Совпадение, о котором мы договаривались.

Преодолевать себя. Именно это приходится делать девушке ежедневно ради своих целей и мечт. Именно так она завоевала звание чемпионки России на прошедшем чемпионате страны, преодолевая себя и болезнь, в совокупности с температурой и ужасным самочувствием. Всё в ее жизни было очень плотно связано со спортом, а если быть точнее, с фигурным катанием, которым Аня занималась с малых лет. Звук будильника. Настолько привычный и обыденный, но невыносимо раздражающий практически каждый раз. Хотя девушка была достаточно дисциплинированной, ей не хотелось отказывать себе совершенно во всем, поэтому она позволяла себе хотя бы ругаться на будильник. Невнятные стоны и кое-как открытые глаза — так началось утро известной фигуристки. Щербакова широко и протяжно зевнула, по привычке прикрывая рот рукой. Преодолевая невыносимое желание понежиться в постеле ещё пару минут, а точнее часов и дней, девушка взяла телефон, чтобы выключить назойливый звук. Включив экран, та заметила время. 7:50. К слову, чтобы не опоздать на утреннюю тренировку, ей надо было выходить из дома в 8. — О господи! Боже, спаси меня от гнева Этери Георгиевны! Приговаривая это, Щербакова спрыгнула с кровати, опуская ступни на холодный пол. Не придавая этому внимания, девушка быстро побежала в ванную. Она чистила зубы, совершенно не смотря в зеркало, потом выплюнула пасту и промыла рот, также умылась холодной водой, а после вытерла остатки полотенцем, выходя, а лучше сказать выбегая, из ванной комнаты. Фигуристка направилась в комнату, где натянула на себя спортивную одежду. Сумка, к удаче Щербаковой, уже была собрана с вечера. Аня кинула ее к выходу и натянула на себя толстовку, надевая капюшон. Потом путь лежал на кухню, чтобы схватить хоть что-то. Часы там показывали 8:02. Управившись с приготовленным мамой, которая уже ушла, завтраком за минуту, девушка побежала к выходу. Она надела тёплые ботинки, куртку, мягкий шарф, шапку и положила перчатки в карманы, после чего взяла сумку и закрыла дверь, кидая ключи в карман сумки. Выйдя к лифту, та начала тыкать на его кнопку с бешеной силой, но этот подлец не начал ехать быстрее. Отчаявшись, Аня побежала по лестнице, одновременно вызывая такси. Оказавшись внизу, девушка села в машину. Сегодня удача частично была на ее стороне, ведь такси подъехало буквально за 1-2 минуты. До тренировки оставалось 5 минут. Выскочив из такси и бросив водителю вежливое «спасибо», Щербакова забежала в здание Хрустального, прикладывая пропуск, который лежал в самом легкодоступном кармане сумки. После этого путь лежал в раздевалку. Аня вбежала туда, закидывая карточку в тот же карман. Она стянула с себя толстовку, предварительно небрежно кинув верхнюю одежду на скамейку, под которой была уже нужная футболка, а после сняла ботинки и штаны. Уже потом Щербакова увидела Усачёву. — Ой, Даш, привет — запыхавшись и слегка покраснев сказала Аня, взглянув на девушку. — Привет, привет, Аня. А у тебя новый стиль прически? Думаю, Этери Георгиевна не заценит. — Что? — спросила Щербакова, приподняв брови. — У тебя точно все хорошо? Ты наверное переработала перед чемпионатом — сказала она с сочувствием. Даша включила телефон, заходя в приложение камеры. Поставив фронтальную, Усачёва встала со скамейки, подходя к Ане, после чего вытянула руку перед лицом девушки. Щербакова вгляделась в свой внешний вид, изображенный на экранчике. — Боже… Я что, забыла причесаться? Господи, за что! — Через две минуты у нас зал, лучше поторопись. Выдохнув от того, что Этери Георгиевна может и не узнать о ее опоздании, ведь зал у них сегодня вёл Даниил Маркович, она вспомнила, что он может ей передать об этом, так что быстро надела кроссовки и начала рыться в сумке, ища расчёску. Немного рыкнув, Щербакова поняла, что нужного предмета у неё с собой нет. Зато было, чем заплетись. В раздевалку зашла Валиева. — Даниил Маркович всех зовёт. Девушка кинула на них взгляд, а после задержалась на причёске Ани. — Камил, у тебя нет расчёски? Позарез нужно, сама понимаешь, — умоляюще просила Щербакова. — Есть, и мне не жалко, но она в зале. — Пожалуйста. — Аня жалобно на неё смотрела. — Ладно, ладно. Даш, лучше иди в зал. Валиева качнула головой в нужную сторону. Усачёва кивнула и взяла сумку, идя в раздевалку. — Всё, давайте, удачи вам. У меня расчёски нет, постарайтесь обойти Даниила Марковича. Девушки кивнули. Камила быстро проскочила между открытой дверью и Дашей, которая ее и открыла. Она быстро подбежала к сумке, не обращая внимания на Даниила Марковича, который сейчас давал задания другим девочкам. Валиева достала расчёску и вышла из зала, возвращаясь в раздевалку. Кинув расчёску Ане, та смотрела на неё. — Спасибо, Камила! Господи, что бы я без тебя делала… В это время Щербакова начала быстро делать причёску. — Умерла бы ты без меня, эх. Валиева слегка улыбнулась, смотря на часы. — Лучше беги, а то тебе за меня влетит. Я отдам тебе расчёску после зала. Камила кивнула, сочтя ее слова достаточно разумными. — И ты поторапливайся. Валиева быстро покинула раздевалку, возвращаясь к Даниилу Марковичу. Тот лишь смерил ее внимательным взглядом, проигнорировав опоздание в две минуты, что было странно. Даша заметила это и пожала плечами. Через пару минут вбежала Аня. — Щербакова, почему опаздываем? Громко спросил хореограф. Впрочем, особо ответа и не требовалось. Он взглянул на часы. — Ты опоздала на пять минут. Значит теперь будешь пять минут стоять в планке за один подход. Ну правила знаешь, без халявы. Вперёд. Девушка выдохнула и положила сумку в угол зала, вставая в планку. После неё она присоединилась к остальным девочкам и хореографии. Потом уже была растяжка и прыжки. Всё это было привычно и давалось не так уж и тяжело. В небольшом перерыве Щербакова отдала расчёску Камиле, на что получила быстрый кивок и небольшую улыбку. Далее был лёд, у бортика которого уже стояла Этери Георгиевна. Она смерила всех своим строгим взглядом. Аня туго зашнуровала коньки, после чего вышла на раскатку вместе с другими девочками из ее группы. — «Хоть бы Этери Георгиевна не узнала о опоздании. Не хочу снова получить.» — подумала девушка. Щербакова выдохнула и сняла чехлы с коньков, положив их на бортик. Она встряхнула каждую ногу по очереди, после чего сделала круг плечами, немного согреваясь. На лице была сосредоточенность и плотно сжатые губы. Перед важным событием, чемпионатом мира, фигуристка была особенно напряженна и выкладывалась на все даже не 100, а 200 процентов. Но нужно было больше. Из ее группы поедет лишь она. Подруга Ани, если их можно назвать таковыми, Саша Трусова, отныне занималась в штабе Евгения Плющенко, а с Лизой Туктамышевой ей никогда не доводилось быть в одной группе. Не заметив, как зависла, брюнетка услышала голос тренера. — Аня, чего стоишь без дела? Лёд прямо перед тобой! — сказала Тутберидзе с легкой улыбкой. Сегодня у неё видимо было хорошее настроение. Щербакова кивнула и выехала на лёд. После небольшой раскатки она взглянула на остальных девочек. Теперь стоило отрабатывать прыжки. Они шли без особых усилий. Все мысли девушки были будто в другом месте. — Соберись! Ты мечтательница или ответственная спортсменка? Сейчас нужно выкладываться! — именно внутренний голос помогал ей трудиться почти без отдыха. Тройные, кроме Акселя, выходили практически без помарок. На лице фигуристки не было эмоций. Задумавшись о предстоящем чемпионате мира, девушка упала с тройного флипа, недокрутив его в четверть. Это падение будто разбудило ее и отодвинуло ненужные на этот момент мысли. Далее она была сосредоточенна на прыжках, стараясь делать их выше и дальше, работая над круткой, делая красивые выезды. Но на лице всё еще не красовалась лучезарная улыбка кареглазой, ровно как и другие эмоции. — Ань, ну ты прямо робот ходячий! Давай на прогон короткой. — без укора, лишь улыбнувшись уголками губ, громко произнёс Даниил Маркович. Тот всегда пытался ее поддержать. Щербакова слегка улыбнулась, но скорее для вида. В прокате она всё равно покажет нужные, хоть и наигранные эмоции. Да, благодаря этому спорту брюнетка хорошо может играть эмоциями и делать фальшивые весьма похожими на искренние. Фигуристка подъехала к точке старта и выдохнула, вставая в позу ее короткой программы «Элегия». Вдох и выдох, началась музыка. На лице тут же заиграли эмоции, будто художник нанёс яркие краски на холст, или солнце вышло, осветив день. Плавные движения рук и ног. Её причёска слегка испортилась, растрепалась от тренировки, но сейчас внимание было зацикленно совершенно на другом. Перед турниром тренировки стали жёстче, что было логично. Первый прыжок в этой программе был давно освоен. Это двойной аксель. Снова получился хорошо. — Но не идеально. — всё твердил внутренний голос. Да, в середине прыжка скорость вращения корпуса уменьшилось, что могло привести к недокруту и даже падению. В этом сезоне девушка чаще ругалась на собственную персону и была очень критична к себе. Не идеально. Не достаточно хорошо. Ужасно, даже когда прыжок был выполнен нормально. Этими мыслями она постоянно забивала себе голову, говоря, что такими темпами ничего не добьётся. На пару секунд это снова появилось в ее голове, из-за чего скорость на вращении заметно снизилась, а вернуть ее обратно Аня не успела, лишь стало чуть лучше. Решив, что покарает себя за недостатки потом, фигуристка собралась и докатала программу, вкладывая все силы, стараясь сделать каждое движение идеально. После проката та выжидающе посмотрела на Даниила Марковича, а после на Тутберидзе и Дудакова, которые тоже наблюдали за её прокатом. Этери Георгиевна посмотрела на свою воспитанницу, приподняв брови. — Аня, ну что это такое?! Что с вращением?! — Женщина говорила громко, можно было с лёгкостью подумать, что она кричит. Отчасти, это было так, но дело было в том, что иначе Щербакова могла бы не услышать этих слов, каток отнюдь не маленький. Девушка переминалась с ноги на ногу, прикусив губу. — Я призрака спрашиваю?! Отработай все вращения, следи за скоростью и осью, а то болтает непонятно куда! Потом четверные, вперёд! — по той же причине голос Тутберидзе звучал громко. Другие тренера, Дудаков и Глейхенгауз, промолчали, а после прокат начала Валиева. Аня кивнула и начала вращаться. Девушка следила за всеми факторами и отмечала недостатки. Вроде, всё уже шло хорошо, но Щербакова оставалась недовольна результатом. После завершения очередного вращения она поймала на себе взгляд Тутберидзе и посмотрела на неё, ожидая оценки своих элементов. — Ну вот, другое дело! Так, теперь давай четверные. Брюнетка кивнула и поехала на заход для четверного флипа, именно его она решила сделать первым. Голова снова пошла кругом. Скоро такой важный старт, а мысли совершенно не на месте. Позабыв про своё нахождение на тренировке, Щербакова оттолкнулась для четверного флипа механически, всё ещё витая в облаках. Но тут что-то щёлкнуло, будто выключатель, который вернул ее в реальный мир. Фигуристка поняла, что сейчас исполняет прыжок. Она растерялась и вместо приземления просто осела на ноге, даже не почувствовав боли. Но через секунду Аня почувствовала ее в трехкратном размере. В это время ее взгляд зацепился за Валиеву, которая сделала чисто четверной, хотя и не едет на чемпионат мира. — «Вот тот, кто явно справится лучше меня. Я настолько безнадёжна!» — мысли с новой силой стали нагнетать на девушку, но их прервал хореограф. — Ань, чего валяешься? — лениво протянул Даниил Маркович, опираясь на бортик и переваливая одну руку через него, оставив свободно болтаться. — Просто задумалась, — Щербакова быстро встала, потирая виски. Боль более менее утихла. Глейхенгауз выдохнул и приподнялся. Он протёр глаза пальцами и подозвал Аню рукой. Девушка сначала хлопнула глазами, а потом поняла и подъехала к тренеру. Щербакова стояла перед ним, смотря то ему в глаза, то на бортик или лёд, то за спину. — Ань, все в порядке? Хотя наверное глупый вопрос. Я уже видел у тебя подобное. Ты просто мыслями на другом конце планеты. Переживаешь из-за чемпионата? — ответа на этот вопрос ему не понадобилось, он понял все по прикушенной губе и взгляду ученицы. Мужчина выдохнул и продолжил. — Может и глупый совет, но попробуй собраться, — тот усмехнулся своему «умению» находить нужные слова, — подумай, что сейчас ты не на чемпионате. Обычная тренировка, но усиленная, ты хочешь преодолеть себя. Постарайся немного забыть про турнир. А то поедет неваляшка на льду, а не трёхкратная чемпионка России. Аня слегка улыбнулась и кивнула. — Хорошо, спасибо, Даниил Маркович. Он и вправду умел ее поддержать. Да, по-своему, не идеально, но всегда в цель. После этого фигуристка поехала на дальнейшую отработку прыжков, даже не заметив наблюдающего за ней пристальным взглядом хореографа, но вскоре у них уже был перерыв. Слова тренера немного помогли, но долгожданного спокойствия не пришло. Выйдя со льда, Щербакова надела чехлы на коньки, ежедневная рутина. После небольшой заминки, на которой никто почти и слова не бросил, Аня направилась на обед. Хотя есть она тоже не хотела. Съев несколько макарон, она увидела Дашу, которая подсаживалась к ней. — Привет. Не против моей компании надеюсь? — Усачева слегка усмехнулась и присела. — Нет конечно, ты что, садись, — Аня ответно улыбнулась и продолжила ковырять вилкой тарелку. Возникла небольшая пауза. Даша взглянула на Щербакову. — Ань, я понимаю твоё напряжение и всю ситуацию. Но ты правда будто ходячий робот или труп. Настолько переживаешь? В ответ на это подруга лишь кивнула Усачевой, переваривая слова. — Давай немного прогуляемся вечером? Не долго, сбивать режим не будем конечно, после тренировки. Тебе нужен хотя бы какой-то отдых. Снова возникла пауза. Аня немного поразмыслила над словами одногруппницы и кивнула, но в этот раз уверенней. — Да, ты права. Мне определенно нужен какой-то отдых. Я не в себе, а мысли далеко. Погуляем после тренировки, — не дав Усачевой вставить и слова, она слегка улыбнулась и встала из-за стола, толком ничего не поев — я пойду, встретимся после тренировки! Аня помахала рукой и после утвердительного кивка Даши направилась в туалет, чтобы умыться холодной водой. В надежде, что это приведёт ее в порядок. Не в плане внешнего вида, сейчас она об этом практически не заботилась, кроме веса и прически. Девушка была права, несколько плесков холодной воды в лицо помогли трезво мыслить. Сейчас снова был зал, а после ещё лёд с прокатом короткой программы, хотя обычно она была с утра, а к вечеру произвольная.