Врата в мёртвый мир.

Отряды вышли за врата и наконец вышли на просторы разрушенной Москвы, оказавшись на её вокзале. Как и предполагалось — радиации там не было. Было решено продвигаться к зданию вокзала и там сделать укреплённую точку. Поступили следующим образом: так как по периметру вокзала были брошенные оборонные точки, то их предстояло слегка поправить и потом взять под контроль. Другая группа вошла в само здание и осторожно осмотрела каждый дюйм на наличие мутантов. После обговорили, где и что будет установлено: у окон будут пулемёты, в более или менее неповреждённых помещениях будут поставлено оборудование, ящики и прочее. На втором уровне здания будут наблюдатели. И так далее по списку. Повреждённые окна и участки стены заделали мешками с песком. Принесли генератор, дабы иметь освещение в ночное время. Уже через час с небольшим всё было готово. — Вот так занесло нас, прямиком в разрушенную Москву. Чудеса да и только. — Да какие уж тут чудеса. С такими-то пейзажами. Наоборот, прямо жуть. Что тут вообще случилось? Война? — Скорее всего. Читал когда-нибудь Дмитрия Глуховского " Метро»? Вот прямо похоже. — Читать — не читал, но слышал об этом что-то. Атомная война и так далее. Думаешь, мы в ней? В смысле она реальная? — Ну, походу да. Мутанты, радиация, бесконечный снег. Хах, может ещё и встретим того главного героя. как там его. Артём вроде? — Ну это уже точно что-то из ряда неведомых чудес. — Ага, и не говори. Следующий час прошёл спокойно, бойцы на постах, остальные занимаются исполнением указаний. Как вдруг, наблюдатели на втором этаже замечают средь домов два силуэта. Один мужской, другой женский. — Опа, это что за явление? Ну-ка дай мне бинокль. Ага, женщина и мужчина, примерно одного роста. При себе имеют огнестрельное оружие и элементы военной формы. Автоматы образца «АК-47» или его подобия. Интересно. Может мародёры? Хотя вряд ли, по двое ходить не станут. — Часовой включил рацию. — Товарищ командир, приём. Это часовые вокзала. Видим двух подозрительных людей по направлению парадного входа здания. Вооружены, похоже, что-то ищут или возвращаются куда-то. Какие будут указания? — Не расходиться и держать в поле зрения, — ответил голос из рации. — Если будут приближаться к зданию — задержать и опросить. Нам пригодится любая информация. Но если не приблизятся — пусть идут, как идут. Огонь не открывать. — Понял, командир. Есть, держать в поле зрения и при необходимости вступить в контакт. Конец связи. Тем временем у той пары. — Чёрт, скорее бы вернуться в метро, тут опасно долго находится. — Говорит девушка. Мужчина лишь молчит, бросая на неё мимолётный взгляд. — А это что? Артём, ты видишь? — она показала на окна здания, заметив силуэты людей. — Походу, Михалыч, нас заметили. Ну ёпт, глазастые. Теперь по любому приблизятся. ** — Артём, как думаешь, стоит посмотреть? — Тот лишь помотал головой, показав, что лучше уйти от греха подальше. Они, всё же, одни. ** — Михалыч, я, похоже, догадываюсь, кто это. — Да ну? — Точно тебе говорю, это они, тут и гением быть не нужно. — Тебе то откуда знать? Ты даже лица этого парня не видел. Да и у женщины тоже пол лица закрыто, так что вряд ли. — Нет, у меня предчувствие. — Ну, как знаешь. После увиденного, эта парочка направилась обратно в метро, дабы сообщить об увиденном уже своему командиру. Тем временем на базе. Пока остальные находились в параллельном мире, другие группы оставались на базе. В том числе и командир, который что-то делал с бумагами в своей палатке, подписывая, что-то отмечая, вклеивая листки, скрепляя их, в общем, производя всяческие бюрократические действия. От процессии его отвлёк голос бойца, по имени Лёша, тот самый, который дал другим небольшую информацию об их командующем. — Товарищ командир, разрешите? — Входи, Лёш. Я как раз хотел расспросить об обстановке за Вратами. — Пока всё спокойно, я постоянно держу связь. О двух неизвестных, проходивших мимо вокзала вы и так знаете. — Хорошо. К слову о самом бойце. Мужчина лет сорока, глаза голубые, какие-то одновременно мягкие и неопределённые. Кожа смуглая, немного, скажем так, потрёпана, видно, что человек бывалый. По телосложению вполне крепок. По форме одежды почти ничем не отличается от других, за исключением того, что носит не то талисман, не то амулет. Маленький, почти незаметный. Имеет гравировку на своём корпусе на латинском, что-то связанное с верой, если присмотреться, можно её прочесть: «Не оставь меня в пути длинном, свет пусть озарит его». Похоже, человек он верующий. Из оружия верный АК-101, а также пистолет «Удав». Командира он знает достаточно давно, можно сказать, несколько лет. Служили вместе, он поднялся до звания старшего лейтенанта, а Алексей остался, скажем так, обычным, но при этом надежным бойцом. — Слушай, командир, я чего зашёл — поговорить хотел. — А? Да-да, конечно. Что такое? — Помнишь, когда наши умники тебе показали картину разрушенной Москвы с дрона, что тогда тебе показалось? Что это было? Тебе снова виделся тот самый сон? — Спросил он, снимая с плеча АК и садясь на койку. Тот сделал вздох. — Да. Снова та картина…и я постоянно вижу перед собой чей-то силуэт, отдалённо напоминающий человеческий. Весь чёрный. Он что-то мне говорит, но я смутно помню его слова или. этого нечто. — «Чёрный силуэт», да? Знаю я, кого тебе удалось лицезреть. Только вот непонятно — к счастью или горю. — И кого же? — Их называют «чёрными», какие-то мутанты из ряда очень могущественных и. разумных. — А ты откуда такое знаешь? — Хм, Святослав Константинович, мы хоть и давно знакомы и служили вместе, но обо мне ты ещё не знаешь много. — Это он произнёс с какой-то загадочной, еле заметной улыбкой. — Ты можешь сказать, как мне от таких снов избавиться? — К сожалению — никак. Думаю, они как-то связаны с потусторонним миром. И пока не выясним что к чему — это вряд ли прекратится. А если уж ты видел тот силуэт… даже не знаю, что тебя может ждать. Давно у тебя это было? — С года четырнадцатого. — Значит до всего этого…да, странное дело твориться, друг мой. — И что мне делать? — Собирать кусочки картины. Думаю, от тебя что-то нужно. Я пойду пока, может смогу разузнать чего, да и помочь тебе. — На этих словах он вышел, оставив командира одного, дав ему ещё больше вопросов, чем ответов.