Звенья одной цепи

Парень, волосы которого отсвечивались огнём в свете заходящего солнца, скатился по стене на пол, облокотившись на неё спиной. Под ним сразу же образовалась лужа крови, однако зашить рану было нечем и некогда. Натаниэль поднял свою толстовку, оценивая ущерб раны. Там оказалась и другая, которую он не сразу заметил, но так как та была не сильно глубокая, можно и дальше игнорировать. Однако вот первый порез был слишком глубокий, если не зашить или хоть как-нибудь не остановить кровь, то долго Веснински не проживёт. Порывшись в карманах, парень нашёл иголку и нитки, их приходилось всегда таскать с собой. Только вот обработать было нечем. Оглядевшись, парень понял, что находится в ванной, выбора мало. Чудом поднявшись, голубоглазый зашипел, втягивая воздух через рот. Быстро ощупав себя, Нат понял, что рëбра целые, но в них было пару трещин, это не так критично, так что рыжий проигнорировал данный факт. Оперившись на раковину, он осмотрел себя. Одежда и волосы были пропитаны кровью, пару струек потихоньку стекали по лицу. Голубые глаза лихорадочно блестели, напоминая сейчас бушующий океан. Из своего привычного леденистого цвета они стали невозможно синими. Это было необычно, а картина выглядела очень даже жутко. За пределами комнаты, благодаря открытой двери, виднелась малая часть кровавой кучи, оставшаяся от людей. Группе зачистки придётся повозиться. Усевшись на ванну, парень смыл кровь со своих рук и промыл иголку с ниткой. Зашивать себя было чем-то привычным. Многие швы Нат накладывал себе сам. Шрамы выглядят беспорядочно, покрывая всё туловище юноши, не оставляя куска целой кожи. Ниэль давно привык к виду своего тела и даже осознал его сексуальность, спасибо его немногочисленному количеству партнёров, оголяться он всё ещё не любил, но это уже другая история. Закусив нижнюю губу, он принялся за дело. Выходило криво, ведь потеря крови давала о себе знать головокружением, но даже так он справился. Поднявшись, Нат чуть не упал, однако его подхватили чьи-то руки. Рефлекс сработал раньше мозга, и парень, схватив нож, лежащий неподалёку, прислонил его к горлу, придерживающего его. — Это я, — спокойной произнесла Натали, помогая Дьяволу встать на ноги. Это получилось с первого раза, после чего убийца за секунду из сломанной игрушки стал снова собой, надменным и самоуверенным юношей, который мог сражаться с пулевым ранением, и потерей крови. Девушка проигнорировала эти перемены, протягивая Натаниэлю бинты, и запасную одежду. Первое она сама помогла обмотать вокруг туловища, это не сильно, но поможет избежать заражения, и остановит кровь. Как только с этим было покончено, парень переоделся. — Взломала замки на моём мотоцикле? — с азартом спросил рыжий, после чего в него кинули его же ключи. «Точно, она же матëрый карманник. Удивительно, что даже я не заметил, как у меня ключи свистнули» — пронеслось в мыслях мафиозника, сам же он лишь присвистнул, и убрал вещицу в карман, идя к главному выходу. Рука моментально нащупала рабочий телефон. Нат предварительно положил его в этот комплект одежды, понимая, что переодеться ему нужно будет в любом случае. Первым делом он набрал номер Адама. — Привет, отправь сюда группу зачистки, — коротко произнёс рыжий, оставив таким образом сообщение на голосовую почту. После недолгих размышлений парень подошёл к трупу самого главного тут, и с помощью ножа накарябал на полу знак, который отсылал всех представителей закона на «Дьявола Балтимора», которого никто никогда не видел. Это была скорее традиция, чем необходимость, но также это было неплохим сигналом для всех людей Натана, что его сын не оставит заговора без внимания и устранит всех ненужных. Разобравшись с этим, парень вышел из здания, подойдя к своему мотоциклу. Кивнув Натали в знак благодарности, Нат подождал, когда та скроется из виду, после чего вставил свою сим-карту в телефон, который предназначен для работы. Не задумываясь, он набрал номер Эндрю, после чего дождавшись ответа, начал говорить: — Случилось кое-что, так что я скоро приеду, уложи к этому времени Алекса, ему лучше этого не видеть, — а после, не дождавшись ответа, рыжий просто сбросил трубку, зная, что его услышали. Уже собираясь уезжать, Абрам услышал жалобный писк. Парень не понимал по какой причине, но он не смог проигнорировать это и пошёл на источник звука. Таковым оказался маленький белый котёнок, которому казалось не больше месяца от роду. Он был в коробке, явно выброшенный своими прошлыми хозяевами. Недолго думая, голубоглазый засунул зверька за пазоху, пряча от холода улицы. Пушистый комок сразу же улëгся под кофтой как мог, а парень же надеялся, что тот своими коготками не порвёт швы, которые и так судя по ощущениям держатся чудом. Усевшись на свой транспорт, и устроив живность поудобнее, рыжий тронулся с места. Дорога предстояла не маленькая.

***

Эндрю

Котёнок и правда вёл себя, как хозяин дома, пусть и шугался от любого резкого движения и громкого звука. Эндрю сразу понял, что такое количество ран только от собаки получить будет трудно, однако закрыл на это глаза, история животного его не так волновала. Блондин оставил его лишь потому, что не может отказать Алексу и потому, что в этом комке шерсти он увидел что-то отдалённо знакомое. Та же боль. В любом случае спасённого назвали “Король Пушистиков”. «Ладно хоть так, назови их Ники, было бы хуже» — мысленно заметил Миньярд, усаживаясь на диван в гостиной, который уже был оккупирован шерстью. Рука автоматически потянулась к телефону, и раньше, чем “монстр” смог что-то осознать, он остановил себя на том, что проверяет его с Абрамом переписку. Какое-то тревожное чувство поселилось в груди и не давало покоя. Алекс тем временем активно играл с новым обитателем дома. Под вечер оба ребёнка были вымотаны, и блондин отнёс одного в кровать, а Король же поплелась следом. Это было как-то слишком правильно и комфортно, но какая-то деталь не хотела складываться, казалось, чего-то не хватает. Поняв, что не хватает не чего-то, а кого-то, Миньярд одёрнул себя. Он не должен привязываться. Абрам всем своим видом не внушал доверия. Между ними лишь рабочие отношения. Примерно так блондин пытался себя успокоить, получалось плохо, но получалось. Положив Алекса на кровать, парень присел рядом, давая понять, что всё ещё рядом. Кошмары редко посещали рыжика, но у всех бывают плохие дни. Сейчас юноша не знал, чего ему ожидать, когда тени опустятся на вечно активного ребёнка, однако Абрам как-то до этого выдал ему мини-инструкцию, к которой прилагался рецепт на успокоительное. Эндрю был полностью против препаратов, однако понимал, что может произойти то, из-за чего детская ещё не до конца сформированная психика без химического дурмана, просто не выдержит. Хэтфорд уже почти уснул, как у блондина в кармане завибрировал телефон. Ребёнка это не напрягло, но вот Джозефа, который ушёл в свои мысли, вполне. Он уже хотел сбросить вызов, как на экране высветилось: “Рыжая проблема”. Моментально взяв трубку, кареглазый услышал лишь: «Случилось кое-что, так что я скоро приеду, уложи к этому времени Алекса, ему лучше этого не видеть». Это сильно вывело из равновесия. Голос Абрама звучал как-то разбито, что ещё интереснее, так это пропажа британского акцента. Такое количество загадок в одном человеке невероятно выводили из себя, при этом притягивали в попытках их разгадать. Будь “монстр” под таблетками ему захотелось бы сломать старшего Хэтфорда, сейчас же было решено действовать по-другому, после того как разберётся, что случилось с рыжей проблемой. Ждать пришлось час, а то и два. Из-за этого нервы блондина были на пределе. Рядом ошивалась Король, будто стараясь успокоить нового хозяина. Как только в дверь послышался стук, кареглазый не думая подорвался, и открыл дверь. Судя по всему не зря. Картина перед ним сейчас не особо приятная. Рыжие волосы были пропитаны кровью, как и одежда. Абрам тем временем чуть ли не падал в обморок, однако при этом достал из-под кофты маленького котёнка, протягивая его Эндрю. — Идиот, — голосом, отражающий полноту его негодования, произнёс Миньярд. Данный презент он всё-таки взял, и положил на пол. После секундной оценки состояния рыжего и собственного, “монстр” сказал: — Облокотишься на меня? Казалось, Абрам только этого и ждал, ведь моментально навалился на блондина, почти всем своим весом. Руки Хэтфорда не уходили дальше плеч, так что Эндрю чувствовал себя вполне комфортно, что не могло не удивлять. Однако самокопанием хозяин дома займётся позже, а сейчас он отвёл гостя в ванну, усадив на закрытый унитаз. Голубоглазый был похож на поломанную куклу. Такой вид очень не нравился Миньярду. Первым делом он решил оценить ситуацию насчёт ран. Всё слишком неоднозначно из-за большого количества крови. Карие глаза сверлили толстовку отца Алекса. Тот же, запоздало, но понял, что от него требуется, снимая предмет одежды. Куча шрамов никак не смутила «монстра», куда больше по нему ударил в принципе вид полуголого парня у него дома. Гей-паника начинала зарождаться, однако бывший третий номер обрубил её, начиная анализ повреждений. Просто посмотрев, можно заметить кучу мелких царапин по всему торсу, не глубокую, но серьёзную рану на боку, а также ещё одну примерно там же, только она была зашита. Мозг участливо подбросил пару воспоминаний о швах, которые Эндрю вычитал в книгах Аарона. Поняв, что торс можно пока оставить без внимания, блондин принялся за голову рыжего. Там была заметная рана, будто кто-то ударил эту проблему чем-то стеклянным по голове. Судя по осколкам, он оказался прав. Тяжело выдохнув, Миньярд нашёл под раковиной крупную аптечку, её каждый раз пополнял «тот, что нормальный», надо отдать ему за это должное. Быстро промыв пинцет в спирте, хозяин дома начал удалять осколки. Абрам всё это время сидел тихо. В таком темпе они добились того, что все раны были промыты и обеззаражены. «Монстр» же пристально смотрел на самое глубокое повреждение, в попытке понять нужно ли менять шов, или же оставить его как есть. В своих навыках блондин был не уверен, так что рисковать не хотелось. Решив, что он в принципе держится, Эндрю закрепил результат бинтом, дабы если что-то и разошлось, то хотя бы было немного времени до того, как туда попадёт зараза. — Сыграем в правду? — нарушает тишину блондин. Вопросов у него было много, однако если Абрам ответит “нет”, тогда он все их спрячет до лучший времён. На самом деле Миньярду бы хотелось устроить этот взаимный допрос в менее напряжённой обстановке, однако в груди поселилось как-то странное чувство, что кроме как сегодня шансов не будет. Ожидая ответа, хозяин дома не давил, а просто обратно убирал всё на места, и промывал от крови. Лишние вопросы от семьи в следующие выходные ему не нужны. Периодически карие глаза оценивали состояние рыжего, больше в надежде предугадать обморок или другие последствия потери крови, но цепкий взгляд заметил другое. Голубые глаза избегали встречаться с карамельными, а также зеркала над раковиной. С таким количеством шрамов Эндрю мог бы понять, только вот Хэтфорд явно не стеснялся своего тела, из-за этого вопросов становилось больше. — Я думал, ты догадался обо всём сам, — попытался съязвить гость, окидывая взглядом своё туловище. Тут в глаза бросилось частичное отсутствие британского акцента. Похоже потеря крови сказала своё из-за чего появились некоторые проблески правды. — Да и с чего ты взял, что я не пробил данные о тебе? — Это “нет”? — Миньярд встал прям напротив рыжего, смотря прямо в глаза. Одна бровь приподнялась в вопросительном жесте. “Монстр” не любил, когда ему не давали чётких ответов. Он понимал, что человек перед ним безоружен и язвительность его единственная защита. Окинув ещё раз взглядом тело Абрама, блондин снял свои повязки. Те с бряканьем ножей упали на пол, оголяя предплечья со шрамами. Оставаться без оружия было неприятно, казалось, будто он голый, однако напоминание, что в собственном доме он в безопасности, не позволяет напряжению хоть как-то отразиться. — Ты мне ничего не должен, — произнёс отец Алекса. В голубых глазах мелькала смесь удивления, и чего-то ещё, что Эндрю не смог расшифровать. Блондина до невозможности раздражала мысль, что он сказал бы что-нибудь похожее, просто своими словами. Такое взаимное понимание является чем-то незнакомым и чужеземным. Терять его не хотелось, однако жизнь приучила, что со всем интересным и дорогим сердцу, придëтся расстаться. «Оно или обман, или его заберут» — пронесло напоминание в голове Миньярда. — Я не делаю того, чего не хочу, — твëрдо сказал кареглазый, смотря точно в глаза. Это одно из правил, которое стоит усвоить наравне с «не трогать». «Монстр» никогда не будет действовать по чужой указке, и пусть хоть кто-то попробует дëрнуть его за поводок. Кевин и Ваймак как-то пытались. Первый остался без защиты, второй без вратаря. Хотя по бумагам он всё ещё числится в команде, но тут скорее лишь то, что Эндрю нужно периодически играть на матчах. Это единственное из-за чего Ники и Аарон всё ещё на спортивной стипендии. — Это “да”, — произнёс Абрам, который всё это время искал что-то во взгляде парня перед ним. Судя по ответу, он нашёл то, что хотел.

***

Натаниэль

Вся эта ситуация казалась очень странной. Изначально Нат пришёл к няне Алекса, больше на каком-то автопилоте. Сейчас же он наблюдает за Эндрю, который после того, как зашил его рану, предложил сыграть в правду. Ниэль попытался съязвить, однако ответом было полное спокойствие и вопрос. В карих глазах рыжий видел, что его «нет» услышат и примут, больше не поднимая этой темы. Это право выбора дурманило. Оно было чем-то незнакомым. Ему никогда не давалось этого. — Это “да” — само сорвалось с губ. Мозг даже не дал обдумать это достаточно, чтобы передумать. Эндрю был достаточно интересен, чтобы узнать поближе, а также это был равноценный обмен, из-за чего Натаниэль не останется в долгу. Такое вполне устраивали рыжего, плюс он почему-то был уверен, что блондин ничего никому не расскажет. Наверное, из-за понимания, что у того куча собственных скелетов в шкафу. Насчёт опасности Натаниэль особо не думает. Оставляя тут Алекса, он в любом случае создаёт вероятную угрозу, однако если Миньярд задаст правильные вопросы, то будет знать чего именно опасаться. Предупреждён, значит вооружён. — Кого ты боишься? — похоже Эндрю решил начать, и такой вопрос насторожил Ната. Он был правильным, однако странным и непонятным в своём построении. С чего блондин взял, что голубоглазый чего-то боится? Спорить с этим было сложно, но такое понимание ситуации заставляло напрячься. Неужели его так легко разгадать? Судя по тому, что карии глаза метнулись к зеркалу, как бы давая ответ на посторенние вопроса, Ниэль понял, что похоже и правду не так уж и сложно узнать, как он думал. — Мой отец... не является хорошим человеком. Большинство этих шрамов осталось от уроков с ним и его людьми, — пояснил Веснински, заставляя голос держаться ровно, хотя даже так он его подвёл в начале. Говорить правду было до невозможности непривычно. Мать учила его всё утаивать, люди отца приучили молчать всегда. Бьют — молчи, пытают — молчи, руки и длинные ногти расстёгивают ширинку — молчи. Ври, умалчивая. Делай всё, дабы спрятать правду. Это было и есть вопросом выживания. Он готов на всё, чтобы спасти своих близких, ложь — малая часть всего этого. — Ты, кстати, няня сына влиятельного мафиози. Интересный такой факт. Нат пытался язвить, снова скрыв свою уязвимую сторону куда подальше, надев щит. Однако это не помогло. Глаза цвета мёда с переливами золота, приковывали и смотрели прямо в уродливую душу монстра, который раньше так боялся стать как его отец, что не заметил, как стал чем-то намного хуже. Будто незаметив или проигнорировав весь этот шквал эмоций в глазах цвета чистого неба, Эндрю щёлкнул пальцами, как бы напоминая о том, что сейчас очередь Ниэля. Тот опомнился не сразу. Мозг же думал, что можно задать, не залезая в особо личные подробности, тут же пришло воспоминания с их первой встречи. Миньярд пытался защитить совершенно незнакомого ребёнка. Это можно было объяснить тем, что блондин жил в приюте достаточно долго, но додумывать рыжий не хотел. — Почему ты решил защитить Алекса в нашу первую встречу? — Эндрю вопросительно поднял бровь. Странно то, что Ниэль прекрасно понял, что скрыто за этим жестом. Это был невербальный вопрос, который отзеркалил слова рыжего ранее: “Я думал, ты догадался обо всём сам”. — Я узнал только о приюте и колонии, — признался Абрам, поднимая руки в жесте “сдаюсь”. — это веские причины, но не настолько, чтобы защищать незнакомого тебе мальчишку. С языком тела у Миньярда явно не было проблем. Натаниэль мог чётко прочесть каждую его эмоцию. Это было несложно, если знать, за чем наблюдать. Лицо его было совершенно бесстрастным и отстранённым. Однако разгадать его было несложно. Теперь, кажется, Веснински начал понимать, что чувствует Эндрю. Молчаливое понимание происходящего. Они понимали друг друга без слов. Это было правильным. До жути правильным. — Проверял можно ли тебе доверять, — коротко ответил бывший третий номер, ничего не объясняя. Казалось, он сам не до конца понимал почему поступил тогда так, однако эмоции тоже являются логическим объяснением, а также правдой. Они рассказывают то, что считают правдивым, а не то, как думали в тот или иной момент. Некоторые собственные поступки сложно понять. Натаниэль совершенно не понимал, почему приехал к Эндрю в своей трудной ситуации, вместо того чтобы позвонить кому-нибудь из всадников, например всё той же Робби. — Твоя мать тоже не была хорошей, — это было не вопросом. Но Абрам кивнул. Казалось, Миньярд просто вслух собирал факты, которые узнал об этой семейке для своего вопроса. Такой он выбирал явно из большого количества. Веснински прекрасно знал, что Мэри приучила Алекса говорить как можно меньше. — Как тебя зовут? Данный вопрос немного выбил из колеи, но похоже он был победителем среди всех остальных. — Абрам Хэтфорд, — если врать, то до конца. Это был как смысл его жизни. Он ещё ни разу не прокололся с долгосрочной ложь. Конечно, всё тайное становится явным, однако Ниэль максимально оттягивал момент правды. Удивительно, но у него это выходило. Эндрю на это лишь внимательно посмотрел в глаза напротив. Нат будто услышал, как тот произнёс: “ты понял, что я имел в виду”. — Натаниэль Абрам Веснински, — полное имя сорвалось с губ раньше, чем рыжий мог обдумать эту правду достаточно. Он знал, что одно из правил этой игры возможность отказаться без последствий и подвохов. Блондин несильно поднял бровь, задавая вопрос, не озвучивая его, но как уже упоминалось голубоглазый прекрасно понимал его невербальные сигналы. — Хэтфорд — фамилия матери. От неё же акцент. Эндрю кивнул, после чего снова щёлкнул пальцами, как бы показывая, что ход опять за гостем. Тот же тоже начал раздумывать над всем произошедшим. Голубые глаза мазнули по предплечьям собеседника. — Кто нанёс эти шрамы? — Я, — спокойно произнёс бывший Лис, но ему, судя по всему, было всё ещё дискомфортно без повязок. Даже так Натаниэль не мог его понять. Все свои ранения он получил от кого-то, но никогда не задумывался, о том, чтобы навредить себе сам. Кареглазый похоже прочёл, что Веснински хочет спросить и решил, что это достаточная правда, за прошлый полный ответ. — Ни одна семья не была хорошей. Я возвращал себе контроль. На этом они оба решили закончить и Эндрю надел свои повязки, а Нат накинул на себя первую попавшуюся футболку, лежащую в ванной. Как выводить пятна крови он знал, так что это не было прям проблемой, вне зависимости от цвета. После таких манипуляций они разошлись кто куда. Миньярд в свою комнату, в то время как Абраму предстояло ночевать на диване в гостиной, он не был особо против. По крайне мере пока на него не навалились два пушистых комочка, которые сдружились за время, что их хозяева секретничали в ванной. Сейчас они на подобии трактора устроились на рыжем, согревая его своим теплом. Удивительно, но Дьявол почувствовал себя в безопасности впервые за долгое время. Он ощущал себя дома.

***

Утро наступило вместе с пропажей тепла от двух комочков шерсти, и вкусного запаха с кухни. Тело затекло, и требовало минимальной разминки, или хотя бы пробежки. Потянуться было делом святым, а вот бегать Нат не рискнул. Как бы ему не было плевать на собственные раны, за такое халатное отношение ему могло бы влететь от Адама и Лоры, так же возможно от Мирай и Робби, если те узнают, а они узнают. Так или иначе рыжий заставил себя встать, и пойти на кухню. Там уже сидел Алекс, втихаря поедая блины. Эндрю же или не замечал, или игнорировал, что более вероятно, просто готовил это самое лакомство. Решив, что дожидаться не так уж и надо, Абрам сел за стол, и начал на пару с сыном воровать блины. Однако закончилось это достаточно быстро, а точнее одним грозным взглядом, и посылом пойти умыться.

***

Эндрю

Эти двое сведут его с ума. Утро сегодня в принципе было до безумия странным. Первым делом он проснулся от кошек, которые решили поиграть на нём, потому что блондин их всё ещё не покормил. За эти сутки Миньярд выяснил, что Король может быть весьма настойчива, насчёт второй он был не уверен, однако догадывался, что первая прекрасно научит свою новую подругу плохому. Ему пришлось встать, чтобы эти маленькие чудища его не съели. Разобравшись с голодными пушистиками, хозяин дома решил, что можно побаловать себя, и двух рыжих проблем блинами. Конечно же первым делом был кофе и чай. Первое для себя, второе для Алекса, ведь Эндрю прекрасно понял, что мальчик жаворонок, и вполне возможно, что скоро проснётся. Кареглазый оказался прав. В итоге через несколько минут у него было двое воришек блинов, которых он не задумываясь отправил умываться. Он готов был поклясться, что слышал их злорадный смех. Однако кое-что другое привлекло его внимание. Смех старшего очень сильно отдавал его британских акцентов. Это до невозможности сильно ударило по Эндрю, заставляя его подавить очередную проблему. Справившись с этим, он продолжил готовить, прошипев сквозь зубы: "проблема". Утро на удивление прошло легко, и даже уютно. Алекс сидел, и тараторил о том, что произошло за эти выходные. Ребёнок выглядел очень радостным около своего отца. Так же он, заметив нового жителя дома, дал ему очень весёлую кличку, которую еле-как выговорил: “Сэр Товстий Кот МакКотан”, блондин проклял себя пару раз за то, что познакомил Ники с ребёнком. Эндрю же периодически бросал взгляды на этих рыжиков, как-то неосознанно ища сходства и различия. Эта мини-игра с самим собой была достаточно интересной. Иногда он занимался таким, когда сравнивал себя и Аарона. Всегда было интересно, чем они отличаются, и как их возможно различить. Обычно они не пользовались привилегией близнецов, что по мнению «монстра», когда тот был под таблетками, сильное упущение. Хотя на первому году обучение ради проверки блондины могли устроить подобный спектакль, больше для своего веселья. Из мыслей Миньярда вырвала котëнок, Сэр, которая в наглую вскарабкалась на его колени по штанине домашних треников. Удивительно, но она сделала это вовремя, ведь Алекс начал рассказывать о семье Эндрю, тут даже блондину было интересно послушать. Парень так и не понял какое впечатление у них сложилось о ребёнке. — Не-Дрю был плохим в начале, потом он стал холрошим, — произнёс младший, вспоминая свою первую встречу с Аароном. Удивительно, но у мальчика потихоньку получилось выговаривать «р» без чужой помощи, что было очень даже неплохо. Конечно, Эндрю знал, как помочь детям с выговариваем букв. Тут помогли воспоминания из приюта, ведь часто он оказывался с младшими, и помогал им с чем-то, одним из таких была работа внештатного логопеда. Всех знакомых бы удивила способность блондина ладить с детьми. Карие глаза остановились на Абраме, и в голове появилась пометка: «удивило бы всех, кроме него». Миньярд и сам не понял в какой момент начал выделять рыжую проблему среди других. Решив, что для самоанализа он ещё не проснулся, и легче всё будет списать на любовь к саморазрушению, блондин закрыл эту тему для себя, отшвырнув мысли куда подальше. — Ещё есть Ники! Он весёлый и рисовал со мной, — произнеся это, мальчик будто бы что-то вспомнил, и куда-то рванул, жуя на ходу. Эндрю успел смириться с тем, что Саша был очень активным, пусть по первому впечатлению не скажешь. Хотя бывший Лис давно перестал судить людей по обложке. Сам является тихим омутом, в котором черти водятся. — Вот! — сказал, даже скорее прокричал младший, прибежав с рисунком. Тот был сдёрнут с пробковой доски, которая теперь поселилась в комнате хозяина дома. Там Алекс хранил все свои рисунки и некоторые фотографии. Миньярд же был не против позволить такое. Это несложно. Особенно если брать в учёт то, что мальчик был очень послушным. Можно сказать это было поощрением. Так или иначе на рисунке, который принёс Хэтфорд-младший были изображены несколько фигур. Две из них были различимы, как взрослый и ребёнок с рыжими волосами, так что догадаться было нетрудно. Другой силуэт тоже принадлежал взрослому с блондинистыми волосами. Эндрю решил, что мальчик по памяти нарисовал свою мать. Даже если в живую он её не помнит, что-то да чувствует. Такое бывало в приюте. Да что там, Миньярд часто сам сидел, и рисовал свою семью, воображая какая она, и как могло бы всё сложиться, однако совсем скоро он решил для себя, что не стоит заморачиваться из-за людей, которые его бросили. — Это ты, а это я, — сказал Александр показывая пальцем на рыжеволосые силуэты. Блондин кивнул своей догадке, продолжая пить кофе. — А это Дрю. Он же часть семьи, — после этого напиток встал поперёк глотки, обжигая его. Было ощущение, что весь воздух выкачали, и не давали вдохнуть. Внешне он оставался всё таким же безразличным, в то время как внутри потихоньку переворачивался мир. Всё бы было нечего, если бы младший не произнёс это таким уверенным, не терпящем возражений тоном. Будто он просто ставил отца перед фактом, и тому оставалось лишь смириться. Кареглазого даже собственная семья считает монстром, а тут знакомый два дня ребёнок так уверен в выборе. Его захотели в семью. После системы это было что-то сродни мечты. Тот маленький огонёк надежды в нём разгорался всё сильнее, как бы Эндрю не пытался его потушить. — Воу, — с тихим смешком Натаниэль посмотрел прямо в глаза хозяина дома. Почему-то этот взгляд заставил кофе во второй раз застрять в горле. — А ты спросил Дрю, хочет ли он в семью? Алекс задумался, а потом посмотрел прямо на Эндрю. Карие глаза, которые были почти идентичными, смотрели друг на друга, будто оголяя душу собеседника. Миньярд сдался первым, и отведя взгляд, пожал плечами в жесте: “мне всё равно”. Это почти было правдой. Его хотели в семью, и ему давали право выбора. Звучало, как несбыточная мечта. “Монстр” даже начал вспоминать, когда принимал в последний раз свои колёса, больно это похоже на галлюцинацию отравленного химией мозга. Однако эйдетическая память не даёт слукавить, чётко выдавая картинки из центра для наркозависимых. — Это не ответ, — нахмурился голубоглазый, на секунду отвлекаясь от диалога на что-то, что приземлилось ему на колени. Эндрю подозревает, что это Король, которая поняла, что Сэр уже заняла ноги одного из старших. Алекс кивнул на высказывание, снова смотря прямо на хозяина дома. Казалось, что все стены, которыми обнёс себя блондин рушились, давая двум рыжикам проход. Чуть встряхнувшись, чтобы вернуться в реальность, Миньярд понял, что слишком расслабился. Вполне возможно это из-за долгой изоляции от социума, а возможно из-за мальчишки, который уж точно не нёс опасность. Однако вот обладатель ледяных глаз был загадкой, очень опасным капканом, в который Эндрю суёт голову, и почему-то не против, чтобы её откусило. — Ладно, — спокойно произнёс блондин, возвращая обратно все свои стены. Ему нельзя расслабляться, по крайней мере сейчас, когда ножей нет под рукой. Только сейчас сонный мозг смог понять, что оружие было убрано из повязок на время сна. За два дня блондин понял, что мальчик может лечь к нему, и случайно порезать Алекса очень не хотелось. Сейчас же это сыграло злую шутку. Натаниэль не был безобидным, по нему это видно. Он до последнего защищает своих всеми возможными методами. В этом они схожи. Именно поэтому и не стоит ослаблять бдительность. Голубоглазый, судя по всему, заметил изменение, из-за чего взгляд блеснул чем-то похожим на грусть и сожаление, будто Абрам винил себя в том, что его считают опасным. Это было до невозможности странно. Оба рыжика легко могли втереться в доверие. Все, кто сейчас находился на кухне, считая кошек, повидал дерьма, которое вызовет жалось у других. Это сломало и растоптало, однако так же у них был якорь, что-то что не давало сломаться окончательно. У каждого свой, но при этом до безумия похожий: “семья”. Та, которую они нашли сами. Эндрю сделал глубокий вдох и выдох, в попытке прийти в норму, и унять первоначальную панику, которая часто бывала при отсутствии ножей. — Был ещё Киви, — решил сменить тему Алекс. Вышло это у него неплохо, ведь Миньярд еле-еле сдержал весёлое фырканье от недоумения на лице Ната. “Монстр”-то прекрасно знал, кого именно мальчик решил назвать такой кличкой. Так же он помнил возмущения Кевина на это. Хотя Дэй быстро сдался, смирившись с ней. Саша был слишком упёртым, чтобы с ним спорить. — Он с двойкой на щеке ещё. Киви много рассказывает о истолрии, это интелресно. Поняв о ком речь, Натаниэль вернулся в норму, показывая свою заинтересованность, гладя Короля. Кошки тем временем вполне удобно обустроились на коленях обоих взрослых, и вставать не собирались. Солнце потихоньку вставало, и на улице становилось всё светлее. Двое рыжиков обсуждали между собой новости за выходные, в то время как блондин слушал их, и периодически что-то вставлял. Блины и кофе быстро закончились, однако это им особо не мешало. Ребёнок был интересным рассказчиком, несмотря на то, что не выговаривал некоторые буквы. Он посветил Эндрю в то, как быть семьёй с ними. Признаться честно, Миньярд и так понял, что взял себе ещё больше проблем, но он по странному не против. Жизнь слишком скучна, чтобы отказываться от предложения разбавить её. — Пап, а тебе же нлравится Дрю? — Натаниэль чуть нахмурился, не совсем понимая к чему вопрос, и в каком смысле. Чуть подумав, Веснински кивнул, как бы показывая своё согласие. Эндрю так же вопросительно поднял бровь. Такие странные вопросы редко можно услышать от Алекса, ведь тот был достаточно сообразительным. — Тогда вы должны пожениться и я буду звать Дрю отцом. — на последнем слове мальчик чуть зажевал буквы в попытке их выговорить, однако смысл оставался понятным. В груди чуть потеплело. Несмотря на опасность, Эндрю почему-то был не против такой перспективы, но до этого явно ещё слишком далеко. Миньярд не привык надеяться, так что все эти чувства он просто запрятал вглубь себя.

*** Натаниэль

От предложения сына, Абрам аж подавился. Чего-чего, а такого он явно не ожидал. Сердце сделало кульбит, и решило сымитировать работу взбесившегося аппарата МРТ. Натаниэль давно такого не ощущал. Даже не так, он никогда не думал, что способен такое ощущать. Чувства для него опасны, а секс является лишь способом сбросить напряжение, которым можно пренебречь. Такая странная реакция собственного сердца вызвало замешательство. Всё казалось слишком правильно. Благодаря урокам анатомии, и немного другим, рыжий знал, что гормоны, отвечающие за эмоции, вырабатывает мозг. Это напрягло ещё сильнее, у Натаниэля больше из-за жизненной ситуации, разум всегда был в приоритете. Сейчас же он решил сыграть злую шутку против собственного хозяина. Это было поводом погрузиться в самоанализ. Веснински точно не знал, как будет действовать если он осознает, что Эндрю и правда ему нравится. Хорошо, что план, который был продуман до мелочей ранее, давал ему время на обдумывание. На осознание себя и своих влечений парень забил очень давно. У него и выбора то особо не было для такого. В свои девятнадцать лет Нат знал лишь то, что его возбуждают лишь активные действия, а вот какого партнёр пола не так важно. Чувства же стали бесполезными. Не та жизнь. Рыжий понял, что слишком погрузился в размышления, лишь поймав на себе взгляды двух пар карих глаз. Юноша тут же опять впал в какой-то ступор. У Алекса и Эндрю были почти одинаковые цвета радужки: чем-то похож на плавленное золото или тягучий мёд, однако сейчас темнеющие от большого количества эмоций, и напоминающие терпкий кофе. У Миньярда они были с оттенком тёмно-серого, из-за чего напоминали пепелище, полностью голую землю с остатками каких-то растений, которые умерли от пламени, из-за чего превратились в пепел, или что-то обугленное. Мёртвая земля. У младшего же серый был достаточно заметен, однако в тени особой разницы заметно не было. Так или иначе и Эндрю, и Алекс смотрели с волнением и неким любопытством. — Я в порядке, — заявил Натаниэль физически ощущая, как Лора даёт ему подзатыльник за данную фразу. Всадники давно привыкли и это стало скорее привычкой, хотя они явно пытались так отучить Ниэля. Хотя вся проблема в том, что это не просто фантомное, а вполне реальное. Похоже рана на голове решила о себе напомнить, пусть и зря, всё равно парень просто проигнорирует это. — Просто задумался немного. На такое заявление Эндрю смерил его долгим взглядом, будто ощущая, что Абрам ему лжёт, и решает указать на это или нет. Судя по тому, что блондин начал попытки приготовить себе кофе, не прогоняя Сэр, что получилось плохо, он решил проигнорировать данный факт. А вот Алекс, судя по всему, всё ещё решал ткнуть в это, или не стоит. Голубоглазого даже как-то напрягло то, что эти двое за несчастные выходные стали так похожи, а ребёнок вообще начал копировать какое-то поведение у Миньярда. — Отзеркаливание, — произнёс хозяин дома, всё-таки сдавшись, и просто взяв себе какую-то сладость, до которой смог дотянуться. После такого заявления на него уставились два ничего не понимающих рыжика. Бывший лис точно смотрел в голубые глаза поясняя: — Алекс ребёнок и для лучшей адаптации его мозг отзеркаливает поведение людей вокруг него. Для здорового развития личности лучше находиться с социумом, — Блондин кинул быстрый взгляд на торс Натаниэля, который был скрыт под одеждой, и за эту секунду его зрачки успели заметно расшириться. Веснински бы и не заметил это, если бы не следил за этим. — Но это не наш случай. Тут до рыжего дошло, что это самое долгое, что он вообще слышал от Миньярда за всё время их знакомства. Дьявол даже немного опешил. Не так от знаний блондина, как от новости, что тот способен выдать что-то достаточно длинное, что походило бы на диалог в обе стороны. Нет, Натаниэль был даже рад, когда собеседник молчит, особенно с учётом того, что Эндрю своим поведением показывает, что слушает и даже может вставить какие-нибудь фразы или съязвить в ответ, однако такой резкий поток слов немного напряг. — Истратил свой дневной запас слов? — с сарказмом произнёс мафиози. Судя по взгляду карих глаз, его явно хотят послать в не очень приличное место, но из-за ребёнка идёт фильтрация словарного запаса. Такие поддразнивания на кухне, с весело наблюдающим Алексом, и двумя спящими кошками, было чем-то до жути правильным. Надежда перемешалась с желанием встречать каждое утро подобным образом. Решение было принято довольно легко, чего Ниэль сам от себя не ожидал: «Когда избавлюсь от основных проблем, обязательно попробую связать свою жизнь с ним» — это было обещание самому себе. “Насильно мил не будешь”, так что рыжий лишь будет пытаться остаться рядом с Миньярдом, пока его не прогонят. Такой вариант его вполне устраивал. Все эти неоднозначные гляделки прервал звонок телефона Натаниэля. Его искала Лора, которая чудом ещё не накричала на него на безответственность, вместо этого задав вопрос, где он и с кем. Ответ, что он с сыном её вполне устроил, так что она скинула трубку. — Ну, меня сегодня-завтра, должны забрать, — пояснил Веснински, убрав телефон. Эндрю лишь кивнул, и всё-таки согнав кота, пошёл наверх в свою комнату, в то время как Алекс решил продолжить что-то рассказываться. Рыжий был не против послушать, хотя его и интересовало зачем Миньярд ушёл, но он сомневался, что это его дело. Так что оставалось, лишь дальше интересоваться тем, что рассказывает сын. Хозяин дома появился достаточно быстро. Он снова был полностью в чёрном, а в повязках были ножи. Но одно сильно насторожило Натаниэля, в руке парня был достаточно большой нож для нарезки мяса.