Мальчики не плачут: альтернативная история

      Бледный свет постепенно становился все ярче, а сознание возвращалось. Откуда-то еле доносилась речь.       — Придурок…       Прозвучал незнакомый мужской голос, а затем — слабый писк в ушах, что перекрывал дальнейшие слова. Сосредоточиться на речи было крайне сложно, еще сложнее — понять смысл.       — Ты хоть понимаешь, что мог его убить? В следующий раз сначала на себе пробуй, больной.       Топот ног, какие-то посторонние звуки. Болела голова. Не хотелось вообще двигаться. Обрывки речи мельком долетали, но большая часть была все еще неразборчива.       — Это первый и последний раз, когда я тебе помогаю, понял?       Звуки стихли. Кажется, кто-то ушел. После чего Тхэ Джун позволил себе открыть глаза о попытаться встать. Каким же тяжелым казалось тело. Дверь тихо скрипнула, пропуская свет в комнату. А в проеме стоял Сильва.       — Проснулся все-таки, — негромко сказал тот, подходя к мальчишке и садясь возле него. — Ты в порядке?       — Что случилось?       Сперва Тхэ Джун коснулся чужой руки, ища в Октавио поддержку. Но постепенно в голове прокручивались последние события. От понимания приходил тихий ужас. Руки медленно отдалялись от Сильвы, а глаза будто бы боялись даже посмотреть куда-то кроме угла комнаты. Внезапно мальчишка вспомнил, как однажды уже усомнился в Сильве, когда его девушка решила подшутить. В тот раз Тхэ Джун впервые испытал разочарование, слишком сильно поддавшись чужим чарам обольщения. И сейчас тоже. Порой он совершенно забывал, насколько Сильва может быть импульсивным. Но принять случившееся было все равно сложно. Человек, которому парень так безоговорочно доверял, поступил настолько подло. И мотивы были все еще неизвестны.       — Эй, ты дрожишь.       Сильва аккуратно двинулся в сторону мальчишки и приобнял его. Однако эти объятия возымели обратный эффект, и Тхэ Джуна бросило в еще большую дрожь.       — Не бойся, теперь все позади. Извини, что так все вышло, — с этими словами Октавио повел рукой ниже, ритмично постукивая по оковам. — Только сейчас заметил? Это лишь временно, не переживай. Кажется, я прожег тебе кожу. Боже, прости пожалуйста, я первый раз такое промышлял. Кто же знал…       Сильва достал тюбик из кармана и начал наносить содержимое на пальцы, после чего вновь переключился на мальчишку.       — Позволишь? Это ничего, пройдет. Вот так… Я обязательно заглажу за это вину. Просто по-другому ты бы не пошел, а времени придумывать что-то еще у меня не было.       Октавио закончил с мазью и отстранился от Тхэ Джуна, который все это время молчал.       — Послушай, у меня еще есть дела. Телефон свой можешь не искать. Через пару часов тебя покормят, — парень прошелся до двери, после чего оглянулся. — Я люблю тебя, Тхэ. И не позволю нас с тобой разлучить. Больше никогда.       Сильва странно улыбнулся и, казалось, даже прослезился, после чего закрыл дверь. В комнате стало тихо. Нарастала паника. Глаза скользнули по комнате в надежде за что-либо уцепиться. На удивление, это вовсе не было похоже на что-то страшное. И если бы не странные оковы на руке, то и вовсе можно было бы подумать, что парнишка находится в каком-то загородном домика, в гостях у друга. Однако это было не так, и эта мысль ни на секунду не отпускала парня. Приятный интерьер не смог отвлечь. Тхэ Джун обнял себя, сжимая ткань в руках. Рванные движения. Затем он резко открыл глаза. Одежда была другая. Не его, чужая. Все — начиная от кофты и заканчивая носками. Даже нижнее белье. Это было последней каплей. Мальчик и так долго пытался сдерживаться. Он издал громкий крик, после чего начал плакать.       — Не помогает, не помогает…       В панике парень огляделся — все тумбочки были пустыми, как внутри так и снаружи. Глаза по привычке искали знакомое лекарство. Тхэ Джун старался сжимать что-то в руках, чтобы переключиться на тактильные чувства. Так прошло какое-то время, и раз на крики никто не явился, значит, в доме помимо самого мальчишки никого не было. Чуть позже он пришел в себя, и теперь уже более сознательно подходил к ситуации. Он огляделся еще раз. Благо, эти оковы, словно цепи, давали хоть немного прогуляться. Недалеко парень заприметил зеркало. Захотелось сразу же оценить свой вид. Но посмотрев в него, Тхэ Джун лишь недовольно скорчился, цепляясь глазами за красные участки на лице. Ему не впервой видеть отметины, что оставлял Сильва, однако это казалось пройденным этапом. Так прошло какое-то время. В комнате не оказалось ничего полезного, она буквально была полупустой. Одиночество тянулось вечность, а навязчивые мысли лишь усугубляли ситуацию. Тхэ Джун пришел к странному выводу, что все равно любит Сильву и ждет объяснений от того. Позже мальчишке подали еду, к которой он не притронулся. Незнакомая девушка, что практически не разговаривала. Да парень и сам опасался здесь всего, отчего первым на контакт идти не стал. В комнате не было окон, отчего узнать время становилось весьма проблематично. Но по ощущениям с момента пробуждения прошло часов 5, не меньше. Было видно, как Октавио готовил это место второпях — многое было не продуманно. Хотя Тхэ Джуна удивлял просто сам факт того, что Сильва зашел так далеко. Собственные мысли были прерваны внезапным шумом. Он вернулся.       — Хей, привет, скучал? — в привычной для себя манере сказал Сильва, открывая дверь и впуская свежий воздух.       Мальчишка встал с кровати и подошел ближе, насколько ему было позволено. На что Октавио даже приятно удивился. Еще большим потрясением для него стали объятия. Совсем беззлобные.       — В туалет хочу, — уставши произнес Тхэ Джун.       — Ох, точно, извини, я не подумал как-то.       Второпях Сильва снял оковы, после чего сопроводил мальчишку под руку. Хотя тот даже не подавал признаков того, что хочет сбежать.       — Ты так и будешь пялиться?       — А чего я там не видел? — Октавио внимательно следил за парнишкой, стоя в дверях.       — Слышал про личное пространство?       — У тебя его итак дофига было, пока я отсутствовал. Давай не выпендривайся и делай, что хотел.       Тхэ Джун скользил глазами по незнакомому интерьеру. Все довольно цивильно и даже роскошно. Настораживало, но не удивляло. Особенно с учетом того, чьим сыном был Октавио. Сейчас любая информация могла пойти на пользу. Закончив с делами, парень вновь вернулся к Сильве, ожидая, что тот заключит в свои собственные оковы.       — Ты сегодня даже не ел. Почему?       — Аппетита нет.       На удивление, парня не стали сковывать в движениях. Они прошлись обратно в комнату, с которой все и началось.       — Со мной тоже не будешь есть?       — Нет желания.       — Понятно. А чем занимался весь день?       — Как будто у меня был выбор, — раздраженно ответил мальчишка.       — Ну прости, я сегодня итак весь на нервах, совсем забыл тебе что-то оставить.       Сильва мягко поцеловал Тхэ Джуна в лоб.       — Зато эту ночь мы проведем вместе, хе-хе.       Чужие слова заставили вздрогнуть. Даже без каких-либо прикосновений пробежались мурашки по всему телу. Кажется, Сильва заметил это волнение.       — Оу, — его интонация резко сменилась, — ты напрягся. Подумал о чем-то? О чем-то плохом или… хорошем?       — О том, — мальчишка еле нашел в себе силы взглянуть в глаза Сильве, чтобы ответить, — о том, что сегодня я останусь не один.       — Ох, так ты скучал!       Октавио, словно довольный щенок, бросился с объятиями. Если бы у него только был хвост, в эту секунду он бы непрерывно им вилял.       — Кстати, милый, а когда там у тебя день рождение?       Почему-то Тхэ Джуну совсем не хотелось отвечать на этот вопрос. Было в чужих словах что-то странное, словно некая недосказанность. Хоть он и не видел лица Сильвы в тот момент, но парень готов был поклясться, что тот хитро прищурился.       — Молчишь, значит. Ну хорошо, я все равно уже знаю, что он скоро. К чему это я, — Октавио перешел на ласковый шепот. — Я хочу заняться с тобой любовью в этот день.       Дыхание опаляло бледную кожу и вызывало еще больше мурашек. Мальчика начало непроизвольно трясти.       — П-почему именно в этот день? — еле как выдавил он из себя.       - По правилам я не могу публиковать сцены соития с участием персонажей, не достигших возраста согласия.       -???       — То есть, ну это же романтично. Разве ты не находишь? Ох, не волнуйся, я подожду. Мы ведь никуда не торопимся, так? У тебя очень красивое тело, малыш.       Сильва уткнулся в шею, потираясь носом о нежную кожу. Он вдыхал запах чужого тела и на выдохе словно успокаивался. Сейчас мальчишке больше всего хотелось знать, что происходит там, снаружи, но меньше всего хотелось пытаться это выяснить. Был страх нарушить эту и без того наигранную атмосферу. Ведь оба понимали, в какой ситуации оказались, но решили умолчать. По крайней мере сейчас.       — А мы… мы будем этим тут заниматься?       — А? Ты хочешь где-то еще?       Казалось, этот вопрос изрядно оживил диалог.       — Не так я себе представлял свой первый секс. Я как будто в подвале…       — Ну почему как, — слегка виновато повторил Сильва и тут же продолжил, увидев чужое возмущенное лицо. — У меня было мало времени! Я пытался сделать что-то приличное.       — Понятно теперь, почему тут даже окон нет. Я тебе зверушка что ли? Даже света не вижу. Это между прочим не идет мне на пользу.       — Ну ладно-ладно, не бурчи, — Октавио взял Тхэ Джуна за руку и повел к выходу, — пойдем, покажу другие комнаты.       На вид здание было больше, чем оно казалось. По всей видимости, это какое-то загородное поместье. Живописные виды снаружи это только подтверждали.       — Вот здесь хочу, — юноша указал на одну из комнат. — Я могу здесь остаться?       Интерьер, как и сама комната, мало волновали Тхэ Джуна. Ему в целом-то лишь нужен был повод выйти из подвала. Он понимал, что перехитрить Сильву не составит труда, но и потерять его доверие было бы критичным и даже опасным для жизни. Однако Октавио все еще стоял в проходе. Так часто за один вечер. Серьезное выражение лица лишь добавляло волнения.       — Твоих родителей уже нет в городе, — Сильва сверлил взглядом мальчика, а его безжизненные слова пугали не хуже. — Они заявили о пропаже и даже наведались в мой дом с копами. Но мой вид говорил сам за себя. Я ведь тоже был напуган и чертовски озлоблен. Мне даже не пришлось притворяться, они сразу же поверили. Я пообещал, что подсоблю расследованию. И если хочешь, то ты можешь идти. Я серьезно.       Мнимая сказка рухнула буквально за пару секунд. К такому разговору Тхэ Джун явно не был готов. Вот так без предисловий, прямо в лоб. Он не нашелся, что ответить.       — Только учти, — продолжил Октавио, — что больше ты меня не увидишь. И помощи от меня тоже не дождешься. Ты теперь один. Понятия не имею, куда свалили твои предки, да мне, в общем-то, наплевать. Ни еды, ни крова. А здесь, со мной, у тебя будет все. И я буду любить тебя. Пока ты не предашь меня, я тоже останусь верным тебе — вот и все. Согласись, не такая уж и большая плата, а? Я многим жертвую и рискую по сей час. Но если ты не согласен, то прошу — ты можешь уходить. Держать тебя здесь силой я более не намерен.       Он отошел от двери в приглашающем жесте. Казалось, слова Сильвы были абсолютно правдивыми. Осталось только сделать шаг и этот кошмар кончится. Но шаг… куда? Они ведь даже находятся не в городе. За окном — ночная глушь. Куда идти и податься? Что делать после? Ни связи, ни телефона. Вот так за один день Сильва поставил выбор Тхэ Джуну: семья или любовь. Подростковая, но тем не менее весьма сильная. Мальчишка не хотел терять связи с Октавио, но сейчас все казалось до абсурда ужасным. И как в такой обстановке вообще принимать решения?       — Ну так что? — внезапный голос оборвал внутренний монолог. — Ты идешь?       «Какой же ты ужасный выбор мне ставишь, просто кошмарный… Я не хочу тебя покидать, но с тобой моя жизнь превратиться в ужасное нечто. Я хочу сбежать. Почему ты вообще действовал в одиночку? Почему ты не посоветовался со мной? Кусок идиота, думать научись, прежде чем делать. Что же ты натворил?..»       Тхэ Джун лишь помотал головой, в попытках сдержать слезы.       — Хорошо, — тон Сильвы смягчился, — значит, остаешься. Я рад этому. Завтра весь этот дом будет в твоем распоряжении как и горничная. Интернета здесь нет, но я уверен, ты найдешь, чем заняться. Мне снова нужно будет уйти по делам, но я обязательно вернусь вечером, мой мальчик. Прямо как сегодня. А теперь давай спать. Я очень вымотался за день. Уверен, ты тоже устал.       В кровати было тепло. Хотелось сейчас быть где угодно, только не в объятиях Сильвы. Там, на холодной улице, было бы лучше. Но мальчишка просто не мог сейчас отказаться от него. От единственного человека, от которого Тхэ Джун мог получить поддержку и заботу. Двоякие чувства разрывали изнутри. Отвращение граничило с привязанностью, которое перерастало в болезненное напоминание. Нужно чуть больше времени, чтобы решиться. На утро парнишка проснулся один. К его удивлению, Сильва успел слишком незаметно и тихо улизнуть. Даже тревожность и паранойя не смогли разбудить Тхэ Джуна. Первое же, что он увидел, это свой телефон на тумбочке. Парень мог поклясться, что вчера его не было. Небольшой презент? Мальчишка тут же уткнулся в гаджет. Сим-карта отсутствовала.       «Ну конечно же, еще бы он мне доверял. Хотя… связь то есть. Интересно, а смогу ли я подключиться к своему дрону без интернета? Знать бы еще, где я его оставил. Ну, попробовать стоит.»

***

      — Ты тоже слушаешь их? Божечки, как много у нас общего. Просто прекрасный день!       — Не могу не согласиться, Кайри, время я провожу чудесно. Ох, ты только посмотри, летательный дрон, — девушка указала в сторону источника шума. — Какие они прелестные.       — Подожди-ка, Ло, мне этот дружок кажется чертовски знакомым…