Давай вместе?

Сегодня был тяжелый день. Как обычно Жан, наполнившись усталостью и раздражительностью, шел домой с подработки, что была сразу после пар. Возвращаться в общагу после такого не хотелось от слова совсем. Шум, соседи по комнате, отсутствие уединения, бессмысленные и глупые обращения к Кирштейну- все это его бесило. Он мечтал съехать в какую-нибудь каморку, лишь бы там не находится. Но все-таки что-то тянуло его в общагу. Это «что-то» было настолько приятным, что хотелось быть с этим вечно. И ради этого «что-то» ноги шли сами в бесконечные разговоры соседей. Придя в общагу Жан не спешит на свой этаж: он идет немного выше, останавливаясь перед комнатой №68, стуча в дверь знакомый ритм тому, к кому пришел. Дверь открыл близкий друг Жана-Марко. Всегда, каждый раз после своего тяжелого дня он шел к нему в комнату, ведь, черт, он старше, а значит достоин личной комнаты. Так еще и учится отлично-ну что за ангел! И вот поэтому ноги Кирштейна тащили его к этому «посланнику с небес». -Привет, Жан. Ты опять устал? -, обеспокоено но в тоже время с ноткой смеха спросил Ботт, ожидая ответ. И вот всегда он так заботливо с ним разговаривает, что хочется быть с ним постоянно. -Угу.У тебя есть черный чай? -промямлил Кирштейн и вошел в комнату, предварительно разувшись перед этим. -Конечно, все для тебя покупаю, — мило улыбнувшись, Марко выполнил свой ритуал: он приобнял друга за плечи, и спросил, -что на этот раз там случилось? Рассказывай. Положив свою голову на плечи Марко, Жан с облегчением выдохнул и начал свой рассказ: -Сначала давай присядем, -сказав это, Кирштейн пошел к кровати, таща за собой Ботта, -итак. Они снова спорят со мной! Нет, я серьезно! Почему на меня наезжает какой-то их чокнутый сотрудник из-за того, что он был в отпуске, меня не знает, и я, видите-ли, сидел на его любимейшем месте! Прибил бы скота прям на месте. Так нет, еще и другие подключились, и такие: «вот, вот, Кирштейн слезай, он у нас тут давно». Да срать я хотел на это, зачем из мухи слона раздувать! -окончив свой рассказ более громкой нотой голоса, Марко попытался его успокоить. -Ну да, они там не правы, но ведь и ты сейчас не раздувай из мухи слона. Все будет хорошо, Жан, не переживай. Лучше расскажи, что было сегодня хорошего, -слов тут не хватит, поэтому он аккуратно дотронулся до головы Жана и положил ее себе на плечо, отправив руку гладить плечо уставшего. Марко всегда при каждом моменте хотел дотрагиваться до Жана. Он уже давно понял, что любит его, но вот взаимно ли это… Он боялся признаваться ему, было куча стеснения и страха быть отвергнутым. Поэтому весь этот телесный контакт с ним был исключительно для того, чтобы Ботт мог наслаждаться телом Кирштейна. Жаль, что все проходило в одежде, но это было хоть что-то. Марко этого было достаточно. Но и Жан не тупил: он заметил, что когда его близкий друг вступал с ним в телесный контакт, то его настроение сразу поднималось, он становился невнимательным, потому что был сконцентрирован на Жане, на его щеках выступал румянец, а на лице легкая улыбка удовольствия. Кирштейн не был против прикосновений Марко, он даже сам иногда мог обнять его, или как-то похлопать по плечу. И во время этого у него снова появлялись улыбка и румянец, все успокаивалось. Очевидно, Ботт любит Жана. И сам Жан это понял, и он ждал, когда же его друг додумается признаться, ведь Кирштейн показывает всем своим видом, что относится к этому парню с веснушками очень по особенному, изредка заботясь о нем, беспокоясь. Но этого заветного признания не было долго, и Жан уже заколебался ждать. -Что хорошего? Ну, ничего. Все как обычно, Марко, они меня постоянно достают, -Жан немного подвинулся к Ботту и их тела соприкоснулись. -Тогда почему ты там работаешь, раз все тебя не любят? -улыбнувшись от их нового телесного контакта, Марко подвинул Жана своей рукой, которая все время поглаживала его плечо. -Я там работаю, потому что хочу съехать отсюда. Меня просто бесят мои соседи! Эти Конни с Сашей постоянно лезут, какой-то Эрен сует свой нос явно не туда, отвлекая меня от любой задачи. Я блин даже в туалет сходить не могу, ведь я для них постоянно злой, и им обязательно нужно остановить меня и начать говорить, что они все хорошие, а я один плохой.Прибил бы их там всех, чтобы успокоились хоть на денёк! -вспылив, Жан положил свою голову к Ботту на колени. И так сойдет. -Так попроси, чтобы тебя отправили в комнату, где людей поменьше, -Марко автоматом улыбнулся и положил свою руку на плечо Кирштейну. -Куда мне переехать? Все комнаты полные. Я что, в коридоре жить буду? Эх, было бы прикольно, если бы я смог перетащить свою кровать сюда, и просто остаться здесь жить, и вот никто меня донимать даже не посмеет! Эта идея Ботту понравилась, у него немного расширились глаза, и он предложил Жану: -А может ты у меня сегодня останешься ночевать? Думаю, это разрешено, ты же не где-то в раковине заснул. -Хм, а давай, будет лежать прямо сейчас! -Стой., -Марко не успел договорить, как тут Жан поднял свою голову с ног парня, взял его за плечи и увалил на кровать, оставаясь лежать рядом. И вот снова Жан делает намек на то, что ему нравиться быть с Марко, соглашаясь провести с ним всю ночь. Почему Ботт это не замечает? Вот у меня тот-же вопрос. -А ты не будешь брать пижаму? -чтобы выйти из «неловкой» для Марко ситуации, он решает спросить то, что пришло первым в голову. -А ты мне свою одежду не одолжишь? Я не хочу спускаться в это пекло, а потом слушать «Жан, ты куда?», «А как же мы?!». Достали., -Кирштейн продолжал ворчать, развернувшись на спину и положив руки за голову. -Ну, если ты так хочешь, то я не против… -Спасибо. Давай пить чай? А потом спать. Или у тебя есть идея получше? -Ну, фильм?.. Или.ах, ты, наверное, устал.Прости, не подумал, давай сделаем так, как ты сказал. -От фильма я бы не отказался. Давай реально посмотрим! -Хорошо. Неохотно встав с кровати, Марко пошёл к своей мини-кухне заваривать чай. Конечно трудно назвать это полноценной кухней, потому что там был всего лишь один стол, холодильник и пару полок. На этих столах с выдвижными ящиками снизу стояли микроволновка, кофемашина и чайник. Достав с верхней полки чёрный чай, Марко налил в чайник холодной воды, поставил его на печь, всё включил и стал ждать пока все закипит. -Какой фильм будем смотреть? -Ботт повернулся к Жану, который остался лежать на кровати пусто глядя в потолок. -Не знаю. Что сам хочешь? -чтобы продолжить диалог как Кирштейн привык, он повернул свою голову в сторону Марко, тем самым давая себе обзор на его тело. Высокое, немного худое, бледное, но такое тёплое тело стояло перед ним в трёх-четырёх шагах. Так и хотелось обвить его руками и не отпускать. Стоять так вечно. Просто стоять. -Я?.. Без понятия. Я на тебя надеялся. -Пх, не удивлен. Ладно, может просто что попадётся? Мне ничего в голову не лезет. -Хорошо. О, чайник закипел. Тебе как обычно? -Конечно. Как обычно для Жана, это чёрный чай с двумя ложками сахара, крепко заваренный и горячий. А еще он любит, когда Марко даёт ему в придачу какую-нибудь вкусность. Чай хорош, а особенно с конфетами. Заварив парню чай, Ботт поставил кружку на стол, и затем решил сделать себе тоже чай, чтобы была возможность поболтать с Кирштейном побольше. Марко всегда долго пил чай, а Жан вечно его ждал. Вот так и сидели по минут пятнадцать. Проделав те же самые действия как и с кружкой Жана, парень с веснушками поставил свою чашу напротив места Жана. Кивнув тому головой на стул, он поставил вазу с какими-то шоколадными конфетами на стол и принялся пить чай. Не сильно крепкий, но со вкусом чёрный чай, что хочется пить каждый день, особенно в компании с любимым человеком. Ах как хотелось проводить с ним всё время. Сказать бы про это, да вот, стесняется, боится. Но Марко не грустил: он как-то планировал признаться, и даже один раз пытался, но, в конечном итоге, он просто сказал какую-то глупость, которая никак не относилась к признанию. -Как чай? -поинтересовался Марко, смотря на Жана из-под кружки. -Всё очень вкусно, не переживай, — Кирштейн тепло улыбнулся парню напротив и продолжил пить чай, поедая конфеты. -А почему ты согласился остаться у меня на ночь? У меня же одноместная кровать, нам возможно не хватит. (Марко, ну не говори, что ты хочешь, чтобы Жан ушел). -Я не хочу сидеть с теми идиотами. Да и грех не согласиться, ты ведь сам хочешь со мной в одной кровати спать, — сказав это, до Жана не сразу зашло, что его собеседник чуть не подавился чаем от раскрытой правды. -Н-не говори т-так!.. — Почему? Зуб даю, ты хочешь это, — на лице Кирштейна появилась лёгкая ухмылка. Нечего не ответив, Ботт продолжил пить чай, только вот, уже с красным лицом. Когда их чаепитие закончилось, парни присели на кровать, Марко достал ноутбук, и они стали искать чтобы посмотреть. Поискав пятнадцать минут, всё-таки что-то нашлось. Они решили посмотреть какие-то подкасты. -А ты пойдешь за пижамой? -Марко нарушил тишину и посмотрел на Жана, ожидая ответа. -Если дашь мне что-то -не пойду. Я не хочу туда спускаться.опять этих говорливых кровососов видеть., -потянувшись, Кирштейн продолжил, -может ляжем? Сидеть не удобно. -М-можно.А как? -Как обычно. Ты что, стоя спишь, как лошадь? -Нет. -Ну тогда ложись, — с этими словами Жан лёг на кровать, похлопав рукой на свободное место для Ботта. Молча ложась рядом с Жаном, Марко немного смутился от того, что они были очень близко друг к другу. Их лица были в паре сантиметров от соприкосновения. Парень с веснушками не всегда смотрел подкаст: иногда его взгляд устремлялся на свою любовь, что лежит так близко с ним. Лежать бы так каждый день, ни о чем не думать, просто лежать. Жан заметил эти короткие взгляды на его лицо, и мог только удивляться наивности Ботта: он де не знал, что тот все видит. Заметил все с первого раза. Но Кирштейн тупить не стал: он уже устал играть в незнайку, хотелось правды, чтобы Марко наконец-то признался ему, чтобы Жан мог ответить взаимностью. И он решил кое-что сегодня попробовать. В его голове возник один план, и его срочно нужно было осуществить. Вообще, он простой, в принципе заморачиваться не нужно: просто начать проявлять нежность, а потом вывести на откровенный разговор. Жан это точно умел, особенно с такими застенчивыми парнями, как Марко. -А тебе удобно так ровно на локтях лежать? -спросил Жан, поворачивая свою голову к лицу Ботта. -А как еще лежать? Мне нормально., -до Марко дошло не сразу, что их лица жутко близко. -Ну, разве так не будет удобней? -сделав немного задуманное и нахмуренное лицо, Кирштейн обхватит своего друга руками и повалил рядом с собой, заключив в объятья. Марко толком сказать ничего не мог: сердце билось как бешеное, щеки горели, мысли не могли сойтись в одну кучу. Только через минут семь он смог привыкнуть, и даже немного прижиматься к Жану. Сам затейщик это тоже увидел, и ему было приятно и немного смешно. Проще говоря, на его лице появилась ухмылка. -Ну как тебе? -теперь Жан уже начал вторую часть своего плана: откровенный разговор. -Ну, прикольно., -все равно Ботт смущался, и говорить громко не мог. -И это вся твоя реакция? Я ожидал чего-то другого, -Кирштейн обиженно глянул на Марко. -И чего-же? -Угадай. -Ам.Благодарности?.. -Че ты несёшь? -Я правда не понимаю. -Не ври. Вот давай рассуждать: какие люди так делают? -Ну.которые.Стой, -лицо Марко приняло форму осознания ситуации, -то-есть ты намекаешь на…? -Ну давай, скажи это мне! Я столько, мать твою, жду этих слов, что легче помереть! -Кирштейн разомкнул объятия и немного отодвинулся от своего собеседника, смотря ему в глаза. -Т-ты правда хочешь услышать?.. -Да, пожалуйста. -Ну, раз ты так этого ждал..Знаешь, хоть мы и познакомились в конец моей старшей школы, а это было три года назад, я правда успел привыкнуть к твоему присутствию. Я люблю слушать, как у тебя прошел день, я люблю слушать, как ты ругаешь на соседей по комнате и твоих коллег. Я просто люблю проводить с тобой время, и не важно как..Знаешь, ты мне очень понравился еще с нашей первой встречи. Давай сегодня поспим вместе! И вообще, будем всегда вместе!-сказав последние слова, Марко зажмурил глаза, будто реакция Жана это прыснуть ему чем-то в лицо. Но нет, он ошибался. Реакцией Жана стали объятия. Обхватив хрупкое тело веснушчатого парня, Кирштейн прижал его к себе. Этих слов он ждал все эти три года. На его душе царило полное удовлетворение. Пролежав еще так пол минуты, Жан взял Марко за плечи и чуть отодвинул от себя, опять смотря ему в глаза. -Спасибо, Марко. Большое спасибо,-посмотрев на него еще немного, Кирштейн примкнул к губам уже не просто друга, а парня. И вот, наступила ночь. Лёжа вместе, Жану и Марко было явно не до вселенной. Они наслаждались друг другом, они оба хотели так проводить время. Если сильно захотеть, можно в космос полететь. Только вместо космоса у них начало новой жизни.