Любить по-настоящему

♡

Сколько бы не прошло времени. Сколько бы они не видели друг друга. Традиции остаются теми же. Точнее, игра «камень ножницы бумага» останется для них способом, который решает их судьбу. Ведь они принимали это слишком буквально. — Только давайте без обид, ладно? — спрашивает Хисын лишь потому, что это происходит не в первый раз. — Да здесь даже обсуждать нечего. Всё равно кому-то из нас придётся мыть посуду, — хмыкнул Джей, мыслящий ну слишком рационально, и это ещё после пьянки прошлой ночью. Может всё потому, что он съел вдвое больше, чем обычно. — Мы уже делали это много раз, так что всё нормально. Эта игра всегда решает за нас нашу судьбу, даже если не всегда справедливо. Именно поэтому в большинстве случаев я проигрываю в «КНБ», — грустно говорит Чонвон, разъясняя факты. Ему просто не везёт. — После того, как мы чуть не устроили пожар так ещё и сломали ракетку, из-за чего мы не сможем поиграть сегодня, — посмотрев на Чонвона, сказал Джейк. — думаю, что это будет самая легендарная уборка. — Ты просто так подбадриваешь. Всё равно все знают, что посуду буду мыть я, — тяжело вздохнув, Сону уже предвкушает проигрыш. Может, сегодня удача будет на его стороне? — Да ладно тебе, просто судьба знает, что ты уже натренированный, у тебя это лучше всех из нас получается, — хихикнув, говорит Сонхун, выставляя кулак вперёд. Кто-то закрывает глаза, кто-то отворачивается. Всем страшно смотреть, ведь сейчас решается судьба каждого из них. Кто будет отдыхать, а кто мыть посуду? Это ещё никогда не было настолько волнительным. Когда хором прокричав заветные слова, наступает секундная тишина, прежде чем на весь остров слышатся ликующие крики Сонхуна и Чонвона. Они обегают стол, чтобы крепко обняться, осознавая свою победу. Покрутившись в объятиях несколько раз, они сдерживают себя от поцелуя. — Ну ладно, сегодня вам повезло, — прищурившись, говорит Джей, волнуясь за себя мысленно. Шансы отдохнуть уменьшаются. Через несколько секунд слышатся такие же крики Джея. Сону начинает нервничать. Потом выходят и Ники с Джейком и Хисыном. Сону становиться плохо. — Да бли-и-и-ин! — почти визжит Ким, размахивая руками. Удача его активно избегает. Ребята продолжают ликовать, смеясь над раздражённым Сону. Можно подумать, им доставляет это лишь радость. На самом деле так и есть. Эта игра никого не жалеет. — Хочешь, я помогу тебе? — осторожно подходит к нему Рики и наклоняет голову, заглядывая в глаза. — Не слушай их, — махнув в их сторону рукой, он заключил старшего в объятия, зарываясь пальцами в волосы на затылке. Позади послышалось протяжное «у-у-у», но им было всё равно. Ребята переглянулись и разошлись кто куда, оставляя их наедине с собой и грязной посудой.

•••

Прошла где-то неделя с того момента, как Сонхун спросил у Яна про его родителей. В этот же день Чонвон говорит ему, что сегодня день рождения у его мамы. — И ты серьёзно говоришь мне об этом только сегодня?! — кричит в трубку телефона Пак, резко открывая дверцу шкафа с одеждой. — Да, так что быстрее собирайся, буду через полчаса. Сильно не заморачивайся, нам ещё в магазин надо зайти, — спокойно говорит тот. Чонвон заходил в библиотеку после занятий, так что теперь приходиться мчатся в общежития, что не очень получается. — Ладно, но когда приедешь, я тебя убью, — грозно говорит старший. — И я тебя люблю, — отвечает Ян, завершая звонок. Сонхун тяжело вздыхает и откидывает телефон на кровать, продолжая рыться в одежде. Спустя примерно двадцать минут дверь в комнату открывается, в проходе стоит запыхавшийся Чонвон. — Ну хё-ё-ён! Я же говорил тебе, не заморачивайся, а это что? — он проходит в комнату, продолжая смотреть на старшего с протянутой рукой. Сонхун знает, что это не просто встреча с его семьёй, это встреча в день рождения его обожаемой мамы. Именно поэтому сейчас на нём тёмная рубашка с закатанными рукавами почти по локоть, такие же чёрные джинсы с тонкой цепочкой на бедре слева. Когда он успел сделать укладку? — мысленно задаётся вопросом Ян. Ещё и сидит перед зеркалом, надевая на запястье аккуратный браслет, который подарил ему Чонвон. — Это встреча с твоей мамой, которую ты очень любишь, у которой день рождения, так что я не могу иначе. И не ной, лучше помоги, — у него появились затруднения с застёгиванием этого же браслета. — Ой, хён, ты продолжаешь его носить? — посмотрев на браслет, Чонвон вспомнил, что это его первый подарок от него в качестве его парня. Он застегнул его, красиво устраивая на руке. — Конечно, ведь это ты мне его подарил, — когда тот с улыбкой на него посмотрел, он подмигнул ему, замечая на шее свой подарок, который он ему сделал после приезда с острова Чеджу. — Ты же мой носишь. — Я совсем недавно его от тебя получил, а этот браслет… — Самое дорогое, что у меня теперь есть, — продолжил Хун, с теплотой посмотрев на него. — А, после тебя, конечно. Чонвон лишь хмыкнул, отворачиваясь от него и скрывая глубую улыбку. — Что такое? Тебя это смутило? — усмехнулся старший, хватая его за запястье, развернув к себе лицом. Чонвон закусил губу, разширив глаза. — Нет! С чего ты взял? — он невинно улыбнулся, из-за чего на его щеках появились ямочки. Это слабое место Сонхуна. Именно поэтому он потянул его за запястье и усадил к себе на колени и, обнимая за талию, чмокнул в щёку. — Ты палишься. Слишком очевидный со своей этой глупой улыбкой и ямочками. — Тебе не нравятся мои ямочки? — нахмурился Ян, сводя брови вместе. И только Чонвон не знал, что выглядит так ещё милее. — Очень нравятся, — в подтверждение своих слов старший принялся безостановочно целовать то одну щёку, то другую. Тот начал отпихивать его, вертя головой. — Прекрати! Иначе позже я буду не в силах тебя остановить, что приведёт к тому, что мы опоздаем, — в этот же момент поцелуи прекратились, а Сонхун так и замер близко-близко от его лица. — Ты прав, — кивнул он головой, выпрямившись на стуле. — Это будет некрасиво, если мы опоздаем. Но, думаю, госпожа Ян поймёт нас, если мы задержимся минут на тридцать. — До квартиры родителей нам ехать минут двадцать. Нам ещё в магазин надо зайти, за подарком. Когда я уже подходил к общаге, она мне позвонила. Что я ей сказал? Что мы будем через сорок минут. После моего прихода прошло десять минут. К сведенью, моя мама не такой человек, как я. Она строже. Я в папу, такой же белый и пушистый, поэтому вся семья держится на маме, — поделился Чонвон, точно зная, что это сработает. Сонхун ещё не познакомился с главой, как утверждал младший, семьи, но ещё за неделю до знакомства восхищался ей. Это не было похоже на то восхищение, которое он дарил Чонвону. Величественная женщина, если говорить двумя словами. В такие моменты вспоминается его собственная мама, которая является строгой не только потому, что она — учитель математики. Или всё-таки так оно и есть. — Ты? Белый и пушистый? Кто тебе это сказал? Или ты сам это придумал? — ненароком вспоминаются все те его вспышки, что больше были похожи на взрыви, которые разрушали всё вокруг. Все перепирания и споры, победителем которых оказывался Ян, потому что если будет иначе, то плохо будет всем. — Ну да, может не совсем в папу, но частично. Разве я не похож на ангела? — он наклонил голову, часто моргая глазами. Было бы ещё прекраснее, если бы он подмигнул, но тот не умел. Именно поэтому он становился очаровательнее любого ангела. — Все ангелы мира нервно курят в сторонке. Ты — самый прекрасный, — нежно улыбнулся Пак, опуская взгляд на наручные часы прежде, чем младший окажется слишком близко, чтобы не удержаться и поцеловать. — Если выйдем сейчас, то наверняка успеем даже раньше. Чонвон вдруг мотнул головой, словно разум вернулся в действие после гипноза. Встал с колен старшего, осматривая свой внешний вид. Светлый длинный свитер и тёмные джинсы. Не такой, как Сонхун, но времени нет. Тем более тогда его мама точно не упадёт в обморок, если в квартиру зайдёт только один сексуальный красавчик. И ему даже не будет обидно, если она забудет про его существование, не переставая говорить о Сонхуне.

•••

Удача сегодня решила не игнорировать их существование. Именно поэтому, как только они оказались на остановке, подошёл нужный им автобус. Именно поэтому по пути домой к имениннице пробок было минимальное количество. Именно поэтому автобус не был заполнен людьми даже полностью. Когда они уже стояли у лифта, ожидая его прибытия, Чонвон заметил, что Сонхун наклонил голову, рассматривая свои руки. — Всё в порядке? Ты плохо себя чувствуешь? — наклонив голову, он встретился с ним взглядом. — Нет, просто... Слушай, ты уверен, что именно здесь живёт твоя мама? — и теперь всё стало ясно. — Ты нервничаешь? — Сонхун слабо кивнул, продолжая то переминаться с ноги на ногу, то теребить свои пальцы. — Не волнуйся, всё будет хорошо. Я рассказывал маме о тебе, и ты ей уже нравишься. Правда я даже не показывал ей твоё фото и не говорил имени. Потому что собирался вас лично познакомить. И вот мы здесь. — А если я ей не понравлюсь? По сравнению с тобой я не такой уж и красавчик... — неуверенно пожал плечами Сонхун. — Не говори глупостей! Мне достался самый супер-мега охренеть как можно парень в мире. И это ещё только касательно твоей внешности, — Чонвон даже не преувеличивал. Он точно дал понять, что судьба угодила младшему. Сонхун много лет ненавидел это чувство. Ненавидел, когда кто-то называл его красивым. Он родился с невероятной внешностью. Его лицо смело можно было ставить на обложки журналов. Он знал, что все люди считают его красивым, ведь не встречал человека, что думает иначе. Но вот в его жизнь буквально врывается непримечательный парень с взрывным характером, обладающий прямолинейностью и своим собственным мнением, даже если его не спрашивают. Если ему не понравился пирог, который старался приготовить Сону первый раз в жизни, надеявшийся на положительный отклик, то Чонвон смело, с нахмуренным лицо, говорит, что он ужасен. Если ему призналась в любви девушка с печеньем в руках и доброжелательной улыбкой, он прямо говорит, что не заинтересован в таких, как она. И он не чувствует вины за свои слова. Если бы в мире было больше таких людей, был бы он до невозможности идеален? Возможно, но не точно. По крайней мере Сонхун считает своего парня идеальным за его прямолинейность. Даже если в ту ночь, когда Сонхуну пришлось слушать пьяного Чонвона, он впервые удивился. Он стал первым человеком, кто сказал, что Сонхун замечательный, даже если перед этим он звал его жениться. Хотя ещё по пути в комнату, на лестнице, Чонвон громко заявлял, что Сонхун ужасен, как и его прекрасное личико. Так и говорил: «твоё прекрасное лицо такое ужасное». И что это могло значить? Он полюбил Чонвона за это. Человек, что припёрся в универ посреди семестра, поселившись не только в одну с ним комнату, но и в его мысли. Человек, который всегда говорит то, что думает, даже если Сонхуну обидно. Человек со взрывным характером, но милым личиком, что порой совершенно не сочетается. Человек, неумеющий подмигивать одним глазом, из-за чего становится для него особенным и уникальным. Лифт прибыл на первый этаж. Чонвон ярко улыбнулся, затащив того с собой за руку внутрь, и нажал на кнопку девятого этажа. А потом прижал старшего к стене кабинки, отрезав путь к отступлению руками по бокам от его головы, смотря прямо в глаза. — И не смей больше при мне говорить о том, что ты не достаточно красив, — и наклонил голову. — Усёк? — Ты мне сейчас угрожаешь? — усмехнулся Сонхун скорее не из-за тона в голосе Чонвона, а скорее из-за ситуации. — Не слышу ответа. — Хорошо, я тебя понял, — сдался Сонхун. Когда Ян уже хотел отстраниться, покачав головой, старший притянул его обратно за талию. — Ты такой милый, когда злишься. — Я вовсе не злюсь, просто то, что ты иногда говоришь звучит ну очень глупо, ты знал? Знаешь, если бы ты, ты — Пак Сонхун, не был красивым, стал бы я с тобой встречаться? Думаешь, у меня плохой вкус? Да я бы даже в твою сторону не посмотрел. Я хорошо разбираюсь в людях, именно поэтому я встречаюсь с самым чудесным парнем. — Ты тоже чудесный. — И без тебя знаю, — огрызнулся Чонвон, повернув голову. — Почему лифт идёт так долго? Мы только сейчас поднялись на девятый этаж, а чувство, будто прошло минут пятнадцать. Двери лифта открылись, из-за чего Сонхуну пришлось отпустить младшего из объятий. — Рядом со мной время словно останавливается, не так ли? — Сонхун хитро улыбнулся, пропуская вперёд Чонвона, потом вышел сам. — А я-то думаю, почему последнее время дни такие длинные, — он взял того за руку, шагая по коридору в сторону нужной квартиры. — Ну а я о чём, — хихикнул старший, но потом резко остановился, поправляя причёску. — Как я выгляжу? — Чудесно, как я и сказал, — улыбнулся Чонвон, остановившись около нужной квартиры. — Я сейчас позвоню, должна открыть мама, она попытается тебя задушить объятиями, так что держись, я в тебя верю. Если откроет моя старшая сестра — Миён, она сегодня тоже здесь, то будет проще говоря издеваться. Либо говорить много-много-много комплиментов или столько же вопросов, либо будет допрашивать у тебя обо мне, это не удивительно, так что не пугайся. Если откроет папа, то тот крепко пожмёт тебе руку, скажет, какой у меня красивый парень, бла-бла, потом просто уйдёт. Он терроризировать точно не будет, — предупредил его Чонвон. — Ага, ясно. А откуда ты знаешь их действия? — Они слишком предсказуемые. Это у нас семейное, не так ли? — наклонил он голову, а Сонхун кивнул. С правдой нельзя не согласиться. Чонвон повернул голову к двери и нажал на звонок. Послышался звук копошения и двери открылись. Челюсть Сонхуна резко оказалась на каменном полу. — Мама?! Десять минут назад: Семья Ян готовиться к приезду Чонвона. Всегда так, всегда он приходит последним. Вернее, после Миён. В дверь звонят раньше, чем полагалось. Ян Сохи удивляется этому, ведь Чонвон обычно наоборот опаздывает. Она открывает дверь, но перед ней стоит далеко не её сын. — Харин? — удивляется она, когда видит перед собой свою подругу. Они не так давно подружились, но уже хорошо ладят. — С днём рождения! — восклицает Харин, поднимая руку с пакетом, а там, видимо, подарок в виде какого-то алкоголя, ведь улыбка говорит именно это. — Спасибо! — улыбается Сохи, крепко обнимая и пропуская внутрь. — Если честно, не думала, что ты придёшь. — Как я могу не придти на твой день рождения. Тем более ты говорила, что сегодня придёт твой обожаемый сынок. Не могла не пропустить это, ведь мне он нравится, — как-то Сохи рассказывала про Чонвона. У Харин создалось хорошее впечатление о нём, поэтому она очень хотела познакомиться с ним. — Ты здесь только из-за него? — удивлённо спросила Ян, заглядывая в пакет с подарком. Бутылка вина, как и ожидалось. — Конечно нет, — вздохнула та. — Так а когда он придёт? — при этом спросила она. — Уже скоро должен быть здесь. Кстати, он придёт не один, а с парнем, — проходя на кухню, сказала Сохи, приглашая Харин присесть. Сама продолжила возиться с каким-то салатом. — О, что за парень? — Ты не удивлена, что мой сын... Ну... — Нет, конечно. Если он его любит, то всё нормально. Мой сын вот бисексуал, так что вообще не удивлюсь, если притащит мне как-нибудь знакомиться красивого парня. Так что за парень? — протараторила она, в ожидании смотря на неё. — Чонвон не называл имени, даже фотографию не показал. Хочет, чтобы мы лично познакомились. Романтик, ничего не скажешь. Но я уверена, что его парень хороший и красивый, мой сын разбирается в людях. — Конечно. Кстати, а где Сухёк? Миён? — спросила Пак, так как в квартире была почти гробовая тишина. — Сухёк в магазине, сказал, что пошёл за пивом, это было час назад. Миён в комнате, обычно она тихая. — Ясно, — сказала Харин, и послышался дверной звонок. — Не отвлекайся, я открою. — Спасибо. Наверное, это Сухёк. Может и Чонвон, — не отвлекаясь от дел, сказала Сохи. Харин встала со стула и направилась в прихожую. Щелчок и двери открываются. — Мама?! — удивлённо восклицает Сонхун, глядя на свою маму. — Сонхун?! — не менее удивлённо спрашивает Харин, уставившись на сына. Это шутка? — Что?! Это... Как это... Офигеть, — Чонвон прикрывает рот ладонью, смотря то на Сонхуна, то на, видимо, его маму? Такое реально бывает? — Харин, кто там? — слышится голос Сохи из кухни. Затем появляется и она сама, улыбаясь при виде своего сына. — Чонвон-а! Иди сюда, — приглашает того в объятия, но тот словно приклеился к полу, всё смотрит на застывших Харин и парня рядом с ним. — Сохи, это Чонвон, так? — спрашивает Харин, показывая на Чонвона. — Да, а что? Что-то не так? — она осматривает её удивлённое лицо. — Если это Чонвон, и он пришёл с моим сыном, то получается, что вы... — Что?! Это... Как это... Офигеть, — говорит она, прикрывая рот ладонью. Как же они с Чонвоном всё-таки похожи. — Хён, это твоя... — хотел было спросить Ян, но обрывается. — Здравствуйте, госпожа Пак! Я — Ян Чонвон, приятно познакомиться! — словно на автомате говорит он, низко поклонившись. Сохи усмехнулась. — А ведь прикольно получается. Как, говоришь, кто твой сын? — Сонхун, — говорит она, указав на него. — Так вот, Сонхун твой сын, парень Чонвона. Чонвон мой сын, парень Сонхуна. Чонвон, как так вышло? — Да мы просто... Так вышло, что вот мы с ним... Мам, вообше ты вот хотела познакомиться с Сонхуном. Вот на, знакомься! — и протолкнул старшего в квартиру. — Офигеть. Ты где его взял? Он вообше человек? — восхищалась она его красотой. Харин усмехнулась. Сонхун засмущался. — Мы с ним однокурсники. Ещё соседи по комнате в общаге, — сказал Чонвон, до сих пор не отпуская руку старшего. Тот заметно нервничал, а прикосновения его успокаивали. — Так. Мы, вроде, познакомились, так что не будет стоять в проходе. Я пока что пойду закончу, а ты, Чонвон, иди, познакомь его с Миён, — махнула она на Сонхуна и удалилась на кухню, хватая опешившую Харин. — Вы с твоей мамой очень похожи. Она такая энергичная, — подметил Пак, расслабившись наконец. — Она всегда такая. А вот Миён... Хён, моя сестра, она может показаться тихой и скромной, но когда увидит тебя... О тебе уже все мои родственники знают, все тобой восхищаются. И не думай, я их не заставлял. А вот Миён сначала не проявляла интереса, когда заходил разговор о моём парне. Но вчера я позвонил ей, она была взбудоражена. Миён хотела поскорее тебя увидеть. Так что если будет засыпать вопросами, просто будь умней и засыпай её в ответ. Заслужила, — предупреждал Чонвон. Он взял старшего за руку крепче, переплетая пальцы и направился в сторону дальней комнаты. — Нуна? — Чонвон постучал в дверь. Тишина. Постучал дважды более требовательно. Тишина. Он знает, что нужно делать в такой ситуации. — Ты же прекрасно знаешь, что если не откроешь дверь, то я её выбью, — тишина. — Не веришь? Отлично! Хён, отойди в сторону, — и Сонхун отошёл. Младший хотел уже разбегаться для удара, как дверь открылась. Выглянула голова Миён. — Чонвон-а? — вопросительно посмотрела она на него, затем на парня рядом с ним, причём осмотрела с ног до головы, хмыкнув. — Этот? — кивнула она на него. — Что значит «этот»? Это мой парень — Пак Сонхун. Прошу любить и жаловать. — Рада встрече! — заметно оживилась Миён, поклонившись несколько раз. Сонхун улыбнулся и тоже поклонился. Все в семье Ян энергичные, это точно. — Не могу поверить! Чонвон много рассказывал о тебе! Вы вместе учитесь? Ты хорошо танцуешь? Уверена, что так оно и есть. Как вы познакомились? Чонвон не докучает тебе? Он тебе нравится? Вы долго вместе? Ты любишь собак? Я их просто обожаю! — тараторила Миён несвязанные между собой вопросы. — А я тебе говорил, — шепнул ему Чонвон, пока Миён продолжала задавать вопросы. Сонхун застыл. — ... Когда ты родился? Чем занимаешься, кроме танцев? Ты умеешь готовить?... — Миён-нуна! — воскликнул Ян, останавливая поток вопросов. — Тебя же не интересовало всё, что связано с Сонхуном. — Меня не интересовало всё, что связано с твоим парнем, Чонвони. Я спрашиваю в первую очередь Сонхуна, — говорила она так, будто старший не является его парнем. — Ты пытаешься забрать у меня Сонхуна?! — возмутился Чонвон, хватая старшего под руку, притягивая к себе, говоря этим: «он мой, даже не надейся». — Да глупости. Она просто... — начал Сонхун, но замолчал, когда увидел на себе тот самый взгляд младшего. — Ты покрываешь её?! — смотрел он вопросительно. — Да больно нужен мне твой Сонхун. Что завёлся-то так? Ты такой собственник, — фыркнула Миён, закатила глаза и скрылась за дверью своей комнаты. Чонвон усмехнулся, словно глубоко оскорблённый, хотя так оно и было, и закатил глаза. — Моя сестра слишком... — он остановился на полуслове, когда повернулся и увидел улыбку старшего. — Ты чего лыбишся? — Чонвон, что это было? Ты сейчас... ревновал? — Как ты мог допустить такую мысль? Конечно нет. Я что, дурак что ли? — буркнул под нос младший, опуская взгляд. — Иногда ты такой дурачок, — вздохнул Пак, покачиваясь с ним в объятиях. И он не переставал улыбаться. Чонвон такой милый. — Ты такой милашка. — Всё. Пойдём лучше я покажу тебе свою комнату, — он потянул старшего за руку в сторону соседней двери. А когда открыл, у Сонхуна перехватило дыхание от количества наград и фотографий, что он увидел. — Ва-а-ау! — протянул он, просматривая каждую грамоту и фотографию к ней. — Тхэквондо? Так ты бывший тхеквондист? Почему не рассказывал? — удивлённо спросил он. — Да, тхеквондо было частью моей жизни в прошлом, — начал младший, просматривая воспоминания в виде фотографий и наград. — Я хотел связать жизнь с этим, но в двенадцать лет получил серьёзную травму. Я долго находился в больнице, восстанавливаясь. Я днями на пролёт ходил по коридорам больницы в надежде найти утешение, ведь карьера была приостановлена. От скуки я начал подолгу зависать в палате, просматривая разного рода танцевальные выступления. В те моменты я становился взрослее. Я восхищался людьми, у которых так искусно получается передавать чувства с помощью танца. И в тот момент я понял, что вот оно то, ради чего я живу. После восстановления я решил попробовать себя в этом. Сходил на пару уроком, и мне понравилось. Очень сильно. Танцы запали мне в душу, что я не смог остановиться. Я обменял тхеквондо на танцы. Одну мечту на другую. Сонхун всё это время слушал, не в состоянии перебить его, рассматривая фотографии, где Чонвон улыбается. Когда он повернулся к другой стене, там уже были награды с конкурсов по танцам. Но их было не так много. — Ты участвовал в конкурсах? Везде первое место. Впечатляет, — так влюблённо выдохнул Пак, посмотрев на улыбку Чонвона. — Я слишком упёртый, к тому же быстро запоминаю хореографию и технику её исполнению. Так что было бы трудно не получить первое и только первое место. Я любил побеждать, сейчас танцую ради удовольствия. — Что ещё ты от меня скрываешь? — спросил старший, не в силах перестать смотреть на него. — Поправочка. Я не скрывал это от тебя, просто ты не спрашивал. А так у меня нет от тебя секретов, — хмыкнул Ян, направляясь к выходу. — Пойдём? Наверняка мама закончила с готовкой. Старший кивнул, на пути взяв его руку в свою.

✨

Просидев в кругу семьи Чонвона вместе с мамой Сонхуна, они ушли из квартиры уже к часу ночи. До общежития идти не так далеко, поэтому они решили пройтись пешком. Они не оставили без внимания набережную, где гулять всегда можно спокойно и неспешно. — Хён, — внезапно позвал его Чонвон. — М? — Каково было твоё первое впечатление обо мне? Вот моё впечатление ты уже слышал, так? Мне интересно узнать твоё. — Первое впечатление? — задумчиво сказал тот, не отрывая взгляда от звёздного неба. — Эм, прямолинейный парень со своими принципами. Не видит личных границ других людей, поэтому смело их нарушает. Достаточно конфликтный для того, чтобы начать ссору даже с воздухом. Но при этом очень красивый, милый и супер очаровательный, — ответил Сонхун. — Неужели у меня и правда такой ужасный характер, — хмыкнул Чонвон. — Это только первое впечатление. На самом деле ты намного красочнее, чем, например, говорят о тебе другие люди. До сих пор настоящего себя показываешь ты только мне, я прав? — наконец отвёл он взгляд от звёзд, смотря на не менее яркую звёздочку рядом. — Ты должен быть благодарен мне и гордиться этим. До сих пор настоящий я известен лишь тебе, — улыбнувшись, от чего он стал ещё ярче, сказал Ян. — Я очень горжусь. И не только этим, но и всеми твоими заслугами и тобой. Очень тобой горжусь, моя звёздочка, — сказал Сонхун, из-за чего младший смущённо отвёл взгляд, повернув голову в другую сторону. — Присядем? — увидев лавочки в дальнем углу, где никто не сидел и не ошивался, не дожидаясь ответа, потянул его в ту сторону. Как только они сели, старший придвинул Чонвон к себе поближе, крепко обнимая. Сколько бы дней не прошло, им всегда будет комфортно в компании друг друга. Вспоминается фраза, которую сказал Сонхун, когда они были на острове Чеджу: «с тобой комфортно даже молчать». Это стало правдой. Никакие слова не нужны, пока они сидят вот так, прижавшись друг к другу, смотря на звёзды и думая о чём-то своём. Пройдёт полчаса, а за ними и весь час. Только потом старший нарушит тишину, повернув голову Чонвона к себе. Посмотрев в его сияющие глаза он с нежностью скажет: — Я так люблю тебя. В момент, когда глаза напротив зажгутся ещё ярче, он без слов поймёт, что это взаимно. И только тогда, взяв лицо Чонвона в свои ладони, он медленно приблизиться для поцелуя под звёздами. Младший закроет глаза, обвивая его шею своими руками, зароется пальцами в его волосы на затылке и утонет в поцелуе. И только он знает, что Сонхун тоже тонет. Старший отпустит его щёки, притягивая ближе к себе уже за талию. Спадающие на лоб волосы будут щекотать его нос до тех пор, пока Чонвон не отстраниться, откроет глаза и с нежностью в них уберёт его волосы, аккуратно заправляя за ухо. Им обоим не надоест смотреть друг другу в глаза, обниматься, целоваться и просто существовать рядом друг с другом. Пережившие собственное болезненное прошлое нашли друг друга, чтобы залечить раны. И больше никому на свете не позволят причинить им вред. В момент, когда Чонвон сказал ему, что любит, Сонхун отдал ему своё сердце, ведь знает, что оно в надёжных руках. В момент, когда Сонхун сказал, что любит его, Чонвон не поверил, ведь казалось ему это полным бредом. Они объяснили друг другу, что не стоит бояться своих чувств. Стали преданы. Уже не отпустят. Никогда. — До встречи с тобой я не знал, что это так прекрасно, — продолжая смотреть прямо в глаза, сказал Сонхун. — Что? — продолжая теребить его волосы, спросил Чонвон. — Любить по-настоящему.

♡