***
Ребята оказались возле какой-то реки. Здесь так тихо и темно. — Откуда у тебя пушка? — нервно вывалил Кирилл. — Да так ношу для самозащиты. — Ага, — недоверчиво ответил Кирилл. Ты так и выглядишь как чел которому нужна пушка для самозащиты… — У всех как говорится свои скелеты, — неохотно проговорил Даня. Слушай, нужно успокоиться, давай просто посидим на берегу. К случаю сегодня одна тех из редких ночей, когда звезды осыпаются с небес, точно слепой дождь. Летай слышал, что на земле такое случается, но сам ни разу не наблюдал. Его дом- бездонное пространство где-то между космосом и землей: здесь нет дождей, только белые ватные облака, космодром, метеоры и одинокие степные пески. А у них целое небо над головой, но они даже не смотрят. Но это не самое необычное, что пришлось ему наблюдать. Самое необычное то, что он сидит на берегу с едва знакомым человеком и таращится на его глаза и руки. Даже не думая о том, что пора возвращаться, домой, да и домой ли… Летай почему-то сам себя пугается. Он не совсем понимает, почему возвращается на землю снова и снова. Он не знает кто этот парень, и почему именно рядом с ним он чувствует себя лучше, чем дома.***
Даня достает из рюкзака две бутылки фильтрованного. Палмдропова трясет. — Тебе холодно? Снимая свою черную ливневку, риторически спрашивает Летай. — Спасибо, Дань. Недопьяный Палмдропов лучшее, что можно было наблюдать. Он прикасается к нему как самое теплое море, которое ласкает острые скалы. Он теперь так близко, смотрит прямо на губы. И когда Палмдропов вот так близко и тепло как сейчас смотрит на него, Летай почти не чувствует боли. Даня притягивает парня к себе и накрывает его горячее тело, внутри рождается новая сверхновая и что-то еще там рождается. Он так и не понял. А Кирилл просто не мог поверить. Парни все глубже и глубже устремляются друг в друга, окончательно обнимаясь с травой до самого конца. Они заснули в обнимку под холодным звездным небом. И по прошествии ночи отправились по домам. — Я подвезу тебя куда надо, — бережно произносит Кирилл. Здесь Даню накрыла понятная тревога. Он не знал, что и ответить. — Нууу, поехали, — протянул Даня. Кирилл довез парня до того места откуда они убегали. Парни бесконечно долго обнимались на байке, не стесняясь чужих косых взглядов. Незаметно для них наступили сумерки. Было что-то вроде десяти на часах. — Улетай уже, — с любовью, без всякого раздражения, ворошась в волосах партнера, произнес Кирилл. Даня поспешно поцеловал Кирилла и растворился где-то в городе.И больше они не встретились.
Я искал его везде.Ездил по нашим местам. Звонил по телефону, но каждый раз в ответ мне прилетало только раздирающее- «Набранный вами номер не существует».***
Прошло чуть меньше года или вроде того. Наступила осень. Кирилл приоткрывает деревянную форточку, закуривает сигарету и меланхолично наблюдает, как кленовые листья ностальгично осыпаются под такт песни «Salvatore» Ланы Дел Рэй, играющей где-то на задворках. Затем торопливо попивает энергетика, наваливает на себя драгоценную ливневку и отправляется рассекать свою пустоту горящими покрышками. На часах десять. Красное снова закатывается, а Палмдропов снова падает…