Закон Цахик

Кири и Ротхо некоторое время сидели на улице, обсуждая разные новости. — Ротхо, я хочу набрать ракушек и кораллов для украшений. Мне нужны те, что в другом конце деревни. Проводишь меня? — спросила девушка. — Да, пошли, — он сразу же согласился. Ребята выдвинулись в путь. Идти было недолго, но какое-то время это действительно занимало. На’ви здоровались с Салли, пытались что-то спросить, но она старалась их игнорировать. Но в основном, рядом держался друг, так что никто не осмеливался подойти ближе. Наконец, дойдя до нужного места, оматикайа принялась за сбор нужных ей материалов. Как назло, тучи на небе начали сгущаться, и пошел дождь. — Эй, Кири, пошли к дому. Чувствую, что сейчас ливанет! — Иду, — она сорвала последний коралл и вместе с парнем побежала домой. Как и предсказывал Ротхо, начался ливень. Уже у дома, когда они вымокли до нитки, меткаин сказал: — У нас смена караула, мне нужно идти. Скоро придёт мой напарник, так что не скучай! — он скрылся из виду, а Кири забежала в помещение. Оказавшись в своей комнате, она тут же принялась снимать с себя одежду, вешать её сушиться и вытираться. Она была совсем без одежды, когда услышала подозрительный шум с улицы сквозь дождь. Взяв с постели покрывало, она плотно укуталась в него и аккуратно выглянула в окно. Её глаза тут же заметили меткаина, который ходил и озирался. От него веяло чем-то недобрым, что Салли почувствовала сразу. «Это Цумэй! Эйва, что он тут делает? Когда это наконец прекратится?» — промелькнули мысли в её голове. Лесная на’ви собралась было выйти, но по звукам поняла, что незванный гость сам зашёл в её дом. Девушка юркнула в угол и затаила дыхание. В этот момент она была благодарна, что её комната была самой дальней. «Какого хрена он зашёл в дом? Что ему нужно?» — Кири, ты здесь? — донеслось до ее ушей, — Ну же, выходи. Я знаю, что ты тут! Я просто хочу поговорить! «Чёрт, это не к добру! Он что-то замышляет!» — Я знаю, что ты меня слышишь! Я хотел с тобой поговорить насчет наших отношений. Ты же догадалась, что я неравнодушен к тебе? Я уверен, что это взаимно, но из-за запрета цахик ты не можешь этого показать, — произнес он, — Я хотел быть ближе с тобой. Но эти гады вечно трутся рядом. Я хочу, чтобы у нас была связь, Кири, — на’ви, наконец, договорил. Сердце Кири пропустило удар, а глаза округлились. Стало страшно, а потом пришло осознание: «Если я сейчас не свалю отсюда, то он изнасилует меня. Чёрт-чёрт! Ну почему никого нет рядом?!» — одна лишь мысль о том, что она может подвергнуться такой жестокости бросала её в дрожь. Она знала, что если они установят связь, то это навсегда. За ней последует ребёнок. Она не сможет вступить в связь с кем-то другим. Это будет крест на её жизни. Слезы вдруг покатились по её щекам. Она максимально тихо отодвинулась от стены и подошла к окну. Сильный ливень продолжался до сих пор, а на улице ни души. Она прислушалась и поняла, что парень где-то рядом. Должно быть, он в комнате братьев. Воспользовавшись моментом, она перелезла через окно и погрузилась в воду. Она уже успела остыть, поэтому находиться в ней было достаточно холодно, пусть и в покрывале. Удерживая ткань одной рукой, Кири выплыла на берег и рванула прочь от дома. Бежать по мокрому песку было тяжело, но она не останавливалась. Когда на кону стоит твоя жизнь, то тебя уже ничего не волнует. Дождь бил по щекам и смешался со слезами. Ноги болели от холода и резкой нагрузки. Ветер только усложнял передвижение. Она боялась даже оборачиваться. Так страшно было только в плену у RDA. У нее было лишь одно место, где она могла укрыться. Добежав до хижины, она начала колотить в дверь. Открыла ей Ронал с искренним непониманием и вопросом: кто же заявился в такой шторм? Стоило ей увидеть свою ученицу, промокшую, дрожащую, с пледом на теле, плачущую, как она тут же завела ее в дом. — Кири, что с тобой случилось? — спросила женщина, но она молчала, потому что зуб на зуб не попадал, — Цирея! В дверном проёме появилась девушка, которая, при виде подруги, тут же подбежала к матери и обеспокоенным лицом. — Что такое? Кири, почему ты тут в такую погоду? Постой, ты плачешь? — Отведи ее в комнату и укутай. Я сейчас подойду, — цахик ушла. Меткаина приобняла Салли за плечи и провела в соседнюю комнату. Она достала полотенце и новое покрывало. Цирея начала вытирать Кири, потому что ту била сильная дрожь. Когда она укутала ее, то жена вождя вошла в комнату. — Возьми, — она протянула тёплый напиток в чаше, — Выпей. Это поможет согреться. — Спасибо… — шепотом вымолвила Кири и за один глоток выпила содержимое. Всё это время женщина и ее дочь сидели рядом. Спустя минуту, Ронал произнесла: — Дитя, что случилось? Почему ты в такую погоду пришла сюда, да еще и без одежды? — Мы с Ротхо ходили на другой конец деревни за ракушками и кораллами. Мы попали под дождь и промокли насквозь. Я зашла в дом и начала переодеваться, а на улице была возня. Там был Цумэй. Он зашел в мой дом. Я… Он говорил, что хочет установить со мной связь… — слезы вновь начали течь из глаз, го она продолжала говорить, — Я не успела даже переодеться: просто выпрыгнула из окна и побежала сюда, — Салли стёрла влагу с щёк и шмыгнула носом, а потом глянула на Ронал. Сначала ее глаза были полны ужаса, а потом в них появилась ярость, а лицо стало жестоким. Она вышла из комнаты, а Цирея рванула за ней. — Мама, куда ты? Я тебя никуда не пущу! — Цирея поднялась за женщиной на второй этаж хижины, когда та подошла к дозорному. На крыше их дома всегда находился дозорный: он трубит в рог, когда вожди созывали кого-то. — Госпожа? — Дай сюда рог! — рявкнула цахик и мужчина тут же отдал предмет ей. Цахик вдохнула воздух и издала на инструменте специальный звук, который был предназначен для ее сына. Таким образом она давала ему знать, что ему нужно вернуться домой. — Мама, зачем тут Аонунг? Ты представляешь, что будет, когда он узнает об этом? — Цирея действительно насторожилась, потому что знала своего брата в гневе. Он был страшен, — Разве отец здесь не нужен? — Отец и Салли у другого племени. — Но Аонунг зачем? — Он разберется с этим мерзавцем и покажет, что будет, если кто-то еще раз решится напасть на цахик. Некоторое время принцесса рифов находилась рядом с оматикайа. Она держала ее за руку, стараясь успокоить. В соседней комнате послышался шум. Аонунг зашёл в дом весь мокрый. К нему тут же подбежала мать. — Я пришел так быстро, как мог. Что произошло? — парень действительно недоумевал, почему его позвали. — Дочь Торука Макто, — произнесла меткаина. Она схватила сына за руку и отвела в комнату, где сидели девушки. Сестра выскочила из комнаты, оставляя их одних. Сын вождя подошел к подруге, искренне удивляясь ее внешнему виду. — Кири, что с тобой? Почему ты мокрая? — он присел на корточке, чтобы быть с ней на одном уровне. Голые плечи, плед, который она держала рукой, открывая вид на грудную клетку, мокрые волосы и напуганные глаза. Он чувствовал, что что-то не так. В комнату ворвался Ротхо. — Что, чёрт возьми, произо-о-о-ой, простите! — парень прикрыл глаза рукой и отвернулся. — Ротхо, не валяй дурака, — ответил меткаина, на что друг недовольно выдохнул и сел рядом, — Я слушаю, Кири. — Мы с Ротхо ходили в конец деревни и попали под дождь. Я вернулась домой и начала переодеваться, как услышала, что на улице что-то происходит. Потом в дом зашел Цумэй, — руки девушки снова начали дрожать, — Он говорил, что хочет установить со мной связь. Я сбежала через окно и прибежала сюда, — лесная на’ви снова начала плакать. Ротхо был в шоке, когда понял, что запугать парня не удалось, но стоило ему посмотреть на брата, как в глазах его он прочитал ярость. Аонунг вдруг обнял Кири, крепко прижимая к себе. В голове всё смешалось. Он не мог поверить, что с Салли могло такое случиться. Самым страшным было осознание того, что в случае связи она бы вынашивала его ребёнка. Его. — Ротхо, пошли, — голос меткаина был стальным, — Всё будет хорошо. Я разберусь, — парень встал и пошёл вслед за братом, но почувствовал на своем запястье руку. — Аонунг… — Я же сказал, что разберусь, — он сделал шаг ближе и вновь обнял ее, — Верь мне, — он вышел из дома. Им движила злость. Самая настоящая. Он излучал такую страшную ауру, что даже Ротхо было не по себе. — Я пытался запугать его, когда он лез к ней, — рассказал парень. — Кто-то не понимает с первого раза. Ну ничего, сейчас я покажу ему, где тулкуны лето проводят. Мразь… Братья дошли до хижины Салли быстро. Оттуда доносились странные звуки. Зайдя внутрь, они увидели Ло’ака и Нетейама, что связывали Цумэя. — Отвечай, тварь, где наша сестра?! — Нетейам вдавил его голову в пол. — Я тебе сейчас черепную коробку снесу! — выкрикнул Ло’ак и уже замахнулся, как услышал шум. Он поднял голову, — Ребята? — Держите его! — крикнул Ротхо и подбежал к парням. — Кири у меня дома, с Циреей и мамой, — произнес Аонунг, — Возьмите ей одежду и идите к ней, она вам всё объяснит. А этого подонка оставьте на нас. — Уверен? — спросил Нетейам, — Мы хотели хорошенько вмазать ему. — Уверен, как никогда. Ротхо, поднимай его. — Нет-нет! Не трогайте меня! Я расскажу вождю Тоновари, что вы избиваете меня! Я буду орать, чтобы все пришли сюда! — Цумэй отчаянно дергался в руках меткаинов. — Пусть приходят! Пусть! Расскажешь, что ты хотел сделать! Привяжи его к илу, он будет купаться, — Аонунг оседлал животное а брат привязал к нему на’ви, — Поплыли к тому острову. Парни двинулись на илу к небольшому пустому островку. Они плыли на большой скорости. Цумэй только успевал булькать и верещать позади. Уже у берега, Аонунг развязал его и швырнул в песок. — Ну что, страх совсем потерял? Какого чёрта ты к ней полез? — будущий Оло’эктан сел прямо на него, начав душить. — Кажется, я говорил тебе, чтобы ты не лез к Кири, и объяснил причину. Что я тебе сказал?! — Ротхо опустился на корточки и потянул его за волосы. — ЧТО КИРИ ЕГО ДЕВОЧКА И ОН УБЬЕТ ЗА НЕЕ! А-А-А, БОЛЬНО! — Тогда какого чёрта ты думал, что можешьнад ней надругаться?! — Аонунг надавил локтем ему на живот. - Хочешь, я проткну твой живот копьём? — Прошу, не надо! Я не подойду к ней ни на шаг! Умоляю! — Ну нет уж, я обещаниям не верю. Ты решил, что можешь завладеть моей девочкой, так еще и молишь о пощаде? — на лице меткаина появилась безумная улыбка, — Подними его. Ротхо поднял Цумэя, а Аонунг достал из-за спины копье. Он зашел ему за спину, схватил за косу и перерезал ее. Последовал душераздирающий крик и кровь. Сын вождя нанёс ему по лицу несколько ударов. — Брат, что будем с ним делать? Оставим тут? — Нет. Ты уплывешь с ним к концу деревни, где охрана встретит тебя. Спрячьте его от лишних глаз и ждите моих указаний. Я возьму отца на себя, — парень смыл с себя следы крови и сел на илу. — Понял. Меткаина стремительно уплыл от острова. В голове вертелась мысль: «Что бы я делал, если бы у них случилась связь? Это был бы конец моим чувствам. У нее был бы ребёнок. А вдруг она решила бы убить себя?». Глаза вдруг заслезились. Он понял, что не пережил бы такой исход событий. Слишком больно и страшно. Страшно за свою любовь. Оказавшись у берега, он увидел на горизонте семью Салли. Когда они встретились, то братья сразу спросили про подонка, что чуть не надругался над сестрой. — Как только отец вернется, то всё решится. Нетейам и Ло’ак кивнули и оставили ребят одних, уходя в хижину. — Кири… — парень подошел к ней и обнял, — Как я рад, что с тобой всё в порядке. Ты не представляешь, как я напуган. — Аонунг… Прости, я была неосмотрительна. Если бы я сказала о нём, то этого бы не было. — Не смей извиняться, молчи. Ты не виновата. Это меня не было рядом. Будь я с тобой, то все было бы по-другому. Прости… — Дурак… У тебя полно дел, а ты носишься со мной… — Мне не в тягость. Просто сейчас много работы. Но, чёрт, я правда не мог подумать, что такое случится. Кири закрыла глаза. Страх потихоньку сходил, потому что тепло Аонунга спасало. Было комфортно, будто ты за стеной.