Secret, secret

Минхо лежит на кровати и читает, когда со скрипом открывается дверь. Чан ушёл несколько часов назад, чтобы поработать в студии, да и он обычно возвращается, когда Минхо уже спит. Он слегка приподнимается, оставляя закладку на странице своим указательным пальцем. Не Чан переходит порог — Джисон. Младший грызёт свою губу, стоя с одеялом, обернутым вокруг его плечей. Его волосы торчат в разные стороны, словно он сильно трепал их. Минхо отстранено задумывается, как кто-то может выглядеть так восхитительно, не прилагая ни малейших усилий. Он откладывает эти мысли подальше в своей голове. — Джи? Джисон поворачивается, чтобы закрыть дверь, пальцы ненадолго задерживаются, прежде чем повернуть замок. Минхо делает нормальную закладку на странице книги и откладывает её в сторону, когда Джисон приближается к кровати. — Чан проводит сегодняшнюю ночь в студии. — Ох. Почему? — Он клинически сумасшедший, кто знает? Джисон присаживается на краешке кровати Минхо, а тот двигает своими ногами и его лодыжки скрещиваются. Они сидят в комфортной тишине около минуты. Ну, Минхо комфортно — Джисон, кажется, через пару секунд выползет из кожи. Минхо слишком занят изучением каждой его реснички, чтобы заботиться и заполнении тишины в комнате. — Хён. Я собираюсь кое-что сказать тебе, и, если тебе будет из-за этого некомфортно, мы просто сделаем вид, что этого не произошло, хорошо? — Э… — Я думаю, ты мне нравишься. Типа в романтическом плане. Типа я влюблён в тебя. И я знаю, что это сделает некоторые вещи странными, но я просто хотел быть честным— Минхо протягивает руку и кладёт её на плечо младшего, поворачивая его тело к своему собственному. Его сердце сейчас выпрыгнет из груди. Его мысли — непрерывный вихрь из Не позволяй этому быть мечтой, Не позволяй этому быть мечтой, Непозволяйэтомубытьмечтой… Слова, которые покидают его рот, чтобы прервать Джисона, мягки: — Джисон. У меня тоже к тебе чувства. Джисон вскакивает, глаза широки, и выдыхает: — Ох. — Ага, — глаза Минхо светятся от любви, и он позволяет своей руке скользнуть с плеча Джисона на его руку, нежно лаская кожу. — Я не думал о том, что сделаю, если ты так ответишь. По правде, я весь день об этом думал. — И что ты думал, я бы сделал? Плюнул на тебя? Тот ярко хихикает, и его лицо загорается. — Подожди, дай мне повернуться к тебе лицом. Джисон кладёт руки на матрас, перенося вес. Его рука скользит по одеялу, и он падает на грудь Минхо, нависая лицом над старшим. Мир Минхо уменьшается до запаха свежего белья и носа Хан Джисона. Он мог бы остаться в этом моменте, пока земля не исчезнет, и нисколько бы не возражал. Джисон передвигает свою руку с груди Минхо в сторону от его лица, и Минхо чувствует, как прикрываются его глаза. — Джисон… — шепчет он, и его голос звучит, будто он молиться. Он, по правде, не уверен на что. Джисон, кажется, понял, ведь он наклоняется вперёд и соединяет их губы. Ничто никогда не сдвигало его восприятие реальности, как это. С этого момент, он больше никогда не захочет делать что-либо ещё, кроме как целовать этого человека. Пальцы Джисона слегка проходятся по его щекам, и его губы мягко разделяют губы Минхо. Минхо вздыхает из-за контакта и передвигает свои руки, которые безвольно лежали по бокам от него, на изгибы талии Джисона. Джисон наклоняется ещё ближе, а Минхо тает от чувствительности Джисона. Красивого, невероятного Джисона. Некоторое неизвестное количество времени проходит, прежде чем Минхо вынужден отстраниться, чтобы вздохнуть. Возможно, секунды, возможно, десятилетия. Он шепчет в небольшое расстояние между их губами: — Это сон? Джисон улыбается и мягко соединяет их носы. — Я очень надеюсь, нет. Несколько минут спустя Джисон ползёт под одеяло и кладёт свою голову на плечо Минхо. Тот осторожно проводит кончиками пальцев по руке Джисона, и они тихо разговаривают: — Так что это значит для нас? — Джисон глядит на него сквозь длинные ресницы, и Минхо уверен, что лежит в луже на ковре. — Я бы хотел, чтобы это значило, что мы вместе. — Я бы тоже этого хотел. — Я имею в виду, что на данный момент я на половину влюблён в тебя, но не знаю, стоит ли нам говорить всем или нет. — Я тоже. Я хочу, чтобы это было только нашим. — Пока что. Джисон улыбается, и это слышится в его словах: — Пока что. Я думаю, мы должны рассказать всем перед дебютом. Просто, чтобы никто не чувствовал ничего такого. — Хорошо. Джисони. Так это значит, что я могу называть тебя своим парнем? — Только если я могу называть тебя своим. — Ох, я давно твой, малыш. Джисон бормочет: — Заткнись. — Я имею в виду это. Джисон стонет и наклоняется к губам Минхо, чтобы прошептать в них: — Ты станешь моей смертью.

***

На кухне беспорядок из разделочных досок и дымящихся сковородок. Дома только Минхо и Джисон. Невероятно редкий случай. Чан и Чанбин записывают остальных в студии. Партия Джисона была закончена неделями ранее, а Минхо записал свою первым, так что они вернулись в общежитие. Джисон решил принять душ, как только они доберутся, так что Минхо начал готовить ужин. Он помешивает морковь в сковороде, когда его обнимают сзади за талию. Джисон пахнет шампунем, и Минхо закрывает глаза, чтобы вдохнуть запах. Джисон прикасается своими губами до задней части шеи Минхо, и слегка гудит. Джисон начинает оставлять поцелуи по всей коже над воротником его футболки, и Минхо шипит, когда чувствует, как зубы впиваются в его кожу. Требуется всё его самообладание, чтобы сказать: — Я не хочу ничего сжечь, Джи. Джисон встаёт на носочки, и Михно чувствует, что всё тело Джисона соприкасается с его собственным. Джисон прикасается своими губами раковины уха Минхо и выдыхает: — Мы здесь одни. Ты можешь закончить это позже. 
 Минхо спокойно тянется вперёд и выключает все конфорки, передвигая всё от тепла. Затем он поворачивается в руках Джисона и двигается, чтобы встать нос к носу. — Вперёд, тогда. Джисон не тратит времени и наклоняется, чтобы соединить их губы. В этом поцелуе нет ничего нежного, и Минхо может чувствовать мяту от жевательной резинки, которую Джисон жевал ранее. Он стонет, когда Джисон скользит своими руками под его футболку, и разрывает их губы, чтобы начать целовать челюсть и подбородок Джисона. Джисон скулит, когда он оставляет метку под его челюстью, и Минхо чувствует, как становится твердым в штанах. Он заставляет себя отстраниться и почти рушиться из-за вида Джисона: его губы распухли, глаза наполовину закрыты, а зрачки будто взорваны. Минхо дергает головой по направлению к комнате, и Джисон с энтузиазмом кивает. Они соединяют руки, и Джисон ведёт его к комнате, которую делит с Хёнджином и Чанбином, при этом срывая с себя футболку. Он поворачивается к Минхо и обхватывает края его рубашки. В его глазах застыл вопрос, и Минхо произносит, задыхаясь: — Пожалуйста. Джисон снимает футболку до конца и поднимается, чтобы соединить их губы. Мгновенно руки Минхо оказываются в его волосах, и он тянет пряди волос у корней, заставляя Джисона простонать ему в горло. Пальцы Джисона блуждают по всей спине Минхо, когда тот открывает рот. Джисон спешит проникнуть в него своим языком. Всё это время Джисон подталкивает их к своей кровати. Когда обратная сторона коленей Минхо ударяются о неё, Джисон слегка толкает его рукой в грудь. Его спина приземляется на одеяло, и Джисон седлает его бёдра, их промежности слегка касаются друг друга. Они оба отстраняются, чтобы простонать, и Минхо улыбается Джисону. Тот ухмыляется ему в ответ и наклоняется, прижимая свои губы в нежном поцелуе. — Ты великолепный. Минхо вздыхает, его слова звучат напряжено: — Могу я отсосать тебе? Он проводит руками по бокам Джисона и чувствует, как мышцы напрягаются от этих слов. Джисон сглатывает и смотрит ему в глаза. — Ну, раз ты так мило попросил. Затем он скатывается с Минхо, чтобы оказаться на спине, и Минхо смещается так, чтобы он оказался на своём боку. Он нежно проводит рукой к поясу штанов Джисона. Он замирает, прежде чем убрать ткань, он наклоняется, чтобы поцеловать контур его члена. Джисон перемещает руку на его волосы, и поднимает его голову за волосы. — Хватит дразнить. Минхо самодовольно улыбается и двумя руками снимает штаны и бельё одновременно. Джисон роняет свою голову и издаёт сломленный звук в холодный воздух. Минхо не тратит времени на поцелуи на тазовых костях и коже, к которым теперь появился доступ. Он всасывает некоторые места, чтобы оставить метки, специально избегая истекающий член Джисона. Одна из рук Минхо держит бедро Джисона, а вторая начинает проводить по всей длине члена. Джисон резко вдыхает из-за контакта, и Минхо не может больше сопротивляться. Он переносит вес и устраивает губы на кончике истекающего члена Джисона. Он закрывает глаза и разъединяет губы, медленно двигаясь дальше по длине. Он чувствует, как Джисон хватает его волосы, и стонет от прикосновения, посылая вибрацию по члену, из-за чего стонет уже Джисон. Минхо крепко прижимает свой язык к нижней части его члена. Когда он начинает водить своим ртом вниз и вверх, бёдра Джисона поднимаются, так что он двигает обеими руками, чтобы держать его на месте. Джисон — это беспорядок из стонов и мольб, и Минхо такой твёрдый, что он отстраненно думает, что может умереть от возбуждения. Не проходит много времени, прежде чем хватка Джисона ослабевает, и он вскрикивает. Минхо встряхивается, когда он кончает ему в горло, и слегка кашляет, когда глотает. Он открывает глаза и видит Джисона над ним абсолютно счастливым. Джисон пару раз моргает, пока его взгляд не очистится, и двигается, чтобы Минхо поднялся. Джисон ведёт его за заднюю часть шеи вверх к своим губам, и они делят мягкий поцелуй, прежде чем Минхо чувствует, что другой обхватывает его эрекцию. Минхо выдыхает от контакта, а Джисон целует его шею одновременно с движениями своей руки. Минхо позволяет своей голове откинуться, и Джисон начинает спускать его пояс. Они хихикают из-за того, как Джисон пытается снять штаны Минхо, и тот в итоге сам снимает их вместе с боксерами. Джисон облизывает свою губу и не заморачивается с вводом. В следующее мгновение весь член Минхо обхвачен его ртом, и Минхо не может совладеть со звуком, который срывается с его губ. Джисон двигается, а Минхо видит звёзды. Ему не нужно много времени, чтобы кончить, и Джисон поднимается, дабы оставить мягких поцелуев по всему его лицу. Минхо улыбается и тянется, чтобы надеть нижнее бельё. Они лежат несколько минут, прежде чем в тихой комнате урчит живот Джисона. — Мне кажется, теперь мы можем закончить готовку. Минхо возвращается к плите, а Джисон стоит в стороне, читая статью о пустынных животных. Они оба без верха, и Минхо не задумывается об этом, когда они слышат, как открывается дверь. Чанбин входит в кухню и падает на стул у барной стойки. Он начинает предложение и останавливает себя: — Э… Джисон, у тебя сыпь или что-то такое? Джисон выглядит растерянно, и Минхо рассматривает его торс: только несколько засосов, которые он оставил, расцветают на его коже. — А? — Твой живот. Он весь в этих красных пятнах. Джисон смотрит вниз, и его лицо краснеет, он отправляет Минхо встревоженный взгляд. Минхо подпрыгивает. — О боже. Выглядит действительно так. Иди за аптечкой. Там, должно быть, есть какая-то мазь. Джисон разворачивается, чтобы пойти к шкафчику, и Чанбин прочищает горло. Минхо поворачивается, чтобы посмотреть на него, а тот поднимает бровь, уголок его рта приподнимается, словно он пытается не засмеяться. Минхо отводит взгляд и чувствует, как его собственные щёки становиться красными. Он убеждает себя, что Чанбин, должно быть, пытается подразнить Джисона за то, что тот так очевиден, ничего больше. Джисон уходит со словами: «Нанесу мазь», и возвращается уже с большой чёрной футболкой с какой-то группой на нём. Минхо накладывает еду для всех них, и они садятся и разговаривают, пока остальная часть команды не придёт домой. Чанбин не упоминает «сыпь», и Минхо так благодарен за это, что готов поцеловать его. Джисон, кажется, повторяет это же, написав ему: «Спасибо, чёрт возьми, что это был не кто-то другой». Минхо смотрит на него и кивает. Хёнджин ноет: — Ребят, вы можете перестать писать друг другу, когда мы все вместе? Это так грубо.