Космос в его глазах

      Не всем дан математический склад ума. Именно поэтому новенькая книжка по математике полетела в стену напротив. Это уже и не первый, не второй, и даже не третий раз!       — Я никогда её не пойму! — Незуко закрыла лицо руками и тихо заплакала. Слёзы обиды обжигали румяные щёки.       Ну вот зачем? Зачем ей эта математика!       — Незуко, ты что, плачешь?       Подняв голову, Незуко увидела маму, которой явно не нравилось, то что она сейчас видела.       — Нет, мам. Я это… Ну… — Незуко быстро бросилась поднимать лежащую на полу книгу, по пути вытирая слёзы.       — Всё с тобой ясно. Я звоню твоему учителю. Если ты не хочешь покончить с этими страданиями, то это сделаю я.       Зрачки девушки расширились. Нет. Только не ему. До кого угодно, только не к этому мужчине. Он же дьявол во плоти! Его никто в классе терпеть не может.       Чертыхаясь, девушка побежала через комнату к матери, чтобы остановить столь нежелательный звонок.       — Мам, ну, маааам… Ну нет! — стала канючить она.       — Что значит нет? — мать резко обернулась.       Незуко, не ожидавшая такой быстрой остановки, чуть не сбила её с ног.       — Понимаешь… Я не хочу. Даже не то чтобы я не хочу… Мы не найдём общий язык. Он вообще противный человек, и мне будет сложно, и ему будет сложно. Короче, ничего не получится и ты сделаешь только хуже. А оно тебе нужно?       — Нет, дорогая, не понимаю. Мне не нужны в табеле неуды, только из-за того, что у вас с учителем и математикой «взаимная симпатия». Тем более, конец года! О чём ты думаешь? Как ты собралась контрольную писать? — продолжала отчитывать Незуко мать, устало потирая виски.       Пришлось сдаться, выбора не оставалось. Всё равно она поступит как хочет, а так хотя бы один вечер обойдётся без сильных ссор между ними двумя, которых в последнее время было и так хоть отбавляй.       — Ладно, уговорила.       Незуко устало плюхнулась обратно за рабочий стол, доставая другие тетради и книги.       — Будем сейчас повторять английский. Хоть с ним ты найдешь общий язык?

***

      Ровно в час дня прозвенел такой долгожданный для всех звонок.       — Урок окончен. Тетради на стол.       Ученики поспешно собрали вещи и столпились возле выхода из кабинета математики. Перемена небольшая, а успеть сделать нужно многое. Незуко тоже подошла к учительскому столу и, положив тетрадь, собралась идти, как вдруг её задержал голос учителя:       — Ты можешь подойти ко мне после уроков? Позанимаемся математикой, — не отрываясь от заполнения журнала, сказал он.       — Вам звонила моя мама? — мысленно проклиная всё на свете, спросила Незуко.       — Нет… Никто не звонил. А что, должна? Я просто посмотрел, что ты плохо написала самостоятельную. Вот и решил тебе помочь. Вижу же, что учишь, а это дело практики. Или ты не хочешь?       Незуко на секунду замялась, но прикинув, что может мама от неё наконец-то отстанет и даже отпустит подольше погулять, когда услышит, что она всё-таки подтянула математику, решила согласиться.       — Нет. Ну, в смысле надо. Я действительно не понимаю. Учитель по речи ей бы тоже не помешал, однако.       — Отлично. Я буду ждать тебя после уроков.       Быстро кивнув, Незуко вылетела с кабинета. Через минуту должен быть звонок на следующий урок.       Всё дальнейшее время Незуко была в замешательстве. Почему учитель пригласил её сам? Вот по любому мама приложила к этому руку.       Последний урок был очень весёлый, и Незуко с хорошим настроением направилась на занятие. Она почему-то как и все ужасно боялась учителя. Хотя, если подумать, то чего его бояться? Ведь обычный же человек, со своими проблемами, радостями. Нужно смотреть на всё проще.       — Здравствуйте, Шинадзугава-сан… — как можно непринужденнее улыбаясь, зашла в класс Незуко.       Шинадзугава Санеми сидел за последней партой, в самом углу класса. Его было почти не видно за поднятыми стульями. Наконец он оторвал взгляд от груды тетрадей.       — Здравствуй, — с лёгким удивлением ответил он.       На самом деле, их отношения значительно наладились за этот семестр. Ведь в прошлых годах был просто ужас! Это не то что была антипатия, это тихонько перерастало в ненависть. Но вот, что-то в голове Незуко щёлкнуло и она поняла, что так дальше продолжаться не может. Нужно срочно всё исправлять. Наконец-то она, которая ничего не понимает в математике, смогла заинтересовать педагога. Ради этого все эти старания и были вложены. Хотя «заинтересовать» — это слишком громко сказано.       Незуко направились к учителю, а тот в свою очередь, неспешно встал, давая проход к соседнему стулу. Парта была у самого окна, из которого был виден прекрасный пейзаж на город. Ах, красота! Шинадзугаве очень повезло с классом. Он был светлым, просторным и уютным.       — Я думал, ты не придёшь… — с еле скрываемой усталостью, сказал учитель. Его рука потянулась за новой тетрадью.       — Почему это? — Незуко села на соседнем стуле и заглянула в серые глаза мужчины.       Внутри всё как будто перевернулось. В груди появилось странное тепло. Но, засмущавшись, девушка быстро опустила глаза и стала доставать нужные вещи из рюкзака. Глаза — её слабость. Ну не может Незуко смотреть людям в глаза, как бы не хотела.       — Ты просто с девочками на уроке… Ну, в общем, уже не важно. Давай-ка эту задачу… — открыв учебник на той теме, которая как раз таки вызывала больше всего вопросов у Незуко, предложил Шинадзугава.       Незуко так и не поняла, что хотел сказать учитель, поэтому молча принялась раздумывать над примером.       — Ну, думай, — кусая кончик ручки, тихо подгонял Шинадзугава.       — Просто подскажите мне? Так же быстрее и проще, — с надеждой промямлила Незуко. Мои мозги уже превратились в кашу после сорока минут беспрерывных занятий математикой. Такое ощущение, что ещё немного и они начнут вытекать.       — Нет. Я хочу, чтобы ты сама научилась, — без всяких поблажек твёрдо сказал учитель.       Вот гад. Неужели это так сложно?       — Ага, делить в столбик.       Шинадзугава-сан засмеялся. Не часто можно услышать от него такой звук, поэтому Незуко приятно удивилась. При этом отметила про себя, что его смех проникает в самое нутро, заставляя улыбаться в ответ.       — Вот. Всё правильно сделала и без моей помощи. Не сложно же?       — Не очень, но всё же. Когда рядом Вы — ничего не сложно, а когда контрольная, то забываешь всё, — Незуко пожала плечами, откладывая ручку.       — Так я всегда рядом. Просто чуть дальше, на две парты… Поняла эту тему?       — Уже лучше. Но утверждать, что прям поняла — не могу, — виновато улыбнулась Незуко.       — Издеваешься? — на лице мужчины появилась ухмылка. — Ладно, дальше сделаешь сама. Посмотрим, как ты без меня справишься.       — Спасибо Вам, — тихо сказала Незуко, собирая вещи и наблюдая как Шинадзугава встал из-за парты.       Ни слова не ответив, он пошёл в направлении книжного шкафа. Положив книжку, а по совместительству и главную причину головной боли Незуко обратно, учитель обернулся к Незуко.       — Одевайся, вместе пойдём, а то уже стемнело, пока мы с тобой тут мучили друг друга, — невозмутимо поставил перед фактом он.       Незуко замялась. Перспектива идти домой с учителем ей показалась не самой радужной.       — Так, куртка у меня внизу, в раздевалке.       — Сейчас пойдём, — набрасывая куртку на плечи, заверил Шинадзугава.       Незуко ничего не оставалось, как подняться и быстро пойти за ним.       Они спускались по лестнице. После уроков школа опустела. Это довольно непривычно. Остались только тех. работники. Все, кто проходил мимо нас, так странно смотрели. Иногда Незуко казалось, что люди видят её насквозь.       Погрузившись в свои мысли, Незуко и не заметила, как быстро они спустились по лестнице.       — Давай одевайся, а я тебя здесь подожду, — Шинадзугава указал на зеркало возле выхода со школы.       Быстренько накинув куртку, Незуко подошла к нему и они вышли из здания.       Они шли по заснеженной тропинке. Шинадзугава был одет в белую куртку, которая ему безумно шла. На Незуко же был ничем непримечательный чёрный пухофик.       — А Вам куда? — как бы невзначай спросила Незуко.       — Мой дом совсем рядом, через три остановки, а твой? — без раздумий ответил Санеми.       — А мой через две…       — Чёрт. Осторожно же!       Незуко случайно поскользнулась и чуть не полетела под колёса машины. Слава Богу, Санеми успел схватить её.       — Спасибо, — выдохнула Незуко.       Переходя дорогу Незуко наступила на какую-то дрянь. Вот только с ней могло такое произойти.       — Твою ж мать! — воскликнула она, совсем забыв, что с ней рядом находится учитель.       — Незуко!       — А, простите… — Незуко подняла глаза и увидела его взгляд. Он улыбался, явно не ожидая такого от неё. Незуко вновь посмотрела в его глаза. Эти глаза… до мурашек. Она сглотнула и улыбнулась в ответ, быстро отводя глаза.       Перейдя дорогу и зайдя в автобус, они сели рядом и погрузились в тишину. Каждый думал о своём. О чём думал Шинадзугава Незуко незнала, но вот её мысли были исключительно о том, что она поменяла своё мнение к Шинадзугаве-сану.       — Сейчас твоя остановка. Ничего не забыла? — голос Шинадзугавы неожиданно вырвал Незуко из её мыслей.       Незуко резко подняла голову и уставилась на окно, как-будто не веря его словам. Время пролетело быстро.       — Нет, не забыла. Всё на месте.       — Ладно, иди тогда. До завтра. Удачи, — Шинадзугава-сан кивнул мне, указывая на открывающуюся дверь автобуса.       — До свидания.       Незуко обернулась на выходе. Опять эти серые глаза. Что в них такого особенного? Непонятно.       По пути домой Незуко опять раз десять чуть не упала. К сожалению, в этот раз Шинадзугавы-сана не было рядом, чтобы спасти её, так что, один раз она всё-таки хорошенько грохнулась. Синяк на коленке, скорее всего, будет большой.