Глубоко в сердце

Я не торопясь брела по парку. Под ноги попался камешек и я с удовольствием его пнула. Остановилась и задрала голову к небу. Хотела посмотреть на звёзды, но редкие фонари мешали. Эхх, жизнь моя, жестянка... Да ну её... Я возвращалась с посиделок с друзьями. Встреча прошла хорошо, но от этого становилось ещё грустнее. Мы с ребятами дружим около 10 лет. Наша компашка сошлась ещё в универе, и больше не расходилась, лишь пополнялась. Две мои подруги привели парней, которые потом стали мужьями. Парни привели ещё друзей-знакомых. Сейчас у многих уже дети. Кроме меня. В свои 27 у меня не было ни детей, ни парня. Меня это не огорчало, но на наших посиделках, подруги всё чаще начинали мне намекать на своих знакомых "хороших парней". Я же считала подобное сватовство ужасным и отказывалась до последнего. Одиночество меня не тяготило. Тяготила жалость друзей. Я остановилась подтянуть лямки ремня. Гитара, висевшая на спине начала оттягивать плечо. И почему я никак не куплю новый чехол? Я вздохнула, и только собиралась продолжить путь домой, как издалека послышались голоса. -...я же говорил, что не бывает такого. А ты всё пошли, да пошли... - Да *ля буду, телефончик дала, и сказала мужа не будет! - Не будет? А кто это там на нас кулаками махал? Дед? - Да ладно тебе! Ща, цыпочку какую-нибудь найдем, и отдохнем культурно! От подобного разговора я замерла. Неизвестные шли мне навстречу, и я недолго думая, свернула с центральной аллеи на боковую тропинку. Поздно ночью добропорядочные люди сидят дома. Вот и мне лучше идти домой, а не завязывать подобные знакомства. Нет. Я не считала себя знойной красоткой, к которой пристают на улице, но судя по голосам, мужики были пьяные, а таким многого не надо. Я шла по узкой тропинке, и искала пути обхода. Мечтая о душе и теплой кровати, не заметила как с асфальтированной дорожки сошла на утоптанную тропку. Так. Стоп. Остановилась и огляделась. Кроме тропинки вокруг ничего видно не было. Некоторое время я оглядывалась, по сторонам, но решила раньше времени не расстраиваться. Рано или поздно выйду куда-нибудь. Прибавила шаг, и стараясь не паниковать пустилась по тропинке. Я смогла пройти метров сто, как в голове появилась шальная мысль. Снова оглянулась. Фонарей не было видно, но тропку я видела отчетливо. Подняла голову и застыла. Над головой висела огромная луна. Она выглядела такой большой, словно висела прямо над головой. Я неосознанно подняла руку, что дотронуться, но тут наваждение спало. Я усмехнулась. Всегда считала, что умею пить. Больше одного бокала, никогда не пила. Но этим вечером, кажется, что-то пошло не так. Ладно. Дайте мне добраться до дома и отдохнуть... Собралась продолжить путь, но навалилась сонливость, словно я не спала несколько суток. Мне нужно отдохнуть, успела подумать, после чего глаза закрылись сами собой. Сквозь сон слышались чужие голоса. Поэтому я и не люблю оставаться ночевать у ребят. Почему я домой не пошла? Так. Стоп! Резко открыла глаза, и снова зажмурилась. В глаза ярко светило солнце, рядом кто-то разговаривал. Неужели я уснула в парке? Как какой-то бомж? Надеюсь меня никто из знакомых не видел? Медленно постаралась повернуться боком к солнцу и сесть. Стало тихо. Открывала глаза медленно. Я находилась на прогалине. А вокруг меня было целое собрание. Хоть телефонов в руках не было. Иначе быть мне звездой интернета. Почувствовала как заливаюсь краской и зажмурилась. - Ну, милок, не пужайся. Мы не обидим. Как ты? Чай пару дней в себя не приходил... - Что? Я резко открыла глаза и осеклась. Голос был как будто не мой. Пока я размышляла, один из мужчин сделал шаг ко мне. - В Лесу мы тебя нашли. Мы туда ходить-то не ходим. Но тут как Всезнающий нас вёл. Вот тебя и нашли. А как вытащили, так ты спал всё время. Мы уж не бросили тебя, мальца такого. А ну как обидит кто? - Я не малец. - буркнула я, но тут же замолчала. - Конечно не малец! Вон какой большой! Меня звать дядька Бон. А тебя? Где твоя родня, как отпустили одного? Я же, открыв рот, смотрела на окружившую меня компанию. Толпа состояла из шести человек. Мужики словно вышли из фильма о Робин Гуде. Темные штаны, подпоясанная рубаха навыпуск, на ногах бесформенные сапоги. У некоторых за спиной колчан со стрелами, луки, заметила парочку ножей. Общая неряшливость, заросли на лице, и отсутствие половины зубов. По спине прошел холодок. - Вы разбойники? - вырвалось прежде, чем я успела прикусить язык. После нескольких секунд молчания грянул смех. - Ну, ты смешной малец! Мы охотники! - гордо пояснил мне отсмеявшийся Бон. - Эй, Бон! Видишь же, малый не в себе. Дай ему в себя-то прийти. - добавил один из мужчин, чему я обрадовалась. Мне нужно было хоть минуту остаться одной. Один из мужчин дал мне флягу, и кивнул на кострище в центре прогалины. - Ты собирайся, и подходи к нам. С этими словами они ушли дав мне краткую передышку. Я пошатываясь встала и сделала шаг в сторону деревьев. Чувствовала взгляды, но меня никто не останавливал. Ушла я метров на 15, прежде чем остановилась и дрожащими руками стала раздеваться. Расстегнула кардиган, рубашку чтобы уставиться на абсолютно плоскую грудь. Усмехнулась дрожащими губами, хорошо, что на мне спортивный топ, а не бюстгалтер с пуш-ап. Джинсы расстегивала медленно, боясь увидеть подтверждение своим мыслям. Несколько секунд осмысливала увиденное. Единственный вопрос, который остался в моей голове:почему "он" такой маленький? Деревянными руками привела себя в порядок. Нет. Привел. И отправился обратно. Стоило выйти на поляну, где сидели охотники, как я свалился в обморок. - Ох, и напугал же ты нас! Неужели скотину не резал ни разу? А как же хозяйство вести будешь? - спросил меня один из охотников. Имена я пока не мог запомнить, Помнил только, что главного зовут Бон, и у него жёлтые сапоги. - Да брось, Вин, разве ни видишь, малец-то из благородных. Откуда ему знать, как скотину режут? Я только молча улыбался. Хорошо, что когда я вышел на поляну, они обдирали какого-то животного, и мой обморок посчитали за боязнь крови. Оправдываться мне не хотелось. - Не трусь, мелкий. Уже к вечеру будем в деревне, и сообщим твоим родным. Когда меня спросили откуда я родом, соврал, что ничего не помню. Но, кажется мне не поверили. Да и потом мужики шептались, про "сбежал с хахалем", "поигрался и бросил". Но оправдываться я не спешил. Дороги как таковой не было. Мы пробирались через лес, и хотя я единственный был не нагружен, но мне дорога давалась труднее всего. Балетки пропускали все колючки, и ноги были исколоты до самых колен. Джинсы не спасали, в них было жарко, и ручейки пота чувствовались все больше. Кардиган я снял, но кроме него оставалась гитара, бросить которую я не мог, и она натирала плечо. К деревне я подошёл буквально заставляя себя передвигаться. А охотники наоборот горели энтузиазмом. Они не были дома несколько дней, и все речи были только о том как "нырнуть омежке под бочок". Меня определили на постой к старосте и попрощались. Старостой оказался высокий, крепко сложенный мужчина лет 40 с проседью, но твердым взглядом. Звали его Тран. Он окинул меня взглядом, и крикнул какого-то Яся. Ясь оказался мужем старосты. Невысокий, стройный, но с округлостями парнишка лет 35. Ясь заботливо меня встретил, и с разговорами и улыбками, я не заметил, как оказался в бане. Сначала было стыдно раздеваться перед мужчиной. Всё же ещё недавно я была девушкой, но Ясь не ощущался как мужчина, и мы смогли наконец разговориться о пустяках. При этом Ясь успевал и подбодрить меня, и обработать больные ноги. Одним словом не успел я опомниться как был чистым, в новой одежде, и отдохнувшим. После бани мы вернулись в дом, где нас уже ждал накрытый стол. Оказалось у Яся и Трала есть уже двое детей - подростков, которые и накрыли стол, а теперь с интересом рассматривали меня. - Сначала еда, потом - разговоры. - сказал Тран. Спорить никто не стал. После того как все поели, я хотел помочь убрать со стола, но под тяжелым взглядом старосты снова сел на лавку. - Ну, рассказывай - на этих словах Тран достал и положил на стол между нами небольшой камень в форме полусферы. Я с недоумением посмотрел на мужчину, и перевел взгляд на камень. - Я не знаю что это такое. Брови старосты взлетели вверх, и он пристально уставился на камень. Наконец снова перевел задумчивый взгляд на меня и медленно проговорил. - Это камень правды. Есть практически у каждого, если в присутствии камня ты соврешь, то камень станет молочного цвета. - Да ладно? - удивился я и тоже уставился на камень. Что бы такого соврать, чтобы проверить? - Откуда ты, что этого не знаешь? - оторвал меня от раздумий вопрос старосты. Я окаменел. Сделал медленный вдох, и посмотрел в глаза старосте. - Там, где я рос, таких вещей не было. - наконец смог я произнести. Тран бросил взгляд на камень, он так и оставался прозрачным. - Как тебя зовут? - Мирослава...Мирослав. Но лучше коротко Мир. Не люблю полное имя. - Значит всё таки из благородных... - Тран задумчиво потер подбородок. - Нет, я не из знати. Почему вы так подумали? - Длинные имена только у них. Чем ниже твое положение, тем короче имя. С каждым словом взгляд Трана становился все более колючим. Я понял, что дальше говорить в подобном тоне опасно, и решился. - Я хочу сказать, что я многого не знаю, и выгляжу подозрительно. Но я не причиню вред ни вашему дому, ни жителям деревни. Просто воспитывался далеко отсюда, и в других условиях. За все время моей речи камень оставался прозрачным, что немного успокоило старосту. - Сбежал от родни? Замуж хотели выдать? - усмехнулся мужчина. - Я не сбегал. У меня нет в этом мире никого. Не знаю, как я здесь оказался. - сказал, и почувствовал как дрожит у меня голос. Тран, как и многие мужчины, не выносил слез, поэтому резко подорвался, и крикнув Яся, сбежал. Некоторое время ушло у меня на то, чтобы выплакаться. Ясь обнимал меня и молча поглаживал по голове. Кажется, он слышал наш разговор, но это меня не пугало. Ничего тайного я не сказал. Когда слезы закончились, Ясь показал мне на небольшую комнатку. Я не раздеваясь упал на кровать и уснул. Утро было тяжелым. Голова болела, глаза не хотели открываться. Ясь предложил мне чай на травах, и пока я пил чай, слушал разговоры о новостях в деревне. Главным событием были вечерние гуляния в честь охотников. Когда завтрак уже подходил к концу, Лин, сын Яся спросил у меня. - Ты пойдешь? - Нет, мне нужно вещи постирать, и посмотреть, как там гитара. - Что такое гитара? - спросил Лив, брат-близнец Лина. - Музыкальный инструмент. У вас нет такого? - от удивления я даже чай отодвинул. - Менестрели редко к нам заходят, - пожал плечами Ясь, но по его виду он тоже заинтересовался. - Минутку. Я сходил в свою комнатку и достал гитару. Вернулся к ребятам и сел на лавку. На меня с ожиданием смотрели три пары глаз. На секунду я задумался. И заиграл. Заметался пожар голубой, Позабылись родимые дали. В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить... Когда я закончил петь, в комнате стояла тишина. Последний аккорд, поднимаю голову и вижу Заплаканное лицо Яся, Лив и Лин явно были ошарашены. Я спел что-то не то? - Ты сможешь так же спеть вечером? - раздался голос Трана за спиной. - Ну, наверное... - я всё ещё недоумевал от поведения омеги, как Тран все объяснил. - У нас таких песен нет. Мы знаем "Лихой моряк", "Весёлый вдовец", "С миленьким в лесу", но они для альф, а омеги такое не слушают. А твоя песня даже мне понравилась. А тебе Ясь? - со смешком поинтересовался староста. Омежка махнул на мужа рукой и погладил меня по голове: - Твоя песня прямо за душу берет. - Спасибо. Только я ваших песен не знаю. А мои все лирические. - Или могу без слов, сыграть, для танца. - Хорошо, мы любые послушаем. - улыбнулся Тран, и грозно глянув на сыновей добавил, - головой за мальца отвечаете! Почему близнецы отвечают за меня головой я понял только вечером. Новость об омеге, которого нашли в лесу охотники, разлетелась ещё в первый день. Почему меня все считали омегой я не понял, но не спорил. Поэтому новость о том, что я буду петь на гуляниях, заставила прийти практически всю деревню. В центре деревни, напротив дома старосты, была небольшая утоптанная площадка. Как пояснил мне Ясь, сюда приезжали купцы, и проходили все собрания. Здесь же устраивали и праздничные гуляния. Для меня установили высокую бочку, куда поставили табурет, и на этом возвышении я сидел с гитарой. Если сперва на меня просто глазели с любопытством, то после того, как я спел пару песен, ко мне с интересом стали приглядываться некоторые мужчины. Сначала я не обращал на это внимание, но после того, как меня пару раз погладили по ноге, мне стало страшно. Пили здесь до победного, то есть пока не упадут. И с каждым моментом нетрезвых мужиков стало прибавляться. Если женатых я интересовал мало, то неженатых можно было определить по масляному взгляду на меня. Таких взглядов я насчитал около 4-5. От этого мне было страшно. Лив и Лин сперва стояли недалеко от меня, но вскоре это им надоело, и они потихоньку исчезли. Тран с Ясем пропали. А больше я никого здесь не знал. Когда начало темнеть, а руки устали так, что пальцы слабо чувствовались, я решил уйти домой. Стоило мне слезть с бочки, как на талии я почувствовал чьи-то руки. - Привет, сладенький! Давно не виделись. Скучал? Я резко обернулся. На меня смотрел один из охотников. - Из-звините, мне нужно отойти на минутку... - Ну куда же ты, мы только начали. Потная рука начала задирать на мне рубашку, отчего я на несколько секунд замер. Когда вторая рука опустилась на мои ягодицы, я очнулся и ласково провел рукой по лицу мужика. Он радостно мне заулыбался, в этот момент я размахнувшись приложил его ногой между ног. Мужик что-то проскулил и схватившись за промежность осел на колени. Я, покрепче обняв гитару, рванул к дому старосты. - Как ты до этого додумался вообще? - кричал Тран. - Он ко мне приставал - в очередной раз повторил я. Ясь, тревожно поглядывал на мужа. - Да кто к тебе приставать будет? Ты же как хорь недокормленный! - взвился староста,- а Верт уважаемый человек в деревне, один из лучших охотников! Он мне просил отдать тебя ему во искупление вреда, причиненного тобой! И я соглашусь! - Тран, может мы проверим на камне правды, кто в чем виноват? - тихонько вмешался Ясь. Глаза старосты забегали. И я догадался. - Что он взамен предложил? - Да как ты мог подумать? Я - староста! Я тут закон! От того, как взревел Тран, стало понятно, я прав. Несколько минут я слушал возмущение старосты, и думал. Наконец решился. - Хорошо, но могу я сегодня остаться у вас, я боюсь, и хочу поговорить с Ясем? Тран, махнув на нас рукой, разрешил. - Ладно, на одну только ночь! Потом Верт тебя заберет к себе. Стоило только старосте выйти из дома, как омега ринулся ко мне. - Верт злопамятный, он тебе всю жизнь будет припоминать это. И в мужья не возьмет. Будешь постельной грелкой беззаконной. - Подожди, Ясь... Не пойду я к нему, уйду ночью. Несколько секунд омега внимательно на меня смотрел, потом крепко обнял и заговорил. -Значит так, пойдешь в городок...