последний танец.

Фиолетовая сирень уже распускала первые цветы, ароматный запах царил на улицах. И жаркое, уже скорее летнее, солнце озаряло улицы города. Май, такой долгожданный и быстротечный до ужаса. —Одиннадцатый класс, ей богу, какие вы дети, — произносит женщина в годах, заходя в актовый зал, —Я вам ещё в феврале говорила начать учить выпускной вальс, — каблуками цокает и к толпе учеников подходит. Она в глубине души ликует: наконец эти дети подходит к выпуску. На её памяти это и правда самый ужасный класс. 11-Б, после которого, и так уже седая голова, побледнела в разы. Дети по парам разбредаются: кто-то уже давно свою пару определил: Никитина с самого сентября твердила, что будет с Димой танцевать, и грозилась всем, чтобы никто к нему не подходил. А кто-то явно был не рад этому дурацкому мероприятию. Лиза сидела в углу и, честно, участвовать в этом не хотела. На голову накинув капюшон, пальцы переплетала, надеясь, что на неё мальчика не хватит, и танцевать она не будет. И вот все уже парочками стоят и лишь один Волков остался без девушки. Классный руководитель пальцем на Лизу тычет, делая парню намек что бы тот к тёмноволосой подошёл. —Да она же сама как парень, — смеется один из учеников. Это был Никита — один из заводил класса, с которым у Лизы отношения со времён младшей школы не сложились. Они даже дрались пару раз, потому что тот рот вовремя закрыть не может. Андрющенко взглядом того прожигает, и глаза закатывает. Всё та же оригинальная шутка, по мнению парня, её никак не удивила. —Я не хочу с этим фриком танцевать! Меня пацаны засмеют, — ворчит Волков, показательно фукая в сторону Лизы. —Они и без меня тебя засмеют, дятел, — язвит Андрющенко, засовывая руки в карманы чёрной толстовки. Мишель за этой сценой с отвращением наблюдала, изредка взгляд бросая на тёмноволосую. Блондинка всегда была вниманием не обделена и со стороны парней, и со стороны девушек, словно надоедливые мухи постоянно кружились вокруг девушки. Многие её бесили, но показаться самовлюблённой не хотелось, поэтому кареглазая лишь лицемерную улыбку отпускала в ответ. Лиза другая совсем была, и под ногами никогда не путалась; а Гаджиеву это то ли обижало, то ли давало некую заинтересованность. Тёмноволосая и в коллективе белая ворона: сидела на последних партах, задумчиво в окошко глядела, рисуя на тетрадных полях. И Мишель всегда хотелось ближе узнать её, лично пожать руку внутренним демонам Лизы. Но безразличный взгляд Андрющенко ясно давал понять, что лучше к ней не соваться. —А я тоже не хочу с Никитой танцевать, — произносит Гаджиева, и от парня на пару шагов отходит. Парень явно в шоке от этих слов: обидно всё-таки. С Мишель многие встать в пару хотели, и всё это решилось в незамысловатой игре в карты, в которой он ошеломляющую победу одерживает, а Гаджиева носом вертит. Но вида старается не показать, и руки в бок ставит, кривя улыбку. —А с кем хочешь, с Волковым? — цокая произносит Никита, взгляд испепеляющий на друга бросает. Волков краснеет весь, и самодовольную победную улыбку выдает. —Нет, он меня ниже в разы, боюсь задавить бедного, — шутит Мишель, заставляя того мяться на месте от растерянности. Лиза чуть слышной смешок издает, показывая большой палец блондинке, и одобрительно головой кивает. —С Андрющенко хочу танцевать, — произносит Мишель, и улыбается широко, подбегая к темноволосой сидящей на кресле. Лиза удивлено смотрит на одноклассницу, не понимая шутка это или издёвка. Классная руководительница головой качает, и ко лбу руку подносит. Эти дети даже спокойно выпуститься не могут, вечно кавардак устраивают, заставляя пожилую преподавательницу изрядно потрепать себе нервы. —Делайте что хотите, но чтобы после двадцать шестого числа я вас не видела больше, — ворчит учительница, которая Гаджиеву знает давно — спорить с той себе дороже, а даже если прав окажешься, она всё равно по-своему сделает, и никто ей не указ. Такая уж она. Звинит звонок, ребята свои рюкзаки с пола хватают и из актового зала выходят. —Чтобы завтра все на репетицию пришли! Лиза наушники в уши засовывает и, поправляя кофту на себе, по лестнице спускается. К словам блондинки она решила серьёзно не относиться, это же Мишель. Но вдруг на её плечо падает рука чья-то, Лиза от неожиданности чуть вскрикивает, оборачиваясь назад, и перед собой видит эту неугомонную блондинку. —Чего тебе? — спрашивает Лиза, мысленно себя по губам ударяя — вновь эта её грубость, которая всякое желание общаться с ней у людей отбивает. —Спокойно, Ёж, оставь свои колючки при себе, — смеется Гаджиева, подкалывая одноклассницу, на плечо накидывая лямку от рюкзака. Лиза глаза закатывает и цокает одновременно — совсем ей не ясно, что от неё Гаджиевой надо. Их взаимодействия за годы учёбы состояло лишь из вопросов по поводу домашней работы, ну и Мишель частенько у неё просила списать химию. Лиза в таком одноклассникам отказывает, мол пусть сами время на это тратят, но Гаджиеву никогда послать не могла почему-то. —У меня одиннадцатое задание в ЕГЭ по русскому вообще не получается, поможешь? — произносит Гаджиева, вьющуюся прядку с глаз убирает, оттягивая на шее свое ожерелье из бисера. —Не знаю даже, там вроде легко всё, — как можно вежливее пытается Андрющенко отвязаться от этой авантюры. Не то что бы она такая сволочь, что помочь однокласснице не хочет. Просто тяжко ей с людьми общаться, тем более с такими как Мишель, у которых социальная батарея, кажется, всегда на максимум. —Если бы было легко, я бы тебя не просила, — настаивает Мишель, слегка надувая веснушчатые щеки, —Лизааа, ну пожалуйста, — тянет ласково имя одноклассницы, и голову свою на плечо той кладет, подбородком упираясь в тонкую ключицу. —Ладно-ладно, хорошо, — отвечает Андрющенко, глаза рукой закрывая, и вздыхает обречено. Она почему-то и сейчас Гаджиевой отказать не может. —В семь у меня. Опоздаешь — будешь в подъезде спряжения учить, — вновь язвит Лиза, без этого уж никуда. Настойчивое желание Мишель заполучить навык решения одиннадцатого задания настораживал, так ещё и это заявление на репетиции. И всё-таки она согласилась, подумав, что проблемы нужно решать по мере их поступления. —Ура-ура, спасибо, адрес скинь в ВК, — по плечу хлопает одноклассницу и вниз по перилам лестницы скатывается шустро. *** Время уже половина восьмого, а от Гаджиевой ни слуху ни духу. Лизе лучше от этого: не нужно время тратить и пытаться диалог хоть немного поддерживать, но всё-таки где-то глубоко внутри её немного расстроило это. Андрющенко в домашнее одевается, широкую длинную футболку, и красно-чёрные шорты. На кухню плетётся, и на плиту чайник ставит, тот через пару минут свистеть громко начинает, а месте с ним одновременно звонок пищит. Лиза чайник быстро выключает и к двери несётся. Щеколду отодвинув, дверь широко на распашку открывает; а перед ней Гаджиева стоит, дышит глубоко, жадно хватая воздух. —Ты на сорок минут опоздала, — ворчит с порога Лиза, пропуская одноклассницу домой и взглядом сверлит ту: Мишель в черном топике стоит и белоснежной юбке. На коленки смотрит, грязные, в ранах все. —Блин, прости Лиз, там такое, — отвечает Мишель и в квартиру проходит, скидывая свой шопер на пол, — Это просто пизде-ец, — вопит, чуть смеясь. И рот ладошкой закрывает, глаза таращит, —У тебя никого нет дома? — испуганно спрашивает, позабыв о том, что дома родители могут быть. —Горе ты луковое, — вздыхает Лиза, убирая кроссовки девушки в угол, — Нет, я одна живу, — на кухню проходит, рукой махнув, за собой зовёт. Мишель радостно вслед идёт и, садясь на кухонную табуретку, за Лизой наблюдает: Андрющенко верхнюю полку открывает, достав оттуда маленький красный контейнер; а внутри множество медикаментов и ваты. Берет оттуда немного ваты и перекись, к однокласснице табуретку двигает и рядышком садится, ватку перекисью смачивает. Мишель колени вместе собирает и на табуретку поднимает, в сторону отворачивается: не может смотреть на множество ссадин. Лиза аккуратно к коленям вату подносит, раны обрабатывая. —Айя, щипит-щипит, — фырчит Мишель, и дрожит вся. —Потерпи немного, — отвечает Лиза, стараясь как можно осторожней, дует на разодранные коленки, — Ты где так? — спрашивает Лиза, продолжая дуть. —Да мы там с сестрой котёнка с дерева снимали, вот я и упала, — смеется Мишель, все ещё в стенку отворачиваясь. —Шило у тебя в одном месте, Гаджиева, — улыбается Лиза, глаза закатывая, —Ну что, пошли изучать суффиксы? — говорит темноволосая, убирая перекись обратно в аптечку. Девушки задание разбирали: Лиза несколько раз правило объясняет, Мишель путается вечно. Андрющенко одноклассницу подбадривает, заново повторяя правила для неё, изредка смешок пускает над девушкой. Она дуется, но продолжает правило третьего класса повторять. И, спустя полтора часа, всё же что-то получаться начинает, правда не идеально, но стоит с чего-то начать. Мишель устало на спинку стула откидывается, поправляя волосы, вздыхает устало. —Давай покурим? — спрашивает блондинка, смотря на одноклассницу, и из шопера пачку достаёт. —Я не курю, — отвечает Андрющенко, убирая тетради в тумбочку стола. —Скучная такая ты, Лиза, ужас, — смеётся над девушкой Мишель и со стула встаёт, —Пошли, со мной постоишь за компанию, — за руку берёт одноклассницу и на балкон ведёт. Окошко открывает, чуть высовываясь из него. Лиза шустро блондинку за плечо хватает и в сторону от окошка отталкивает, смотрит испуганно, —Дурная что ли? Упадёшь, — произносит дрожащим голосом. —Волнуешься? — подмигивает Мишель и зажигалкой щёлкает, поджигая сигарету. —Не придумывай. Мне просто проблемы не нужны, — отвечает, чуть краснея от смущения, девушка. Мишель губами сигарету обхватывает и, делая затяжку, дым изо рта выпускает в окошко. Лиза вдох делает и сигареты чем-то сладким отдают. Одноклассница на темноволосую смотрит, и пепел стряхивает, —Хочешь попробовать? Они с ванилью, — протягивает никотиновую палочку. —Я не умею, — головой мотает и, на локти облокачиваясь, ближе к блондинке подходит. Мишель глубокую затяжку делает, пытаясь как можно больше дыма набрать в рот, и резко лицо Лизы к себе разворачивает, и ласково чужие губы своими обхватывает, прямо в рот выпуская сигаретный дым. Андрющенко резко назад шаг делает, откашливаясь от горечи во рту от сигареты, глазами удивленными смотрит. А Гаджиева смеется звонко, продолжая курить, наблюдая за краснеющей одноклассницей. —Понравилось? —Нет, — возмущенно отвечает Лиза, прикусывая свои губы, в сторону взгляд отводит. —А мне понравилось, — хлопает одноклассницу по плечам, и ближе вновь подходит, —Лизка, теперь ты мне должна желание, — уверенно произносит, смотря в глаза темноволосой. —Ещё чего, — глаза закатывает, и головой трясёт, в ужасе от мыслей, которые в голове у стоящей напротив. —Станцуй со мной вальс на выпускном, — бычок от сигареты в окошко выбрасывает, и от Лизы не отходит, — Не хочу с этими чудиками танцевать, а я такое платье красивое купила, — угрюмо произносит и, словно щенок, на темноволосую смотрит. —Когда-нибудь я научусь тебе отказывать, — отвечает Лиза, заливаясь смехом. Гаджиева ей на шею бросается, обнимая крепко, и волосы чёрные одноклассницы треплет. *** И вот, наконец, выпускной: все дети красиво одеты, маленькие девочки в красивых белых бантах, а мальчики в чёрных галстуках. Одиннадцатиклассники сегодня тоже особенно выглядят, у всех улыбки на лице. —Сегодня, ребята, пора прощаться со школой. Позади вас одиннадцать лет учебы. За эти годы вы многому научились: считать, писать, узнали историю своего отечества. Но самое главное — вы научились жить: дружить, ссориться, мириться. Скоро каждый из вас получит профессию: кто-то станет врачом, кто-то учителем, кто-то водителем. Но главное, ребята, нужно оставаться человеком! — произносит прощальную речь директор школы, глядя на повзрослевших ребят, которые вроде только недавно пришли сюда маленьким детьми. —Давайте же проводим школьные годы вальсом от одиннадцатиклассников, — хлопая в ладоши, приглашает ребят в середину. Лиза неумело на каблуках стоит, она их надевать не хотела, но бабушка настояла. И сейчас она жалеет о том, что послушала старушку, чувствует себя неуверенно неимоверно— она еле двигается, не то что бы мочь танцевать. Мишель к однокласснице подбегает, и смотрит оценивающе. —Неудобно? — спрашивает, сама она умеет на таких ходить, походка её горда и красива. —Да, не хочу позориться, — расстроено Лиза произносит. Она танцевать не хочет, но и подругу подводить не может, они так усердно этот танец учили. Гаджиева с ног свои туфли сбрасывает, и на асфальт босыми ногами становится, и улыбаясь на землю присаживается. И с ног Андрющенко тоже каблуки снимает, пока тёмноволосая удивлённо на одноклассницу смотрит. —Пошли, музыка начинает играть, — за руку хватает Лизу, и они вдвоем босиком в центр выходят. Люди смотрят удивлено, но Андрющенко плевать, она смотрит в карие глаза и на широкую улыбку подруги, которая нежно руки свои на талию кладет. Музыка играть начинает, и они босые кружатся в такт, собирая аплодисменты и удивленные взгляды людей. Классная руководительница пальцем грозит, головой качая, точно самый ужасный класс. Они вдвоём никого не видят и не слышат, кроме друг-друга и музыки. Блондинистые волосы на ветру красиво развиваются и Лиза за собой ведёт в танце, ласково поглаживая руку одноклассницы. Танец заканчивается, люди свистят и в ладоши хлопают, а одноклассники смотрят на этих двоих. Мишель к Лизе близко прижимается, и обнимает крепко, за шею руки заводя. И к уху подруги губами прислоняется. —Надеюсь ты ещё не научилась мне отказывать?— нежно на ухо шепчет Гаджиева. Лиза красная стоит вся, поправляя развивающееся черное платье на ветру. —Ты будешь со мной встречаться?