Издательство– проявление любви.

Двое подростков сидели на песке, на холодном песке, ощущая небольшую неловкость, вместе с тем, Кири была приятно удивлена таким трепетом со стороны Аонунга, даже если он опять издевательски решил поступить по своему, заставляя лесную задуматься, а может именно это её в нём и привлекает? Он ведь никогда не говорил на прямую, насколько же он переживал, даже слова об этом не было, лишь действие, и попытка скрыть своё беспокойство. Это заставило Кири посмотреть на него под другим углом, его немая забота — вот то, что нравилось ей. В голове парниши крутилось " Не думай, что это незаметно.» Кири сказала это невзначай, уж слишком её мысли были затуманенные раздумьями, как же поведение парня похоже на влюблённость. Ротхо говорил, что Аонунг никогда не прятал взгляд, пытаясь подстроиться под кого-то, он был излишне груб со всеми, не скрывая. Ей было ясно, что он имеет в виду, но это было настолько на него не похоже, что она не слушала, стараясь отмахнуться от удивлённой ухмылки друга, со словами: — меня это не заботит.– после чего, стараясь поменять тему, с таким на’ви, как Ротхо, это было не сложно, и через пару минут, тот уже во всю рассказывал обо всех странных историях, которые когда либо происходили в его жизни. Возвращаясь в реальность, где воды отражают лунный свет, холодный песок уже не так ощутим, а пальцы с нервоза закопаны в тот же песок. Девушка встала на ноги. — уже пошла? — на что та лишь дёрнулась, наверное, она колебалась в чём-то. Она сорвалась на шаг, но услышав, как Меткаин спешно встаёт на ноги, ускоряя шаг, послышалось: — не иди за мной. — строго, но с уставшим лицом, сказала Кири, на удивление, такое всегда ставило Аонунга на место, и он, наконец-то, отставал, сопровождая её взглядом. Такой сценарий повторялся не раз, что очень волновало обоих, но Кири и правда не хотела, чтобы он ей мешал. Кири всегда заботила его, но он поймал себя на этой мысли лишь тогда, когда Кири была при смерти, отвергнутая Эйвой. Парень злился на других, ведь они позволили этому случиться, в чем он успел отчитать и свою сестру, и двоюродного брата. В момент, когда Ло’ак бездумно убежал спасать Паякана, завидев Кири, он запаниковал ещё сильнее, та добила его фразой: — ребят, я с вами! — но возразить времени не нашлось, да и кто станет его слушать? так Аонунг думал всегда. Ему оставалось лишь изредка оборачиваться, глазами отыскивая лесную, боясь, что вот-вот в кого-то влетит пуля. Даже если, при любом их контакте всё внутри него сжималось, он всё равно продолжал быть навязчивым по отношению к дочери Салли. С каждым их разговором, он всё больше и больше ощущал себя отвратительно, стоило ему только узнать её, пожалуй, ещё хоть чуть-чуть получше. С другой стороны, было ли ей вообще до него тогда дело, если небесные люди заставили их покинуть родной дом? Это и близко не стояло, с каким-то оскорблениями от наглого мальчугана, что с такой же наглой ухмылкой говорил ей: — ты какая-то кривая? — в тот момент брав её дрожащую руку, обхватив сразу двумя своими, как будто сейчас в ней проснётся невероятная сила, и она с лёгкостью сможет вытащить свою пятипалую руку из лап этого ублюдка. Эту неподвижность пугала её ещё больше, не являясь главной проблемой. Он смог узнать её получше, как только их натравили друг на друга, заставив провести вечер в компании друг друга. Как ни кстати, Джейк был ни капли не смущён великодушием вождя, и с радостью согласился на застолья двух важных семей, даже если никто не был рад этому. — Нетейам — Тук пожалуй, относилась к этой затее не плохо, ей не нравилась лишь Ронал, пока никто не слышал, она называла её «злой тёткой» Но никто из семьи не реагировал на это критично, просто пытались объяснить, чтобы она не смела говорить это при ком-то из почётной семьи. — вождь и правда не так зол, как другая часть их семьи? — в этот момент брав браслет с пола, который она собиралась подарить Цирее. — отец сказал, что он не позволяет себе такого поведения, даже так, не волнуйся, детей они унижать не станут. — улыбнувшись, он повернулся на младшего. — вот именно, детей, ну кстати, нормальных тоже. — понимая, что его ждёт, тот даже не пытался скрыть недовольство от остальных, кто-то в любом случае возьмёт его за ухо, и потащит к Меткаинам. Кроме отца и матери, никто больше даже и не думал собираться, и привести себя в нормальный внешний вид. Семейство Салли вместе дошли до хижины вождя, Джейк и найтири спереди, Ло’ак с Нетейамом сбоку сзади, а Кири и Тук позади остальных, если бы Кири не считала странным прятаться за спиной младшей сестры, то они бы так и шли. Тоновари, с уверенностью на лице, приглашал гостей в дом, за столом уже сидело семейство, Цирея была смущена, для неё это ощущалось, как что-то вроде знакомства своего избранника с родителями, даже если о чувствах друг друга они ещё не знают. Ронал казалась безразличной, но на её лице читалась не большая заинтересованность. Аонунг же, кажется, собирался просто понаблюдать, его, очевидно, заставили тут присутствовать. Завидев старшую Салли, он был не приятно удивлён, в голове его крутились мысли: — боже, неужели ты не смогла отпроситься, не идти сюда. — теперь ему весь вечер нужно было сидеть, как назло, напротив Кири, все-таки, ему так же было немного стыдно за свою грубость, но этого он в себе признавать не желал, считая мутаншу просто наглым потомком небесных людей. В это время отцы наладили диалог, в силу своей открытости в общении. — что вы, я стараюсь объяснить народу, что ваша семья теперь– наши братья и сестры. — — конечно.– тихо и сухо, с сарказмом сказал Аонунг, зная, что они могут принять это как за обычное подтверждение. Тоновари накинул на него мимолётный осуждающий взгляд, понимая, что до этого застолья ему стоило сказать сыну, что ему нужно вести себя подобающе, и не ставить палки в колёса. Кири начала долго пялится на того, кто напротив, чтобы тот ощутил всю силу осуждающего взгляда. Конечно, она поняла смысл этого вброса. Аонунг дёрнул головой, это что-то вроде: «что смотришь?» После чего та отвернулась. Разговор дошёл до не самой приятной темы. — прошу прощения за такие вопросы, но что у вас случилось на родине? — от этой темы все резко оживились. — если можно коротко, я предал свою родину, став на’ви, за это на меня обозлились, а значит на мою семью тоже, но все же, у небесных людей погибает планета, я жил там раньше, вот им и нужно найти новый дом. — поняв, что это не совсем то, что желал услышать Тоновари, он продолжил. — пару лет назад они вернулись. — Нейтири взяла рассказ на себя. — они вернулись, и начали нападение на наш народ! Когда мы чуть не потеряли детей, нам пришлось покинуть родину. — звучало это раздражительно, ей явно не нравилось упоминание об этом. — поэтому вы решили навлечь беды на чужой народ? — добавив, Ронал поняла, что у мужа в планах не было подобных осуждений. Женщины начали колко выяснять отношения, скорее даже, положение. Джейк подперев лоб рукой, понял, что ему не стоит останавливать жену, Тоновари попытался уладить всё сам. Ударив по столу, напугав детей, они всё же обратили на это внимание, и наконец, сели на места. — прошу простить, давайте выйдем? — Тоновари стало крайне неловко, всё вышли из помещения. Цирея сидела недовольная, ей не нравилось, как её мать груба по отношению к Салли. Подбежала девочка — Цирея, Цирея! — она повернула голову вниз, думая, что Тук прячет у себя за спиной. — это тебе! — та вручила ей браслет, в мик избавив от неудобства, она начинала воспринимать её как свою младшую сестру, даже если, она совсем не из той семьи. Кири злилась на мать с отцом, что вот так просто рассказали о их проблемах. Злилась она не зря, Аонунга заинтересовали подробности, парня не интересовало то, как она относится к этой теме. Знал бы он, как потом будет себя за это ненавидеть. — слушай, — подбежал тот к девушке — можешь рассказать по подробнее? — заинтересованность была скрыта от неё, но даже так, Кири как отрезав сказала: «нет.» Но Меткаин, как обычно, пропустил мимо ушей, издевательски начиная расспрашивать её об этом. — и когда на вас напали? — первый вопрос. Молчание. — ещё раз, это месть твоему отцу? — второй вопрос. Молчание. — другие на’ви погибали из-за вас? — третий вопрос. Кири повернула голову к парню, этот вопрос мог что-то значить. — ты хочешь обратно домой? — четвёртый вопрос, Кири среагировала. Напористость Аонунга сделала своё. — прошу, отстань, да хочу. — тихо промямлила та. У неё была странная привычка, мысли в слух, последние два слова она говорить не собиралась. — да ладно тебе, вот сейчас, давай будешь честной, хоть немного открытой, расскажи. — его удивило её поведение. На застолье было видно, как ей не приятна эта тема, но он не придал этому значение. Сейчас же она сидела на крыльце, рассматривая, как одна волна кроет другую, пытаясь подстроить мысли под свой ритм, дабы Салли хоть немного собрала свои чувства воедино. Но даже безоблачный вечер, увы, не смог успокоить её полностью. — я помню, как отец ворвался в дом, обнимая нашу маму, она очень сильно рыдала, прошептав что-то Нетейамому, он ушёл к себе, а вот брат уже рассказал нам, что прилетели люди. — в этом моменте, она звучала прямо как маленькая девочка, лет десяти, кем она и была на момент этого события. Первый раз, Аонунг почувствовал себя отвратительно. Извинения перед ней начали так и рваться наружу, но он себе не позволял. Слишком паршиво было сказать ей это именно сейчас, только после того, как он узнал хоть немного её истории, лишь воспоминание, момент. — братья учились сражениям, учились с большим упорством и интересом, а меня хотели сделать помощником цсахик, моей бабушки. — её слова звучали в такт воды, только она успокаивала девушку, держа её на краю, ещё шаг, и потекут слезы. Успокаивали воды, но не парень рядом. — и потом. — Кири словно проснулась, она упала с края. Слезы потекли сами собой, был какой-то момент, который довёл её быстрее, чем та смогла вспомнить его полностью. — да пошёл ты. — Аонунг ничего не понимал. Что ему делать? Эта мутанша плачет, она не доверяет ему, совсем. Потянуть ли руку, чтобы положить на плечо? Лишь бы она заметила, он тоже встревожен. Ему жаль. Но она уже ушла. А он все сидел, перебирая в голове моменты произошедшего. Хотелось подойти ещё раз. Кири умывала лицо, пытаясь не показывать, что она плакала, пораллельно с этим, проклиная Аонунга, как же жестоко он ей об этом напомнил. Оба вернулись обратно к столу, чувствуя себя странно. Кири было страшно, ведь она рассказала ему небольшую часть истории, как ей казалось, рассказала она это очень глупо. Аонунг чувствовал себя не лучше, отвратительно. Хотелось, чтобы она забыла о той предвзятости к ней, но он мог лишь заверить себя, что будет всячески помогать Кири, и не портить ей жизнь. Кири опять. Она опять переборщила с практикой. Вернулась она домой очень уставшая, и тут же завалилась спать. Шёл дождь, вода, что пробивалась через крышу над головой, накапала на спящую, заставляя оклематься. Ей было легче, все портило лишь неприятное чувство после сна, чувство усталости, но другой. Через пару минут ей послышались голоса, и хорошо, что знакомые. — Кири, не позволяй ей гулять в такую погоду. — видя за руку Тук уверял он. — прости, уснула. — Ротхо заметил это почти сразу, вот и было неудобно, он пожалел, что с порога начал читать нотации. Тук переглянулась с Метканом, вырвав руку, она с лыбой начала подходить к сестрице. Паренёк запаниковал, хоть младшая и обещала никому не говорить, Ротхо она воспринимала как своего друга, но увы, без уважения. — Кири, представляешь, Аонунг тебя любит! — Ротхо подбежал к ней. — Тук! Обещала же не говорить, значит пусть теперь тебя он и доводит до дома. — Кири нахмурилась, но теперь, очень смутилась, реакция друга– это явное доказательство того, что слова младшей чистая правда, не какие-то догадки, она явно слышала всё сама. И правда, Ротхо отвёл девчушку домой не просто так. Как только пошел ливень, она тут же начала искать ближайший дом тех, кого она знала. Забежав в дом Ротхо, она подслушала, а потом, с улыбкой до ушей, вышла из-за угла. Двое ребят напугались, но увидев мокрые волосы, им стало ясно, что она не специально. — предательница, ладно, выясните это как-нибудь сами. Ещё, научи свою сестру держать язык за зубами. — злость была наигранной, дабы Тук подумала, что он и правда злится. — ну прости. — она поверила, вызвав улыбку у младшего Меткаина. — ага, научу. — голос был очень сдержанный, но в тоже время, в быстрому темпе, словно от холода, Кири нервничала. Надо было отвлечься. Да, ливень, но он скорее убаюкивал, и без того нервную Кири. Кири ждала. Она собиралась погрузиться с Илу под воду, но ждала, и наконец-то, пришёл Аонунг. — ты опять? — он и правда, казалось, был раздражён. — представляешь, опять нужно себя занять. — перезагружать себя? Что-то случилось? Раз так хочешь отвлечься. — было ли это связано лишь с ним? — в дождь выходить, а я потом. — «волнуюсь» Чуть не вырвалось у него, но даже не договорив, было понятно, о чем он. — волнуешься? На даже, наконец-то, сказал прямо. — выходя из воды, подходя все ближе, сердце билось всё сильнее, зрачки становились всё больше, волнение. Но она была полная уверенность в том, что он испытывает тоже самое, даже если это сложно было подметить. Злость и беспокойство на лице всё спрячут. Неожиданно прозвучало: — ты никогда не рассказываешь мне о своих переживаниях, даже тогда, ты не рассказала. — удивительно, как он вообще не забыл об этом? Этого он никогда и не забудет. Не забудет он то чувство паршивости, попытается всё исправить. — хорошо, расскажу — закатив глаза, она захотела начать свой рассказ, как вдруг игривое настроение пропало, стоило только вспомнить. Аонунг мог пожалеть, что упомянул об этой ситуации Начав рассказывать то, что он уже слышал, она вдруг начала запинаться. — Нет, просто, я как-то вышла, в лесу был пожар и разруха, а потом стало ясно, что спокойной жизни конец. — собираясь продолжить, она вновь оступилась, упав вниз. Но теперь Кири уже не убежит, крича о том, чтобы Аонунг шёл куда подальше. Теперь на её плече лежит рука, теперь она видит обеспокоенное лицо, срываясь в объятия. Аонунг прижимает её голову, держа за руку. Без каких-либо контакта, он слышал и чувствовал её сердце биение, а она чувствовала его. Ещё чуть-чуть, и они забьются в такт друг друга. Наконец, он смог сказать эти несчасные пару слов. – прости меня. – которые ему стоило сказать ещё пару месяцев назад. Конечно, Кири даже и не поняла, почему, но голос Меткаина успокаивал, просто напоминая, что он сидит рядом. Да, это всём заметно, все это понимают, без слов.