Значит, я люблю его, а он любит какую-то литературу

      Шото не знает, когда это началось, но в последнее время он стал замечать за собой, что смотрит на Мидорию дольше, чем следовало бы, что думает о нем больше, чем положено друзьям, что рядом с ним его сердце начинает стучать сильнее, чем обычно, что видя его улыбку, оно останавливается, а мозг отключается. Нет, Шото не влюбился в своего друга, нет, он не хочет проводить с ним все свое время, нет, он не смотрит на его губы при каждом разговоре, нет, он не хочет их целовать, нет, он не ревнует его к Очако, нет, он не хочет смотреть на него вечно ,нет, ему не снятся сны с его участием, и нет, Шото ни в коем случае не гей.

***

      Начались каникулы, и ученикам "Юэй" разрешили провести их дома. У Шото такого желания не было - дома (если это место вообще можно было считать домом) слишком шумно и неуютно, в старых, избитых временем стенах, детские воспоминания окутывают его со всех сторон, - поэтому он решил остаться в общежитии. Но он был не один - некоторые ребята из класса ”А„ тоже остались, чтобы продолжить тренировки, и, конечно же, в их числе был Мидория, который, кажется, тренировался даже во сне. Когда же это началось? Может, после фестиваля, когда Мидория спас его от самого себя? Или когда тот впервые улыбнулся ему, или когда во время тренировки Мидория случайно ранил его и пошел с ним к Исцеляющей Девочке, всю дорогу извиняясь за произошедшее. Как Шото понял, что он гей? Прошел тест, а как еще? Обсудить это он ни с кем не может. Ведь не идти же с этим к Мидории? Хоть в классе и были люди, совершившие камин-аут, Тодороки не был с ними достаточно близок, чтобы просить помощи в своих интимных делах.

***

      В последнее время Мидория стал увлекаться литературой, и Шото соврет, если скажет, что тот не выглядит чертовски привлекательно, будучи заинтересованным очередной мало знакомой Тодороки книжкой. И когда Изуку, всеми мыслями уйдя в чтение, закусывает губу или хмурит брови , то внутри у Шото борются огонь и лед, здравый смысл и гормоны. - Ребята, давайте сходим поесть мороженое, ква! - Тсую очень плохо переносила жару (связанно ли это с ее причудой неизвестно), а в общежитии, как назло, вышла из строя система кондиционирования. Тодороки ни жара, ни холод не волновали, он мог поддерживать необходимую температуру тела с помощью своей причуды, а по возможности еще и помогал друзьям. Идею Тсую поддержали Урарака, Иида, Киришима и Изуку. Шото согласился только из-за последнего. Он хватался за каждый шанс провести время с родным человеком. Кафе было недалеко от академии, всего в десяти минутах. Зайдя внутрь, компания стала искать свободный столик. Ребята сели около окна, в стороне от остальных посетителей. С одной стороны сели Шото, Киришима и Тсую, с другой - Иида, Урарака и Мидория. Изуку сидел напротив Тодороки и задевал того ногами, постоянно извиняясь. "Какой он милый..." - уже в миллионный раз проносилось в голове Шото. Все заказали мороженое, Тодороки отметил про себя любимый вкус Мидории - фисташковое. Сам же он взял себе классический пломбир без добавок. Он никогда не любил сладкое, но в кругу друзей казавшееся раньше ужасно приторным, мороженое стало самой вкусной едой на свете, а Изуку, который сидел напротив и щурился от солнца, делал его еще вкуснее.

***

Друзей у Шото никогда не было, детство он провел не в заботе и любви родителей, а под гнетом отца - Старателя. Ведь Тодороки - лучшее его деяние, ведь Тодороки - сын Героя №2 и должен быть совершенным, должен стать Героем №1 и обогнать Всемогущего. Только после поступления в "Юэй" у него появилась возможность проводить время со сверстниками, и он старается, очень старается не потерять это. А больше всего Тодороки дорожит Мидорией, ему кажется, что из-за любого неверного действия, неаккуратного слова все может просто разрушиться. Все его счатье рассыпется в его руках и просочится сквозь пальцы, а после его унесет ветер. И Тодороки Шото снова станет тем самым Шото до поступления, который ненавидел сам себя за то, что в нем течет кровь его отца, за то, что он становится похожим на него. Он снова начнет отвергать свою левую сторону. И Изуку уже его не спасет. Мидория стал его лучиком света в кромешной тьме, он стал тем, кто научил его улыбаться и тем, кто впервые увидел в нем не только Сына Старателя, а просто человека, которому нужна помощь и поддержка. Тодороки просто не может его потерять. Кто знает, что он сделает сделает с собой, если его единственный лучик и шанс на нормальную жизнь уйдет... Уйдет навсегда. Тогда Шото, наверное, просто умрет, его переполнят все его чуства и он просто сгорит в них, превратится в пепел, и, возможно, улетит за своим счастьем.

***

-Тодороки-кун! - от этого голоса по коже пронеслись мурашки, и стало как-то жарко. Изуку воодушевленно смотрел на Шото и переводил взглад то на него, то куда-то вниз. - Можно? - Что? - голос предательски скрипнул, хотя, кажется, этого никто не заметил. Тодороки слишком глубоко ушел в себя и даже не заметил как его звали. - Попробовать твое мороженное. - Изуку все так же выжидающе сморел на него. -А... Да, конечно... - Шото не задумываясь набрал пломбир в ложку и протянул парню напротив. Тот не сразу понял и чуть покраснев (Шото решил что в этом виновата жара), съел все до посленей капли с ложки Тодороки. - Очень вкусно!- Изуку облизнулся, а до Тодороки наконец-то дошло произошедшее. Мидория только что ел с его ложки. Изуку Мидория, парень которого любит Шото, только что облизал его ложку. Шото еще сильнее бросило в жар, а щеки начало щипать. - Ой, Мидория, ты, кстати, прочитал книгу, которую я тебе рекомендовала? -Мидория перевел все свое внимание на Тсую. Глаза парня искрились, а с губ не сходила восторженная улыбка. Изуку обычно был так заинтересован разве что на уроках или тренировках. Шото никогда не любил читать, но из-за Мидории и его восхищения книгой Оскара Уальда "Портрет Дориана Грея", он решил прочитать ее. И на удивление, ему понравилось, очень понравилось, понравилось настолько, что он даже изучил историю создания романа, а после и саму биографию автора. И понял... - Я как Оскар Уайльд. - соскочило с губ, неожиданно для всех, неожиданно для него самого. Кто бы мог подумать, что Тодороки Шото, самый вежливый парень в их классе, перебьет кого-то, а особенно таким образом. Никто ничего не понял, только Изуку дернулся и уставился на Тодороки своими большими круглыми оленьими глазками. На его щеках появился румянец, и в сочетании с веснушками это выглядело просто убийственно. Как же Шото хочет посчить эти веснушки губами. - Что? - Киришима и Урарака спросили это в один голос, а Тсую и Мидория переглянулись. Поняли. - Ничего. Забудьте. - Тодороки показалось, что пол уходит из-под ног, что сам Шото падает и сгорает заживо в собственном пламени. - Давайте сыграем! - Тсую пытается разрядить обстановку. - Можно, например, в правду или действие! - Я за! - Я с вами! - И я! - Шото? - Да, я тоже за. - Тодороки до сих пор было тяжело дышать. Ненадолго все же ему удалось отвлечься, но Эйджиро нарушил только обретенное спокойствие. - Шото, правда или действие? - Киришима смотрел слишком хитро, слишком подло. Точно что-то задумал. - Правда?.. - насторожился Шото. Это же Киришима, от него можно ожидать, что угодно. - Хорошо, - его глаза сверкнули - Что ты, Шото Тодороки, имел ввиду, сравнив себя Уайльдом? Тсую подпрыгнула, а Изуку покраснел, но стал смотреть на них внимательнее. - Уже скрывать нечего. - Шото тяжело выдохнул. - Я гей. - А... - Эйджиро в изумленнии уставился на друга - такого откровения он явно не ожидал. - Тодороки! Мы рады, что ты рассказал! Не волнуйся об этом, мы принимаем тебя таким, на нашу дружбу никак не может повлиять твоя ориентация. Так ведь, ребята? - Тенья привычно стал размахивать руками. - Да! - сказали все в один голос. Все. Кроме Изуку. - Мидория? - Урарака коснулась его плеча, отчего тот вздрогнул и поднял глаза на Шото. - Да, Тодороки мы рады что ты поделился! - немного растеряно попытался поддержать друга Изуку. Мир опять проволился из-под ног. "Я ему противен." - разум съедали пугающие мысли, похожие на навязчивые противные мелодии, что не выходят из головы. "Я ему неприятен. Он меня ненавидит. Это конец." - дышать становилось все тяжелее. Все, что Шото так стремился сберечь вот-вот истлеет прямо на его глазах. Конечно, о чем он думал? Что Изуку услышав это прыгнет в его объятия? Если бы... - Простите, мне нужно идти. - Тодороки был погружен в свои переживания, Киришима, сидящий справа от него, почувствовал жар, а на окне появился иней, всего на секунду. Тенья и Асуи встали, пропуская его. Приятели попрощались, только вот Изуку выглядел огорченным. Он не отрываясь смотрел на Шото, и тот даже чувствовал это спиной, пока уходил. Неужели теперь Тодороки действительно ему противен? Внутри стало разгораться пламя. Он только что упустил свое счастье.

***

      Шото шел, не слыша и не видя ничего вокруг. Все его мысли были об одном человеке. Самом близком и дорогом ему человеке. Кажется, сегодня Тодороки Шото все испортил и все потерял. - Эй, куда прешь! - только сейчас Тодороки понял, что находится на пешеходном переходе, а справа от него ругает его невнимательность чуть не врезавшийся в него велосипедист. - Простите. - Шото не узнал собственный голос, он дрожал. - Малец, тебя что-ли девушка отшила? - прохожая усмехнулась. - Ну не стоит так убиваться, с кем не бывает. Такой красавчик как ты точно легко найдет себе партнершу. - Спасибо за совет, но это не ваше дело. - уже без дрожи в голосе и с каким-то раздражением сказал Шото и,чуть ускорив шаг, направился в общежитие. Он уже шел по коридору, когда услышал знакомый голос. - Тодороки-кун! - Шото остановился, но не повернулся. Это Мидория? Почему он не остался в кафе с остальными? Наверняка хочет сказать, как Тодороки ему неприятен. но зачем было догонять его и говорить это именно сейчас? Шото сжал кулаки, зажмурился, стоял, будто готовый к неминуемому расстрелу. Он уже все потерял и сейчас услышит это от Мидории. Изуку шел к Шото быстро и решительно. Он взял парня за руку и развернул к себе. - Шото Тодороки, ты мне нравишься. - выпалил Изуку на одном дыхании и тут же залился краской. Сердце начало биться слишком быстро, а, может, и вовсе остановилось - Тодороки был не в состоянии понять это. Все было как в тумане, ему было и жарко и холодно одновременно. Он поднял глаза и столкнулся с пронзительным серьезным взглядом Мидории. - Мид... - Изуку. Зови меня по имени- прервал его юноша. Он смотрел выжидающе. По щекам потели слезы. С одной стороны они превращались в лед, падая на пол с треском, а с другой - в пар, растворяясь в воздухе. Когда он последний раз плакал?Наверное, в детстве, когда получил ожог, а, может, когда смотрел на мать в последний раз... Он уже не помнит. - Тодороки-кун... - Изуку потянулся к его щеке, но Шото перехватил его руку. -Это ложь. - В животе неприятно потянуло. -Нет! Шо.. Тодороки, я не вру! Ты правда мне нравишься, очень нравишься. Еще с начала учебы. И я думаю, что это перерастет в любовь, самую настоящую и самую сильную. - с каждым словом Мидория опускал голову все ниже, в смущении пряча большие преданные глаза, на которых, кажется, тоже выступили слезы. -Изуку, - Шото не успел договорить, его губы накрыли теплые мягкие губы Изуку. Такое могло только присниться. Мидория был ниже ростом, поэтому стоял на носочках, а руками вцепился в рубашку, притягивая Тодороки к себе. Шото ответил на столь желанный поцелуй, но не позволил себе углублять его. - Теперь веришь? -Изуку отстранился, прислонился своим лбом к его и внимательно смотрел в глаза, кажется заглядывая прямо в душу и видя борьбу внутри Тодороки - борьбу огня и льда. Видя все, что чувствовал Шото на протяжении года. Видя страх и всю ту любовь, что тот испытывал к нему. -Я тебя люблю. - Шото коснулся лица Изуку и снова поцеловал. Тодороки был так счастлив, огонь и лед внутри него успокоились и снова жили в мире. Мидория, его счастье, его лучик солнца никуда не ушел. Он остался рядом, он сказал, что Шото ему нравится, сказал, что это, кажется, перерастет в самую настоящую любовь. Изуку, Мидория Изуку, первый человек, который смог понять и помочь Тодороки, успокоить его бесконечнуюю борьбу внутри.

***

Изуку сейчас сидит с ним в библиотеке и читает книгу, хмуря брови и закусывая губу,все по классике. А Шото мурзится к нему и целует его руки, пересчитывая губами каждый шрамик. Любыми способами пытается добиться его внимания. Мидория лишь улыбается, не отрываясь от книги. - Значит, я его тут люблю, а он любит какую-то литературу? - Шото состроил обиженную мордочку. Изуку, хихикнув в ответ на это, заглянул ему в глаза и... Ох, эта улыбка, эти веснушки, кажется, Тодороки смотрит слишком долго. Мидория снова довольно улыбается и, отложив книгу, целует своего парня. Да, Шото влюбился в своего друга, да, он хочет проводить с ним все свое время, да, он смотрит на его губы при каждом разговоре, да, он хочет их целовать, да, он ревнует его к Очако, да, он хочет смотреть на него вечно, да, ему снятся сны с его участием, и да, Шото гей. Веснушек оказалось около ста пятидесяти на одной половине лица, а потом Тодороки сбился.