Вернуть назад возможность жить

Лили сидела на подоконнике в своей комнате, она уже была на последнем месяце беременности. И ей скоро уже рожать, а она так своего и не добилась. Она сидела и вспоминала, как прошли разочаровывающие, месяцы ее беременности. Помнит как будто это было вчера. Вот она заходит в кабинет, вся такая нарядная и настроеная на победу. Но кто же знал, что в кабинете за столом сидел никто иной, как лорд Лестрейндж. Он оторвал взгляд на нее от бумаг, посмотрел на ее наряд и сказал. — Впредь будьте так любезны, мисс Эванс, одеваться в моем доме более пристойно. Вы не в бордель пожаловали, у меня приличный дом. Лили от стыда, не знала куда себя деть. — Застегните мантию, нам следует обговорить ряд вопросов. Присаживайтесь. — строго произнес лорд. Лили судорожно стала застегивать мантию, проклиная множество мелких пуговиц. У нее тряслись руки, и из-за этого она застегнула ее вкривь и вкось, что выглядело довольно комично. И поспешила присесть на кресло. — И так, мисс Эванс, — продолжил лорд. — зачатие лучше провести сразу. Оно будет происходить ритуально на камне рода, для этого вам нужно будет принять ванную с некоторыми травами. Лили пугали ритуалы, именно из-за страха она и отказалась от уроков ритуалистики, весть о камне рода привела в священый ужас. Читала она как-то, один женский роман, про секс на родовом камне. Неужели там удобно?! — А почему не как обычно в спальне? — спросила Лили. — Я же вам сказал зачатие ритуальное. Чем вы слушаете?! Я не буду заставлять моего сына с вами заниматься сексом, вы совершенно не в его вкусе. Лили было обидно знать, что к ней, не хотят даже прикасаться. Ей было сейчас даже плевать кто именно из братьев, хочет от нее детей. Самолюбие Лили корчилось в агонии, она с трудом заставила себя промолчать на это. Лишь только отпустила взгляд на свои руки сложенные на коленях. — Так вот, после ритуала вы отправитесь жить во вдовий домик, он находится на территории поместья. Вам запрещается приходить в главный дом, без предварительной договоренности. Если что-то понадобится спросите домовушку Лалли, я уже дал ей все инструкции, она будет за вами присматривать. С территории мэнора вам так же запрещено выходить. Впрочем, у вас и не получится. Перед ритуалом целитель вас осмотрит. Вопросы? — спросил Корвус. — А я разве не буду жить здесь? — спросила Лили. Она уже разработала мысленный план, по соблазнению любого из Лестрейнджа. — И как вы это себе представляете?! У нас бывают гости. Как можно оправдать здесь ваше присутствие?! Вам же самой будет неудобно потом встречать их где-то на улице, когда вы уйдете отсюда. — высказался лорд. — Вы могли бы сказать, что я помолвлена с вашим сыном. — промямлила Лили. — И пустить в народ необоснованные слухи?! Мерлин упаси меня от этой глупости. — отказался сразу Корвин. — Тем более у вас с моими сыновьями с первого курса натянуты отношения, и я не хочу им достовлять дискомфорт. В главном доме хозяйка Даниэла, жена Рудольфуса. Ей сейчас будет не до вас, у нее свои планы. Вас они не касаются. Лили закусила губу, весть что у этого великолепного дома уже есть хозяйка, ее расстроила. — А вы во вдовьем домике, будете иметь все необходимое. И не будете часто с нами встречаться без уважительной причины. — сказал с намеком лорд. Лили ничего не могла придумать, чтобы остаться в главном доме. Ей дали достаточно ясно понять, что ее не желают здесь видеть. — Лалли, отнеси сундук мисс во вдовий домик, и приготовь ее потом для ритуала. Вам, мисс, сейчас не желательно кушать, до ритуала. А потому придется потерпеть. Все идите, Лалли вас проводит до комнаты в которой вас проверит целитель. Лили встала и пошла за домовушкой. Все ее мысли были полны разочарованием. Подготовка к ритуалу прошла тяжело. Целитель ее проверил, но ей он ничего не сказал. Ритуал провели через пару часов, и домовушка перенесла ее в домик. Первое время Лили часто выходила в парк, в надежде встретить кого-то из хозяев мэнора. Но видела лишь издалека, как один из сыновей лорда катался на пегасе. Она не разглядела, кто из братьев это был. Да и пегасов она видела впервые в жизни. Домовушка приносила ей какие-то зелья, и строго следила за их приемом. Лили не боялась их принимать, не будут же Лестрейнджи вредить будущему ребенку. Но самих хозяев после ритуала, она так и не видела. С тех пор как живот стал отчетливо виден, она перестала выходить в парк и искать встречи с хозяевами. Лалли принесла ей платья посвободней, и следила, чтобы Лили не утягивала живот. Так и проходили ее дни, одиноко и тоскливо. Хотя она еще в Хогвартсе привыкла к одиночеству, но расстраивало ее все-таки больше, отсутствие возможности разбогатеть, выйдя замуж за Рабастана. Чем больше был ее срок беременности, тем чаще ее навещал целитель. Он много задавал вопросов, но сам почти не отвечал ей. Конечно ей не стоило, у него ничего выпытывать про Лестрейнджей, но она не могла удержаться. А вопросы о текущей беременности ее не волновали. Роды начались ночью, Лалли позвала целителя. И он пришел вместе с акушеркой, лорду Лестрейндж доложили о начале родов. Он и Рабастан сидели на первом этаже в гостиной. Лорд влил в своего сына успокоительное. И только поздним утром Лили благополучно разрешилась мальчиком. Корвус вошел в спальню и взглянул на ребенка, он был полной копией Рабастана, и ничего внешне от матери ему не досталось. Впрочем, все еще могло измениться. Корвус аккуратно взял малыша на руки, и пошел к двери, на полпути он остановился, и посмотрел на девушку. — Мисс Эванс, вы справились. А теперь вам стоит отдохнуть и набраться сил. — сказал лорд. — Постойте, я хотела бы назвать своего сына Гарри. — сказала Лили и требовательно на него посмотрела. — А почему не Добби?! Как домового эльфа?! — фыркнул Корвус. — Отдыхайте, мисс Эванс, это уже не ваша забота. И вышел из спальни, унося с собой внука. Рабастан подскочил к нему и с нетерпением заглянул в сверток. И тут ребенок заплакал? Видать что-то ему не понравилась, магия сверкнула, и вот уже стоят лорд и его сын в коридоре в котором отсутствует одна стена. Оба были потрясены таким ранним выбросом, да еще и очень сильным. Лорд попытался восстановить стену, но у него ничего не вышло, тогда он приказал сделать это домовикам. Хорошо еще что эта стена выходила на улицу и спальня где находилась Эванс не пострадала. Целитель выскочил из комнаты и посмотрел на них в шоке. Еще раз продиагностировал малыша. И заверил что все в порядке. Уже в главном доме, Корвус держал внука на руках и не хотел его выпускать из них. — Как назовем его, сынок? Мисс Эванс вот хотела назвать его Гарри. — весело сказал Корвус. — Может назовем его Генрих? — спросил Рабастан. — Ну что ж, Генрих это достойное имя. Пойдем в ритуальный зал. И все мужчины рода включая Рудольфуса, провели ритуал имянаречения. Крестным сына решили сделать Северуса Принца, как близкого друга Рабастана. А Лили через неделю покинула территорию мэнора, забрав ключ от сейфа. Ее еще какое-то время можно было увидеть на Косой Аллее, но где-то через пару лет она пропала совсем. Что с ней стало никого не волновало, у нее больше не было родных, друзей она за годы учебы тоже не завела. Так что ее дальнейшей жизнью никто не интересовался. Через год и Даниэла подарила Рудольфусу сына его назвали в честь деда Корвусом. Корвус был на седьмом небе от счастья, у него теперь два внука, которых он как дед имел право баловать. Рабастан учился на Мастера ритуалиста, Рудольфус перенял все дела от отца и освободил ему время для внуков. Впереди у них длинная жизнь, и они уж постараются сделать ее счастливой. * * * 1988 год. Лондон. В парке на скамеечке сидела женщина с девочкой, они выбрали это место, потому что тут было мало людей. Девочка не очень хорошо ладила со сверстниками. И им приходилось избегать их, внешне они были очень похоже, у обеех были лохматые каштановые волосы и карие глаза. И вдруг ее мама просто уснула на скамейке, девочка заволновалась и стала дергать ее за руку. И тут она увидела что за ней наблюдает какой-то мужчина. — Вы должны мне помочь, моей маме плохо. — потребовала она. — Нет. Я тебе ничего не должен, я тебя впервые вижу. — спокойно ей ответил мужчина и присел на лавочку. У девочки в глазах было море возмущения, она не привыкла к такому обращению. — Но ведь вы можете мне помочь? — спросила девочка. — Могу, но не должен. Разницу между этими словами я думаю ты знаешь. — и посмотрел на нее с ожиданием. Конечно она знала ее, но не привыкла ничего просить, ведь тогда могут и отказать ей. А когда требуешь, человек теряется и выполняет требования. Да и просить ей казалось унизительно. Она не смотрела на то, что выполнять ее требования тоже может быть унизительно для других. — Я помогу, но что взамен? — скучающе спросил мужчина. — Как это? — возмутилась девочка. — Ну, тебе нужна моя помощь, что ты готова дать мне взамен? Ты же не станешь меня использовать просто так?! — спросил он девочку. Она растерялась, ничего взамен у нее не было. А использовать она и в правду его хотела бесплатно. И только теперь до нее стало доходить, как это выглядит со стороны. Но она все равно не собиралась сдаваться. — И что вы хотите? — спросила она с подозрением. — Ты дашь мне клятву, на своей крови, что никогда не полезешь в политику магических стран, и никогда не будешь ничего требовать ни у кого, кроме своих родителей, мужа и своих детей. Думаю это справедливо, как считаешь? — спросил ее мужчина. — Магии не существует, я уже большая, я знаю. — важно сказала девочка. — Тогда ведь, ты, ничего не теряешь. — лукаво сказал он. И девочка согласилась на эти условия. После произнесения клятвы, мужчина вдруг исчез, а ее мама проснулась. Девочка никому не рассказала об этом случае, боялась что ее сочтут лгуньей. Но она не раз пожалела о своей клятве, ничего не требовать от посторонних людей. Сколько раз она хотела потребовать у мальчишек в классе, чтобы они перестали баловаться и хорошо учились. Но даже рот не могла открыть, чтобы это произнести, а что-то попросить ей и в голову не приходило. А когда спустя годы она узнала, о магическом мире, она разозлилась еще больше. Там все было по старинке, и все было ей чуждо. Она хотела все это перекроить и переделать, но данная в детстве клятва, уже закрыла ей двери в политику. Еще и министерский работник, взял у нее клятву о соблюдении Статута Секретности. Она очень злилась на себя за данные клятвы, но поделать ничего не могла. Больше она этого мужчину не видела никогда в жизни. Вот так и не состоялась карьера в политике у Гермионы Грейнджер. После окончания Хогвартса, она стала работать в библиотеке школы. И так и не сумела переделать магический мир под себя.