Ненасытная любознательность

      Лионель де Руле оказывается хорошим парнем, и Симона выдыхает с облегчением — Элен может с ним продолжать встречаться и дальше.       Они возвращаются после семейного ужина в доме де Бовуар, и Анго, пусть и любит шумную семью Симоны, хочет отдохнуть. Он садится на кровать и принимается расстёгивать манжеты рубашки, сзади по спальне ходит Симона, звеня украшениями и шурша тканью.       — Думаю, что вскоре он сделает ей предложение. У Элен всегда было желание выйти замуж.       — Разве брак — это плохо? — расстегнув манжеты, Анго снимает галстук.       — Вступая в брак, мужчина требует, чтобы женщина отдалась ему без остатка, при этом сам он не берёт на себя взаимного обязательства. Результат таких отношений — пустота и скука, когда двум людям нечего дать друг другу.       — Знаешь, если бы твои родители так рассуждали, то тебя и Элен бы не было, — замечает Анго, оборачиваясь. — Симона.       — Да? — она поднимает голову, смотря на него.       — Для тебя брак действительно кажется такой мукой? Пыткой? Что для тебя брак, давай начнём с этого.       — Брак должен быть соединением двух независимых людей, а не тихим пристанищем, насильственным захватом. Оба партнёра не должны терять друг друга в отношениях.       — Я тоже так думаю.       — С Жан-Полем было иначе.       — Знаю.       — Мы договорились, что будут делить жизнь, бюджет, идеи, но физически оставаться свободными людьми, которые могут встречаться с другими. И меня это до какого-то момента устраивало, — Симона садится на кровать рядом с Сакагучи.       — Ты совсем не рассматриваешь замужество?       Симона усмехается.       — Анго, я буду кошмарной женой. Я даже с работой до сих пор определиться не могу — то в одно место перевожусь, то в другое.       — Думаешь, я буду лучшим мужем?       — Да, — честно отвечает она. — Что? Я действительно считаю, что муж из тебя получится хорошим.       — Забыла, что я ещё та двойная дрянь? — с грустной улыбкой спрашивает он.       — Перестань. Если уж даже Дазай собрался жениться на Акире, то почему ты не можешь позволить себе подобное?       Она берёт его за руку. Анго сжимает её пальцы своими.       — С тобой всё по-другому, — продолжает Симона. — Это меня пугает. Но я хочу быть с тобой. Ты же не заставишь меня рожать детей и сидеть дома? — уточняет она.       — Потребую с тебя дюжину детей, — усмехается Анго. — Конечно, нет, Симона. Я уважаю твои желания. Я бы хотел ребёнка от любимой женщины, но ещё хотел бы знать, что в этом я с ней совпадаю.       — Один ребёнок — что ж, звучит не так уж и страшно.       Симона обвивает руками Анго за шею. Он поворачивает голову и смотрит ей в глаза. Она улыбается.       — Со мной нелегко.       — Знаю. Но когда меня привлекала лёгкость в людях?       — Прости, не знаю, за какие грехи тебе достались мы с Дазаем, — и, потянувшись, Симона целует его в висок. — Если моим мужем будешь ты, может, я и рассмотрю замужество. Но сначала удостоверимся, что Элен попала в хорошие руки.       — Как скажешь.       Анго одной рукой снимает очки и целует Симону.       С ней никогда не было легко, и это ему всегда нравилось.