Вернуть назад возможность жить

Утром после завтрака Корвус позвал в кабинет Рабастана. — Я сейчас отправляюсь к Снейпам, у тебя есть еще, что добавить? — спросил он у сына. — Да, рядом с ними живет семья Эванс. Мать будущего героя, если ты помнишь. Я хочу чтобы ты заключил с ней контракт на вынашивания моих детей. Она красива и сильна, но совершеннейшая маггла с палочкой. Нам не нужна в роду такая. Зато ребенок от нее будет силен магически. Нужно вынудить ее подписать контракт до поступления в Хогвартс. Пока она не знает о магическом мире. — смело сказал Рабастан. Корвус задумался, герой судя по книгам был силен, а значит что такой шанс упускать не следует. Возможно девушка обретенная, маглокровка равная чистокровным. А Рабастан то хитер, и кровь обновится, хороший у него сын. И посмотрел на сына с гордостью и одобрением. — Тогда сейчас в банк, составлю контракт, а после уже в Коукворт. — сказал Корвус. — Ты молодец, сын, я горжусь тобой. Ну все иди, домовики там приготовили шикарный торт, так что можете с Руди сделать набег на кухню. Глаза Рабастана радостно зажглись, все-таки детское тело дает о себе знать. Психика ребенка более гибкая, на это и уповал Корвус, надеясь что годы Азкабана смоются из сознания сына. Рабастан чинно вышел из кабинета, прикрыл дверь, но потом послышался быстрый топот ног и радостный крик. Он звал Рудольфуса на кухню, за тортом. Корвус на всякий случай прихватил фиал с оборотным зельем, кровавое перо, и отправился в банк. В банке Гринготтс он попросил своего поверенного, составить контракт на вынашивание ребенка для Рабастана Лестрейндж, так чтобы эта девушка даже после вынашивания, не смогла больше иметь сексуальных контактов с другими мужчинами. Нечего плодить конкурентов. Не будет у Поттеров сильного наследника, раз Джеймс вырос идиотом, значит и внука испортят. Спрятав контракт в карман мантии и поблагодарив поверенного Корвус удалился из банка. Он аппарировал в городок, и на свою удачу увидел невдалеке двух девочек играющих на безлюдной полянке. Та что постарше была блеклой и какой-то бесцветной. Младшая же была яркой и уже сейчас красивой, и если судить по тому, что сестра звала ее Лили, то это и есть будущая мать героя. Корвус накинул на себя отвод глаз, и выпил оборотное зелье с волосом какого-то магла, который припас уже давно, на экстренный случай. Магл был молод и внешне вызывал доверие. Корвус усыпил старшую девочку и снял с себя чары отвода глаз. — Здравствуй, ты Лили Эванс? — с улыбкой спросил он у младшей девочки, и наколдовал ей букет цветов. Лили сначала испугалась, но детское любопытство взяло верх, над чувством самосохранения. — Да, я Лили. А как вы это делаете? И откуда меня знаете? И что с моей сестрой? — стала она задавать вопросы один за другим. На это Корвус лишь по доброму засмеялся. — Тише, дай хотя бы на один вопрос ответить. — утихомирил ее Корвус. — Твоя сестра всего лишь спит, нам волшебникам нельзя открываться простым людям. И да, Лили, ты тоже волшебница. Ты хочешь отправиться в одиннадцать лет в школу волшебников? — лукаво спросил Корвус, он мог прекрасно притворяться, когда ему это было надо. Лили радостно закивала, какой же ребенок откажется от такого. — Тогда тебе нужно всего лишь написать твое имя на этом пергаменте. Ты уже умеешь писать? — спросил Корвус. — Я могу писать, это не трудно. Я уже научилась писать свое имя. — радостно воскликнула Лили. — Но ты должна знать, что только самый стойкий волшебник пойдет в школу. Поэтому этим пером писать очень больно. Но ты же не боишься боли. — спросил ее Корвус. — Не струсишь? Лили конечно боли боялась, но разве она могла упустить шанс попасть в волшебную школу. — Я смелая! Я потерплю, правда-правда. — уверяла она волшебника. Она взяла кровавое перо, и написала на пергаменте свое имя, упорно стараясь не замечать боль в руке. Пергамент после подписания засветился и размножился. Корвус не боялся отдавать копию девочке. Ведь гоблинские чары скрыли имя Рабастана, и все что связанно с родом Лестрейндж. Он с улыбкой отдал ей копию контракта. — Вот, отдашь своим родителям дома. А на твой одиннадцатый день рождение, к тебе придет профессор из школы волшебства Хогвартс. И принесет письмо с зачислением в школу. После этого Корвус наложил снова на себя чары отвода глаз, и разбудил старшую девочку. Лили прижала к себе пергамент, и стала тянуть сестру к дому. Ей не терпелось поделиться новостями с родителями. Но каково же было ее удивление, когда ее мать прочла пергамент и расплакалась. Лили решила, что мама против ее поступления в школу. Но мать потребовала с Лили слово, что та больше никогда и ничего не будет подписывать без ведома родителей. Корвус же тем временем, в отличном настроении от проделанной задачи, шел в сторону дома Снейпов. Оборотное зелье уже перестало действовать, и он был самим собой. Он постучался в дверь дома. Ему открыла дверь избитая женщина, один глаз ее был заплывшим, и на всю скулу виднелся синяк. Было комично смотреть, как избитая магглом ведьма, гордо вскидывает подбородок. — Лестрейндж, — узнала его ведьма. — что вам здесь надо?! Убирайтесь. Женщина была в каких-то обносках, и ее гневный крик не произвел на него, никакого эффекта. — Эйлин Снейп, в девичестве Принц, я полагаю. — Корвус нагло зашел в ее дом и осмотрелся. Внутри дом был таким же убогим как и снаружи. Старая полуразвалившаяся мебель, обшарпанные стены, и разбросанные тут и там пустые бутылки из-под спиртного завершали унылую картину. — У меня есть для вас предложение, работать и проживать в моей аптеке в Хогсмиде. Как вам? — спросил Корвус. Он увидел маленького мальчика выглядывающего из-за старого дивана. — Мне ничего от вас не надо! — гордо вскинулась поеденная молью ведьма. — У меня все есть в достатке. Корвус красноречиво обвел взглядом дом, тем самым выражая сомнения в ее словах. — Да, я вижу. — кивнул ей Лестрейндж. — Эйлин подумай о сыне, если о себе не хочешь подумать. На эту фразу Эйлин гневно сверкнула глазами. — Из-за этого выкормыша моя жизнь пошла под откос. Он пугает и злит моего любимого Тоби, своими магическими выбросами. Зачем я его вообще родила, мы жили так замечательно с моим мужем до его рождения. — гневно орала ведьма. Ее сын втянул голову в плечи от ее слов. Невозможно описать горе в его выразительных, черных глазах. Он и не подозревал о ненависти матери к нему. Он привык уже видеть ненависть отца, но мать, она только сейчас показала свое отношение к Северусу. Корвус гневно сузил глаза. Чтобы чистокровная ведьма пренебрегала своим ребенком, да еще и ради маггла мужа. Это какой же нужно было быть тварью! — Это же твой сын! — повысил он голос на ведьму. — Твой, и твоего маггла! — Нет, он мой сын от Альфарда Блэка! Этот кобель соблазнил меня и бросил! Тоби, мой муж, принял меня беременную. Он был согласен растить его как сына, а этот неблагодарный выкормыш все испортил своими выбросами. — злая ведьма кричала о своем горе. Ей казалось, что она является пострадавшей стороной. Всю свою вину она перекинула на маленького ребенка. Терпение Корвуса лопнуло. — Тогда ты сейчас возьмешь пергамент и напишешь отказ от этого ребенка, что не претендуешь на него в будущем. Раз он не нужен тебе. — зло выговорил Корвус. Эйлин с радостью согласилась на это, ну что за непутевая мать?! Она спустилась в подвал за пергаментом и написала отказ от сына. Корвус настоял на подписи кровавым пером, Эйлин согласилась не оспаривая. Она уже мысленно, зажила в мире и любви со своим мужем, без бремени в виде Северуса. Спрятав отказ в карман, Корвус позвал малыша. — Северус, иди сюда и не бойся. Я не обижу тебя, у меня у самого двое сыновей. Пойдем со мной. Тебя больше никто не будет обижать. Я обещаю. Мальчик робко подошел к магу, он уже понял что не нужен матери и отцу. Что ему терять?! Корвус взял ребенка на руки и переместился в свой мэнор. Позвал Рудольфуса и Рабастана и попросил их помочь с одеждой, и показать комнату для Северуса.