Спаситель

      Сережа стоял в нетерпении сжимая сумку. Внутри был один помятый тюльпан в целлофане. День почти подошел к концу, а он так и не решался подойти и отдать подарок. Завтра выходной из-за праздника. "Соберись. Это-это должно быть просто. Подошел и подарил". Но вокруг неё было так много людей, казалось, они всегда её окружали. А она в ответ растворялась в них полностью. На плечо опускается рука, заставляя подскочить на месте.       — Ты что тут делаешь, Олег?       — Интересно стало. А ещё я в магазин собирался, что будешь на ужин?       — Давай чуть позже. Я буду то, что приготовишь.       — Ага. Прям всё?       Серёжа продолжал выглядывать, выискивая лучший момент.       — Тогда сегодня едим белую рыбу, — он улыбался. — с брокколи. Вздрагивает.       — Нет, нет. Не настолько всё.       — Ты уже давай. Решайся.       И ушел.       Началась пара. Все заняли места. Он потерял надежду.       «Неужели я настолько трус?»       Всю лекцию сидел молча, иногда записывая. Продолжал смотреть на неё. Вообще у него не было никаких таких мыслей, да и влюбляться он не планировал. Потом была работа в парах на одном из занятий. И как-то языками они сцепились. Ещё были случайные встречи, совместная прогулка, длившаяся неприлично долго, закончившаяся неожиданными объятиями и легкой откровенностью. После этого он уже не мог выкинуть её из головы, делать вид что их такой мимолетной, необыкновенной связи не существует.       Как только всё закончилось она чуть задержалась, прося подождать в коридоре.       Повернулась на него улыбаясь.       —Ты что-то хотел, Сереж?       — Нет. То есть да. Вот.       Он протянул ей помятый цветок.       — С праздником.       — Спасибо большое, - понюхала. — А почему он в целлофане?       Смутился.       — Просто хотел как-то празднично.       Она звонко засмеялась на всю аудиторию.       — Ты чудо!       Чмокнула в щеку и вышла. Он остался пораженный этим мгновением. Ему хотелось запомнить эти чувства на всю жизнь, запечатлеть на внутренней стороне век. Каждый раз засыпая, проживать вновь и вновь.       — Разумовский, мне вас тут закрыть? Или вы всё же хотите попасть сегодня домой.       Из оцепенения вывел голос преподавателя.       — Уже ухожу. Простите.