Истеричка

— Анатолий Борисович, — Ирина вышла из спальни, держа в руках пару вешалок с платьями, — Я обязательно должна ехать с тобой на этот ваш корпоратив? Сидящий на диване мужчина отвлёкся от экрана телефона, так сильно слепящего ярким светом в глаза, переведя взгляд на женщину. — Ирина Алексеева, ну что за вопросы? Все мои коллеги и друзья будут с жёнами, а... — Я тебе не жена, — перебила она его, уходя обратно в спальню. Алеников тяжко вздохнул, подняв взгляд вверх. «господи, что за женщина». — Ир, — Анатолий уселся на кровать, наблюдая за ней, — Чего ты начинаешь? — Я ещё не начинала, — Павлова скинула с себя шёлковый халат, оставаясь в кремовом комплекте белья, — А ты чего расселся? Голос Ирины до Анатолия не дошёл, так как взгляд серых глаз был направлен ниже лица женщины. — Я со стенкой разговариваю? — Что? — он наконец вышел из манительного транса. — Собирайся, я тебя ждать не обязана. Выбор женщины пал на голубое строгое облегающее платье чуть ниже колена, у которого имелась молния на спине до поясницы. — Помоги. Без слов Алеников подошел к Ирине, коснувшись костяшками пальцев выпирающих позвонков. По нежной коже мигом пробежала сотня мурашек, застыв на месте, она спокойно наслаждалась его действиями. Её дыхание сбилось, когда его губы коснулись до пульсирующей вены на тонкой шее. — Мы вроде кое-куда собирались. — Так, собирайся, я тебе мешаю? — обрушился шёпот на её ухо, затем губы прикоснулись к мочке уха, чувствуя массивную серьгу. — Мешаешь, — она выскользнула из его рук, когда Анатолий застегнув бегунок до конца, устроил свою ладонь на худом бедре, сжимая. — Толя, давай-давай! — Ирина надела туфли на высокой шпильке, разведя руками, — Мне-то осталось макияж и причёску подправить, а тебе рубашку, костюм надеть. /// — Анатолий Борисыч! — мужчина лет пятидесяти заметил Аленикова, подходя ближе, — Давно не виделись, — он протянул вперед руку, улыбнувшись, блеснув золотыми зубами. — Ну, причина это объясняет, Андрей Саныч, — Анатолий потянулся в ответ, — Работы много, а ты, как я погляжу, прилетел сюда из Италии мгновенно, как только объявили о корпоративе. — Ну, так, — чиновник вздернул нос вверх, чувствуя, как его спутница крепче сжимает руку, — Отпуск отпуском, а работа по расписанию. Ладно, оторвёмся от темы про работу, раз с нами рядом стоят такие шикарные женщины. До этого молчавшая Ирина смущённо улыбнулась, чувствуя, как рука Анатолия спускается ниже талии и поясницы. Она медленно и аккуратно повернула голову назад, никого там не замечая, и дёрнулась. Однако Алеников не сдавался, а сжимал ладонь всё сильнее и сильнее. Молодая девушка брюнетка тоже улыбнулась, но её улыбчивое выражение лица явно не назовешь искренним. — Благодарю, Андрей Саныч, — довольно улыбнулся Алеников, — Ну, что ж, увидимся, — проговорил он, высматривая кого-то в толпе. — Валентина Ивановна! Женщина лет семидесяти обернулась на знакомый голос и улыбка коснулась её лица. — Анатолий Борисович, дорогой, сколько лет сколько зим! — пожилая блондинка подошла к паре, оценивая взглядом Ирину. «я смотрю сюда даже из Совфеда примчались, надо же... Стоп! Дорогой?» После своих мыслей Ирина протянула Матвиенко руку. — Прошу любить и жаловать, — начал Алеников, кивнув на рядом стоящую женщину, — Павлова Ирина Алексеевна, зав.отделением экстренной хирургии в Склифе. Моя спутница на сегодняшний вечер. «на сегодняшний вечер?... Алеников, а ты ничего не попутал?» Павлова одарила председателя Совета Федерации взглядом с толикой стервозности, хмыкнув про себя. — Ирина Алексеевна, о вас много говорят, — фальшиво улыбнулась Валентина Ивановна. — Я надеюсь приличное. /// Анатолий зашёл в покрытую мраком спальню, и освещаемую одним настольным ночником. — Помочь? — заметив, как Ирина возится с молнией, не громко спросил он. — В этом нет необходимости. Анатолий Борисович, явно не ожидавший такого поворота, немного опешил. — Ир, что случилось уже? — А то ты не знаешь, — ехидно ответила Павлова, метнув в сторону мужчины недовольный взгляд, — Я смотрю, вас, Анатолий Борисович, мужчины жалуют меньше, чем женщины, — хмыкнула, но внутри себя она уже метала молнии. — И что в этом такого? — он развёл руками, усевшись в белоснежное кресло. — Ничего, — Ирина попыталась скрыть своё чувство вдруг откуда не возьмись ревности. — Ну, тогда что ты истерику начинаешь? — Ты ещё не видел, как я начинаю истерику, — недовольно прошептала она, всё ещё пытаясь дотянуться до молнии. Ничего не говоря, Анатолий подошел к ней почти бесшумно, притянув к себе сзади, руками касаясь шеи, потянул молнию вниз, обнажая спину. — Я же говорила, что мне твоя помощь не нужна, — Ирина дёрнулась, отскочив в сторону. — Да что происходит-то?! — его нервы не могли больше терпеть, а голос сорвался на крик. — Иди и ори на свою Матвиенко, — она сохраняла спокойствие, в отличии от него. — Что значит на «мою»? — Анатолий искренне не понимал её слов. — А то и значит! — Павлова резко повернулась к нему лицом, — Я ведь видела, как весь вечер она с тебя глаз не спускала! — терпение женщины лопнуло, — Да и ты не отставал! За задницу меня пощупал, а потом на неё глазеть стал! — Ир, прекрати вести себя как истеричка. — Как? Как ты меня назвал? — Ну, точно истеричка, — Алеников тяжело выдохнул, затем вздрогнул от шума, которая издала разбитая ваза. — Значит, я для тебя истеричка, да?! — Ирина упёрлась руками на комод, выпячивая пятую точку, — Тогда иди к НЕ истеричке, которая не будет тебя ревновать к каждой юбке! — выпалила она, сама не осознавая, что только сказала. — Так причиной твоего скандала является ревность? — Анатолий сначала удивился, затем ухмыльнулся, осознавая, что ему приятно, когда его ревнуют. Особенно - эта женщина. Ирина молчала, наблюдая как он медленно, словно хищник надвигается на свою жертву, подходит к ней. — Пусти меня! — завизжала она, почувствовав его руки на своей талии, начав брыкаться. — Ненавижу тебя! — Взаимно. — Идиот! — Дура. — Павлин напыщенный! — Психичка. После этого, Ирина, словно огонь, вспыхнула, — А ты! Ты... Сволочь! Замечая, что она хочет ещё что-то ему высказать, Анатолий резко притягивает женщину к себе, вцепляясь в пухлые губы. — Я люблю тебя, истеричка. — Твоя истеричка. — Моя и больше ничья. Слова между короткими, но горячими поцелуями. Платье окончательно скользнуло вниз к ногам хозяйки, так как руки Анатолия этому поспособствовали. Почувствовав его горячую ладонь на внутренней стороне своего бедра, Ирина простонала в его губы, крепче сжимая его плечи, затем дрожащие пальцы с белоснежным маникюром медленно расстегивали белые пуговицы. Следующие действия были слишком быстрыми. Подмяв её под себя, Анатолий, не отрываясь от манящих губ, скинул с себя рубашку, которая приземлилась куда-то на пол. Мужские руки бродили по хрупким частям тела, а губы переместились на шею. Оставив на самой видной части женской шеи синее пятно, которое постепенно принимало багровый оттенок, и заставив женщину испустить громкий стон, он спустился к ключицам, далее к ямке между ними. Почувствовав горячие губы на своей груди Ирина выгнулась вперед, поддаваясь ему навстречу. Женские пальцы сжали чёрную простынь, не оставляя в покое. Его резкие, то нежные движения в ней заставляли разум уплыть куда-то за вселенную. /// Упав на подушку Ирина пытается выровнить сбившееся дыхание, Анатолий упал рядом, тяжело выдохнув. — Что за... — Павлова недоговорила, чувствуя горящую боль в области шеи. Подбежав к зеркалу, она откинула назад волосы, что пару часов назад были аккуратно уложены, и ужаснулась. — Алеников, что я теперь с этим делать буду?! Не отвечая на вопрос, Анатолий довольно улыбался, оперевшись локтями о кровать. — Господи, да это даже никаким тональником не спрячешь... — А мне нравится. — Тебе-то может и нравится, — Ирина повернулась, подойдя к кровати, — А вот понравится ли это моим «подчинëнным» на работе? — А что, все твои подчинённые мужского пола побывали в твоей постели, что привыкли видеть идеальную шею? А может женщины? Или я чего-то не знаю? — Дурак, — отмахнувшись, проговорила Ирина, затем вскрикнула, почувствовав спиной мягкую постель, но далее последовал обоюдные смех.