Пирог и озон

Слова Джоди все еще звенели в головах мужчин тревожным колоколом. Пять лет... Пять чертовых лет Дин провел в яме. В яме, где практически все рабы — альфы. Ни один из них не мог в это поверить. — Но ведь он жив, Бобби? В документах не было ни слова о его смерти, верно? — Спросил Сэм, но ответа не получил ни через пару секунд, ни через минуту. Казалось, что даже все пространство на улице было погружено в тишину, настолько шокирующими были новости. Бета смотрел на землю пустым взглядом, словно забыв о том, что такое эмоции. — Бобби? — тихо произнесла Джоди. — Мой мальчик... мой бедный мальчик, — его голос был настолько хриплым и тихим, чудо, что альфы вообще услышали эти слова. — Мы не должны терять надежду, Роберт Сингер, — твердо сказала Джоди. — Операция по освобождению рабов в яме уже началась. Есть шансы, что Дин сейчас там, — она взглянула на мужчин, — И что с ним все хорошо. — Хорошо?! — громко воскликнул Сэм. — Хорошо?! Мой брат в чертовой яме пять лет, а ты говоришь хо... — Винчестер! — рыкнула Джоди. — Не смей повышать на меня голос! — Прости, я просто... — Мы все на нервах, балбес, но держи себя в руках, понятно? — прервал его Сингер. — Все в порядке, Бобби, я понимаю, в каком вы шоке, — Джоди улыбнулась, но это не коснулось ее глаз. Внезапно рация Миллс затрещала, но альфы и бета не сразу смогли понять, какие слова из нее доносятся. —... повторяю, это Коршун. Операция прошла успешно, мы сейчас на пути центральную больницу, количество рабов не совпадает с документами, как и предполагалось. Конец связи. — Почему оно не совпадает? — спросил Сэм. — Потому что некоторые из них сбежали. Поэтому Аластера и задержали, — ответил за шерифа Бобби. — В один из участков вбежал альфа, весь в ранах и крови, грязи. Коротко говоря, это был один из сбежавших, — добавила Джоди. — Как думаешь, Дин тоже сбежал? — Не знаю, Сэм, не знаю. Будем надеяться, что нет. — Где находится центральная больница? — спросил бета. — Следуйте за мной, тут недалеко, — ответила альфа и направилась к полицейскому автомобилю. Не взглянув друг на друга, Сэм и Бобби синхронно пошли в сторону машины, предоставленной Кроули. В этот раз за руль сел Сингер. Тяжело вздохнув, он завел автомобиль и поехал за Миллс. Дорога была действительно быстрой, но тихой, каждый пассажир думал одновременно о своем и о Дине. Но в основном о старшем Винчестере. Жив ли он? Насколько ужасно его состояние? Похож ли он хотя бы немного на старого себя? Пешеходы сменяли друг друга, как и светофоры, здания, но не мысли. Они были однообразно трагичны и мучительно тяжелы. И все же чувствовался проблеск надежды. Вдруг Дин жив и более-менее здоров? Может ли быть такое, что он практически не пострадал за семь лет рабства? Конечно, это представлялось очень, очень маловероятным, но мужчины не могли не надеяться на это. Время стало чем-то нереальным, несуществующим, словно кто-то лишь выдумал это понятие. Они едут уже пару минут? Час? Пять дней? Невозможно сказать даже приблизительно, времени просто не было в сознаниях альфы и беты. Были лишь дорога, автомобиль и цель. Цель найти Дина. Живым. Наконец бесконечный путь до больницы завершился, когда черный автомобиль припарковался в недрах большой переполненной стоянки, большую часть которой занимали различные полицейские автомобили. И когда разгадка тайны жизни Дина была практически в руках мужчин... Их не пустили в здание. — Извините, но сейчас вход открыт только для пациентов, работников и полицеских, — скучающим голосом произнес охранник на входе. — Но мой брат может быть там! — воскликнул Винчестер. — Мне нужно узнать, что с ним... На спину альфы легла ладонь. Обернувшись, он увидел, что это была Джоди. — Я понимаю твое состояние, Сэм, но постарайся не кричать. Я буду держать вас в курсе всего, что узнаю о Дине, хорошо? — ее лицо выражало просьбу не создавать сцен у входа больницы. Как бы ему ни хотелось поступить иначе, взглянув на Бобби, Винчестер нахмурился и коротко кивнул. — Пожалуйста... найди моего мальчика живым, — произнес бета, когда шериф уже проходила в здание. — Я верю, что он здесь, Сингер. Не теряйте веры и вы. С этими словами она скрылась в толпе множества полицейских, снующих туда-сюда врачей и каталок с пациентами. Мужчинам не оставалось ничего, кроме как ждать. Они хотели остаться у входа, но им быстро дали понять, что будут лишь помехой, так что альфа и бета направились обратно к автомобилю. Сэм, оказавшись в салоне, сразу же набрал номер Эйлин, а Бобби сидел и ничего не выражающим взглядом смотрел в окно. Пока Винчестер описывал все происходящее еще и Эллен с Джо (омега включила громкую связь), бета старался выкинуть все тяжелые мысли из своей головы, которая практически взрывалась от тревожных и кровавых сценариев, разворачивающихся в переполненном эмоциями и переживаниями мозге. Черт, как же сильно он хотел сейчас выпить. Даже любимый крейг Кроули. Его телефон завибрировал, оповещая о пришедшем сообщении. Как оказалось, это был Маклауд. Он что, читал мысли? Нет, Сингер определенно медленно сходил с ума. Как оказалось, "Король Ада" интересовался продвижением операции "Поиск Дина Винчестера". Бета не понимал, какое ему дело, поэтому просто фыркнул и выключил телефон. Видимо, Кроули совершенно не оценил такое обращение со своей драгоценной персоной, поэтому теперь телефон завибрировал от нескольких сообщений. Что ж, Бобби не был бы Бобби, если бы решил ответить после такого. Но и звук он отключить не мог, они с Сэмом ожидали информации от шерифа Миллс. Так что, когда телефон зазвонил, Сингер рассерженно фыркнул и, поймав вопросительный взгляд Винчестера в окне, хмуро отмахнулся, отвечая на вызов. — Лапуля, невежливо игнорировать людей, у которых ты в долгу, — сразу же прозвучал язвительный голос Кроули в трубке. — Чего ты хочешь, Маклауд? — устало выдохнул бета, не имея сил ни на споры, ни на пререкания. — Все настолько плохо? — удивительно, но Кроули звучал... заинтересованно и немного переживающе? — Какое тебе дело? Хочешь заключить очередную сделку? — вновь отмахнувшись от вопросительного взгляда Сэма, Бобби потер переносицу. — Всего лишь мое любопытство, ничего больше. Хотел узнать, как поживает Белка, — Маклауд фыркнул. — И почему сразу сделка, может, я хотел пригласить тебя на еще один ужин? — тон его голоса был полон веселья, которое словно пыталось прикрыть столь несвойственные ему переживание и усталость. — Я не в настроении для твоих шуток, Кроули, — рявкнул Бобби и сердито нажал на отключение звонка. — Все в порядке? — тихо спросил Сэм. — А что, не видно, балбес? — ответил бета. — Что говорят Эллен, Джо и Эйлин? — Говорят, что приготовили все, что смогли. Волнуются. — Как и все мы, — Бобби помассировал виски. В этот момент его телефон опять зазвонил. Бета приготовился рявкнуть на Кроули, но увидев, что это была Миллс, быстро сменил гнев на беспокойство и надежду. — Какие новости, Джоди? — Сэм рядом с ним пальцами указал включить громкую связь, что он и сделал. — Бобби... — голос шерифа звучал прерывисто, словно она не могла нормально дышать. — Эти альфы, они... — ее тон был настороженным и даже испуганным. — Многие из них даже не понимают, что происходит. Ранено четверо медсестер и один хирург, но ничего серьезного. Я не могу описать это, Бобби. Повисло тяжелое молчание, прерываемое лишь неровным дыханием шерифа. — А омеги? — выровняв голос, попытался спокойно спросить Бобби. — Они все тоже здесь. Пятеро из них. Шестой, вероятно, сбежал. — Они... — начал Сэм. — Все живы. Трое невероятно напуганы, но не так агрессивны, как альфы. Четвертый без сознания, пока что не очнулся. — Что с Дином? — синхронно спросили бета и альфа. — Он... Вы только не волнуйтесь, но... — Джоди, скажи, что с моим братом! — воскликнул Сэм. — Его ввели в медикаментозную кому. При облаве он уже был травмирован, но, как оказалось, наравне с несколькими альфами оказывал сильное сопротивление, в результате чего получил дополнительные ранения. Врачи посчитали, что безопасней всего Дину будет находиться в исскуственной коме, — было слышно, как сильно Джоди на самом деле волновалась за него, пусть и, скорее всего, пыталась этого не показывать. — Мне нужно его увидеть, — прошептал Винчестер. — Пожалуйста. П-пожалуйста, Джоди. Я... — Я узнаю, что можно сделать, — сразу же ответила она. — Но не могу ничего обещать. Ты понимаешь? — Да! Да, я понимаю, спасибо. — горячо начал отвечать альфа. — Притормози, балбес, — осадил его Бобби, который продолжал сидеть молча, переодически потирая переносицу. — Спасибо тебе за все, Джоди. Спасибо, я знаю, что ты сейчас на службе. — Вы моя семья, Сингер. Дин тоже. Постарайтесь не волноваться слишком сильно, но... — ее голос стал тяжелее. — Если я смогу выбить вам проход в палату. Приготовьтесь к тому, в каком он состоянии. А теперь извините, меня зовет медсестра. Джоди отключилась, а Сэм и Бобби продолжали тупо смотреть на потухший экран. Только сейчас до них начало доходить, насколько плохо может быть физическое состояние Дина. Только сейчас вся тяжесть пережитого им полностью свалилась на их плечи. И, как и всегда, сейчас они могли делать лишь одно. Ждать. *** Прошло примерно минут сорок после того, как разговор с Джоди был завершен, но мужчины практически не шевелились в салоне автомобиля, терпеливо ожидая любых новостей. Сэм прочесывал интернет в поисках советов по уходу за людьми с психологическими травмами. Он был уверен, что его брат, каким бы сильным он ни был, вряд ли смог выбраться из этого ужаса с неповрежденной психикой. Бобби просто смотрел через лобовое стекло на очертания больницы, размышляя о логистике передвижений. Что они должны делать, когда Дина, наконец, выпишут из больницы? Выпишут ли его вообще или направят в какое-то другое учереждение? Если все получится, как доставить его в аэропорт без проблем? Вопросов было так много, а ответов не хватало даже на малую горсть. Очередная группа то ли полицейских, то ли кого-то серьезней прошла через двери больницы, в то же время оттуда вышла Джоди. Она что-то сказала входящим людям, покачала головой и заозиралась вокруг. Остановившись взглядом на автомобиле, в котором сидели мужчины, она направилась в его сторону. Бобби толкнул Сэма в плечо и в ответ на полученный вопросительный взгляд указал в сторону шерифа. Альфа быстро убрал телефон в карман и выбежал из машины, бета не стал медлить и последовал его примеру. — Какие новости, Джоди? — спросил Сэм, нервно переступая с ноги на ногу. — Повезло, что в этой больнице работает племянница моей знакомой. Один из вас может быстро пройти к Дину, но не дольше, чем на пять-семь минут. — Ее взгляд стал грустнее. — Извините, это все, что я смогла сделать. — Спасибо! — воскликнул Сэм, сгребая шерифа в крепкие объятия. — Ты и так очень многое для нас делаешь! Выпустив Миллс из объятий, альфа нервно обернулся в сторону беты. — Бобби, ты... — Иди, Сэм. Я подожду здесь. — он устало улыбнулся. — Спасибо, Бобби! — Винчестер со всех ног побежал в сторону больницы. Около входа его ждала девушка в медицинском халате. Оглядев его, она спросила: — Ты друг Джоди? — Да, я Сэм. Сэм Винчестер. Я... — А, так ты брат того омеги, хорошо. — она сочувственно взглянула на лицо альфы. — Джоди все объяснила тебе? — Да, спасибо вам большое, что дали возможность увидеть его, — Сэм благодарно улыбнулся. — Я даже не могу представить, как сильно вы волновались и беспокоились. Я рада, что могу сделать хотя бы это. Я Пейшенс, — девушка протянула руку. — Спасибо тебе, Пейшенс. — когда рукопожатие закончилось, они вошли в здание больницы. Внутри было очень шумно. Медсестры и врачи то появлялись, то исчезали, пытаясь справиться с таким наплывом раненых бывших рабов. Среди полицейских Сэм заприметил людей, похожих на агентов ФБР. Ничего удивительного в том, если бы это были действительно они — дело Аластера Малума было действительно громким, ведь рабство омег было отменено очень давно, но еще и рабы альфы? Такого не было с давних-давних времен. Пейшенс не пришлось изворачиваться, чтобы незаметно провести Винчестера к палате брата. В больнице царил такой беспорядок из-за множества людей, что никто и не обращал внимание на еще парочку. Конечно, рядом с нужной палатой пришлось быть осторожней, чтобы у остального персонала не было вопросов, однако, к счастью Сэма, рядом с палатой Дина не было никого, ведь внимание врачей и медсестер сейчас было направлено на бешеных, раненых альф и находящихся в сознании омег. — Возможно, я смогу увеличить время до десяти минут, но это максимум, — предостерегла Сэма Пейшенс. — Я все равно благодарен за это. Мне нужно увидеть его живым. Я слишком долго его искал, — напряженно ответил альфа, щелкая пальцами. — Думаю, Джоди уже сказала тебе, в каком состоянии находится Дин, — она нахмурилась. — Просто... старайся держать себя в руках. И не смей заполнять этаж злыми альфа-феромонами или нас точно поймают, — Пейшенс взглянула на Сэма, ожидая ответа. — Я постараюсь этого не делать. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за нас, — он нервно провел ладонью по волосам, пытаясь успокоиться. Винчестер сделал глубокий вдох, стараясь сделать свой запах нейтральным. Но во всей больнице пахло злыми альфами, испуганными омегами, нервами и агрессией. И все же Сэм сделал все возможное, чтобы не отвлекаться на это. Его брат намного важнее, чем внутренние переживания. Винчестер был обязан сделать все, чтобы увидеть Дина, поэтому если это означало, что он должен взять себя в руки, то он обязан был сделать все возможное. Спустя пару минут его запах стал максимально нейтральным, в нем оставались лишь приглушенные нотки волнения и опасения. Глубоко вдохнув и резко выдохнув, Сэм зашел в палату. *** Ровный писк пульсоксиметра был единственным звуком в помещении, даже шумы на улице не могли потревожить эту неполную тишину. Воздух в палате был наполнен таким знакомым запахом яблочного пирога, что Винчестер все еще не мог поверить, что он не спит. Вдохнув полной грудью, он почувствовал ранее незамеченную им сильную кислую нотку в запахе, словно яблоки были сгнившими. И, возможно, именно это заставило Сэма полностью увидеть и оценить картину, которая предстала перед его глазами. Дин. Его пропавший брат, которого он так долго искал. Это был Дин, но в то же время казалось, что человек на больничной койке ни коим образом не может быть им. Его кожа была бледнее, чем когда Сэм видел брата в последний раз, однако лицо было украшено таким огромным количеством синяков, ссадин и царапин, что невозможно было сказать точно, насколько сильно Дин был ограничен в компании лучей солнца. Давний шрам на его лице казался еще заметнее, чем раньше. Руки, которые были расположены поверх одеяла, которое укрывало наверняка испещренное ранами тело, тоже не были лишены травм. Мелкие царапинки усеивали бледную кожу кистей, предплечий, окантовывали синяки и впивались в еле заметные шрамы. Торс Дина был частично замотан бинтами, если судить по той части его, которая не была скрыта одеялом, однако левое плечо было полностью открыто, что давало взгляду альфы доступ к неприятному зрелищу: длинные следы от когтей пересекали кожу над дельтовидными мышцами, шрамы были явно старыми, но все еще выпирали, вздувались над плотью, словно заклеймив ее. Сэм рвано выдохнул, ужаснувшись от увиденного. Медленно подойдя к койке, он невесомо прикоснулся к шраму, но сразу же отдернул руку, словно прикосновение было запрещенным, неправильным. Ему казалось, что он не может физически дотронуться до травмированной кожи, как будто ее пересекал невидимый барьер. Он даже представить не мог, насколько больно было получить такую рану. Еще раз взглянув на брата, Сэм ощутил, что его щеку что-то защекотало. Почесав ее пальцем, он удивился, ведь оказалось, что это была слеза. И теперь он не мог остановиться. Упав на колени перед койкой, альфа легко положил ладони на ее край, упираясь в них головой, и затрясся в рыданиях. Его сильный и смелый брат, тот, который даже в самые ужасные моменты своей жизни всячески старался заботиться о нем, оберегать, сейчас лежал в больнице, беззащитный и израненный. Сэм не понимал, как возможно вынести то, через что прошел Дин. А ведь альфа явно не видел и половины травм... — Прости меня, Дин, — всхлипывал Винчестер, крепко сжимая в ладонях больничные простыни. — Прости, что я так долго тебя и-искал... М-мне т-так жаль! — К рыданиям прибавилось тихое рычание, полное безысходности и всеобъемлющей печали. Воздух пропитался запахом расстроенного альфы, но Сэм не мог ничего поделать, как бы он ни старался взять себя в руки. Но все же, может, спустя пару минут, он частично пришел в себя, выравнивая запах до максимальной нейтральности. Дверь в палату открылась, но Сэм не мог найти в себе сил даже слегка приподняться, чтобы посмотреть, кто это был. Неожиданно легкая рука коснулась его спины, невесомо потирая, посылая через прикосновение успокоение и поддержку. — Мне жаль, но время вышло. Я бы рада дать тебе больше времени, но нам обоим не нужны проблемы, — тихо произнесла Пейшенс. Сэм еще секунд десять простоял на коленях, практически недвижимый, лишь рыдания сотрясали его тело. Резко выдохнув, он медленно встал, попутно вытирая лицо рукавом рубашки. — Спасибо тебе, Пейшенс, — прохрипел альфа, красными от слез глазами взгянув в ее сторону. — Он очнется, но пока что вам нужно лишь ждать. Это все, что мы можем сделать. Он проснется, когда будет готов. На это Винчестер лишь кивнул и последовал вслед за девушкой прочь из палаты. Обернувшись на Дина, он приложил огромные усилия, чтобы суметь закрыть за собой дверь. Ему казалось, что за ней он оставил не только родного брата, но и частичку самого себя. Путь до автомобиля, в котором сидел Бобби, был для Сэма словно во сне, его мышцы действовали автоматически, ведь мозг, покрытый пеленой скорби и печали, явно отказывался принимать в этом хоть какое-то участие. Открыв дверь машины, Винчестер даже не взглянул на Сингера, лишь произнес сиплым голосом: — Поехали в мотель, Бобби. Бета ничего не ответил, вместо этого он завел машину и медленно выехал с больничной стоянки. *** Сэм вытащил все вещи из багажника, не давая Бобби напрягать и без того больные суставы. Тот нахмурился, но не стал спорить, понимая, что сейчас совсем не время для этого. Регистрировал их бета, потому что Винчестер просто не мог ясно мыслить в данный момент, погруженный в воспоминания о травмах своего брата. Он все еще не мог поверить, что в этом мире существует что-то настолько ужасное, как рабство. Как можно захотеть быть причастным к смертям людей? Как можно наслаждаться их пытками, заставлять их драться насмерть? Как можно ставить друг против друга альфу и омегу? Это было настолько бесчеловечно, жестоко и неправильно, что Сэм отказывался принимать тот факт, что это реально. Перед его глазами вновь промелькнула картина ужасного шрама на плече Дина. Как давно он получил его и почему? Насколько сильно он мучался, как сумел пережить это? И все же Сэма смущал тот факт, что каким бы невероятно плохим не выглядел шрам, в то же время он не был раной, за которой не ухаживали. Сэм знал, как выглядят шрамы, которые обрабатывали, и как выглядели шрамы, которые заживали, находясь в заражении. Но насколько Винчестер знал, Аластар не предоставлял практически никакой медицинской помощи своим рабам-бойцам, ведь ему нравилось видеть результат боев, он наслаждался видом боли, ужаса и отчаяния. Было ли это настолько плохо, что Малум сделал исключение? Пришлось ли Дину терпеть еще больше насилия из-за этого? И самый главный вопрос, который был в голове альфы — получил ли Дин эту травму в борделе или в яме. Он не знал, почему его так сильно волновало именно это, но Сэму казалось, что ответ является невероятно важным. Из размышлений его вытянул Бобби, который сообщил, что зарегистрировал их в двух одноместных номерах, за что Сэм был невероятно ему благодарен. Кто бы что ни говорил о том, что поддержка семьи важна, сейчас альфа как никогда хотел побыть в одиночестве. Договорившись, что через час они встретятся в холле и поедут ужинать (не то, чтобы это было договоренностью, скорее, Бобби заставил Сэма взять себя в руки и перестать заниматься голодовкой, потому что "ты не поможешь брату, если попадешь в больницу от недоедания, Сэм"), Винчестер и Сингер разошлись по соседним номерам, но перед этим бета сжал его пчечо и похлопал. Сэм слегка улыбнулся, понимая, что Бобби пытается хоть как-то передать ему поддержку. Для него это было на вес золота, поэтому он тоже хлопнул его по плечу и удалился в свой номер. Сам номер не был чем-то примечательным, разве что обои не были с дурацким рисунком, обычные полоски. Взяв из сумки сменную одежду, Сэм пошел в душ. Ему нужно было переварить сегодняшний день, успокоиться и подумать, да и смыть больничный запах было бы тоже неплохо. Это оказалось действительно хорошей идеей, потому что через минут двадцать Винчестер выглядел намного свежее, а самое главное — немного спокойнее. Пусть его мысли все еще были наполнены ужасными картинками, но теперь после долгих размышлений суждения Сэма стали рациональней и реалистичней. Он понимал, что в какой-то степени Дин находится в безопасности. Да, его брат пережил семь необычайно трагичных и поистине ужасающих лет своей жизни в рабстве, пять из которых он сражался против альфа-рабов в яме, не имея возможности отдохнуть, вылечиться, выспаться и много чего еще. Это было нестерпимо больно, Сэм был уверен. Но сейчас практически все было позади. Конечно, им предстоит столкнуться с новой версией Дина, когда тот очнется, ведь невозможно остаться прежним после всех этих лет. Однако теперь альфа наконец ощутил проблеск надежды на хороший конец. И он был готов сделать все, чтобы вернуть своего брата, помочь ему справиться с воспоминаниями. Но воспоминания о шрамах на теле Дина ясно говорили, что этот путь будет очень долгим и трудным. Но разве они не смогут справиться с этим, как они преодолевали разные препятствия в своей жизни раньше? Переодевшись в чистую одежду, Сэм немного разобрал сумку, ведь ему четко дали понять, что еще не скоро Дин хотя бы придет в себя, что уж говорить о выписке из больницы. Разложив немногочисленные вещи на нужные места, альфа включил ноутбук. Ему очень хотелось побольше узнать как о состоянии бывших альфа-рабов в больнице, о том, как их сдерживают и как им помогают, так и о том, как он сам сможет помочь преодолеть проблемы брату в будущем. Сэм не был настолько сильным оптимистом, чтобы верить, что у Дина не будет каких-то психических проблем после рабства. Как минимум ПТСР точно должен быть. Он нашел разные статьи, но многие были глупыми и бесполезными, а другие выдавали лишь то, о чем он уже знал. Практически отчаявшись, он случайно наткнулся на то ли статью, то ли исследование, то ли чей-то диплом о рабстве в древние времена. И, черт, как много информации там было! В этой статье было рассказано и о том, чему раньше подвергались рабы, о том, в каких условиях они проживали, с какими трудностями виживания сталкивались. Очень значимым оказались абзацы про омег, которые повествовали о боязни запаха альф после продолжительного рабства, резких звуков, ароматов, ассоциирующихся с тяжелым опытом и многое другое. Читая все это, Сэм начал немного погружаться в то, что мог пережить Дин, и... ну, он не будет отрицать, если кто-то заметит его покрасневшие от слез глаза. Он не мог представить, что такое вообще существует, особенно в современном мире. Знать, что после семилетнего ада его брат все еще жив? Это ли не чудо? Раздался громкий стук в дверь, а затем ворчливый голос Бобби, который интересовался, почему Сэм все еще торчит в своем номере, когда они должны были встретиться в холле еще минут десять назад. Альфа спешно оделся, схватил телефон, бумажник и выбежал за дверь. Извинившись перед Сингером и получив в ответ очередное ворчание, Сэм вместе с бетой отправились в ближайшее к мотелю кафе, которое было не так уж и далеко. Сделав заказ, Сэм и Бобби погрузились в молчание. Казалось, что тяжесть сегодняшнего дня опять поглотила их обоих настолько, что они забыли о чем-то другом. Наконец, после пятиминутного молчания, бета прокашлялся и заговорил. — Я разговаривал с Маклаудом. Самолет будет в аэропорту в любое время, в какое бы он нам ни понадобился. Проблем с персоналом не будет. — Надеюсь, он не заставил заключить тебя еще одну сделку? — Если бы он попытался, у него бы никогда не получилось. Тем более, что в контракте не было указано, когда мы должны воспользоваться самолетом. — И ты все равно ему позвонил? — это было действительно странно. — На самом деле, это он позвонил. Извинялся за прошлый звонок, — Сингер опять прокашлялся. — Что?! — воскликнул Сэм, но, заметив раздраженные взгляды со стороны соседних столиков, понизил голос. — Кроули Маклауд, тот самый, Кроули Маклауд, мистер "мне плевать на всех и вся" позвонил и извинился?! — он не мог в это поверить, звучало до невозможности абсурдно. — Я тоже не понял, чего он хотел. Может, надеялся действительно заключить еще одну сделку. В любом случае, мы особо не говорили. — Да, но... — Сэм, оставь это. Эллен тоже звонила, интересовалась, что мы будем делать дальше. Я сказал, что нам остается только ждать и изучать нужную информацию, — Бобби устало потер глаза. — Как раз этим я и занимался, потому опоздал. Если честно, я не совсем хочу это обсуждать, — Сэм виновато нахмурился, — но я пришлю тебе ссылку на статью. Она действительно полезна. В этот момент принесли их еду. Исчерпав любые темы для разговоров, мужчины просто принялись есть свои заказы. *** Примерно в таком темпе прошло девять дней. Они просыпались, прочесывали интернет в поисках всего, что могло быть полезно, Сэм ходил на пробежки, Бобби пил виски, они завтракали, обедали, ужинали, между этим опять собирали информацию из статей и исследований. И так день за днем, уже больше недели. Девятый день ничем не отличался бы от восьми предыдущих, если бы не звонок Джоди во время дневной поездки из закусочной обратно в отель. После звонка машина резко развернулась и отправилась в другом направлении, нарушая всевозможные правила дорожного движения. Дин очнулся больше часа назад. И уже больше часа его не могут успокоить. *** Мужчины ворвались в холл больницы, где их уже ожидали Джоди и Пейшенс. — Вы были поблизости? — спросила медсестра, оглядев взволнованных мужчин. — Вы так быстро приехали. — Нет, но я уж точно не собираюсь ехать со скоростью улитки, когда мой брат очнулся. Мы можем его увидеть? — с нескрываемой надеждой спросил Сэм. — На самом деле его только недавно утихомирили успокоительным, но из-за его состояния мы не можем дать ему нужную дозу, поэтому Дин все еще в состоянии быстрого вхождения в агрессию. — Пожалуйста, Пейшенс. Мне правда нужно его увидеть, пожалуйста! — Я не думаю, что это разумно, Сэм, — сказал Сингер. — Как ты можешь так говорить, Бобби? — удивился альфа. — Но я думаю, что он прав, Сэм, — встала на сторону беты Джоди. — Ты можешь повести себя неразумно. — Пожалуйста... — прошептал альфа, выглядя совершенно разбитым. — Ладно, — неохотно сказала Пейшенс, — но только на несколько минут и за стеклом окошка в палате. Он не должен тебя увидеть, ты альфа, ему не нужны дополнительные триггеры. — Но я его брат! Я могу помочь ему! — В первую очередь ты альфа, Сэм. И он не был рядом с тобой долгие годы, есть шанс, что твой запах будет для него агрессивным триггером. Поспорив еще минут семь, они пришли к соглашению, что Сэм сможет увидеть Дина через стекло, а Пейшенс на всякий случай еще и принесет ему блокаторы запаха, как у Джоди. Поднявшись на нужный этаж, Пейшенс отвела их всех к нужной палате. И Сэм не знал, что было тяжелее: видеть Дина без сознания, беззащитным и раненым, или видеть его в сознании, агрессивного и теперь казавшегося еще больше травмированным. Когда Пейшенс ушла за блокаторами, Винчестер подошел чуть ближе к стеклу, наблюдая, как его брат учащенно дышит, напряженный на больничной койке. Его кожа казалась еще бледнее, а шрамы ярче и заметней. Неожиданно позади них раздался стук. Молодая девушка, наверное, интерн, уронила пустой поднос. Сразу же после этого из палаты Дина послышалась возня, скуление и рычание. Вернув все внимание на стекло, Сэм и Бобби увидели, что омега затрясся на своей кровати, сжался в комок и дрожал. Позднее Сэм будет пытаться понять, почему он ослушался всех предостережений, которые ему говорили. Может, сработал инстинкт альфы. Или братский. Сожаление об этом поступке все равно настигнет его. Но это будет потом. А сейчас он резко открыл дверь палаты и, совершенно забыв воспользоваться умственной функцией своего мозга, крикнул: — Дин, успокойся, все хорошо! Дальше все происходило как в замедленной съемке. Вот омега лежит на койке, выглядя невозможно беззащитным и испуганным, а уже в следующий миг он с рычанием срывается с постели, сорвав множество проводов, что, скорее всего, причинило нереальную боль, встает на ноги в защитную стойку и яростно рычит, пока позади Сэма кричат Бобби и Джоди. — Дин, все хорошо, это же я, Сэм, — тихо произнес альфа, стараясь успокоить брата. До него уже начало доходить, насколько безрассудно он поступил. Это еще больше разозлило омегу. Дин затрясся от страха и злости, комната наполнилась запахом испуганного и разгневанного омеги. Он сильно рычал и шипел, пытаясь казаться страшнее и больше, но все еще не нападал. — Сэм, какого черта ты творишь! — это была Пейшенс. Теперь он полностью осознал, что натворил. Каким же дураком себя чувствовал Винчестер, но было поздно. В следующий момент его быстро уводили из палаты, пока в нее вбегали медсестры, которым теперь предстоит успокаивать омегу, думающего о том, что нужно защищаться любой ценой. Сэм чертов идиот, и теперь он это знал. Последнее, что он увидел, пока его не вывели из палаты, были зеленые глаза, наполненные страхом, отчаянием, агрессией и решимостью. И в них не было ни капли узнавания.