1. Метель.
25 февраля 2023 г., 06:57
За окном безостановочно свистел ветер, разнося по всему миру белоснежные, крупные хлопья снега. Его порывы были настолько сильны, что хрупкие снежинки, попадающие в закрытое окно, стучали по стеклу словно маленькие камешки. Холодно. Погода в этом году была крайне суровой, поражая весь мир своей жестокой метелью и минусовой температурой.
В помещении же было тепло. Хорошо.
Огромная комната, являющаяся гостиной, отоплялась громадным камином. Огненные языки пламени сжигали всё, что попадало в их пространство: Куски полена, какие-то скомканные исписанные листы бумаги и парочка еловых шишек. Они бились в яростном танце, придавая временное тепло и освещая комнату, жаль, что лишь в небольшом радиусе, но этого было более чем достаточно.
Тёплый свет огня придавал необычайно красивый оттенок всему, на что мог только упасть. И это было поистине красиво. Возможно, Михаил Александрович по достоинству оценил бы такое зрелище, надолго сохраняя в памяти, для будущей зарисовки, но его, увы, не оказалось рядом.
Он ещё не скоро вернётся.
Двое людей сидели неподалёку, сохраняя абсолютную тишину. Её могло прервать только тихое шипение огня и треск сгорающих полен. Данный звук был приятен для ушей, нежели помехой.
Эти люди казались до жути уставшими, сонными. Темноволосый мужчина вовсю уже спал, уложив подбородок на плечо своего спутника. В полумраке гостиной, если приглядеться, было видно, что оба парня имели небольшую разницу в возрасте и значительную в росте. А может большую и там, и там?
Тот, который был постарше, как и предполагалось ранее, дремал. Телом полностью облокачивался он на юношу, сидящего спереди. Ладони ослабли и просто лежали на бёдрах младшего, хотя ранее крепко обвивали его талию. Волосы угольного оттенка имели необычный окрас сейчас, в виде ярких алых бликов и жёлтых линий. Такие же наблюдались и на волосах юноши. У первого они были собраны в аккуратный нижний хвостик, в силу своей длины. А у второго собирать было нечего–короткие. Потрёпанные зато, лохматые такие.
Парень ещё не спал. В его руках красовалась кружка среднего размера с давно остывшим чаем внутри. Почему так? С неё больше не шёл пар. Недопитый наполовину, предположительно зеленый. Наверное сладкий, а может и нет. Этого точно узнать нельзя. Не сейчас.
Юноша часто моргал, постукивая пальцами по посуде. Особо длинных ногтей у него не было, поэтому стук получился глухой. На лице застыло умиротворение. Белоснежные очи не давали определённого ориентира. Радужка попросту отсутствовала. Оставалось лишь наблюдать за постепенно смыкающимися веками. Они и говорили о скором погружении парня в царства сна, в дом Морфея.
Синеволосый отложил кружку в сторону, вздыхая. Толи от тяжести тела позади себя, толи просто от усталости, толи от своей "безупречной" осанки. Колючий свитер тоже не давал покоя, но что поделать, если кроме них в доме не нашлось тёплых вещей? Как старший вообще ЭТО носит? Ничего не остаётся. Только терпеть.
Парень выпрямил спину, хрустя позвонками. Он старался двигаться аккуратно, даже осторожно, дабы ненароком не разбудить сопящего мужчину. Наверное, аккуратность–это не его стихия, либо же старший обладал крайне чутким сном.
Темноволосый зевнул, слегка отпрянул от младшего и потер заспанные очи. А тот не спешил отстраняться. Да и зачем, если самый эффективный способ согреться–быть рядом друг с другом?
Юноша развернулся лицом к старшему, обнимая. Темноволосый повторил его действие, облокачиваясь спиной о кресло, стоящее позади. Они оба засыпали. Потихоньку, в тепле и уюте. Какое уж было. Какое смогли себе обеспечить.
Спать у открытого огня– опасно! Но Рейх устало прикрыл очи, постепенно скатываясь в лежачее положение. Спать у открытого огня– нарушение техники безопасности! Но Тару прижимался к тёплому телу немца, морщась во сне.
К утру в камине остался лишь мусор и зола.
