В Хабаровске четыре утра

      В Хабаровске четыре утра. Самолет садиться на посадку. Командир корабля благодарит за то, что пассажиры выбрали именно эту авиакомпанию. Слышаться аплодисменты, громыхание сумок и неумолкаемые разговоры суетливых людей, которые торопились поскорее забрать свои вещи и покинуть самолет.       В Хабаровске четыре утра. В аэропорту пассажиров встречают радостные лица, каждый находит своего встречающего. Кто-то стоит с табличкой и номером группы, которую должны забрать, кто-то бежит к своей любимой, хватает её на руки и кружит в воздухе. Кто-то обнимает единственного сына, кто-то целует мать.       В Хабаровске четыре утра. Аэропорт опустел. На кресле осталась сидеть лишь молодая девушка, что-то ища в телефоне. Её никто не встретил, она ждала такси и надеялась на то, что таксист окажется злобным маньяком и прекратит её страдания здесь и сейчас. Эту девушку, как и других счастливых пассажиров, тоже должен был встретить человек. Любимый человек. Человек, который клялся ей в вечной любви, пел дифирамбы о том, как она прекрасна, лежал в её ногах и обещал достать звезду с неба. Человек, который три дня назад позвонил ей и прекратил отношения без всякой причины. Девушка была в одном городе, парень в другом. Он высказал всё, что таилось на душе, а она ничего не могла ответить. Он хотел бросить её в аэропорту, пообещав вызвать такси. Слава богу она настояла на звонке.

***

      В Хабаровске четыре утра. Арсений единственный из команды импровизаторов, который не смог уснуть после долгой поездки. Все же, резко адоптироваться к часовым поясам сложно. За окном показывались первые лучи солнца. Они играли в комнате, падая то в один угол, то в другой. Зимой Арсений бы сказал «спасибо» за номер на солнечной стороне, но летом это было издевательством. Мужчина вздохнул и решил, что лучшим решением будет посмотреть город, да записать истории для подписчиков. Те, кто в центральной России, явно оценят его неожиданное появление в такую рань. Арсений покинул номер, осторожно закрыв за собой дверь, чтобы ни дай бог никого не разбудить.       Восход солнца, начало жизни. Теплый ветерок едва колыхал деревья, а яркие лучи алого рассвета отразились в бездонных голубых глазах. Арса привлекал Хабаровск, но он не знал чем именно. Возможно своим интересным строением, но сопки есть во Владивостоке. Возможно своей инфраструктурой, но вы видели инфраструктуру в Москве? Может, люди? Люди в этом городе не смотрят на то, как ты выглядишь, не смотрят на то, есть ли у тебя дорогой телефон или часы. Они не смотрят на твою прическу, им плевать на то, какого бренда на тебе свитер и за сколько ты купил эти кожаные ботинки. У них не было цели показать себя, им нужно было лишь выполнить свое дело. У каждого свое и никому нет дела до того, у кого оно какое.       Арсений встал посреди дороги между торговым центром «Лотос» и ТЮЗом, включил телефон и записал историю для своих подписчиков. — Смотрите, как здесь пусто… Красота. Сейчас пойдем погуляем на Набережной, посмотрим, как там дела обстоят. А пока идем, я буду вам город показывать.

***

— На Комсомольской площади высадите, — попросила девушка и водитель благополучно выполнил её просьбу. Она расплатилась с ним и покинула салон автомобиля. В голове стоял лишь один вопрос: что делать дальше? Родители остались в другом городе, друзей не было, а до дома еще ехать и ехать, да только возвращаться туда не хотелось. Покрепче взяв ручку чемодана, девушка прокатилась его за собой. Успенский собор был прекрасен в утренних лучах, она не могла не подметить этого. Но еще прекраснее было то, что никто не увидит её такой. Одинокой, брошенной и забытой студенткой старого медицинского университета, был бы он неладен. Уж какими матами она не крыла его, когда провалила экзамен. Наверное, стены альма-матера не слышали такого ранее. Впрочем, этой девушке было все равно. Как и другим было все равно на её существование, в чем сегодня она твердо убедилась. Тогда какой смысл оставаться в реальном мире? Если в реальном мире до её присутствия никому нет дела и до отсутствия тоже.       Девушка остановилась напротив Успенского собора и трижды перекрестилась, прочитала «Отче наш» и попросила прощения за свои мысли о смерти. В последнее время они слишком уж часто преследовали её, в связи с чем у неё начались панические атаки, а иногда и обмороки. Одно полушарие кричало: «О чем ты думаешь?! Остановись! Замолчи!», другое же вторило: «Возьми нож, прекрати страдания». От такого диссонанса хотелось либо перестать мыслить, либо перестать существовать. «Но человек существует лишь тогда, когда мыслит»

***

      Арсений не встретил ни одной живой души, чему был крайне удивлен и рад. Он спокойно наслаждался пейзажами некогда Дальневосточной столицы и записывал разговорные истории подписчикам. Во всем можно найти плюсы, Арс был убежден в этом на все сто. Сейчас он один на один со своими мыслями, гуляет по городу, ощущая лёгкое дуновение ветра перемен. Скорее всего это из-за того, что мужчина потихоньку подходил к реке. Осталось только преодолеть спуск и вуаля! Он на набережной реки Амур. — Вот вам и «Амур-тужур», — отшутился Попов в своей привычной манере и повернул камеру, открывая подписчикам вид на могучую реку, отражающую рассвет. Арсений резко почувствовал тепло в груди, которое испытывал лишь тогда, когда приезжал в Питер. Словно что-то родное согрело его душу, он так и не понял, что конкретно тянуло его в Хабаровск. Возможно, он и не хотел этого понимать, но чувствовал, что красная нить непрерывно связывает его с этим городом.       Набережная пустовала. Ни одной живой души, куда ни глянь. Даже сторож речного вокзала задремал в своей кабинке. Повезло так повезло. Каждому человеку порой просто необходимо побыть наедине с самим с собой. Арсений вальяжно и неспешно прогуливался по широкой улице, иногда забегая на трассу для велосипедистов, ощущая себя в этот момент бунтарем. Первые 40 лет в жизни мужчины самые трудные. Попов ощущал детский восторг, счастье и прилив сил. Словно он и не сбился с режима, словно вчера не чувствовал легкий озноб и боль в горле. Вдалеке виднелось колесо обозрения – быстро он дошёл до парка аттракционов, а это без малого середина набережной. — Извините, вы не подскажите, который час? Тонкий женский голос быстро привел его в чувства. Он обернулся и увидел белокурую девушку. Чёрное платьице, белые кеды, неудивительно, что Арсений, будучи в своих мыслях, не заметил её. В одной руке она крепко сжимала ручку чемодана на колесиках, а в другой выключенный телефон. Наверное, разрядился. — Четыре утра, — спокойно ответил Попов. — Всё ещё четыре утра? — с досадой спросила девушка. — Если быть точнее, то половина пятого, — уточнил Арсений, взглянув на наручные часы. — Спасибо, — ответила девушка и ткнула пальцем в экран своего смартфона. Не включился. Разряжен. Оглядев её с головы до ног, Арсений дал ей возрастной диапазон от 18 до 21 года, явно не маргинал и не путана. Возможно туристка, такая же, как и он. Не попросила фото, не узнала его, значит либо никогда и не слышала о «Импровизации», либо не в том состоянии, чтобы делать обыденное «селфи». — Девушка, у вас все в порядке? Может, такси вызвать? — поинтересовался Арс. — Спасибо, Арсений, но не нужно, — с легкой улыбкой ответила собеседница. — Значит, вы меня знаете? — Разумеется. — И не удивлены тому, что я здесь один? Без других ребят и даже без поклонниц, — усмехнулся Арсений и поймал на себе пустой взгляд синих глаз. — Нет, не удивилась. Мало ли, какая у вас причина находится здесь. Такой простой ответ выбивает Попова из колеи. Действительно, какое ей дело до того, что человек решил прогуляться? Тем более, знаменитый. Может устал от вечных расспросов, а может и просто захотел осмотреть красоты чужого города. — Как ваше имя? — Аля. — Сколько вам лет? — В марте пробило двадцать. — Аля? Это сокращение или полное имя? — Вам правда интересно? Арсений промолчал. Диалог явно не складывался, но ощущение неподдельного интереса к незнакомке только возрастал. В груди вновь появилось ощущение тепла, как при взгляде на Питер, как при виде Амура. Странное чувство, греющее душу, удерживало Арсения и не позволяло сделать и шагу назад. Правда, пока он разбирался со своими мыслями, Аля подошла к ограждению и облокотилась на него, уставившись в одну точку. Попов медленно подошел к ней, но стоило ему оказаться в расстоянии метра, девушка обернулась.       Они неотрывно смотрели друг на друга несколько секунд. Из взгляды были сравнимы лишь с глубинами тихого океана, поглощающими айсберг. Никто не собирался нарушать молчание, между ними будто протянулась нить, разорвать которую сможет любой шорох. Эта сцена со стороны выглядела курьезно и странно, но благо их никто не видел. — Почему ты с чемоданом? Любопытство кошку сгубило, а любопытство Арсения нарушило атмосферу. Впрочем, вопрос был весьма уместен. — Я с аэропорта, — кротко ответила девушка, прокатив чемодан из стороны в сторону. — К сожалению, встретить меня было некому, вот и таскаюсь с этой бандурой. — Ты не местная? — Местная. Да только родители в другом городе, а кроме молодого человека у меня никого тут и не было. Аля вновь облокотилась на ограждение. Речной ветер небрежно развивал её волосы, предательски игрался с платьем, которое девушка только и успевала поправлять, будто в сцене с неподражаемой Мерилин Монро. Арсений встал рядом с новой знакомой и также облокотился на ограду. Задавать вопросы о её отношениях было бестактно и не учтиво, в связи с чем он и не стал этого делать. — Я по нему скучаю. Аля пробубнила эту фразу себе под нос. Так тихо, что вряд ли хоть кто-то бы её услышал, если бы не вслушивался так же, как Арсений. — Нет, ты не скучаешь. Скучать — это одно. Это, как знаешь: «Было бы хорошо, если бы человек был здесь». А в твоем случае, это… — Страдание, — закончила его мысль девушка и вздохнула. — Забавно, однако. Никогда не думала, что буду открывать душу Арсению Попову. — Ты не открыла мне душу. Я не знаю причину, по которой ты здесь, я не знаю, что у тебя случилось, я даже имени твоего полного не знаю. Я знаю только то, что у тебя разрядился телефон и ты не знаешь время. — Четыре утра, — хихикнула девушка и запрыгнула на ограждение. — Тише-тише, упадешь! — Арсений подал ей руку и помог сесть. — Лучше посиди, ходить опасно. — На бетоне сидеть плохая идея, — ответила Аля и поёжилась. Ветер стал прохладнее. Арсений, как истинный джентельмен, снял джинсовую куртку и накинул на новую знакомую. При свете утренней зари она показалась ему неимоверно прекрасной. Будто на всем белом свете не было девочки, превосходящей её.       Но дело не в красоте. Дело в моменте. Она выглядела нереальной, порой Арсений даже щипал самого себя за ладошку, чтобы убедиться в реальности происходящего. Аля сидела к нему лицом, а он не мог терять с ней зрительный контакт. Молчание. Им не нужны слова, им не нужно пустозвонство. Между ними кто-то сокращает расстояние, имеет ли значение кто? Его рука оказывается на её талии, он осторожно притягивает девушку к себе, а она склоняет к нему голову. — Мне кажется, вы мне нравитесь, — шепчет девушка, словно боясь, что их подслушивают. — Думаю, это взаимно, — томно отвечает Арс, убирая прядь светлых волос за ухо. — Я думаю, что хочу поцеловать вас. Она не подбирает выражений, да и к чему их подбирать? Он аккуратно накрывает её пухлые губы невесомым поцелуем, планируя остановится, но девушка не отпускает. Она осторожно кладет руку на затылок Арса и притягивает его к себе и вовлекая во что-то более нежное и запретное. В что-то, чего набережная Хабаровска не видела никогда. Случайный поцелуй между совершенно незнакомыми людьми стал самым красивым и чувственным событиям, что происходили в городе.

***

      В Хабаровске четыре утра. Арсений осторожно отпускает поцелуй и заглядывает в синие глаза напротив. Девушка улыбается и снимает его куртку. — Наверное, вам пора возвращаться, — она протягивает ему элемент одежды и улыбается. — Спасибо. Арсений не ответил ей. Он пошарил в кармане куртки и достал оттуда чёрную ручку. Взяв ладошку девушки, он написал на ней свой номер. — Я вызову тебе такси. Позвони, как доедешь до дома. А куртку я заберу потом. — Я дойду пешком. Недалеко живу, — ответила Аля и, спрыгнув с ограды, схватилась за ручку чемодана. — Прощайте, Арсений. Девушка убежала. Так быстро, что он даже не успел ей и слово сказать. Она оставила его в полной растерянности и чувством пустоты в груди. Арсений вновь ущипнул себя за руку. Он точно был в сознании? Трезвый? Живой? Кто эта девушка и почему после её ухода так сильно бьется сердце?

***

      На следующий день команда Импровизаторов возвращалась домой. Ребята с вечера собрали необходимые вещи и мирно спали, дожидаясь звона будильника. Спал и Арсений, внушив себе, что все происходящее вчера — хороший сон. Неплохо было бы поспать подольше, если бы не уведомление. Мужчина нехотя открыл глаза и взглянул на время. Четыре утра, кому не спится? Разблокировал телефон он не поверил своим глазам. Сообщение от неизвестного номера: «Арсений, это Аля. Вы заберете куртку?» В Хабаровске было четыре часа утра.