Идеальный снимок / Picture Perfect

Уиллоу была одержима камерой, которую ей подарила Камилла. Это было огромной находкой, поскольку свитки Пенстаграмма не функционировали в человеческом мире, а Уиллоу очень хотела показать своим отцам все, чем она и ее друзья занимались... когда они наконец воссоединяться. Итак, Камила вытащила из хранилища старую камеру своего мужа, чтобы дать ей шанс. — Она довольно старая, — сказала Камила, сдувая пыль. — Сегодня есть более быстрые и цифровые, но я думаю, что винтаж возвращается. Я удивлена, что она все еще работает, но теперь это все твое, mija. — заключила Камилла. Уиллоу держала маленькую черную коробочку так, словно это было ее самым большим сокровищем, и теперь носила ее повсюду. Адаптация имела свои взлеты и падения. Казалось, что как раз когда они чувствовали одно, что-то переворачивало все. Когда они веселились в торговом центре, смеялись и пробовали человеческую еду, они вспоминали свои семьи на островах и чувствовали себя виноватыми. Когда они были в центре беспокойства и чувствовали, что все безнадежно, Гас находил что-то еще удивительное в человеческом мире, что отвлекало их и вдохновляло их на новые попытки. Как будто не было правильного способа чувствовать, поэтому у них не было другого выбора, кроме как чувствовать все. Это был шанс, который может никогда больше не представиться, они не знали, как все обернется. Так что они должны были сделать все возможное, и Уиллоу хотела запомнить это. Каждую его часть. — Фотографии готовы! — объявила она, входя в гостиную. Даже несмотря на то, что фотографии печатались автоматически, Уиллоу любила сохранять их, чтобы показать всем, когда они были вместе, поэтому, когда она вошла, все вскочили со своих мест и столпились вокруг Уиллоу, когда она клала конверт на кухонный стол. Это стало их еженедельной рутиной: заново переживать неделю через призму Уиллоу, комментировать моменты, которые она запечатлела, и выбирать свои любимые. — О, посмотри! Это же было, когда я застрял внутри клетки! — воскликнул Гас, с ликованием поднимая фотографию. На фотографии он действительно обнимал плюшевого жирафа, который теперь лежал рядом с его подушкой. Камила была рядом с машиной, она выглядела обеспокоенной и пыталась понять, как его вытащить. — А вот и пожарный, который тебя вытащил, — добавила Ви. — А еще охрана выводит вас с территории и не пускает в магазин, — сказал Хантер. — О, Ида была бы так горда!... — ответила Луз, вытирая слезу. — Ой! Вот я и Луз перед нашим первым свиданием в человеческом мире! — взвизгнула Эмити, любуясь фотографией. Они стояли у двери, готовясь к отъезду, и Уиллоу поймала момент, когда Луз что-то прошептала Эмити, и она откинула голову назад, смеясь, пока Луз помогала ей надеть пальто. — Как это мило! Повесим на холодильник! — воскликнула Луз, прижимая фотографию к сердцу. Несколько фотографий были постановочными, но большинство из них были откровенными боевыми снимками. У Уиллоу был дар подмечать идеальный момент. — Уиллоу, почему так много Хантеров? — спросила Эмити, приподняв бровь и пролистывая стопку. — Что ты имеешь в виду? Там фотографии всех вас. — смущенно сказала Уиллоу. — Да, но в процентном отношении здесь в основном Хантер, — засмеялась Эмити. — Смотри, вот Хантер в твоем саду, вот Хантер хвастается своей стрижкой, Хантер читает, Хантер убирает продукты, Хантер… наблюдает закат? — Думаю, я провожу много времени с ним, — пожала плечами Уиллоу, не видя проблемы. Хантер попытался скрыть свой яркий румянец, вызванный ее словами. — Ага, со всем этим можно открыть галерею и назвать ее "Хантер" — присвистнув, поддразнил Гас. — Не знал, что ты такой фотогеничный, чувак. — Капитан просто одаренный фотограф, — сказал Хантер, явно взволнованный доказательством ее внимания. — Она хорошо все фотографирует. Я имею в виду, вот потрясающее фото орхидеи, которую она вырастила в цветочном ящике снаружи, она нашла идеальное освещение даже под дождем! — Я вижу тебя в отражении окна, держащего над ней зонт. — сказал Гас, щурясь на изображение. Он улыбнулся тому, как счастлив он был с ней, помогая ей. — Ну, я… не хотел, чтобы камера намокла... — пробормотал он, вытаскивая фотографию из кучи, на которой он и Флэпджек. Палисман счастливо спит у него на голове, а у Хантера глупое выражение лица, которое Уиллоу подсказала ему сделать. Он улыбнулся воспоминанию о том дне, словно фотография вернула его к жизни. — Он стал больше улыбаться, — прямо сказала Уиллоу, глядя на собственные фотографии. — Я хочу запомнить это. — Он стал больше улыбаться, потому что ты проводишь с ним так много времени, — прошептал Гас, чтобы только Уиллоу это услышала. — Ну, может быть, именно поэтому я продолжаю это делать, — прошептала она в ответ, с улыбкой на лице, любуясь фотографией Хантера, покрытого грязью, когда Ви и Гас сидели на земле и смеялись рядом с ним. На заднем плане Луз и Эмити покачивались под дождем. Фотография была немного размытой, да и экспозиция была не очень хорошей, но она ни на что не променяла бы ее. ——— Уиллоу хранила все фотографии в фотоальбоме для безопасного хранения, как маленький комикс, документирующий их пребывание здесь. Добавляя новые фотографии в альбом, она отметила, что слова Эмити оказались правдой: в основном это Хантер. Она действительно хотела собрать доказательства его улыбки, но, возможно, камера была крошечным предлогом, чтобы объяснить, почему она так много смотрела на него. Остальные вернулись к своим обычным делам, а она сидела за столом, восхищаясь своей работой и записывая даты, когда они были сняты, в белой части внизу. — Ты не должна продолжать тратить на меня столько пленки... — застенчиво сказал голос из дверного проема. Уиллоу подняла глаза и увидела Хантера, прислонившегося к дверному косяку. — Я ничего не теряю, — возразила она, жестом приглашая его сесть рядом с ней. — Мне нравится иметь фотографии моих друзей, чтобы они напоминали о хороших временах, когда мне грустно. Слушай, мне нравится эта фотография, когда вы с Гасом едите мороженое! Ты был так мил, что отдал ему свое мороженое, когда он уронил рожок. Без фотографии я бы, наверное, и не вспомнила. Она знала, что ее слова – ложь, когда передала ему фотографию, на которой он сидит рядом с Гасом на скамейке и вручает ему его рожок. Она никак не могла забыть, каким мягким стал его голос, когда он сказал «вот» и сжал плечи, когда начал убирать упавшее лакомство. То, как он не подумал дважды о помощи Гасу, заставило сердце Уиллоу дрогнуть, насколько помощь ему была второй натурой. Уиллоу знала, что Хантер не думает дважды о таких вещах и не делает их для похвалы, поэтому его память значила еще больше. — Это напоминает мне, как мне повезло, что в моей жизни есть такие добрые люди, — сказала она, но Хантер не казался убежденным. — Просто… я знаю, что твои семьи на островах оценят фотографии, чтобы увидеть, что они пропустили, пока тебя не было, но… нет никого, кто хотел бы иметь мой снимок. — А Дариус? — Он… может быть, — признал Хантер. — Но даже тогда он, возможно, захочет один или максимум два, я уверен, в основном для критики того, что я ношу. Я не думаю, что он одобрил бы выбранную мной человеческую моду. — Что ж, тогда я их оставлю. — Сказала она просто. — Т-ты? З-зачем тебе фотографии меня?» — Поскольку это красивые фотографии, почему бы мне не захотеть их сохранить? — Уиллоу рассмеялась. — Мне нравится проводить время с тобой, и мне нравятся эти фотографии на память о времени, которое мы провели вместе. Хотя иногда быть здесь может быть тяжело и страшно, ты всегда рядом, когда я нуждаюсь в тебе! Ты заставляешь меня смеяться, и ты заботишься обо мне, ты милый… но если ты не хочешь, чтобы я тебя фотографировала, я могу прекратить… —Нет! Нет, я имел ввиду совсем не это, — он нервно усмехнулся. — Я… не возражаю. Ты действительно отличный фотограф, поэтому для меня большая честь быть сфотографированным с тобой. Она засмеялась, поднесла камеру к глазу и сфотографировала его, подперев подбородок кулаком, когда он смотрел на нее широко распахнутыми, одурманенными глазами. — Кроме того, я документирую исчезновение мешков под глазами! — игриво добавила она. — Чем дольше мы здесь находимся, тем больше отдохнувшим ты выглядишь. Я думаю, что это важно, потому что ты важен для меня. — Ну… тогда, — сказал Хантер, потянувшись за камерой. — Есть одна важная вещь, которую ты упускаешь. Он повторил ее движения и сфотографировал ее. Сначала она смотрела на него с замешательством, но на фото ее распахнутые глаза сияли. Для второго снимка она улыбнулась и наклонила свою голову. Хантер покраснел за камерой, пытаясь не сойти с ума, фотографируя Уиллоу. — Когда у тебя будет достаточно фотографий для твоих отцов… Я бы тоже хотел сфотографировать тебя, если ты не против? — Я думаю, мы можем это устроить, — улыбнулась Уиллоу, расправляя косу. — Давай вместе сфотографируемся! Она подошла к его месту, положила подбородок ему на плечо и наклонила камеру, чтобы сделать селфи. Она не знала, как ее расположить, ведь когда она делала фотографии на свитке, она могла видеть фото в том виде, в каком она была сделана, но теперь она понятия не имела, были ли они в кадре. Когда фотография вышла спереди, она была немного кривой, но изображение было по-прежнему четким. Уиллоу смотрела в камеру, сделав знак "мира" и широко улыбалась, в то время как глаза Хантера были прикованы к ней, его щеки пылали, но его улыбка была такой же широкой, как и ее. — Э-э, вот, может быть, я могу попробовать сделать снимок, — предложил Хантер, отмечая, что на этот раз нужно смотреть в камеру. — Моя рука длиннее. — О, хорошая идея, — сказала Уиллоу, протягивая ему камеру и вставая, чтобы посмотреть в объектив, чтобы убедиться, что угол выбран правильно. — Все супер! — Значит, я просто нажму кнопку? — спросил Хантер, когда Уиллоу воспользовалась тем, что ее руки свободны, и обняла его за плечи, на этот раз их лица были намного ближе друг к другу. — Ага! И тогда появится вспышка. Как только Хантер нашел кнопку, Уиллоу повернулась и крепко поцеловала Хантера в щеку. Его глаза расширились от удивления, и Уиллоу улыбнулась, представив себе его реакцию. Она могла обвинить в своей импульсивности эстетику, которую требовало фото. Хантер застыл, пока Уиллоу наклонилась вперед, чтобы взять снимок с камеры, и осторожно встряхнула ее. — Знаешь, на самом деле трясти нельзя, но я слишком нетерпелива, — прошептала она ему, подмигнув. — Оой! Твое лицо выглядит таким милым! Я обязательно вставлю это в рамку. — Ты прекрасно выглядишь, капитан, — небрежно сказал Хантер, любуясь снимком. Это напомнило ему о фотографии, которую они сделали с командой по воздушному дерби, и как он был благодарен за то, что она была в его жизни тогда. И есть сейчас. — Как думаешь, э-э-э, я могу получить копию? — Ну, он печатает только один снимок, но мы можем сделать ещё один! — весело сказала она, осторожно кладя фотографию на стол и занимая свою позицию, обнимая его. Он снова поднял камеру и затаил дыхание, готовясь снова сделать снимок. Уиллоу крепче сжала пальцы и снова поцеловала его в щеку, удерживая позицию и ожидая вспышки. Посвященная искусству фотографии, она была готова держать свои губы прижатыми к его лицу столько, сколько потребуется, чтобы увеличить их шансы на идеальный снимок. Но Хантер был так сосредоточен на ней, что у него не осталось ни одной мысли о том, чтобы сделать снимок. Однако, что-то подсказывало ему, что ему не понадобится фотография, чтобы навсегда запомнить этот момент.