Во благо

Пробив дробовиком голову очередного робота только раза с пятого, Сергей осознал, что придётся прокачивать оружие. Он оттягивал этот момент до последнего. При всём своём профессионализме, Алексеевич не мог вытерпеть эту полоумную машину с фетишистскими замашками. Он раздражённо выдохнул, отправляясь на поиски комнаты отдыха, параллельно просматривая, имеется ли достаточное количество полимера. Немного поблуждав в коридорах, что от холода и десятков трупов напоминали морг, П-3 вскоре наткнулся на нужную ему дверь. На секунду остановившись, Нечаев вдохнул полной грудью, развеивая нарастающее раздражение. Собравшись с мыслями, выдохнул и шагнул вперёд, входя в комнату. «Глаз» Элеоноры тут же повернулся к нему, машина томно вздохнула. — Милый, ну наконец-то ты вернулся! Тебя так долго не было! Я уже начала злиться… — в конце фразы она раздраженно вздохнула. Сергей буквально почувствовал, как она отвела взгляд в сторону. Машина явно была раздражена. Раньше он не видел её такой. Элеонора, конечно, безумная взломанная машина, но после того, как ХРАЗ как-то подключился к ней, успокоив, она ни разу не проявляла к нему агрессии, даже когда майор ругал её. Наоборот, открывалась ему, прося наказать… От воспоминаний его передёрнуло. — Ага. Готова помочь? Мне нужно пушку улучшить. — Алексеевич подошел к машине. Просмотрев все варианты, на которые ему хватало немногочисленных ресурсов, Нечаев выбрал возможность стрелять электрическими зарядами — самое то против «Пчел», — Вот это. Элеонора, фыркнув, заговорила: — Милый, ты обидел меня и даже не извинился! Так с девочками себя не ведут… Предчувствуя полную жопу, П-3 вздохнул и потёр переносицу. Да, с ней точно что-то не так. Скачки настроения? А может она просто не может найти причину задержать «возлюбленного» ещё на подольше. — Так уж и быть, прощу, если принесёшь побольше полимера! Вот в чем причина. Сергей ругнулся. Чтоб чёрт побрал эту полоумную! Угораздило его связаться с этой… Дамочкой. Терпеть её нрав — невыносимо. Раньше она хотя бы относилась к нему без агрессии, а сейчас что? Беспредел. Только Алексеевич хотел пнуть этот блядский красный холодильник, как был остановлен. — Товарищ майор, Ваша агрессия только ухудшит и без того плачевную ситуацию. Следует повиноваться Элеоноре. Нечаев дернулся. Объявился, не запылился, как говорится. Честно, ему вообще не вперлось потакать этому похотливому ведру с болтами. Но, повертев в руке потрёпанный дробовик, всё же решил выполнить требование. — Хорошо, принесу! — Сергей быстрым шагом направился к выходу, стараясь подавить нарастающую злость. Машина довольно проурчала вслед. Сколько вообще нужно ей полимера? Хрен знает что творится в механической башке. Может, для искупления понадобится около полтысячи этого соединения целлюлозы? Тогда Нечаев никогда не выберется из этого чертового комплекса. Его просто разнесут в щепки. П-3 достал дробовик. Перезарядив, обнаружил, что это были последние патроны. Зашибись… Он раздраженно пошел вперёд, готовый перехуярить всё на своём пути. — Товарищ майор? — подал голос ИИ, — По моим предположениям, я смогу уговорить её. Если Вы, конечно, позволите. Предложение заинтересовало Сергея, и он остановился. — Каким образом ты собираешься это провернуть? — Исходя из того, что «Элеонора» так… своеобразно отреагировала на взлом, то можно попытаться сломить её посредством сильного эмоционального давления. — он на секунду замолчал, — Я не могу сказать, как именно буду проводить, но это единственная точка, на которую я могу надавить. — секундное молчание, — Вы же доверяете мне, майор? Или у Нечаева поехала кукуха к херам, или же ИИ действительно смутился и говорил всё себе под нос, задерживаясь на словах. От последнего «майор» спину и вовсе пробило мурашками. С чего бы это? Немного поразмыслив, Алексеевич решил рискнуть. — Ну давай, валяй.

***

И вот они вновь в злосчастной комнате отдыха. Кажется, здесь стало темнее. Машина зыркнула на Сергея, недоверчиво вздохнув. — Ты уже так быстро вернулся, милый? — потом она заговорила веселее, — Принёс мне больше полимера, такой молодец! Ох, если бы. Он подошел к Элеоноре. С каждой секундой абсурдность ситуации только нарастала. Одна машина попытается уговорить вторую. Казалось, если они войдут в перепалку, то победит тот, у кого хватит памяти на жестком диске. Со стороны это выглядело бы очень смешно. — ХРАЗ хочет поговорить с тобой. Машина недовольно вздохнула. — Эта перчатка? Сколько раз я уже просила убрать её, милый? Алексеевич промолчал, ожидая. Звенящая тишина воцарилась на несколько секунд, с каждой последующей загребая ещё больше напряжения. Майор решил было уже вмешаться, как ИИ заговорил: — Элеонора, я хочу сказать, что и без твоей жалкой помощи я могу обеспечить майора нужными ему вещами. Посредством своей уникальности, я привлекаю его в том плане больше чем ты. Верно, Сергей? Чего блять? Повисла напряженная тишина. Нечаев даже не предполагал, какую несуразицу произнесёт ХРАЗ, поэтому сейчас стоит, полный невольного испанского стыда и варится в этом супе из смущения, роботов и абсурда. Он украдкой взглянул на красную тумбочку, ожидая реакции. — Что он такое говорит?.. — её голос приобрёл ледяной оттенок, — Что за брехню он несёт, я спрашиваю?! Длинный жгут вырвался из машины, с молниеносной скоростью врезаясь в левую руку Сергея. Резкая боль пронзила всю её, волна закончилась только где-то в районе лодыжки. Жгутики соприкоснулись, мощный электрический заряд возник между ними, откинув П-3 к двери. — Товарищ майор, возникли непредвиденные обстоятельства! Нужно срочно совершить тактическое отступление! — Да ладно, блять?! — П-3 схватился за металлический кинетоцилий, — А я думал, мы тут отдыхаем! — Наконец-то отодвинув его, Сергей буквально вылетел из комнаты. Он бежал долго. Пытаясь найти комнату без полоумного холодильника. Много вопросов возникло в голове Алексеевича, очень. Наконец-то найдя таковую, он начал медленно восстанавливать дыхание. — Простите, товарищ майор, это было необходимо, — шепчет ИИ, не давая Элеоноре услышать его. За дверью, подальше от полоумной машины, было прохладно и темно. — ЧТО необходимо?! — П-3 зашипел, — ХРАЗ, это было полнейшее, блять, безумие! О чем ты только думал?! На несколько секунд в помещении воцарилась тишина — слова подбирает, маленький говнюк. Если бы Хранитель Знаний был человеком, то непременно получил бы пощечину. — Прошу прощения, это точно больше не повторится. Исходя из моих расчетов, теперь она будет ревновать Вас, стараясь показать превосходство надо мной. — Че ты, блять, несёшь? — злость, смешиваясь со страхом, произвела просто фееричный, блять, коктейль, — Ревновать?! Ты, нахрен, свихнулся к чертям что ли?! Она тебя на куски разнести хочет, дебила ты кусок! Вдалеке что-то прогремело. Вот черт… И сколько же здесь сидеть? Если выйти, Элеонора снова попытается прибить перчатку, скорее всего расплющив Сергея тоже. — Думаю, стоит переждать её буйство здесь. Также хочу сообщить, что после всплеска энергии, она как-то пошатнула мою защиту. Я предполагаю, что это может быть опасно. Обработка и устранение проблемы займёт время. Нечаев ничего не ответил. Пусть проверит себя, пусть хоть запроверяется до отказа системы. Лишь бы он заткнулся, не привлекая внимания машины.

***

Алексеевич прилёг на мягкий диван, прикрывая уставшие глаза. Ноги неприятно ныли после интенсивного бега. Правая рука легла под голову, левая безвольно лежала на бедре. Сколько времени прошло? Уж точно не меньше сорока минут. За это время машина перестала греметь, стало как-то приятно тихо и спокойно. Заранее забаррикадировав дверь, он не переживал, что кто-нибудь ворвётся в ничем не примечательную комнату, света тут почти не было. Красота. Сергея клонило в сон. Сладкая нега усталости уже заставила его прикрыть глаза, как вдруг он ощутил слабый толчок электричеством на его бедре. Резко подскочив, он поднял перчатку. — ХРАЗ, ты чего творишь? Напугал меня. В ответ тишина. — ХРА-АЗ! — не зная зачем, Нечаев постучал по ладони. Авось поможет. И вновь тишина. Теперь уже напряженная. — Сломался, что ли… — П-3 положил руку обратно, и его тут же пробил слабый, можно даже сказать приятный, разряд тока, — Да какого..! — Прошу прощения, товарищ майор, я это не контролирую. Также прошу прощения за отсутствие, диагностика закончилась только шесть секунд назад. Я выяснил, что именно произошло при контакте с Элеонорой. Алексеевич попытался подавить непонятно откуда взявшееся нетрезвое любопытство. Что-то в последнее время он странно реагирует на все эти механические штуки. — Ну и что же? — Она попыталась взломать меня, передав кусочек своего поведения, если объяснять проще. На устранение проблемы уйдёт как минимум час. Не вижу смысла ждать, Вы можете отправляться без меня. Не хотелось признавать, но Сергею не хотелось идти без, уже друга, в холл, навстречу красному холодильнику. — Не-а, спасибо, я подожду пока ты закончишь свою работу, не хоч… — Не хотите расставаться со мной? Как мило. Перебили. Ну зашибись. Точно, видно как кусочек ехидства Элеоноры засел в ИИ. — Угу, мечтай. Скажешь, когда закончишь. П-3 закрыл глаза, вновь положив левую руку на бедро. Прошло около пяти минут и ему удалось задремать. Всегда в промежутке между сном и явью снится какая-нибудь чертовщина. Иногда это бессвязная хрень, что ограничивается непонятными разноцветными шариками и несвязными диалогами, которые ты можешь вспомнить после пробуждения. А бывают очень яркие и логичные: когда при дрёме, звуки, которые ты воспроизводил в своей голове, начинают обволакивать ухо, звучать так, словно ты слышишь их на яву. Так было сейчас у Алексеевича. Это бредовый сон, который звучит и ощущается, словно это и не он вовсе. Жгутики умело надавили на ширинку, пытаясь вызвать у хозяина реакцию. Хотелось выкрикнуть: «Ты че, блять, творишь?!» Но вместо этого Сергей лишь раздвинул ноги, позволяя ХРАЗУ ласкать себя. Тут он резко проснулся. Пот выступивший на лбу, легонько охлаждал кожу, скатывался по вискам. — Ну и приснится же такое… Промежность дала знать о себе: лёгкая пульсация вперемешку с болью раздалась внизу, заставляя стиснуть зубы. — Черт… — прикрыв рот тыльной стороной правой ладони, Нечаев попытался сдержать стон, — Угораздило же… А-ах! — договорить ему не дали: жгутики смело надавили на ширинку, массируя колом стоявший член. П-3 в ужасе отдёрнул руку, пораженно глядя на неё. — ХРАЗ, ёб твою мать, ты что творишь?! Алексеевич услышал, как ИИ хмыкнул. — Ну как же, товарищ майор, я делаю то, чего Вам так долго хотелось. Не забыли, что я вижу всё, что и вы, включая сны и галлюцинации? — голос звучал хрипло. Привычное «товарищ майор» отдалось пульсацией внизу. — ХРАЗ, прекрати, ты прекрасно поним… ИИ немного ужалил током шею Сергея, медленно ведя «пальцы» вверх, прямо к уху. На этот раз он не отдёрнул руку. — Вам это нравится, не стоит отгораживаться от этого, — она медленно спускалась, П-3 начал дышать чаще, — Вам же приснилось, как я ласкаю Вас, давлю на ваш член, а Вы млеете, поддаваясь? Хотите же, признайте. Жгутики проникли под уже всю мокрую от смазки ткань. Проведя по раскрасневшейся головке, ИИ запустил один внутрь крайней плоти. — Ч-черт, Х-ХРА-АЗ-Аах! — перед глазами поплыло, тело не слушалось. Нечаев выгнулся, поддаваясь навстречу столь желанным сейчас папильоткам. Хранитель Знаний увеличил амплитуду движений, чётко и быстро выдавливая из «товарища» первые соки. Ласка резко прекратилась, Сергей не сдержал разочарованный стон. Он привстал на локте, загнанно дыша. — Вам нравится, товарищ майор? Такого никакая Элеонора вам никогда не сделает… — он выскочил из-под ткани, выжидающе молча, — избавьтесь от нижней одежды, майор. Хочу, чтоб Вы смотрели, какими махинациями я заставляю Вас стонать, выгибаясь мне навстречу. Дважды Алексеевича просить не нужно. Контролируемый возбуждением мозг давно перестал подавать сигналы о разумности происходящего. Хотелось просто получать удовольствие… Дело минуты и вот П-3 лежит без штанов и нижнего белья, с широко раздвинутыми ногами. — Отлично, — выносит вердикт ХРАЗ, — Теперь смотрите. Жгутики хватают истекающий смазкой и предсеменем член, медленно ведут вверх, затем вниз, зажимая то самый кончик, то основание. Ласкает он настолько медленно, словно выпытывая что-то… Сергей нетерпеливо толкается в руку, пытаясь ускорить искусственный интеллект. — Что такое, майор? — строит из себя дурака, — Что Вы пытаетесь сказать? Нечаеву стыдно, он старается не подавать виду, отводя взгляд. За это был наказан: головку больно сжали; он тихо проскулил, возвращая свой взгляд на ласкающего. — Пожалуйста… — слова с трудом выходят изо рта. — Что, простите? Я не понимаю Вас. Издевается, сученыш. П-3 злится, пытаясь усмирить смущение. — Прошу, быстрее. Его просьбу выполняют, сжимая орган сильнее, быстро водя по всей длине. Теперь крышу сносит окончательно: Алексеевич не стонет, почти что кричит, выгибаясь, подмахивая. Скользкие жгутики касаются его сокращающегося отверстия, на миллиметр погружаясь в него и снова выходя, заставляя Сергея ёрзать, задыхаясь, просить большего. Оргазм настигает его быстро. Сперма толчками выходит из раскрасневшегося члена, принося просто неописуемое наслаждение. Она мажет всё: диван, ХРАЗА, самого Нечаева.

***

Не зная, сколько прошло времени, он встаёт, трезвым взглядом оценивая произошедшее. — Товарищ майор! — голос, что буквально пару минут назад шептал ему пошлости, сейчас звучал обычней обычного, заставил вздрогнуть, — Думаю, мы можем идти!