Среда и Мишка фреде

Веднсдай очнулась в тюремной камере. Она лежала на грязном и, кажется, обоссаном матрасе. Приподняв голову, она снова увидела Н-время, которого, кажется, вообще это всё не ебало, так как он как ни в чём не бывало читал сраные книжки про фнаф, судорожно делая заметки. Голова Среды ужасно болела. Через пару минут Никита обратил внимание на то, что его сокамерница снова начала подавать признаки жизни и сказал: -- Ну я же говорил. Никто не смеет идти против мшк фрррд. Слава бебре! -- Ты чё там за дерьмо читаешь, что такой бред несёшь? -- А, это... Это книги про мишку Фредди. Как писал классик:

"В пиццерию скорей залетай И с н-таймом ты книжки читай На страницах герои живут И зверята на сцене поют Написал книги дядюшка Скотт Республиканец и обормот Он расскажет нам полный сюжет Ну, а впрочем, может и нет."

-- Ну и хрень ты читаешь, конечно. Ну ты и нормис. - сказал готка -- Ты ничего не понимаешь!!!!1!111 Эта книга имеет многа смисла. Сюжет со спрингтрапон ребенком такая гениальная! Тибе не понять!!!! Как тебе не стыдно! -- Лучше бы мои книги прочитал🙄🙄🙄. Ты бы понял, какой ты лох, что тратишь время на эту хрень! -- Мама твоя! - сказал Никита Готка была разнесена по фактам. Она извинилась перед Н-таймом. Он ее не простил. -- А вот нехуй было. Дура. Теперь ты ничего не узнаешь про ремнант! -- Ремн... Уэнсдей перебил грубый низкий голос, доносившийся из громкоговорителя: - Все живо подъем и на завтрак бегом! Н-тайм спрятал блокнот в надежное место. Он очень хотел жрать, так как он никита. Готка пошла с ним. Столовая была... Не так плоха. Правда давали там только пиццу, да и то, она была какая-то нЕпРаВИльНая. Другие заключённые говорили, что делают её из тех, кто не выполняет волю Фредди Фазбера. В том числе и Кисси Мисси и Хагги Ваги, очень удобно сидевшие рядом с Никитой и Уэнсдей. -- Ну и дерьмо эта хавка! -- Кисси, бля, ты хули материшься? -- Иди нахуй, пидор. Я думала, что ты нормальный, а ты, мудак и пидор! Чтоб вы понимали,- Кисси повернулась к Среде,- эта гнида играла в бравл с Фредди! -- Кисси!- очень громко возмутился Хагги Ваги, обратив на себя внимание окружающих. Уэнсдей, как обычно, сидела с абсолютно каменным лицом. Даже, если бы прямо перед её носом сейчас взорвалась ядерная боеголовка, ей было бы вообще поебать. Но почему? Всё потому, что Среда всю свою жизнь прожила в Саратове. Это был самый ужасный и травматичный опыт в её жизни. Это заключение стало для неё, вероятно, единственным способом его покинуть. Даже в этот самый момент воспоминания об ужасах Саратова были такими яркими и чёткими. Особенно о провальных попытках побега. Уэнсдей освоила фехтования и стала по нему мастером спорта лишь для того, чтобы покинуть Саратов. Но у неё это не вышло. Саратов -- жуткое место, попасть туда может каждый, но выбраться -- никто. Не пытайтесь покинуть Саратов. Пока день недели рассуждала о Саратове, Кисси Мисси и Хагги Ваги устроили драку, в которую, каким-то образом ввязался и н-тайм. Заключённые собрались вокруг, наблюдая за этим действом и подбадривая участников. Пусть Среда вся такая не такая как все, и не серая масса, она решила присоединиться. "Хлеба и зрелищ!" так сказать. Хлеба (это про тесто от пиццы) поели, можно и посмотреть на местные гладиаторские бои на минималках. Кисси Мисси яростно накинулась на Хагги Ваги, выдерая его синюю... Шерсть? Волосы? Хуй его знает. Никита пытался оттащить её, но всё попытки были безуспешны, так как он ничего тяжелее книги по фнафу в жизни в руках не держал. Хагги истошно орал, пытаясь скинуть с себя ебанутую женщину. Кто-то в толпе проорал: -- Ёб твою мать, это же треугольник Картмана! -- Это который из южного парка? -- Нет, который жертва, приследователь и спасатель. -- А, ну тогда скучно. В итоге, синий монстр наконец смог освободиться от хватки Кисси, скинув её на пол. Затем, Никита и Хагги начали пиздить её ногами. Наконец хоть кто-то обратил внимание, и снова появился самый известный персонаж франшизы (Фростбер), разогнал толпу и дал по ебалу всем возмутителям спокойствия. После этого, Среда и изрядно покалеченный Никита отправились обратно в камеру. Они долго шли по грязным и марчным коридорам, в которых везде были развешаны плакаты и партийные лозунги, что казалось довольно ироничным, но в итоге, добрались до пункта назначения. Н-тайм сразу же бросился искать свой блокнот. Но его нигде не было. -- О нет! Был обыск! И если партия узнает, про мой фанфик про еблю Чики и Фокси, ой, критику правительства ... Мне конец! Никита немного походил по камере из стороны в сторону. После чего он встал, выпрямился и заявил. -- Итак, Среда. Я принял решение. Он достал из кармана маленькую фигурку Бонни, что-то шепнул ему, и заяц куда-то побежал. -- У меня есть план. Сейчас, наверное, где-то начнёт крутиться в гробу какой-нибудь Владимир Ильич, но мы устроим,- он начал говорить шёпотом,- революцию. Среде было настолько похуй, что вы щас наверное расплачитесь. Этот похуиз с её стороны настолько достал Никиту, что он дал ей по ебалу и закричал: -- Ты блять пассивный кусок говна, который плывёт по течению из такого же говна, обмазываясь этим пятикратно переваренным калом, сука! Среда охуела. Но ей всё ещё было похуй. Охуевше похуй. Н-время сдался, и решил объяснить ей план, несмотря на то, что это будет разговор со стеной. -- Я отправил Бонни туда, чтоб он там всяких диверсий наделал и отвлёк их. Тогда мы выйдем из камер, вооружимся чем-нибудь и поднимем восстание, понимаешь? Уэнсдей кивнула. Всё решено (мама я гей).