Танец под луной

      Солнце скрылось за горизонтом, укрывая небо темным полотном и оставляя за собой отголоски золотых лучей. На город свободы опустились сумерки, заставляя многих покинуть уютные улице Мондштадта и вернуться в свои дома. Фонарщики зажигали свет в уличных фонарях, не позволяя тьме завладеть городом и поглотить его жителей.       Дилюк вышел из таверны через служебный вход, держа в руках пакет с вином и фруктами. Сегодня для него был не самый обычный день. Поздравления, подарки… Хоть он и привык к этому, но не мог принять. И потому лишь отстраненно улыбался всем, кто его чествовал. Но сейчас он смог сбросить с себя этот тяжкий груз и под тенью деревьев, куда не доставал свет, покинуть город.       Рагнвиндр вдохнул полной грудью ночной воздух, точно сделал глоток свежей воды, и неспешно отправился в путь. Дорога ему лежала одна: на винокурню, где его ждал дворецкий с праздничным ужином, на который он пригласил важных персон. И хотя Дилюк не особо хотел туда идти, более ему податься некуда. Но, остановившись посреди дороги, он тяжело вздохнул.       Небо становилось все темнее, звезды сияли все ярче, и луна уже занимала свое почетное место на небосклоне. Леса Мондштадта приобретали едва различимые темные очертания, а ветер разносил далекое уханье сов. Такое безмятежное спокойствие успокаивало после тяжелого рабочего дня, но также и подстрекало к тяжелым мыслям.       «Некуда?» — горько усмехнулся парень, запуская руку в карман брюк и нащупывая там небольшой брелок, который он носил с собой уже два года как.       Этот день почти закончен, но сейчас Дилюку вовсе не хотелось, чтобы он растворился в ночи. Он таил надежду, что она получит его письмо и придет к нему. Но этого не произошло. И в душе парня из-за этого поселилась легкая обида. Дилюк сильнее стиснул в руках брелок, пока в итоге не достал его. Даже в лунном свете было видно его золотое сияние — сияние приглашения адептов, символизирующее, что его хозяйка сейчас находится в обители.       Губы парня приоткрылись в намерении произнести заветные слова, но он так и не смог этого сделать. Не смог перебороть себя. Как и в прошлые разы.       С момента их последней встречи прошло почти два года и что-либо о Люмин он узнавал из газет и слухов. А пару раз и вовсе отправлял шпионов, чтобы убедиться, что с ней действительно все хорошо.       Усмешка вновь коснулась его губ. Он и представить не мог, что так будет за кого-то переживать. Но даже так, он не мог найти в себе силы, чтобы встретиться с ней, воспользовавшись подаренным ею приглашением.       — Слабак, — презренно выплюнул Дилюк, злясь на самого себя и пытаясь понять, в какой же момент он стал таким.       Ладонь сжалась в кулак, пряча приглашение от алых глаз. Он и сейчас не был готов. «Боюсь… Но чего?» Рагнвиндр уже намеревался убрать брелок обратно в карман, но остановил себя. Подхватив его за узорчатую нить, он глубоко вдохнул прохладный воздух.       — Можно мне войти? — тихо спросил он, направляя часть элементальной силы в приглашение.       Он ничего не почувствовал. Ни странных ощущений, ни искривлений, ни холодка. Ничего. Но, открыв глаза, он увидел перед собой большой особняк, двери которого открылись через несколько секунд.       — Дилюк?       Из дома показалась удивленная внезапному гостю Люмин. Она вышла ему навстречу, улыбаясь так, как улыбаются старым друзьям. Пожалуй, что она была рада видеть его, хоть и в столь поздний час.       — Люмин, — столь же удивленно произнес Рагнвиндр имя девушки. — Прости за беспокойство, — мгновенно нашелся он.       Его глаза забегали по дому, стараясь не встречаться взглядом с его хозяйкой. Словно бы ему действительно было интересно осмотреть особняк в ночной тьме, отмечая его в нем архитектуру Ли Юэ.       — Я рада тебя видеть, — мягко произнесла девушка, приближаясь к парню. — Но все же, что привело тебя сюда? Что-то случилось? — уже настороженно поинтересовалась она.       — Нет, все в порядке, — мотнул головой Дилюк и улыбнулся. — Просто захотелось встретиться с тобой, — признался он в цели своего визита и посмотрел на пакет в руках. — Может, перекусим?       Они сели на мягкую траву, расстелив под еду и вино небольшое покрывало. Дилюк ловко открыл бутылку и взял в бокал. В пламени костра алая жидкость напоминала густую кровь, стекающую по стенкам бокала и разнося сладковатый аромат. Люмин с интересом наблюдала за действиями друга, поглядывая на уснувшую рядом Паймон: она уже успела наесться совместно приготовленной еды, после чего практически сразу же отрубилась, пуская слюни. Девушка была почти уверена, что ее спутнице вновь снился стол полный вкусняшек. Легонько посмеявшись, Люмин вновь посмотрела на парня, протягивающего ей бокал.       — А мне точно можно? — полюбопытствовала она, чуть прищурив глаза.       Дилюк усмехнулся, отставляя бутылку и беря второй бокал.       — Сегодня можно, — успокоил он подругу.       Рагнвиндр чуть приблизился к девушке и стукнул по ее бокалу своим, после чего первым пригубил собственный напиток. Сегодня действительно можно. Рядом с ней вино становится в разы вкуснее. Да и здесь, в столь странном, но чарующем месте можно действительно расслабиться, позабыв обо всем, что тревожит.       Теплая ночь с едва уловимым ветром подстрекала на романтический лад, вино постепенно придавало уверенности и раскрепощало, позволяя выйти за привычные рамки. Люмин откинулась назад, облокотившись на руки. Ее взгляд устремился в искусственное небо, так похожее на настоящее. На ее губах застыла слабая улыбка.       Дилюк наблюдал за ней, не отрывая взгляда. Она нравилась ему, несомненно. И, кажется, теперь он начал понимать, почему не решался встретиться с ней. Но сейчас все встало на свои места. Сейчас ему все стало предельно ясно.       Жар разливался по телу, дышать стало труднее. Парень отставил бокал и потянулся к горловине рубашки. Пальцы ловко расстегнули верхние пуговицы, а после он расстегнул и жилетку, сняв ее вместе с излюбленным кителем. Так ему было лучше. Теперь он действительно мог расслабиться.       Алые глаза устремились в небо, рассматривая бриллиантовую россыпь звезд и жемчужину луну. И хоть здесь они были такими, как и в реальном мире, но их сияние сейчас было только для них двоих.       — Здесь так тихо и спокойно, — наконец произносит Дилюк, нарушая тишину.       — Да… — тихо подтвердила Люмин. — Здесь я забываю обо всем, — с легкой грустью добавила она.       Девушка повернулась к парню. В его алых глазах отражалось это безмятежное, безоблачное небо, точно белое пламя плескалось в них. Она любовалась им, чувствуя что-то странное; будто внутри нее все сворачивалось в тугой ком. Люмин присела, тем самым оказавшись ближе к парню и, вытянув руку, коснулась широкой веревки в его волосах, потянув за конец.       Алые волосы, подобно жидкому пламени, рассыпались по спине парня, падая на плечи и пряча за занавесью его удивленное лицо.       — Прости… — обронила девушка, чуть отстраняясь. — Не знаю, что на меня нашло… Наверное мне достаточно вина… — мотнула она головой, продолжая удерживать в ладони завязку.       Дилюк не спешил поворачиваться к девушке. Сейчас… она была так близко. Так близко, что он слышал ее чуть сбивчивое дыхание, чувствовал ее тепло, ее едва уловимое прикосновение к волосам. Слабая, но счастливая улыбка коснулась обветренных губ парня. Рангвиндр поднялся и, встав напротив девушки, протянул ей руку, склонившись в пригласительном жесте.       — Потанцуем?       Медовые глаза Люмин чуть расширились в изумлении, но она, практически не колеблясь, приняла странное предложение.       — Я не умею танцевать, — предупредила она друга, следуя за ним подальше от костра. — Да и музыки нет…       Дилюк остановился и нежно взял ладонь девушки в свою, вытянув их в сторону. Вторая рука уместилась на хрупкой талии девушки, осторожно прижимая девичье тело к крепкой мужской груди. Он взглянул в ее заинтересованные глаза и чуть наклонился к ее лицу.       — Музыку нам дадут наши сердца, — вкрадчиво произнес он, делая первый короткий шаг.       Опустив голову, Люмин наблюдала за действиями парня и старалась повторять все его движения, пока не привыкла к заданному ритму.       Девушка подняла глаза и встретилась с внимательным, но нежным и добрым взглядом алых глаз. Дилюк не отводил взгляда от девушки, смотря на нее, замечая в лунном свете ее легкое смущение. Сейчас она была похожа на маленького ребенка, которого хотелось прижать крепче к себе и не отпускать.       — Что? — смущенно спросила она, отводя взгляд. — Настолько плохо?       — Ты отлично танцуешь, — сделал он комплимент, улыбнувшись.       Рагнвинд остановился всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы Люмин вновь взглянула на него в немом вопросе.       Всего мгновение, переломившее все.       Под светом луны они стояли прижавшись друг к другу.       Он притянул ее ближе к себе.       Он прикоснулся к ее манящим губам в легком, практически невесомом поцелуе.       Его волосы упали на лицо девушки, щекоча нежную кожу. На щеках обоих полыхнул румянец, точно на них пролили свежий сок закатника. Медовые глаза с легким испугом смотрели в полуприкрытые глаза полночного рыцаря. Дилюк подался чуть ближе, припадая к мягким губам в настоящем поцелуе. Его рука опустила ладонь девушки и прижалась к бархатной щеке.       Стук их сердец казался неимоверно громким в этой ночной тиши.       Дилюк отстранился от сладких губ, заглядывая в растерянное лицо девушки.       — Кажется, я люблю тебя, — томно произносит он, поглаживая ее лицо.       Он не знал как она на это отреагирует. Он не знал и собственной реакции на это. Эти слова вырвались сами по себе.       Люмин покраснела еще больше и опустила голову. Она не знала, как реагировать на такое. Да и что вообще произошло только что? Она не могла этого понять. Как не могла понять и того, что она не стала отталкивать парня, как и не ответила на его поцелуй.       — Похоже, тебе тоже достаточно вина, — попыталась отшутиться девушка, осторожно выбираясь из объятий друга. — Наверное, лучше лечь спать, — предложила она. — Я постелю тебе в гостевой комнате, — быстро проронила она, разворачиваясь и уходя к дому.       Ее сердце столь быстро билось в груди, словно готово было выпрыгнуть. Ее щеки все еще полыхали, а по телу разносились волны жара. Девушка быстро забежала в дом, и поспешила в свою комнату, чтобы хотя бы там спрятаться от странного наваждения.       Дилюк взглядом проводил девушку, запустив руку в распущенные волосы. Он и сам не понимал до конца, что только что сделал. Все произошло по наитию, само собой. Словно бы это было предрешено самими архонтами. Вздохнув, Рагнвиндр подобрал свои вещи и направился в дом, молча приняв предложение подруги переночевать в обители.       Дверь совершенно тихо открылась, приглашая войти в уютное жилище. Изучающим взглядом Дилюк невольно осмотрел первый этаж, совместивший в себе и кухню с обеденной зоной, и гостиную с большим камином.       — Доброй ночи, дорогой гость, — перед парнем предстал дух, несколько удивив его. — Я — Ваш покорный слуга, дворецкий этой обители. Госпожа распорядилась выделить Вам комнату. Прошу, следуйте за мной.       Дворецкий направился к коридору, где располагались комнаты. Дилюку же не оставалось ничего, кроме как последовать за ним и очень скоро он оказался перед светлой дверью. Опустив ручку вниз, парень зашел внутрь.       Свет мгновенно зажегся в комнате, освещая свое убранство. Кровать, огороженная ширмой, письменный стол, диван и камин. Просто, но уютно и со вкусом. Рагнвиндр лениво прошел вперед, сбросив на диван одежду и упав на него. Он не мог перестать думать о произошедшем несколько минут назад. Не мог перестать вспоминать ее теплое дыхание, ее мягкие губы. Он вновь и вновь ощущал их прикосновение, ощущал их сладкий вкус.       Он стянул с рук перчатки и уронил их на пол. Ему было не до порядка, не до той дотошной аккуратности, которую он всегда соблюдал. Все его мысли были поглощены лишь одним: он хочет еще. Хочет еще раз поцеловать ее. Прижать к себе. Завладеть ею. Влюбить в себя. Хочет…       Дилюк шумно выдохнул. Его мысли будоражили, а подсознание рисовало картины их близости, от чего в паху начинало зудеть. Он прикрыл глаза рукой, пытаясь заставить себя заснуть, но едва ли у него это получиться сделать. Он сейчас был слишком возбужден и не знал, что с этим делать.       Люмин лежала на кровати в полной темноте; даже окна были зашторены, чтобы луна не посмела осветить своим холодным светом смущенное лицо девушки. Ее прохладные пальцы касались теплых губ, на которых все еще ощущался их первый поцелуй, а в сознании всплывало все до мельчайших подробностей, от чего по ее животу пробегала странная, незнакомая, но такая приятная нега.       Люмин все еще держала в руке веревочку, снятую с волос парня. Приподняв ее над собой, она разглядывала ее в темноте, но перед глазами представал только ее хозяин. Девушка до сих пор ощущала жар его тела, крепость и нежность его рук, прижимавших ее к нему. Ее губы приоткрылись, впуская свежий глоток воздуха в возбужденный организм. Она повернула голову к двери, так вовремя открывшейся и впустившей свет в неприступную тьму.       Он стоял в проеме, смотря на девушку. Его рука тихо прикрыла дверь, оставляя тонкую полоску света и парень осторожно прошел к кровати, забираясь на нее и нависая над девушкой.       Смотря в любимые глаза, Дилюк неторопливо перебирал волосы девушки, иногда закручивая их на палец. Он не понимал, что делал, зачем пришел сюда. Но сейчас она лежит под ним, вся такая хрупкая и желанная, смотрит на него, дразня его приоткрытыми губами. Ее грудь равномерно вздымается, ее дыхание практически неслышное, но такое обжигающее.       Дилюк наклонился к ней ближе, но не стал ее целовать; он прижался к ее лбу, продолжая смотреть в золотистые глаза, в которых плескалось множество эмоций.       — Ты боишься? — тихо спросил он.       — Нет… — так же тихо ответила девушка и неловко коснулась ладонью его лица. Рагнвиндр прикрыл глаза и потерся щекой о руку девушки, наслаждаясь этим моментом. — Почему ты здесь? — неуверенно спросила она.       — Потому что хочу быть здесь, — ответил он. — Хочу быть с тобой. Этой ночью… И всегда…       Парень прикоснулся к мягким губам в нежном, трепетном поцелуе. Ее губы все такие же мягкие и податливые, сладкие от вина, будоражащие голову. Ее неловкие, скромные, смущенные прикосновения раззадоривали аппетит парня, а ее ответ и вовсе помутнил холодный рассудок.       Ее язычок скользнул по обветренным губам парня, заманивая его углубить поцелуй. Ее руки зарылись в алые волосы, стягивая их, заглаживая назад. Прохладные пальцы касаются горячей шеи, задевая пульсирующую жилку, заставляя парня рвано выдохнуть в поцелуе, прервать его, и тут же жадно впиться в желанные губы более грубо, жадно, страстно.       Дилюк истязает ее, истязает себя, ограничиваясь лишь сладкими, щемящими поцелуями, заигрывающими укусами. Но он не собирается на этом останавливаться, влажными поцелуями проскальзывая вниз, оставляя обжигающую дорожку на тонкой шее.       Его грубые руки по-хозяйски блуждают по телу, изучая его, повторяя изгибы, цепляясь за так ненужное сейчас платье. Оно здесь явно лишнее, как и его одежда. Но до этого они еще дойдут.       Люмин выгнулась в груди, когда губы коснулись оголенной ключицы. Горячий язычок очертил их и влажной дорожкой спустился ниже, к прикрытым корсетом платья грудям, целует мягкую, нежную кожу, вновь дразня их обоих.       Люмин ловит его лицо ладонями и приближает к себе, встречаясь с его губами, даря ему свой поцелуй. У парня невольно вырывается стон, когда их языки переплетаются в борьбе за лидерство, а в паху становится неимоверно тесно. Кажется, что еще чуть-чуть и он весь сгорит изнутри.       Дилюк несколько грубо подхватывает девушку под лопатки, прижимая еще ближе к себе, заставляя ее почувствовать его напряжение. И она вздрагивает, когда чувствует, как к ее бедрам прижимает парень. Но она не уходит, не пытается его оттолкнуть; лишь несмело тянется рукой ниже, поглаживая его живот сквозь плотную ткань рубашки. Ее пальцы плавно скользят, заставляя внизу живота скрутиться тугому кому.       Впившись в губы новым поцелуем, Дилюк также скользит рукой вниз, задирая подол платья. Он касается резинки трусиков и требовательно стягивает их. Люмин прерывисто выдохнула, когда пальцы коснулись разгоряченного лона, поглаживая половые губки, смазывая их горячим соком девушки. Она выгибается, когда пальцы входят в нее и сладко стонет, когда Рагнвиндр затевает настойчивые движения. Свободной рукой он хватает девушку за волосы и оттягивает их, заставляя ее обнажить шею. Он покрывает ее короткими укусами, оставляя следы, заставляя девушку хотеть большего. Люмин подается навстречу, толкаясь бедрами, чему парень только довольно усмехается.       Он вынимает пальцы и слышит разочарованный выдох девушки. Но он быстро исправится — обещает ей это новым сладким поцелуем.       Не церемонясь, он резким движением снимает рубашку, срывая пуговицы, расстегивает штаны, и они также летят на пол вместе с нижним бельем. А после принимается за нее. Расшнуровывает тугой корсет — единственное, что удерживает это короткое платье на девушке, очень скоро отправившиеся в такой же полет.       Дилюк вновь нависает над ней, смотря на ее вздымающуюся грудь, в ее глаза, в которых видны мольба и желание, слушает ее спутанное дыхание. Он устраивается между ее ног и медленно входит, истомно выдыхая, когда тугие стенки влагалища облегают его член. Неторопливые толчки, чтобы они оба привыкли и не закончили долгожданную встречу так быстро. Легкие, невесомые поцелуи в грудь, еще больше заводящие обоих.       Они оба скрывали это. Оба хотели этой встречи. Оба хотели этого. И наконец оба дождались и оба неимоверно счастливы.       Темп нарастает, движения становятся более грубыми, жесткими, болезненными, что хочется вскрикнуть, но с губ Люмин только срываются сладостные стоны, ласкающие слух Рагнвиндра. Он прижимает ее к своей груди, припадая к шее затяжным поцелуем, спускаясь ниже, хватая губами затвердевший сосок.       Стоны становятся все громче, жар их тел слился воедино, разжигая в комнате настоящий пожар. Их дыхание сбивчивое, рваное. Их языки переплетаются в безумном танце страсти. Крепкие руки парня до боли стягивают кожу на талии, бедрах, оставляя яркие, налившиеся кровью пятна. Завтра наверняка появятся синяки. Но об этом они оба подумают завтра. Сейчас — они всецело отданы друг другу.       Дилюк утробно рычит и на мгновение останавливается, до конца войдя в такое жаркое, узкое и притягательное тело девушки. Его член пульсирует, и он чувствует, как его семя вырывается наружу, разливаясь внутри нее. Тяжело дыша, он осторожно выходит и падает на кровать рядом с Люмин, устало притягивая ее к себе, зарываясь в ее волосы носом и вдыхая ее тепло.       Утро наступило слишком быстро. Солнце пыталось пробиться в комнату сквозь зашторенные окна и разбудить лежащую в обнимку пару.       Люмин проснулась первой. На ее щеках блеснул свежий румянец, когда она увидела перед собой мирно спящего Дилюка, а после и почувствовала тяжесть его руки на своей талии. Потянув одеяло, девушка осторожно, стараясь не разбудить друга, привстала, садясь на кровати. Воспоминания прошедшей ночи ярким вихрем пронеслись перед ее глазами, а валяющаяся на полу одежда была прямым подтверждением тому, чего она так давно хотела.       Слабая улыбка коснулась ее губ, и она, приблизившись, легко поцеловала парня.       — Знаешь… А я ведь тебя тоже люблю! — со счастливой улыбкой произнесла она.       Дилюк улыбнулся сквозь сон.