A look through the years

—Мама! Сколько можно говорить о том, что я никогда в жизни не стану юристом? Это всю жизнь была твоя мечта, но ты решила, что если не получилось у тебя, то нужно отыграться на мне? Почему ты просто не можешь дать мне выбор, хотя бы один раз? Почему я не могу выбрать то, что хочу именно я? —Да потому что ты со своими рисунками никогда не сможешь нормально зарабатывать себе на жизнь! Меня рядом не будет, когда ты съедешь, что будешь делать? Бомжевать? А что, если я умру? —Перестань так говорить. На меня перестали действовать эти слова о том, что ты умрёшь еще несколько лет назад. Да и к тому же я тебе не раз уже объяснял, что если хорошо рисовать и пойти в правильном направлении, то можно зарабатывать немалые деньги и заниматься любимым делом, —после этих слов последовало два хлопка. Первый был о щёку Хана, а второй через несколько секунд дверью. За пределами комнаты послышался крик: —Ещё раз хлопнешь дверью, и её вообще не будет! Да, это была не первая ссора матери с её единственным сыном — Джисоном, но в этот раз всё зашло слишком далеко, ведь пришло время определяться, куда поступать. С самого детства за него решали всё. Вы можете подумать, что это обычная опека над своим ребёнком, как у любого, заботливого родителя, а заботливой его мать точно язык не поворачивается назвать, но это не так, потому что если смотреть на ситуацию Хана, то за него решали абсолютно всё и постоянно говорили, наверное можно даже сказать что обещали, что если он сделает что-то не так, как ему сказали, то с ним случится тоже самое что и с Джиу. Кроме имени, Джисон ничего о брате не помнит, а если быть точнее, то старается не вспоминать. Джиу не стало, когда Хану было 8. То самое, единственное воспоминание о брате, которое никак не получается забыть, сколько бы не было приложено усилий, это звук того, как что-то тяжёлое падает на пол в соседней комнате. *Flashback* В тот день Джиу пришёл домой с письмом о принятии заявки на поступление в музыкальную консерваторию. Он стоял в дверях, напротив родителей, и его лицо просто светилось от радости. Из всех, кто присутствовал в комнате, он был единственный счастлив. У родителей в глазах читалось разочарование, а у матери ещё и злость, ведь им пришло письмо с документами на поступление раньше, чем о принятии заявки. Как только Джиу зашёл в комнату, мать подошла к нему и выхватила из рук письмо, желая лично его прочитать. Тогда Джиу не понимал, почему они расстроены, ведь ему никогда не запрещали делать что-либо для достижения его желаний о будущей жизни. С каждой прочитанной строкой её лицо всё больше и больше искривлялось в злости. На этом моменте Джисон побежал к себе в комнату, потому что боялся таких моментов, когда его мама находилась в этом состоянии. Через несколько минут криков, которые он провёл укутавшись в одеяло и закрыв уши подушкой, настала тишина, за которой последовал звук удара чего-то тяжёлого об пол. Джисон так и не знает, что произошло в тот день в гостиной, но у него было очень много догадок, которыми позже он поделился со своим другом. Дальше были звуки суетливой ходьбы жильцов по квартире и звуки сирены под окном. На следующий день Хан, по убранным вещам его брата, запаху хлорки и коробкам с одеждой, понял, что это приезжали за его братом, и что он видел Джиу последний раз, тогда он не сдержался, и пока никто не видел вытащил из коробок с одеждой несколько кофт, футболок и свитеров. Через несколько дней, поздно вечером, он опять слышал сирену, но в этот раз она приехала за его отцом. У него случился сердечный приступ. *End flashback* Если говорить насчёт друзей, то их у Хана было немного. Из-за того, что он всегда боялся контактировать с людьми, всего пара. Единственный, кого он вправду может назвать своим лучшим другом, мальчик, который был немного старше самого Джисона это Минхо. Их разница в возрасте составляла примерно год. Никто не понимал, как они смогли подружиться, так ещё и достаточно быстро. Их сомнения были связаны с тем, что с Джисоном никто в школе, кроме учителей, не разговаривал, а Минхо по жизни был одиночка и старался избегать общения, создавая образ холодного и отстранённого человека. Всё случилось в один день. Ли просто подсел, на всегда пустующее место из-за человека который там сидел. За стол к Джисону, и абсолютно просто и непринуждённо спросил любит ли он шоколадное печенье. Они почти сразу нашли общий язык. Тогда для Джисона была огромная загадка, как его мать допустила эту дружбу, ведь на самом деле Минхо со стороны казался серьезным и суровым, на деле он оказался очень милым, весёлым, и, как кошка о своих котятах, заботился о Джисоне, но только когда не злился. Он спокойно мог заменить ему мать, поэтому быстро спелся с Чаном. Но иногда, смотря на него, смело можно было сказать, что этот человек дебил, за то, что у него была, как кажется на первый взгляд, безобидная черта поведения, которая таковой не всегда являлась, но в какой-то момент уже просто привыкаешь. Если говорить точнее, то в любой момент он может принять спонтанное решение, но он никогда не забывает предупредить, что именно он собрался делать. Например Хану всегда вспоминается один момент, когда он думает о безбашенности Ли, которая была действительно страшной: как они летом, во время командировки матери Джисона, жили вместе и в один из дней, гуляя до раннего утра, дошли до реки Хан, где Минхо столкнул его в воду и, прыгнув следом, начал его топить. Тогда они пришли домой к обеду, переоделись в чистое и легли спать, проспав целый день. Но сейчас всё не так гладко, узнав о том, что Минхо поддерживает желание её сына, связать жизнь с творчеством, пресекла все возможные пути общения и перевела Джисона на домашнее обучение. Это нужно было для того, чтобы точно знать, что он всё делает, учит и ни на что не отвлекается, фактически, создав тюремные условия. Последней каплей для большого взрыва стал тот факт, что мать за него решила, куда отправлять документы после окончания учёбы, а именно в университет, в который она хотела со времён своего обучения в школе. Она хотела стать юристом, но у неё не получилось, и теперь она отыгрывается на том, кто, как ей кажется, точно против ничего не скажет и не будет дерзить: своём сыне. Возвращаемся к мысли о друзьях. Раньше в рассказе о Минхо упоминался парень, по имени Чан. Это был друг Хана, если можно так сказать. Бан Чан-это двоюродный брат Джисона, который всегда, когда приезжал в город погостить у родственников, старался действовать подпольно, он поддерживал и поощрял увлечения Хана, действуя так, чтобы вообще никто не узнал, но об этом всегда узнавал Минхо. Интересно, как? Чан привозил разные обучающие книги по обучению рисованию, профессиональные материалы (краски, кисти, карандаши) и с каждым приездом у Хана появлялись новые альбомы. В определенный момент Джи решил, что пора познакомить Чана и Минхо. Это была великолепная идея, потому что они нашли общий язык, и каждым раз, когда Чан приезжал, они проводили втроём, можно сказать, что шли в комплекте. Однажды, в последний приезд Чана, он тогда перевозил вещи на новую квартиру, чтобы жить ближе к своему институту, в который собрался поступать, к слову это было пару лет назад, они сидели в пустой квартире Бан Чана, мечтая о будущем. Минхо мечтал стать музыкантом, Бан музыкальным продюсером, а Хан художником. Во время этой беседы они поняли, что Джисону нужно что-то делать с тем, что его мать категорически запрещает ему заниматься творчеством, если он хочет достичь чего-то в том, чего хочет сам. Так эта троица пришла к шуточному выводу, что ему нужно бежать из дома. Они долго сидели и придумывали самые нелепые побеги. Тогда все трое просто посмеялись. Да, у Джисона давно была идея просто уйти из дома, но не было подходящего момента. И вот, настал тот самый момент, когда он сидит на полу, около шкафа, и собирает нужные ему вещи, параллельно печатая и звоня своему другу. Минхо как на зло не отвечал на сообщения и не брал трубку. Тогда Хан решил позвонить тому, про кого почти забыл, но не сделал этого, потому что не позволяла совесть — Бан Чану. —Алло, привет, ты очень давно не звонил, как дела? —Чан~и, это срочно, можно мне у тебя пожить до конца учебного года? —Объясни, пожалуйста, что случилось и скажи где ты. —Я сейчас дома, сильно поругался с мамой, потом объясню. Так можно или нет? —Можно конечно! Я сейчас дома, буду ждать. Сейчас эта ситуация не шуточная и не выглядит так смешно, как тогда. (⁠づ⁠￣⁠ ⁠³⁠￣⁠)⁠づ С того момента прошло уже несколько лет, Джисону сейчас 25. Он, как и мечтал, связал свою жизнь с творчеством и стал квалифицированным, достаточно популярным тату-мастером, ведь если бы он таким не был, то сарафанное радио не работает. Его рабочее место находится в небольшой студии, которая стоит не далеко от центра. Благодаря этому фактору, мимо студии хорошая проходимость, а из этого следует, что клиенты есть всегда, поэтому и с финансами всё хорошо. Нельзя не упомянуть тот факт, что он дополнительно зарабатывает, помогая Чану в продюсирование песен, ведь у того своя студия. То время, пока он жил у Бан Чана, помогло начать разбираться в разных музыкальных программах. За эти годы Хан сильно изменился. Представьте себе стереотипного тату-мастера: мускулистого, бородатого и забитого мужчину в кожанке, а теперь забудьте, потому что это точно не наш щекастый Хани. Он прибавил в росте, набрал мышечную массу, и от того тощего «глиста» как его называли родственники не осталось и следа. Да, его тело оформилось и он стал очень даже привлекательным, но визитная карточка его лица в виде пухлых щёчек осталась, и выглядит это чертовски обаятельно, но даже при этом на него никто не обращает внимание. Джисону это и не нужно, потому что дома его всегда ждёт его маленький сынок. Пушистый комок нежности по имени Суни. Парень завёл его от одиночества. В тот год он только переехал в свою собственную квартиру, съехав от Чана, потому что тому нужно было уехать в Японию на несколько месяцев, и чтобы не чувствовать себя одиноким. Ему это очень помогло, потому что он постоянно отвлекался на Суни, забывая о том, что он один. Чан тогда не мог понять что происходит, из-за того, что Хан, который не привык находиться один, просто перестал звонить.