НИЧЕГО ОБЩЕГО

***

Ничего общего.       Они друг другу никто. Они встретились случайно, почти два года назад.       Один выходил из здания, где походила конференция предпринимателей. Второй, именно в это время решил порадовать свою сестру, работающую в этом же здании, стаканчиком ванильного латте.       Они столкнулись случайно. Один спускался, второй поднимался. Они друг другу никто, ничего общего. Их взгляды пересеклись на три секунды, не больше. Разве это может хоть что-то значить в масштабах вселенной? Абсолютно ничего. Именно так и подумали оба в тот момент. Один предприниматель, совладелец крупного бизнеса, который получил по праву мужа, богатой наследницы. Второй учитель в детской школе искусств, музыкант, живущий с очаровательной девушкой и милым щенком.       Один живет в Пусане, другой в Тэгу. Они никогда не должны были встретиться по всей логике вещей. Но кого она вообще интересует, эта ваша логика?       Когда спустя 30 минут один заходит в кофейню, в пяти километрах от места, где они встретились, второй оказывается там. И такое тоже бывает, скажете вы. Конечно бывает, кто-ж спорит. В жизни вообще всё бывает. — Привет. Полагаю, если мы за один день встретились дважды, имеет смысл познакомиться, я Ким Тэхён, — молодой человек улыбался глазами и протягивал руку другому. — Привет, Чон Чонгук, — протянул руку в ответ.       Простое приветственное рукопожатие, в обычной очереди, обычной кофейни, обычным будним днем… Тогда почему ощущения такие НЕобычные, от этого касания рук? Почему новые отряды муравьёв вверх от запястий до позвоночника? Почему тепло от касания превращается в пожар и почему оба не спешат размыкать руки? Застыли как каменные изваяния, как будто увидели какую-то страшную тайну в глазах напротив, или заглянули в самые глубины неизведанного, куда обычным смертным вход заказан? Громкий оклик бариста выводит из оцепенения, они делают заказ и устраиваются за маленьким столиком у окна, в самом углу, как будто хотят спрятаться от этого мира, как будто предчувствуют что-то неправильное от этого знакомства.       И неловкость странная, ведь они друг другу никто, но она быстро рассеивается, потому что беседа завязывается, натянутые струны ослабевают, потому что интерес неподдельный, потому что хочется узнать человека напротив.       И желание это такое большое, одно на двоих. Оба не понимают, зачем, но не могут остановиться. Говорят, говорят, задают вопросы, внимательно слушают ответы. Потому что правда интересно, не из вежливости, нет, из самого настоящего интереса. Они как будто жажду пытаются утолить, насытиться друг другом, но понимают что этого мало.

***

      И снова неловкость. Кофе выпито, сэндвичи съедены, три часа пролетели как три минуты, а что дальше? Расставаться нет ни сил не желания и оба это понимают. — Я завтра вечером обратно в Пусан, может заглянем клуб, только если ты хочешь, — спрашивает Чонгук, стараясь выглядеть непринужденно.       Он при всём желании не сможет объяснить своих мотивов. Он успешен, красив, пользуется успехом у женщин, женат на одной из первых красавиц Пусана. Никогда, даже в годы бурного студенчества мужчины его не интересовали, так почему сейчас, пока он ждет ответа, от напряжения сводит поясницу?        Чонгук держит руки под столом, потому что кончики пальцев дрожат. Он ещё там, у здания конференции, понял, что с ним что-то не так, когда внутри что-то шевельнулось, в известном смысле, при взгляде на парня. Потом, сидя в машине успокаивал себя тем, что просто парень слишком красивый, а женщины давно не было, он уже неделю в Сеуле, некогда было отвлечься. Но когда в кафе, их руки встретились, понял, что пропал и дело не в отсутствии женщин. Он хотел конкретно этого человека. — Я не против, только, наверное нужно переодеться. Я тут недалеко, в отеле остановился, мы можем позже встретиться.       Тэхён приехал из Тэгу на несколько дней. Он заказал пол-года назад саксофон из Америки и его наконец доставили в Сеул. Он мог ещё подождать неделю, ничего бы не случилось и инструмент бы доставили в Тэгу, но он решил поехать сам. Заодно и сестру проведал. — Я на машине, отвезу тебя и подожду, — Чонгук не хотел расставаться, помните же? — Только если ты сам хочешь, — Тэхён тоже всё понимал.       Его влекло к этому человеку. Сильно. Не только физически. У Тэхёна и раньше случались истории с мужчинами, но мимолетные. Всё же когда ты привлекателен внешне и любишь секс, сложно устоять от соблазнов и экспериментов, да и зачем? Сейчас в его жизни была Лин, но это не повлияло на сильное влечение к Чонгуку здесь и сейчас.       Оба подумали, а почему бы и да. Они из разных городов, у них ничего общего, это просто увлечение на один вечер, они разъедутся и никогда больше не встретятся, возможно будут вспоминать, как интересное приключение. Всё именно так, ребята, усмехнулась тихонько судьба. — Подождешь, или поднимешься? -с просил Тэхен, когда они подъехали к отелю. Он повернул голову и вглядывался в красивый профиль парня, который напряженно смотрел перед собой, как будто что-то решая для себя в этот момент. — Я поднимусь с тобой, не хочу сидеть в машине, — уверенно ответил Чонгук и отстегнул ремень безопасности. Оба Чувствовали некоторую неловкость, и она усилилась, когда парни оказались в номере. Их тянет друг к другу, но они почти незнакомцы, каждый опасается сделать первый шаг, чтобы не испортить всё, чего ещё, по сути, нет. — Ладно, Чонгук, ты мне нравишься, — Тэхён решился на первый шаг. — Я пойму, если это для тебя не приемлемо, и ты можешь уйти прямо сейчас, но так лучше, чем притворяться, что ты мне интересен только как приятель и случайный знакомый. Тэхён решил что оба заслуживают честности, он не хотел играть с этим парнем, флиртовать и пытаться понравиться, он просто его хотел. И если Чонгук сейчас развернется и навсегда уйдет, это будет правильнее по отношению к нему, так лучше, честнее. Чонгук стоял у окна, рассматривая город, засунув руки в карманы брюк и молчал. Он и не собирался уходить, ведь Тэхён только что озвучил то, о чем сам Чонгук думал, но молчал. В номере несколько минут стояла абсолютная тишина, такая, что было слышно дыхание. Немного сбившееся, сдерживаемое. Тэхён, казалось, все это время вообще не дышал. Чонгук отворачивается от окна и делает несколько шагов по комнате и не понятно, он собирается уходить или приближается. В его глазах невозможно ничего прочесть, взгляд в пустоту, он делает еще шаг и вплотную приближается к Тэхёну. — Я не уйду, — одними губами произносит Чонгук, но Тэхён его слышит, понимает и притягивает к себе, обхватив руками за талию. Чонгук в ответ хватается за плечи Тэхёна, сам прижимается, льнет, утыкается носом в шею и впервые вдыхает его, этого странного человека, к которому непреодолимо тянет. От Тэхёна пахнем одеколоном с теплыми древесными нотками, его кожа горячая и нежная как шелк. Чонгук ощущает её своими пальцами, которыми поглаживает открытую шею, забирается под ворот, пытаясь получить больше, он хочет потрогать его везде, узнать полностью, это похоже на одержимость, чего Чонгук раньше за собой не замечал. Тэхён заключает в свои объятия Чонгука и понимает, что прямо сейчас не способен его отпустить даже если он попытается уйти. Объятия эти, самое волнующие событие для Чонгука. Он даже мысль никогда не допускал, что может возникнуть связь с мужчиной. Его немного трясет, но Тэхён успокаивает. Нежно держит в кольце своих рук, окутывает своим теплом. Внутри Чонгука происходят всякие противоречивые процессы. Воспитание, общественные стереотипы, что однополые отношения, это грязно и аморально. Но его тянет, невыносимо, отчаянно и страстно. Они друг другу никто, случайные знакомые, но губы ищут и находят другие губы. И происходит взрыв, рушатся все стены из противоречий, моральных устоев и прочей ерунды, потому что прямо сейчас, это так хорошо, так невыносимо сладко, до дрожи, но головокружения. Они целуются. Нежно, без напора, узнают друг друга, пробуют на вкус. Тэхён отстраняется первым, заглядывает в глаза, как будто опасается, что поторопился, напугал напором, но Чонгук смотрит мягко, в черных круглых глазах намешано столько эмоций, что Тэхён понимает, он пропал и это точно связь не на один раз. — Прости, я…наверное… — Тэхён мямлит, просто не знает, как объяснить этот поцелуй. — Все нормально, мы оба этого хотели, — Чонгук гладит печи парня и прижимаемся всем телом, пытаясь быть как можно ближе, — Я ещё хочу и не только поцелуев. — Тогда может не нужен нам ни какой клуб? Закажем еду в номер? — Тэхён и сам не хотел тратить время на всякие клубы, ему хотелось как можно больше времени провести с этим удивительным и таким притягательным парнем, ведь завтра они расстанутся, но сам предложить остаться не решался. И что с этими двоими не так?

***

А потом наступила Боль. Вот просто так, без видимой причины. Как наступает ночь. Окутывает своей темнотой, поглощает все вокруг. Звуки, краски. Как будто ничего больше не существует. Кроме адской, душераздирающей боли в области груди. От которой дышать невозможно. Но видимых причин-то нет. Поэтому необходимо делать вид, прилагая огромные усилия, что все в порядке, все хорошо, все как прежде. По большому счету ведь ничего не изменилось, если смотреть в масштабах вселенной. Два совершенно чужих друг другу человека вернулись в свою привычную жизнь. Дом, работа, друзья, семья, ежедневный круговорот дел. Только две маленькие души, в этой огромной вселенной не хотели мириться с тем, что их разлучили, и от этого доставляли своим владельцам невыносимую боль. Они это не специально, вы тоже должны их понять, просто по другому их в школе человеческих душ не научили. Там, на скучных уроках по соумейтству они сидели за одной партой и тыкали своими носиками в один учебник, где звездным по небесному было написано, если встретились две родные души в телах своих земных, ни при каких обстоятельствах не позволяется отпускать её. Вот они и не отпускали, ведь в том классе даже чертям было понятно, что этих двоих, при случае, даже варить придется в одном котле. Ну вот бывают такие аномалии, в их тонком мире. Когда слепляются так, что даже в воплощении магнитиков на одном холодильнике они непроизвольно приползают друг к другу и фиг отлепишь. Вот вы скажете, значит нашим парням повезло, встретили друг друга, нашли среди миллиардов, а вот не тут-то было. Везением это можно назвать с очень большой натяжкой.       То утро в отеле, когда один спешил на поезд, другой на самолет, на самом деле было ужасным. Потому что пообещали друг другу, что продолжения не будет. Точку поставили. Ведь так будет правильно, решили они. Ведь они друг другу никто, между ними ничего общего. Хотя… Теперь у них была уже по крайней мере одна общая ночь, в одном номере, в одной кровати, которая на эту ночь тоже стала общей. Но ведь это ничто, по сравнению с тем, что наполняло их жизнь вне этих стен. Оттого и решили парни не портить друг другу жизни, в которых у них ничего общего. Несогласны! В унисон прокричали их родственные души, у которых любовь взаимная между прочим не одним столетием проверена, но их мнения никто не спрашивал, а внезапную боль в груди и ком в горле оба искусно спрятали при прощании, на пороге маленького отельного мирка.       Взгляды прятали свои, но искали чужие, еще хоть раз увидеть эту глубину невозможную, еще один вдох уткнувшись в волосы, чтобы запечатлеть, запомнить, украсть, унести с собой этот воздух, без которого теперь как дышать-то?       И мысли у двоих в этот момент одинаковые, что не имеют права забирать себе, не правильно это. Что это только мои дурацкие чувства, человек напротив может и не чувствует ничего такого, просто интрижка легкая, приключение в командировке. Не нужно на него вываливать всю ту лаву раскаленную, что внутри бурлит. Месиво это из страсти всепоглощающей, любви неземной и зависимости дикой, которое вдруг возникло за одни сутки всего, что они знакомы. Сам справлюсь, мужик я или где. На том и расстались. Но номерами обменялись. Ну не было сил оборвать все связи. Хоть тоненькую ниточку, связывающую их оставить было жизненно необходимо. Так, чтобы не сдохнуть от нахлынувших эмоций. Чтобы души их дурацкие не повыдирали нахрен грудные клетки, вырываясь на встречу друг другу. Но поддерживать связь постоянно отказались. Так легче, решили они. Ага ага, покивала судьба.       С болью приходилось справляться. Днем еще было терпимо, дела, заботы. У Тэхёна вон, детей полный класс. Все требуют внимания и полной вовлеченности. С детьми проще, легче. Они эту боль нейтрализуют, заполняя вокруг все пространство своей неуемной энергией.       А у Чонгука бизнес, там тоже все внимание необходимо, дела сами себя не сделают, партнеры опять же. Отвлекаться некогда. А вот ночи, это же наказание сплошное. Все мысли тебя просто силой ведут к одному человеку, с которым у вас ничего общего.       А еще, саксофон у Тэхёна оказался бракованным. Он почему-то совершенно отказывался играть по нотам. Все время выдавал мелодии странные, протяжные, грустные, но бесконечно прекрасные. Как тот человек, о ком думал Тэхён когда ночи напролет ваял эти самые мелодии, не выпуская инструмент из рук. Через эти прекрасные переливы звуков выпуская из себя всю боль, накопленную за день, когда н думал о НЁМ. Девушка его жаловалась, что отдалился, истерики закатывала. Тогда Тэхён брал саксофон, Ёнтана и уходил в гараж, где без устали прикладывал свои губы к мундштуку инструмента и выпускал через него все то желание, прикасаться губами к тому, далекому, но такому необходимому. Казалось, только благодаря тому, что выпускал свои эмоции через музыку и был до сих пор жив. Ну и пёс конечно же, тоже много значил в его нынешнем существовании. Ведь он всегда поддержит, всегда рад. Всегда согласен с тем, что рассказывает его непутевый хозяин и просто любит его именно таким, дурацким, неидеальным и с тем, другим, который накрепко поселился в сердце. Чонгуку было сложнее. Намного. Там и статус ко многому обязывал, и жена, благодаря которой он имеет все, о чем эта самая жена тыкает ему в любой подходящий момент. И друга у Чонгука не было, такого как Ёнтан, чтобы понимал и любил. А боль была. Разрывала изнутри. И немного отпускало лишь поздними вечерами, когда он спускался в спортивный зал своего дома, надевал боксерские перчатки и лупил со всей своей дури по груше. Лупил остервенело, выпуская всю боль и отчаяние, которых он как генератор вырабатывал в своем организме все больше и больше день ото дня. Сегодня он колотил свою несчастную грушу с таким отчаянием, что и она не выдержав напора все же сдалась. Разорвалась по шву и на пол потек песок. Чонгук обессилено рухнул на колени. Стянул перчатки и впервые дал волю слезам. Ровная струйка песка искажалась в его глазах из-за слез, которые ручейками лились по щекам и капали на песчаный холмик. Он плакал совершенно беззвучно, просто лился поток слез, молча. А внутри бушевал ураган, он орал во все горло, вместе с душой своей раненной. Он проклинал тот день, когда поперся в этот Сеул. Но потом осознал, что тот день был, пожалуй, самым ярким и теплым днем в его жизни. Он проклинал себя за то, что несвободен, связан по рукам и ногам этими семейными узами, которые тогда, в другой жизни, считал большой удачей. Как так вышло, что все изменилось? Не хочется больше ни бизнеса этого, ни жену свою, красавицу, хоть и стерву редкостную. Как он раньше этого не замечал? Как вообще так получилось, что он добровольно отдал всю свою жизнь под контроль этой женщине? И какого хрена его это устраивало?       В общем страдали все. И два человечка, маленьких и незначительных, если посмотреть в масштабах вселенной. И две души их, которые отказывались слушать все логические доводы человечков этих, вот подавай им соулмейта своего и все тут! И женщины их тоже страдали, по-разному конечно, но все же.       Девушка Тэхёна любила его искренне и понять не могла, почему, за что он так с ней. А Тэхён то ничего и не делал плохого. Относился хорошо, не обижал. Вот только без чувств все. А что поделать, когда чувств этих ну нет больше, а совесть есть. Поэтому он набрался смелости и поговорил с ней. Все рассказал. Без деталей конечно. Но самое главное, признался что любит. Себе в первую очередь. Что не страсть это вовсе и не увлечение, а самая настоящая любовь. И будет честно если они расстанутся, так как нет, не разлюбит, не не сложится у них больше, нет, не скажет, кто ОНА. Поскандалили конечно, как без этого, но в итоге расстались. И пса своего верного даже удалось отвоевать, не без потерь естественно. В обмен на друга, машину свою отдал, да и хрен с ней. С недавних пор Тэхён был точно уверен, что материальное не стоит таких сокровищ как любовь и искренняя дружба. Так и остались они втроем. Тэхён, Ёнтан и саксофон. А, нет, еще был номер Чонгука, забитый в телефонную книгу и отрытый прямо сейчас уже в стотыщмилионный раз. — Люблю       Тэхён даст голову на отсечение, что эти шесть букв сами набрались. Без его ведома. Может это душа уже настолько задолбалась от этих страданий и сама завладела двигательными функциями человека своего непутевого, а может Тэ просто был в состоянии аффекта, когда выдав очередной шедевр, саксофон был отложен в сторону, и руки просто по инерции, как по клавишам набрали это слово, в котором были зашифрованы гигабайты тех самых эмоций, чувств и действий и нажал на кнопку ОТПРАВИТЬ. Видимо это была уже точка невозврата. Или сейчас или никогда потому что не выживет больше, погубит душу свою влюбленную и сам не вынесет.       Песчаный холмик на полу рос и Чонгуку казалось, что это он тонет в этом песке. Лежит себе на полу и просто наблюдает как все больше и больше засыпает его жизнь. Дышать все сложнее, и выхода не видит совершенно. Думаете он не пытался выкинуть Тэхёна из головы? Забыть, стереть, как будто и не было его. Ведь жил же. Нормально. Все устраивало. Пытался. Заставлял. Но все бесполезно. Хотелось к нему. Все бросить и к нему. Но как бросить-то? И не факт что Тэхёну это вообще нужно. Может и не вспоминает совсем. Ведь ни разу не написал и не позвонил. Чонгук тоже нет, но ведь решили же так. Оба. Одно время, когда было совсем плохо, когда хотел все бросить и рвануть в Тэгу, к нему, Чонгук решил, что для этого должен быть знак, хоть какой нибудь. Что-то типа подсказок вселенной, что он все делает правильно. Но подсказок не было. И вот сейчас, сидя на полу, в полумраке пустого зала, заливая слезами песочный холмик, который все рос и рос, высыпаясь тонкой струйкой из разорванной боксерской груши, он решил сдаться. Не ждать ни каких знаков, не трепать себе нервы по поводу вероятности потерять семью и бизнес, не страдать по поводу того, что влюбился как дурак в мужика с которым у него ничего общего. Отпустить все к хренам. Пусть будет как будет. Всей. Устал. Точка.       Где-то на скамейке звякнул телефон. Оповещая о входящем сообщении. Сердце подпрыгнуло, затрепыхалось. А вдруг! Но разум тут же охладил пыл, пока он поднимался с пола и шел к телефону.Три часа ночи. Скорее всего какое нибудь оповещение идиотское, типа завтра ветер, будьте осторожнее. Но, господибоже! Твоюмать! На экране горит одно сообщение от НЕГО! Руки не слушаются. Сердце колотится так, что кажется еще мгновение и разорвется к хренам. На секунду Чонгук завис. Не может решиться открыть. Что там? Вдруг это то, Что прямо сейчас изменит всю его жизнь. Почему он написал? Три месяца молчал и написал? А может что-то случилось и он в беде? Мысли носятся в голове со скоростью света, сбивая одна другую. Задерживает дыхание, чтобы унять уже эту дрожь в руках, успокоить сердце и открывает. — Люблю И все. Да. Это то, что изменит его жизнь. Да, это то, чего он так боялся и так ждал. Как хорошо, что Чонгук позаботился о шумоподавлении, когда обустраивал себе этот зал для тренировок. Потому что тот крик, который сейчас рвался из него, мог нанести ущерб психике многим людям, которые спали себе спокойно в своих домиках, не подозревая, что прямо сейчас, в подвале соседнего дома, один человек получил свой самый главный и долгожданный знак. Его ЛЮБЯТ! Его душевные терзания были не просто так. Его не забыли. — Можно позвонить? Чонгук немного перевел дух. Пришел в себя. Понял что произошло, принял и написал ответ. Вернее вопрос. — Да Прилетело через секунду. -Прости, я наверное тебя разбудил? , -первое, что слышит Чонгук, когда после первого гудка сразу же сняли трубку — Здравствуй Тэхён. Нет, я не спал. — То, что ты написал, это…. — Это правда, Чонгук. Прости — За что ты просишь прощение? -Чонгук слышал этот глубокий бархатный голос и его душа расцветала прекрасными благоухающими цветами. — Ну, мы же договорились не звонить друг другу, а я не сдержал обещания. Но я больше не мог, мои чувства оказались сильнее меня, возможно тебе это и не нужно вовсе, сам не понимаю, зачемя все это тебе говорю, но… — Тэхён, можно я приеду, -Чонгук остановил поток слов парня, потому что осознал, что не в силах больше быть без него. Ни дня, ни минуты бездействия больше не вынесет. — О… Да… Конечно. Я пришлю тебе потом адрес. — Сейчас, Тэхён, отправь его сейчас. Я выезжаю сейчас.       Через минуту на телефон прилетел адрес. Чонгук наскоро принял душ, натянул первые попавшиеся под руку вещи, взял документы, бумажник, ключи от машины и спустился в гараж. Час. Всего лишь час отделяет его от человека, к которому так рвется душа. Через час он его увидит. Господи, неужели это происходит реально?

***

      Заливистый лай заставил Чонгука улыбнуться, когда он, дрожащей от волнения рукой нажал на кнопку звонка. Он выдохнул, закрыл глаза, как будто готовясь нырнуть в глубины океана. А он и нырнул. Потому что опомниться ему не дали, когда распахнулась дверь и его мгновенно втянули внутрь квартиры, схватив за руку.       А дальше объятия, такие долгожданные и такие родные. Эти губы сладкие, руки нежные и сильные. Нет, они не целовались и не обнимались. Они растворялись друг в друге. Проникали под кожу. Впитывали, отдавали, забирали себе. Насовсем. Заграбастали, чтобы больше никому никогда. Только себе, только себя.       А вот души их, те да, целовались и обнимались. Им то что, они то знали, что все равно друг от друга никуда не денутся. Они то обречены быть вместе. На сотни и тысячи лет вперед.                                           

***

      — Спокойно парни, ну что это такое? Причитал Чонгук, собирая мелкие обрывки какого-то журнала, которые псы отобрали у одного старичка в парке. — Танни, ну ты-то взрослый мужик, что ведешь-то себя как Пам? Два пары глаз виновато следили за хозяином, сидя на травке рядышком друг с другом и виляя хвостиками. — Сейчас придет папа, я ему на вас пожалуюсь, пусть вам будет стыдно. Но оба пёселя уже не слышали чонгуковы ворчания, так как унеслись навстречу папе, который шагал по дорожке улыбаясь своей дурацкой, но самой прекрасной в мире улыбкой.       Чонгук собрал все бумажки, выбросил с мусорный бак и заметил, как его любимый человек ловит в свои объятия их общих собак. О да, теперь у них было много общего, да что там скромничать. Всё!       После той встречи ночью, у Тэхёна дома, парни больше не расставались. Не смогли просто. Не сказать что все у них было гладко, как по маслу, как поется в одной известной песне. Трудности были большие. Чонгук потерял практически все, когда сообщил своей жене о намерении развестись. Естественно, оскорбленная женщина, да еще и с влиятельным папочкой не спустили этого с рук Чонгуку. Он не просто лишился бизнеса, но и репутации (жена постаралась)       Тэхён тоже был вынужден уволиться из школы. Так как отношения свои парни скрывать не хотели. Не кричали на всех углах конечно, но и не прятались по тем же углам. Решение пришло само, неожиданно и кажется, двоим одновременно. — Ага, конечно. Ну ладно, пусть они так думают. — Согласились их души, счастливые до соплей, но все же мудрые, давно живут всё же, в отличии от этих двух.       В общем, Чонгук и Тэхён уже пять лет живут в Канаде. Купили небольшой домик в пригороде Торонто. Они поженились и завели еще одну собаку. Чтобы Ёнтану не было обидно и грустно, когда каждую, каждую, мать твою ночь его выставляли за дверь спальни. Как будто он не человек и не член семьи. Обидно знаете ли.       Зато потом появился Пам. Танни абсолютно уверен, что это его заслуга. Так как считает, что ссать в тапки, в воспитательных целях, метод безотказный. А еще, после переезда, в один из теплых уютных вечеров, когда на улице собачий холод, а дома любимый человек, вкусная еда и огонь в камине, Тэхён показал Чонгуку музыку. Ту что родилась в муках разлуки и принятия этой не самой простой, но такой сильной любви. И музыка эта как впечатлила Чонгука, что он просто не мог поступить так эгоистично по отношению к миру, как это хотел сделать Тэхён. Оставить только себе. Имея предпринимательскую жилку и получив дополнительное образование продюсера, Чонгук заявил миру о своем самом прекрасном артисте. И мир этого артиста принял. И музыка Тэ уже тронула сердца миллионов людей по всему миру. Потому что было в ней столько любви, что лилась она потоком, неиссякаемым, а наоборот наполняемым. Потому как любовь, если она настоящая, имеет свойства гореть ярче, расширяться, увеличиваться, как огонь практически. Так и живут эти двое. Наполняют друг друга любовью до краев, счастливы до безумия. А казалось бы, ничего общего.