Ангел для твоей тьмы

Сон никак не шёл, несмотря на то что сил уже не было даже на слёзы. Непризнанная встала, чтобы умыться. Подняла взгляд на зеркало: красный нос, опухшее лицо, глаза почти не видно. — Какая же ты жалкая. Злость просыпалась к самой себе, что её так легко сломить и раздавить. «Боль — это иллюзия. Боль — лишь тренажёр силы воли и характера. Смотря под каким углом смотреть на ситуацию. Тебе дан шанс отточить характер, Непризнанная. А ты малодушно ищешь поводы поныть о своей сложной судьбе». — Пожалуй, ты прав. Нужно как-то связаться с Мальбонте. Я не могу бездействовать. Пока я трачу время на оплакивание сердечных ран, меня может уничтожить родная мать в любую секунду — либо же псы Шепфы. Девушка вернулась в кровать и долго думала, как выйти на мужчину. Вспоминала их разговор, их первую встречу — и сама не заметила, как погрузилась в сон. — Я уже думал, что мне придётся самому явиться к тебе, — мужчина начал разговор с сарказма. — Ты мне был нужен. — Я знаю. — Почему тогда не выходил на связь? — Когда? Когда меня искала Ребекка? Или когда ты устроила брачные игры с сыном Сатаны? От этих слов ей хотелось влепить ему звонкую пощёчину. Парень заметил блеск в её глазах и сменил тон разговора. — Прости, я не хотел тебя обидеть. Он действительно вёл себя как козёл. Ты не заслуживаешь этого. — Это уже не важно. Метис понимал, что её словами сейчас движет лишь обида, но не стал переубеждать. — Я решил подождать, пока ты сама не научишься это делать. — Ну вот — я перед тобой. — Выглядишь ужасно, — заметил он. — Прости, что не в вечернем платье. — Я имел в виду, что, возможно, встреча не вовремя. — После визита мамы мне неспокойно. Я боюсь, что она скоро вернётся, а я к этому не готова. Лицо черноглазого стало серьёзнее, он коротко мотнул головой в знак согласия. — Что ты ещё хотела бы знать, прежде чем мы придём к сути? — Мама, то есть Ребекка… она видит тебя, как я? Может с тобой связаться? — Сейчас нет. Подобной связью наделены лишь те, кто владеет энергией. Она же её уже растратила. Она ослабла. — Как она тогда узнала обо мне? — В момент, когда у меня был переизбыток, мы ещё были связаны. Она увидела тебя, когда ты ко мне прикоснулась. — Ты это почувствовал? — Да. — Эта связь распространяется на все источники энергии, которые я впитывала? Маль улыбнулся одним краем губ, понимая, к чему она ведёт. — Нет. Мы с тобой связаны, потому что ты впитала огромную часть моей переполнявшей энергии. Несмотря на то что ты её сразу выпустила, между нами зародилась связь. Если её не подпитывать, то она исчезнет — как это произошло с Ребеккой. Все остальные, чью энергию ты впитывала частично, не могут читать твои мысли или видеть твоими глазами. Максимум, что они могут, — ощущать твою энергию более отчётливо. — Я могу это всё скрывать от тебя? — Это надо тренировать, как и сокрытие энергии. Но я не лезу в твою голову без надобности, так что можешь не переживать. Девушке не становилось от его слов легче. Мысль о том, что он мог видеть то, что было после их последней встречи, вводила её в смятение. Мужчина усмехнулся от её бурных мыслей. Вики, уловив эту улыбку, готова была провалиться сквозь землю. — Клянусь, я не подсматривал! — поднял он руки вверх. — Ваши отношения хоть и очень увлекательны, но я не сторонник шпионажа, — по-доброму улыбнулся он. — Почему меня бросает в жар при наших встречах? — перевела девушка тему. — Скорее всего, твой организм ещё не адаптировался. Скоро это пройдёт. Девушка покачала головой, принимая ответ. — Сколько тебе лет? В моём видении ты был ребёнком. Время здесь течёт иначе… Где она тебя прятала, что ты повзрослел так быстро? — По вашим меркам — где-то 25. Стареют бессмертные, которые находятся на территории школы и часто спускаются на землю. Не знаю, где именно она держала меня, но предполагаю, что где-то там. — Ты не запомнил, откуда сбегал? — Сбегал я однозначно из Ада, но это последнее место моего обитания. — Откуда? Но как? — непризнанная была очень удивлена. — Я могу лишь предполагать. — И какие твои предположения? — Об этом мы поговорим позже. Вопросы ещё есть? — Как ты сбежал? — Я не знаю. Кто-то меня освободил. Просто в один прекрасный момент, после отключки, двери были открыты, а печати сняты. — Я рискнул воспользоваться — смерть мне была уже не страшна. — Очень странно. Ты не пытался найти того, кто тебя освободил? — В процессе. — Почему ты переполнился на свободе? — Мир сильно изменился за время заключения. Я не был готов к такому. Я не знал, что мне делать и куда бежать. Между бровей девушки сложилась морщина. Ей было жалко Бонта — у него никого и ничего не было. Вся его жизнь была: либо бега, либо тюрьма и насилие. Он не знал ни дружбы, ни любви. Не знал другого тепла, кроме родительского, которое у него отобрали. Он был один-одинешенек на всём белом свете. Ей так хотелось укутать его в объятия и качать, как маленького ребёнка. Но перед ней стоял взрослый мужчина, пропитанный злобой и ненавистью. И он ломал себя, чтобы довериться ей. Чтобы доверить ей информацию, которой она могла бы воспользоваться против него. Она не имела права причинить ему вреда. Она поклялась себе, что поможет ему и залечит все те раны, которые нанесла её мать. — Ты на неё совсем не похожа, — тихо прошептал он, водя по серокрылой взглядом. — Странно, все всегда говорили, что я её копия. — Я не про внешность. Твоя душа, твои мысли, рассуждения — ты другая. — Если то, что я видела, правда, то я не хочу быть на неё похожа. — Мне нет смысла тебе врать. Ты — единственная живая, из тех, кого я знал. У меня нет другого выбора, чем довериться тебе. — Я приложу все усилия, чтоб оправдать твоё доверие. Ведь моя жизнь также зависит от тебя. Мне больше не к кому идти. Так они сидели и смотрели друг на друга — два одиночества. Его родных и друзей истребили. Её мать желает использовать в своих коварных планах, а друзьям она не могла ничего рассказать. — Ты хочешь ещё что-то узнать? — Да. Как мы будем вылазить из всего этого дерьма? Я не готова умирать второй раз, не сейчас. Она упёрла руки в стул впереди себя и опустила тяжёлую голову. — Для начала надо научить тебя скрывать свою энергию. Для этого нам надо начать встречаться вживую. — Но это же опасно. — Значит, надо приложить все усилия, чтоб ты добралась ко мне без хвоста. Надо, чтоб ты выбралась в столицу. Завтра утром, перед встречей, я отправлю тебе видение моего пути. Ты должна будешь его запомнить. — Хорошо. — А теперь иди ко мне — я восполню твои утраты. Девушка уткнулась в его раскрытые объятия и ощутила уже знакомое приятное чувство. Когда мужчина отстранился, девушка протянула руку. — Тогда до встречи, мой незнакомый друг. — До встречи, — повторил он жест, улыбаясь. После чего девушка открыла глаза.

***

Утро нового дня заявило о себе лучами солнца в окне и потоком воздуха, какое бывает только в раннее время суток. Мими открыла окно, чтобы привести соседку в чувства. Вики бросило в дрожь — она опять проснулась мокрая. — Ну, слава Шепфе, ты очнулась. Милая, я беспокоюсь, давай к врачу. — Мими, всё в порядке, просто я до сих пор не выпила таблетку от воспоминаний о земной жизни. Врать подруге было омерзительно, но голубоглазая не могла сейчас никому доверять. Особенно дочери Мамона, который был приближён к Сатане, на расстоянии вытянутой руки. — Пора бы тебе попрощаться с ней. Я себе места не нахожу, когда ты в таком состоянии. — Я скоро свыкнусь, обещаю. Дай мне время. Мими бросилась обнимать подругу, у которой зуб на зуб не попадал. — Каждый раз, когда ты видишься с этим чёртовым Люцифером, с тобой это происходит. — Люций тут ни при чём, просто стечение глупых обстоятельств. — Дорогая, ты не хочешь поделиться вчерашним? Непризнанная тяжело вздохнула и присела, облокотившись о подушку. — Ты так на него вчера кричала… если бы не громкая музыка, весь поезд бы сбежался. — Это уже не имеет никакого значения. Глаза начали слезиться, а ком в горле заполнять всё пространство. — Я не хочу лезть тебе в душу, милая, но это имеет чертовски огромное значение. И слёзы на твоих глазах тому свидетели. Люцифер ведёт себя как полный кретин, но что-то мне подсказывает, что надо смотреть между строк, не обращая внимания на его слова. — Нет! — поставила непризнанная перед собой руку в предупредительном жесте. Больше всего на свете ей хотелось оправдать его поступки… в очередной раз. — Эта история исчерпала себя. Люцифер вчера всё правильно сказал — я ищу то, чего в нём нет. После окончания учёбы я примкну к ангелам, а он взойдёт на трон Преисподней. Эта связь не имела будущего с самого начала. В его списке я стану очередной глупой девицей, которая хотела обуздать зверя. А он останется моим самым тёмным воспоминанием и пороком. — Но… — пыталась опровергнуть демоница. — Достаточно. Разговор окончен. — Если ты хочешь мне поднять настроение, то подбери мне какой-нибудь красивый наряд на занятие. — Ты пойдёшь на крылоборство? — беспокойно спросила подруга. — Я себя замечательно чувствую, а сердечные драмы — не повод пускать жизнь на самотёк. Тем более этот урок только для непризнанных. Подруга подбодрилась и побежала шуршать в шкафу. — И что-то поудобнее — мне тренироваться, а не на стойке танцевать, — подметила она, замечая, что выбирает демоница. Соседка громко выдохнула, надувая щёки, и что-то пробурчала себе под нос. На огромное удивление Вики, наряд, который подобрала подруга, прикрывал шестьдесят процентов тела. Это было огромное достижение. Закрытый спортивный комбинезон цвета индиго — но с изюминкой от Мими: грудь сверху была открыта, живот и спина тоже. Главное условие было соблюдено — удобное и отлично подходящее для тренировки. Натянув кроссовки и сделав конский хвост, девушка пошагала на стадион.

***

Непризнанные сбегались на занятие не очень охотно. Крылоборство было не самым их любимым предметом. Крылья им были даны не с рождения, как другим бессмертным. Управлять ими на том уровне, чтобы ещё и кого-то силой спустить на землю, — высший пилотаж. Правила «не принимать их в команды» были не зря. Крылья новых небожителей были маленькими в сравнении с обитателями и не особо мощными. Для большинства летать — уже большое достижение. Не идёт речи о больших дистанциях и соревнованиях на скорость. Поздоровавшись с теми, кого знает, Вики стала в ряд, в ожидании преподавателя. Геральд не заставил себя долго ждать, но пришёл не один. Рядом с ним стоял Люцифер в чёрном спортивном костюме с облегающим лонгсливом. Он смотрел прямо перед собой, без своего высокомерия и ни на ком не концентрируя взгляд. — Доброе утро, новички! В школе появились нововведения. Одно из них: уроки для непризнанных смогут проводить лучшие ученики. Благодаря этому методу мы можем достичь лучших результатов, так как молодое поколение бессмертных смогут внести свежести в старые закоренелые методы, поделиться своим опытом и скорректировать недочёты, где глаза преподавателей уже замылены. — Поэтому прошу любить и жаловать: ваш учитель на сегодняшний урок — Люцифер, — указал он рукой на демона и покинул тренировочную площадь. Вики прикрыла глаза на пару секунд, смиряя своё негодование. Сын Сатаны мерил шагами территорию вдоль непризнанных, рассказывая об истории и правилах. — История данного вида спорта берёт начало ещё задолго до того, как ангелы и демоны начали своё совместное существование. У бессмертных он популярен, как у смертных футбол и баскетбол. В него играют взрослые и дети. Ведутся соревнования и чемпионаты. Основные данные для игроков: выносливость, ловкость, сила тела и крыльев. На профессиональном уровне в соревнованиях не могут участвовать непризнанные. — Тогда для чего нам нужен этот предмет? — раздался вопрос из толпы. — Для общего развития и для того, чтобы вы научились управлять новой частью вашего тела. Крылья — продолжение вас, вы должны ими управлять, как руками. — Раз непризнанным нельзя участвовать, то как на последний чемпионат пустили Уокер? — донеслось из-за спин. Челюсть демона сжалась — то ли от упоминания фамилии, то ли от вопросов. — Это была единичная вынужденная мера. Я как лидер команды дал на это своё согласие и взял ответственность. — Если вопросов больше нет, тогда приступим к правилам. — Ни кусаться, ни щипаться, ни биться руками, ногами или другими частями тела — за исключением крыльев. Первый, кто коснётся земли — проиграл. А теперь разбейтесь по парам для отработки навыка. Вики почувствовала за спиной родной запах абрикоса. Зеленоглазый склонился над ухом девушки и произнёс: — Будешь моей парой, Ромашка? Только с его губ эта фраза звучала так двусмысленно, сопровождаясь такой же ухмылкой. Девушка подарила ему самую невинную улыбку и вложила свою ладонь в его. В ту же секунду она почувствовала взгляд Люцифера в спину, хотя внешне этого бы никто не заметил. Лишь она это чувствовала. Непризнанная не стала акцентировать внимание. Иначе начала бы придумывать этому взгляду особые значения, а она не хотела этого. С ним покончено — никаких токсичных отношений и связей. На этой мысли она заглянула в зелёный омут Томасовых глаз. Ни о какой серьёзной тренировке не могло быть и речи — он только научился хоть как-то управлять своими крыльями. Это было подобно игре: они дурачились, дрались крыльями, как дети; Вики щекотала его лицо своими перьями; они хохотали и просто наслаждались временем вместе. Томас облетел голубоглазую со спины и заключил её в нежные объятия. — Поймал! — прошептал он ей в ухо. Вики облокотила голову на его плечо и рассмеялась. С ним было так хорошо. Он был её спокойной гаванью. Частичкой её жизни, которая продлилась на Небесах. — Правила одни для всех, Непризнанные! — пророкотал новоиспечённый тренер. — Ты, новенький! Я, кажется, доступно объяснил правила: прикасаться можно только крыльями! Или у тебя проблемы с восприятием? — Вы на тренировке, а не на игровой площадке. Я здесь не для того, чтоб сопли вам подтирать! Сто взлётов и приземлений. Быстро! — Люцифер, не придирайся к нему! — спустилась Вики и подошла к тренеру. Первый раз за день их взгляды встретились. Борьба двух огней, пропитанная злобой, обидой и невероятной страстью. Несмотря на запреты в своей голове, она чувствовала, как всё её тело начинало стремиться к нему, как она распалялась лишь от одного зрительного контакта. Она закрыла глаза, чтобы снять наваждение. Набрав воздуха в лёгкие, девушка продолжила: — Это сложно сделать любому непризнанному, и ты это прекрасно знаешь! Он здесь меньше двух недель, его крылья ещё не окрепли. — Как раз окрепнут, — бросил он и направился уходить. — Ты наказываешь его не за урок! Это непрофессионально с твоей стороны! — кинула она ему в спину. Ученики перестали спаринговаться и наблюдали за перепалкой бывших любовников. Люцифер обернулся. На его лице играли желваки. Морщина между бровей покраснела, но он взял себя в руки. — Если не хочешь той же участи, что и твой дружок, то найди себе другого партнёра и возвращайся к тренировке, Уокер. — А остальные — не отвлекаемся! Живо бороться! Вики фыркнула в его сторону и взлетела вверх. Наблюдая за тем, как мучается её первая любовь, девушку переполняла ярость. Кончики пальцев начали покалывать — она ощущала, как сила Мальбонте собирается в груди. Со всем гневом она подлетала к свободным непризнанным и за секунду спускала их вниз своими крыльями. Ни один не продержался. Люцифер наблюдал, щуря глаза, о чём-то размышляя. Затем перевёл взгляд на трибуну. Вики проследила за ним. На первой линии сидела Лилит — склонив голову, наблюдала за озверевшей непризнанной. Как долго она здесь? Переведя взгляд на сына Сатаны, она увидела, как рот Лилит растянулся в сексуальной улыбке. Демонесса перебрала пальцами в воздухе, приветствуя. Откинув волосы назад, продолжила наблюдать. Вики огляделась и обнаружила, что осталась одна в небе. Дьявол, надо быть осторожнее и не привлекать к себе внимание. — Я разве разрешал тебе отдыхать? — злобный оскал Люцифера был направлен на Тома. — Я больше не могу, крылья не слушаются, — тяжело дышал он. — Меня это не волнует, непризнанный! Взлетел сейчас же! Томас встал на ноги, выпрямился и встретил его взглядом. — Я не стану этого делать. Что ты мне сделаешь? Лицо дьявола исказила злая усмешка. Вики, почуяв угрозу, стала быстро спускаться, но, не успев коснуться земли, услышала душераздирающий крик. Демон держал в руках вырванные крылья, всё с той же улыбкой на лице. Лилит лишь переводила взгляд между участниками спектакля, наслаждаясь пьесой. Томас упал на землю и сжал руками траву. Боль пронзила всё его тело, но он терпел — не выказывая слабости. Встал на дрожащих ногах и заглянул Люциферу в глаза с вызовом. — Прекратите! — закричала непризнанная, становясь между мужчинами. Она повернулась к Люциферу и толкнула его в грудь. — Ты — могущественный демон! Что ты пытаешься сейчас доказать, унижая без пяти минут непризнанного? Ты считаешь, что крут, тыкая в нас своей силой? Ты вырвал ему крылья, Люций! — она прижала пальцы к вискам и продолжала кричать. — Я уважала тебя за то, что ты — выше всего этого! Ты не кичился своей властью и влиянием. Что с тобой стало? Мне омерзительно на тебя смотреть! Ости была права: я никогда не приму тебя таким, какой ты есть! Ты жестокий, высокомерный, кровожадный тип. И я никогда не примкну к вашей стороне. Все вокруг замолчали. Непризнанные пытались делать вид, что ничего не слышат, но интерес победил. Лилит прищурила взгляд и выгнула бровь. Она ждала следующего шага от будущего правителя Ада. Люцифер тяжело дышал, со злобой смотря то на Вики, то на её спутника. — Урок окончен! — разнёсся демонический крик по тренировочной площадке. Задержав взгляд на голубых глазах, он развернулся и ушёл. Вики помогла новичку дойти до трибун и присесть, пока новые крылья не попросились наружу. Проходя мимо бывшей жены Адама, она задержалась, услышав фразу, брошенную в её сторону: — У тебя очень любопытная энергия, как для непризнанной. Демонесса рассматривала её открыто, детально, с неподдельным интересом. Вики последовала примеру: пышная копна рыжих волос, рассыпанных по спине до ягодиц; острые закруглённые рога; ярко выраженные изумрудные глаза под игриво выгнутыми тонкими бровями; чувственные алые губы… А на тонких плечах спокойно отдыхала змея. — Уокер младшая… оооочень любопытно. — И чего же любопытного в моей персоне? — не робея, спросила девушка, выдержав взгляд. — Вот и я пытаюсь понять, что же в твоей персоне такого — это и любопытно, — охотница Шепфы большим и указательным пальцем взяла подбородок непризнанной. — Как узнаешь — дай знать, — высвободила девушка своё лицо из её пальцев, смерила демоницу взглядом и пошла дальше. Весь путь она ощущала прожигающий спину взгляд, но, когда обернулась, на месте уже никого не было. Прорезывание новых крыльев было болезненной процедурой, но Том держался мужественно. Видно, земная болезнь натренировала в нём терпение и выдержку. На лбу мужчины сверкали испарины, а сам он раскинулся на лаве, положив голову девушке на колени. — Ты уже решил, какую сторону выберешь после окончания учёбы? — Я ещё не размышлял над этим. Но что-то мне подсказывает, что в Аду мне уже не рады — после того как я перешёл дорогу сыну Сатаны в первую же неделю учёбы, — рассмеялся парень. — В этом мы с тобой похожи, — поддержала шутку непризнанная. — Я ещё и умудрилась подставить его перед отцом. — А ты талантливей меня. — Ты даже не представляешь, насколько, — печально усмехнулась голубоглазая. — Ну, судя по всему, ему это даже понравилось. Вики многозначительно промолчала, показывая, что говорить об этом не готова. Помолчав, она добавила: — Он не всегда такая задница. Часто он просто игнорирует остальных. — Мне определённо стало легче. Дальше они просто беседовали: Вики рассказывала ему о правилах и законах, учителях и предметах; вспоминали школу; говорили о родителях. Спокойный вечер двух близких людей. Вот такой и должна быть жизнь, — подумала Вики, заправляя выбившуюся прядь волос мужчины.