Ты слишком пьян, Кать...

Сказать, что Костя был в шоке, ничего не сказать. Он был откровенно говоря до глубины души задет этой ситуацией, а выражаясь по русски в ахуе от неë. Юра позвал его в клуб. Не в простой, а в самый-блядь-настоящий-ебать-гей-сука-клуб — пиздец. Он двадцать шесть раз перечитал сообщение, кажется вызубрив наизусть каждое слово. Костя перепроверил несколько раз, ошибки быть недолжно. «Три совы» — гей-клуб в Кургане. Хотелось бы, конечно переспросить у самого Юры, но тот, о, как оригинально, отключил телефон. Не то, чтобы Костя на что-то надеялся, когда туда ехал, но как минимум интерес у него был. Он сел на диван, присматриваясь к полумраку клуба. Юры не было. — О, Уралов… — откуда-то сзади послышался голос, который никак не мог быть услышан здесь, и чья-то рука легла ему на плечо. — Д… Данис? — он повернулся. Не ошибка. Хотелось истерически засмеяться. Ситуация всё больше и больше походила на сюр. Данис Агидель — перед ним был Данис Агидель. И выглядел он подстать месту, чёрная широкая рубаха, такие же чёрные, но уже зауженные джинсы и подведенные глаза. — Согласен, странно выглядит, но дресс-код — есть дрес-код. — Ты… — выдохнул Костя, пытаясь осмыслить происходящее. — Я? Может да, может нет. Выбор. — Данис лисьи улыбнулся, и эта улыбка явно не предвещала Косте ничего… …хорошего. — Это ты мне написал? — внезапная догадка пронзила Уралова. — Что именно? — Агидель сел на мягкий диван, рядом с Костей, похозяйски развалившись. Да он просто издевался над ним! — Вот. — Костя со злостью сунул в лицо Данису, то Юрино сообщение. Агидель прочитал его и… рассмеялся. Просто взял и рассмеялся! — Меня ни то, чтобы смущает, что Юра написал это, скорее меня поражает, что ты на него ответил. Не уж-то вюбился в братца моего? — Я… — Костя замялся. — Эй, бармен, плесни что-нибудь. — Данис перебил Уралова, резко, выражение его сменилось на привычную опасную холодность, взгляд карих глаз враз потяжелел, да так, что по спине Уралова даже пробежал табун нехороших мурашек, но на удивление, слова Агиделя звучали вполне… обнадеживающие — Времена сменились. — Юра… — Мой косяк — знаю. Скажу честно, ты мне не нравишься, но брату желаю лишь счастья, и если ты сможешь сделать его счастливым, то мне будет плевать и на тебя, и на Юрины предпочтения. Официант поставил на стол два коктейля. — Выпей со мной. — Что? — Костя нервно сглотнул, почему-то привычное рабочее красноречие покинуло его и он утратил способность говорить не односложными предложениями. — Пей. — Данис приподнял бокал, как-бы салютуя Косте, отпил немного и, видимо, специально дождавшись, когда он тоже начнёт пить, добавил — Кстати, ты не слишком хорошо скрываешься, даже удивительно, что Юра до сих пор не догадался. — Как долго ты знаешь? — сказал Костя едва откашлившись. — Около двухсот лет. — спокойно ответил Данис. — То есть, с самого начала? — То есть с самого начала. — И ты?.. — Старался ограничить ваше обращение, ругал, порол, запирал… но разве этого шайтана удержать? Всё время к тебе сбегал, только кожа хоть чуть-чуть затягивалась. Как только лазы находил? — грустная улыбка проскользнула по его губам — Хотя, знаешь… не мне его осуждать. Сам проглядел, как мой собственный брат в тебя влюбился. — Чего?! — но получить ответа на этот вопрос ему было не суждено. Телефон в кармане Даниса зазвонил и он спешно удалился, что-то оживленно говоря на башкирском, на последок бросив пару смятых купюр: — Тут должно хватить.