Я согласен

Яркий свет фонарей режет глаза. Совсем редкие машины едут медленно, тихо. Из приоткрытых губ, почти незаметно, появляется пар. На улице прохладно. Листва деревьев не шумят, сейчас даже собаки не лают. Появляется такое впечатление, что ты один в мире. Один со своими проблемами, мыслями. Иногда так хочется этого, но проехавшая машина портит всю идиллию. Тело в толстовке замёрзло. Она не греет совсем, тонкая для этого. Волосы сильно растрёпаны, как будто их не расчёсывали никогда. Засохшая кровь на губе чувствуется неприятно. Противно. Костяшки на руках то ли от холода порозовели, то ли от ударов. Синяк под толстовкой уже болит, расползаясь синим пятном, что портит всё прекрасное. Холодно. Чимин устал. Но всё время куда-то идёт. Зачем идти, если дорога бесконечная и не приведёт никуда? Зачем идти, если не выходит ничего? Легко бросить, забыть и привыкнуть. Чимин сразу отбрасывает эти мысли. У него есть, ради кого он идёт. Нет, бежит.

***

Чимину стыдно. За себя, свою семью, за всё. Его нельзя назвать образованным, богатым, примером для подражания. Он учится плохо, денег на еду не хватает иногда. Пак, правда, для него старается. Чтобы ему стыдно не было. Книги читает, учится пытается. Подарки старается делать. Они маленькие, незначительные. Но он всегда их с улыбкой принимает, благодарит. Подарки у него на видных местах лежат. У Чимина от этого сердце болит, хочется весь мир к его ногам положить. Но в состоянии только букетик маленький подарить. А он радуется, как миру у своих ног. На ходу Чимин вытаскивает разбитый, потрёпанный временем телефон и находит его номер. Паку опять стыдно. –Алло? – Голос сонный, немного хриплый. Такой родной и приятный. –Юнги, пожалуйста, послушай меня. Мне жутко перед тобой стыдно. Ты такой прекрасный, неземной. Я тебя так люблю. До смерти дорожу тобой, – Чимин просто хочет сказать это. Чтобы он знал. Кроме слов, у Пака ничего нет – Я так хочу счастья для тебя, всего самого лучшего. Ты этого больше всех достоин. Я не могу тебе этого дать. Но я хочу чтобы ты знал: Я всегда твой. Пожалуйста, скажи мне, если тебя уже достали мои проблемы, – В груди неприятно от этих слов. Нет, он не собирается его бросать. Даже не думал об этом. Мин так много для него сделал. Он достоин лучшего, а Чимин пытается дать ему всё. –Чимин? Что случилось? – Обеспокоенный голос вновь режет и так раненое сердце. –Ничего, просто хочу, что бы ты это знал, – Пак лучше всю ночь на вокзале проведёт, чем его заставит волноваться. Но вот проблема: он уже это сделал. –Ты сейчас дома? –Не совсем, – Чем он только думал, когда звонил ему? Знал же, что волноваться будет. Ещё и разбудил посреди ночи. –Ты далеко от моего дома? Такси вызвать? – Было слышно, как Юнги поднимается с кровати. –Нет на оба вопроса, – Рука уже замёрзла, а от разговора болит разбирая губа. Но главное слушать его голос. –Так, прямо сейчас ты идёшь ко мне. Отказ не принимается, расскажешь что произошло. Чимин доходит за пять минут. В окнах горит свет. Тупой, неспособны Чимин. Стыдно за себя. В квартире тепло. Кожа мгновенно покрылась мурашками. Парень и правда сильно замёрз. Из-за угла выходит Юнги, такой домашний после сна, он как будто создан только для любви, а тут Чимин со своими проблемами. Лицо обеспокоенное становится, как только Пака увидел. –Я тебе одежду приготовил, сходи в душ сначала, – Голос немного подрагивает, глаза отводит. Так не хочется этого. Хочется улыбки всегда на его лице, что бы смеялся искренне и красиво, как всегда умел. Чимин выходит из душа уже тёплым, кожа немного порозовела. Но ранки на руках и губе не дают жить спокойно, синяк надёжно спрятан под футболкой. Если он его не увидит, значит грустить ещё больше не будет. –Отец, – Говорил Пак, Юнги с одного слова всё понимает. Много уже раз Чимин приходил так: холодный, побитый. К такому никогда не получится привыкнуть. Сколько вы не старайтесь, вы никогда не сможете. Раны обрабатывает быстро, только на них и смотря. Губу сильно закусывает, моргает часто. У Чимина он такой сильный, никогда руки не отпустит. Не умеет он. Но иногда и сильным людям нужно быть слабыми. Необходимо. Когда чувство разъедает тебя так быстро и больно. Ты ощущаешь, как каждая частичка отваливается. Хочется сказать так много, но в это же время хочется молчать. Иногда молчание можно сказать куда больше, чем огромным текстом ненужных слов. Первая слеза срывается с длинных ресниц и скрывается где-то в одежде. Ему нужно. Чимин себя ненавидит за это. Его любовь плачет. Даже одно его слезинка делает так больно, сердце и лёгкие сжигает. –Ну ты чего? – Притягивая его к себе, спрашивает Чимин. Большим пальцем слёзы трогательные стирает, но они заново рисуют мокрые дорожки на мягких щеках. –Я так за тебя волнуюсь. А если он сильнее бить будет? Мне страшно тебя домой отпускать. Я же не переживу, если он что-то с тобой сделает, – тихо совсем говорит, всхлипывая порой. А в глазах космос. Безграничный, невиданный. В них звёзды падают, совсем ярко, ослепнуть можно. Так красиво, но так ужасно. –Всё будет хорошо. Твоя любовь помогает мне в идти вперёд. Совсем скоро всё изменится, просто нужно подождать. Мы же с тобой очень сильные. Всё вместе сможем преодолеть. Я никогда не брошу тебя. Никогда не уйду. Никогда, хорошо? Мне кажется, нам хватит столько времени, – Чимин немного улыбнулся. – Хотя нет, Мне мало бесконечности рядом с тобой. –Давай мы всегда будем в бесконечности? – Слёзы перестали течь. Теперь там прекрасные звёзды, они как будто переродились. Им нужно было переродиться. Теперь они блестят в новой красе. Наглядятся ими невозможно. –Конечно, Мой милый Юнги. Давай будем в бесконечности.