матрас с наполовину снятой наволочкой. Так же было душно. Очень душно и жарко. Казалось, это правда то место, в котором никто бы не хотел находиться. Но сейчас Джард не думает об этом. Его рвут раз за разом членом друга, с которым совсем не был запланирован вечерний секс. Он не думает ни о чем, носитель кепки, которая спокойно лежит на тумбе среди скрипов и стонов, просто хочет, чтобы это поскорее закончилось. Его шею кусают, он чувствует, как горячее дыхание товарища сильно обжигает ее. Хотя куда тут еще больше ожогов. Его резким движением переворачивают с живота на спину. Ноги закидывают, а руки прижимают над головой. Все таки может быть это не так плохо. Он хотя бы почти перестал что либо понимать, так как головная боль усиливалась с каждой минутой отдавая пульсацией в висках, и думать хотя бы немного он перестал еще в середине процесса. И он больше не вырывался из хваток. Он больше не истерил на товарища. Возможно, он даже больше не живой. Его заполняют, но он уже опустошён. .Я люблю тебя, Джард. Очень сильно.