а люди любят

солнце давно ушло за горизонт и единственным источником света за окном был тусклый фонарный столб. но даже такой свет вызывает дискомфорт, только что открывшего глаза парня. пощурившись первое время, он недовольно встаёт, чтобы завесить дурацкие шторы. с одним источником света закончил; второй — настольная лампа. тихо подойдя ближе, губы расплылись в лёгкой улыбке, альберих присаживается рядом со спящим юношей, вид которого и вызвал тепло. — вот ведь негодник, сказал же ложиться, если чувствуешь сонливость, – этот шёпот должен был казаться сердитым, но выходит лишь лёгкое недовольство с невероятной заботой в глазах. парень заправляет светлые локоны за ухо, ещё некоторое время наблюдая за этим сонным чудом, что подложил руку под голову и тихонько сопел. кэйа осторожно отодвигает все колбы, чтобы не дай бог их задеть и тушит свет. руки бережно обхватывают альбедо, не давая и шанса упасть, голова временно устраивается на плече, и обжигающее дыхание скользит по шее. так сложно сделать эти несколько шагов самому, чтобы засыпать в тёплых объятьях, а не на жёстком столе от полной усталости? альберих никак не мог понять этого, но каждый раз, стоило альбедо засидеться за делами, он просыпался ночью, чтобы переложить юношу в кровать, ведь знал, что тот не придёт и будет трудиться, пока сон его не настигнет. парень укладывает алхимика на кровать, укутывая в плед и ложиться рядом: — прекрасных сновидений, мой принц, – неощутимый поцелуй в макушку. кэйа как обычно сделает выговор за это, но утром, сейчас он подвигается ближе, заключая в объятья, и засыпает.