Не доверяй никому

Не доверяй никому. Именно эти слова являлись слоганом Регулуса Блэка. Почему именно они? Отвечу вопросом на вопрос. Можно ли доверять кому-либо в этом мире? Ведь не знаешь, кто скрывается под маской милого и доброжелательного человека. Проявишь хоть каплю доверия к нему – бац! Его нутро раскрывается, выставляя себя настоящего на всеобщее обозрение. Тогда всё обрывается. Приходится начинать всё с самого начала. После таких жалких попыток обрести человека, который смог бы по-настоящему сохранить доверие к себе, юный аристократ закрыл путь к своей душе на ключ, а последний выбросил куда-то в пустоту. Туда, куда не сможет добраться никто. Даже он сам. Холодный, чёрствый, сухой – таким видели его окружающие. Таким он представлялся им. Утончённое бледное лицо с ярко выраженными скулами и впалыми глазными яблоками, тонкие губы, ровный нос, чёрные, как ночное небо, волосы – всё это указывало на его аристократическое происхождение, которым Блэк так гордился. И действительно, вся его семья была поклонниками чистокровных, какими и являлась. Все они были истинными слизеринцами – потомками Салазара Слизерина. Лишь один член семьи нарушил увековеченную традицию. Распределительная шляпа определила его на Гриффиндор. Факультет, прославившийся защитниками маглорождённых. Но это не мешало Регулусу любить своего брата. Да, он относился к нему довольно холодно и равнодушно, но где-то в глубине души, в самых потаённых её уголках, находился маленький комочек любви, предназначенный для Сириуса Блэка.

***

Вдох. Выдох. Грудь слизеринца вздымалась и опускалась с бешеной скоростью. Появился звон в ушах. Всё вокруг поплыло. — Регулус!.. — Последнее, что услышал аристократ. В глазах потемнело. Тело обмякло и упало. Чьи-то руки подхватили его. Вероятно, это был старший брат, который всё это время шёл рядом с ним и рассказывал очередной бред про квиддич и его жалкого дружка, который чем-то отравился за завтраком. Он чувствовал, как его перенесли и положили на что-то твёрдое, как в его рот влили что-то горячее и обжигающее, от чего ему пришлось разлепить отяжелевшие веки. — Вот и очнулся, дружок, — весело произнесла фельдшерица. — Тебе нужно отдохнуть, сильно уж ты перетрудился. Небось, усердно учился? — Пошутила она. Регулус же в свою очередь не оценил шутку и закрыл глаза. Он не хотел видеть счастливое лицо женщины в тот момент, когда ему было так плохо. Фельдшерица же, не дождавшись ответа, покинула палату, предварительно закрыв ширму, чтобы не беспокоить больного. Вдруг, в соседней палате, которую отделяла лишь ширма, раздался кашель. Мерзкий, противный кашель. Аристократ не выдержал и, открыв глаза, отдёрнул преграду. Угольные брови поднялись вверх, когда он видел никого иного, как дружка своего братца - Поттера. Джеймса Поттера. Бледное лицо скривилось в ухмылке, бездонные глаза быстро пробежались оценивающим взглядом по гриффиндорцу. — О, Поттер, какая приятная встреча! — Протянул Блэк. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Не мог бы ты заткнуть чем-нибудь свой ротик и не издавать звуки рожающего нюхля? — С отвращением протянул он и задёрнул ширму, оставив Джеймса в полном недоумении раскрывшем рот и не успевшим что-либо сказать. Оставшись наедине с собой, Регулус отдышался. Его сердце билось намного быстрее чем раньше. Не размеренно, холодно и равнодушно.. Нет, как будто что-то подогрело его. Будто где-то в лёгких зажёгся маленький, слабый огонёк. Такое чувство было непривычным и довольно странным для парня. Постаравшись отогнать все эти мысли, он тряхнул головой, создавая беспорядок из своей безупречной кудрявой шевелюры. Кудрявые локоны стали лежать небрежнее, но мысли будто и в правду вылетели из головы. Брюнет закрыл глаза, стараясь погрузиться в сон, но прямо на него, как бы он не старался отделаться от этого, смотрели ярко-зелёные глаза недоумевающим взглядом.