Генезис сингулярности ангела

— …Альбедо, что?! Как?! — закричал Итэр на весь Тейват.       Нет, слишком много приключений на его голову. Слишком много. Дайте выходной хоть на один день! Прогулка на Драконий хребет за зельями для дальнейшего путешествия не должна была обернуться чем-то сверх. Знакомые территории, тропинки, все по выученному пути. Шанс наткнуться на хилличурлов, лаванчурлов с ледяными панцирями равен нулю. Они втроем спокойно добрались до лагеря.              Встреча с главным алхимиком проходила отлично. Итэр набирал в инвентарь зелий, пока Альбедо беззастенчиво зарисовывал профиль Гели углем на пергамент. Голубоглазый называл это искусством, парень с золотыми глазами думал, как здорово тот завуалировал «мне нравиться Геля и хочу на нее постоянно пялиться», при этом оставаясь в глазах дамы джентльменом. Паймон уплетала заботливо приготовленный Альбедо завтрак. И вот время отправляться. Казалось, миссию можно было считать успешно законченной.              Но Геля была бы не Гелей, если бы не влипла в какую-нибудь историю. Дело в том, что блондинке захотелось попить. Пока Альбедо с Паймон и Итэром обсуждали какие ограничения есть у одного из нового измененного рецепта зелья, та вклинилась с вопросом «это можно пить?», мелком глянувший Альбедо кивнул положительно, тут же возвращаясь в разговор.              Это было ошибкой.              Большой, мужской ошибкой.              Хотелось бы верить, что поправимой. — Старик Гёте попросил изготовить что-нибудь для повышения мужской потенции… — немного отстраненно проговорил алхимик, смотря на результат зелья. Старик жаловался на сильную слабость, кхем-кхем, в этой области, поэтому пришел с просьбой к Альбедо. Естественно, это было не бесплатной услугой, вот ученый и постарался на славу. Результат вышел сильнее, чем ожидалось. — Хм, интересный эффект. — Интересный?! Как теперь ее вернуть обратно в ее тело? — Эм, да ничего страшного же не случилось. — промямлил Геля, точнее уже Гель. Для человека только что поменявшего пол она выглядела очень даже спокойно. Бывшая девушка немного нервничала. Снова добавила путешественнику проблем. — Я не пострадала, да и к тому же Альбедо скоро сделает противоядие, правда ведь? — Насчет противоядия не уверен. — не хотелось обнадеживать подру…друга, но в алхимических процессах есть необратимые вещи. — Я попытаюсь что-нибудь придумать. — Тогда можно я кое-что уточню? — поинтересовался Гель. — Да. — Чисто в теории, девушки от меня могут забеременеть? — Геля, почему из всех вещей ты думаешь об этом именно сейчас… — взвыл Итэр, ударив себя рукой по лбу. — Чисто в теории это возможно, но я все еще не уверен в возможностях измененного тела. Нужны экспременты. — Их не будет! Ты вернешь, все как было! — Так, ладно…а парни? — Так, мы домой! — решил Итэр, устанавливая чайник, на одну их полок в лаборатории Альбедо. — Как закончишь — потри.

***

      Домочайнцы приняли Геля довольно спокойно. Негодовали, конечно, но быстро приняли. Им не особо важен пол подруги или уже друга. Геля есть Геля. Она остается собой в любой сути. Со своей стороны, они могут лишь поддержать ее в этот экспериментальный период. Ну, и конечно же, никто не отменял погоню за ангельским сердцем. Что парни, что девушки, собирались с новыми силами атаковать ангелочка флиртом и заигрываниями. Плохо только одно — понимание намеков Гелю не придалось ни капельки. Наверное, это было неотделимой характеристикой всех Гелей. — Ну, в принципе, мой отец всегда хотел сына. — Гель неловко чешет затылок перед обитателями чайника. Ему легко говорить на камеру, или поддерживать разговор с интервьюером, однако он совсем плох, когда нужно быть ведущим какого-то мероприятия. И нет, он на него не соглашался. Его просто посадили во главу стола, ожидая чего-то.       Они устроили ему чаепитие. Тарталья, как бы каламбурно это не прозвучало, испек торт. Кокоми с Моной постарались над чаем, сделав сразу несколько видов заварок, чтобы было из чего выбрать. Кейя с Дилюком объединили усилия для виноградного льда. Сяо нарвал ЦиньСинь, он не силен в готовке, но все равно надеялся, что Гель оценит его старания. Скарамучча принес себя, со шляпой, это важное уточнение, потому что на основании ее наличия он уселся рядом с сероглазым, «спасая» от солнца. Аль-Хайтам отрыл где-то сказки, думаю не нужно объяснить кто среди них всех самый большой любитель. Аяка занималась сервировкой стола, Аято сделал икебану специально для данного мероприятия. ГаньЮй приготовила любимое желе Геля. Е Лань принесла карты, чтобы сыграть во что-нибудь азартное — игру"раздень ангела». Ёимия подготовила фейерверки. Тигнари и Коллеи нажарили грибов. Кавех все пытался подсунуть под локоть ангелочка свои чертежи и наработки, хотелось посоветоваться, узнать важное «экспертное» мнение. Все его попытки были пресечены Лини, показывающий великолепный фокус с исчезновением чертежей. Нёвиллет принес воду. Просто воду. Гель любил пить воду на самом деле, поэтому свою долю внимания водный дракон получил. СинЦю развлекал стихами, Кадзуха хайку, Венти песнями, ЧжунЛи историями из жизни, Нилу танцами, Сайно анекдотами.        — И?.. — не понимает связи между происходящем Тарталья. Мало ли что там батя хотел, у него родилась дочка. Не страдающая гендерной дисфорией. Так что она и должна была оставаться девочкой. — Ох и открутил бы я уши этому шайтану-алхимику! — Лучше открути крышку. — Гель буквально всучил рыжеволосому сахарную банку. Одиннадцатый предвестник, неопределенно хорошо, только в том случае, если направляешь его силы в нужное русло. — Как будто кто-то их специально затягивает потуже! — случайное попадание «прямо в точку» тоже коронный прием Гелей. Они умудряются пошутить. Реальность превращает их шутку в правду. Абсолютно все поспешили направить свои взгляды куда подальше. Все грешны этой банкой сахара.       Должно уточнить, что мужское телосложение совершенно не прибавило Гелю сил. Внешне он все также был похож на Гелю за исключением того, что пропала грудь и фигура потеряла плавные женские черты, став более геометричной. Гель — мужской эквивалент Гели. Такой же пухленький и миленький, постоянно влипает в истории и очаровательно улыбается.       И смена пола никого не заставила отступить от борьбы за внимание данного человека. Некоторых даже наоборот, приободрила.       Итэр сидел поодаль от всех. Точнее лежал. На скамейке, лицом вниз. Весь его вид так и говорил «я устал, отстаньте, вы мне надоели». Из вселенской печали его вывел обеспокоенный голос: — Не расстраивайся, Альбедо придумает что-нибудь. Лучше вот, поешь сладенького. Эти персиковые моти восхитительны! — Гель присев на корточки, протягивал путешественнику тарелочку. — Ох, я так устал. Может покормишь меня? — ох, как же его сейчас все ненавидят и завидуют. Вот первая булочка отправляется к нему в рот. Просто райское наслаждение. — Хорошо! Ой, дождь пошел! Мисье Нёвеллит, что же вас так расстроило? — негодовал Гель, практически сразу подбегая к гидро дракону, заключая того в объятия.       «Чертова водная ящерица!» — подумали все, за исключением Геля и самого Нёвиллета.       «Ребята, пожалуйста, вас слишком много…» — молился сероглазый, чтобы сейчас кто-нибудь не возник с воскликом «я тоже хочу». «Тоже хочу» может растянуться на два часа.       У них сегодня еще запланирована генеральная уборка… Архонты, дайте сил Гелю пережить все это.

***

      Генеральная уборка в понимании большинства домашних — это завоевание Геля «штурмом». Лишь в понимании попаданца это день уборки, вытаскивания всякого барахла из недр комнат, заканчивающийся приятным расслаблением на острове с горячим источником. В этот день каждый убирал свои комнаты, плюс помогал в общих, кидал повседневную одежду в стирку, переодевался во что попало. Гель одевался в шорты и безразмерную футболку. Остальные специально надевали что посексуальнее, чтобы привлечь ангелочка. И, конечно, же в своих комнатах они убрались еще вчера. — Гель, поможешь? Стремянка шатается, я боюсь. — окликнула блондина Мона. Тот оторвался от мытья коридоров, вошел в библиотеку. — Ой-ой! Держи меня! — руки парня на железной стремянке не устраивали ее. Гель шустро переложил ладони на бедра Моны, боясь, как бы та не упала. — Долго еще? — уточнил Гель. От рук потихоньку начала отливать кровь. Мда, он не спортсмен. Подержал руки всего минуту, тяжесть ощущается часовой. — Еще немного. — заверила его Магистус. — Мо…на, кхем-кхем. — «да за что мне это?». — В следующий раз не забудь нижнее белье, пожалуйста. — Гель не ханжа, но данная ситуация вызывала больше испанский стыд, нежели какие-то другие эмоции, на которые рассчитывала маг. — Ой, прости, оно все в стирке. — неловко прикрыла рот ладошкой. Да-да, оно «случайно» оказалось все в стирке именно в этот день. — А? Аль-Хайтам? — удивился Гель.       Уровень кринжа резко возрос. В библиотеке разворачивалась сцена из какого-то низкокачественного кино. Парень-краш несет книги, небрежно пафосно откидывает их на стол, срывает с бедер платок, — хм, напоминает сюжет фильма для взрослых, — секретарю требуется всего пара секунд, чтобы обернуть платок на Мону как набедренную повязку. Импровизированное нижнее белье готово. К сожалению, действие «фильма» на этом не закончилось. Мужчина подошел к Гелю, прижал его к стеллажу, расположив руку на уровне его уха. Самый заезженный момент во всех любовных дорамах. — Гель… — голом на несколько тоном ниже обычного произнес Хайтам. — Не поможешь мне? — С-с чем? — Нужно вставить. — Что вставить? Куда? Тебе зачем? — Книги вставить на правильные позиции. — …Свяжитесь со мной завтра! — вдруг заявил парень, резко приседая, спасаясь ползком из «зоны поражения». — В смысле? — Найди окно в моем завтрашнем расписании! — Все равно ничего не понял. — изрек Аль-Хайтам.       Он был кандидатом в мудрецы, занимает должность секретаря, то есть Хайтам далеко не глупец. В понимании Геля ни одна из должностей не помогала, что печально. Даже принадлежность к даршану. Казалось бы — говорит и знает много языков. Но найти общий язык с Гелей было задачей невыполнимой. При этом они говорили на одном языке. Теперь, когда она стала парнем Хайтаму было интересно узнать: это все-таки Гель такой сложный человек-инопланетянин, или тогда их общению мешало что-то называемое в кругах мужланов: «бабские капризы», «бабская логика» и другое с причастием к женскому полу. До конца Аль-Хайтам не понимал, чем руководствовались данные индивидуумы при вынесении данных фактов. В его мировоззрении пол никак не зависел от способностей мозга, у людей обоих полов он устроен одинаково. И самое печальное, что к разгадке Гелей он не приблизился. — И сделай, пожалуйста, кофе! — крикнул Гель со второго этажа.       «Фуф, вроде оторвался!» — счастливо подумал попаданец. Оторвался от одного, попал к другому. — Тарталья. — опасно зашипел Гель. Повышенное внимание к его скромной персоне после превращения начало раздражать. — Если не хочешь получить по башке, ты меня отпустишь… Нет, Тарталья, нет! — Гель, что случилось? — в комнату тут как тут ворвался Сяо. Стоило открыть комнату Фатуйца, как в лицо прилетела подушка. Адепт еле отодрал ее! — Ах, ты! — стоило увидеть рыжеволосую сволочь восседающую на Геле. Его Геле! Маска появилась моментально.       Бой подушками обещал быть эпичным, парни готовы драться до последнего вздоха.       И подушки.       И нервов Геля. — И успокоительное мне кто-нибудь принесите. — попросил попаданец. Комната с кучей подушек — это его комната. — Зато Итэр теперь не будет спрашивать зачем мне столько подушек. — потому что их больше нет, дай архонты, чтоб хоть одну оставили. — Спать мне сегодня на ладошке… — Держи. — БайЧжу услужливо протягивает таблетку и стакан воды. — Спасибо. — облегченно вздыхает Гель. — Если хочешь… — Нет. — в планы на ночь не входило «пригреть змею».

***

— Эм…во сколько обойдется новый дом? Я оплачу. — благородно уточнил Дилюк. — Без учета материалов около миллиона моры. — сказал Пухляш, чайного духа всего трясло. От возмущения и осознания предстоящей работы.       Придется заново все отстраивать, главное здание, пристройки, вся мебель снаружи и внутри. А все из-за слишком вспыльчивых идиотов, спаливших одной атакой большую часть здания! Другие идиоты в попытках потушить только разнесли огонь на соседние строения и садовую мебель.       Огромная группа столпилась на другом острове, смотря как сгорает их прежний домик. В нем было столько воспоминаний, столько всего произошло. Гель стоял очень расстроенный. Настолько, что никто не решался даже приобнять его. В таком состоянии он был способен на все что угодно: разреветься, убежать, убить кого-нибудь причастного, т.е всех. Обитатели дома, понимая серьезность ситуации притихли, как никогда. — Будешь? — преспокойно уточняет Итэр, передавая блондину свою кружку с чаем. С тех пор как началась уборка, путешественник вынес стул, чайный столик, набор для чаептия. И смотрел. Просто смотрел. Он уже столько видел, что невозможно развидеть, так что уже ничему не удивляется. — Да! — в расстроенных чувствах Гель выхватывает кружку, осушая ее залпом. — .Это точно чай? — скептически. — …Я трезвый бы не стал с ними в одном чайнике жить.

***

— Я ушел мыться! — крикнул Гель.       После того как решилась проблема с ночлегом, — все будут ночевать в палатках, сделанных наспех Пухляшем и ЧжунЛи, — и ужином, — спасибо Тарталье, знающий принципы выживания и Нёвиллету создающему чистую питьевую воду.       «Наконец-то отдохну от этого дурдома!» — счастливо думает парень.       Парни и девушки, быстро разойдясь по палаткам, наблюдали, как объект весело вприпрыжку идет до горячих источников. С тех пор как путешественник построил горячие источники ванна утратила свой смысл, всем нравилось мыться только там. Не только потому что это приятно. Для девочек это был огромный плюс в копилочку, ведь Геля мылась с ними. Раньше. Однако у мальчиков на половине был свой тайный плюс — щель между бамбуковыми досками, которая как бы случайно образовалась от напора воды проходящего Тартальи. Он просто нечаянно махнул рукой! Да, именно так он и скажет, если девчонки спалят. — Ох, что-то я сильно вспотел, нужно бы еще раз осежиться… — под дурацким предлогом Тарталья намеревался принимать совместные ванны. Естественно, попытка была пресечена хватанием фатуйца за шкирку.       Гель специально ждал, когда все помоются, чтобы потом помыться одному. В любом случае было бы не очень, если бы он мысля с той или иной группой, хотя…парни и девушки были не против купаться с ним. Против был только Гель. На сегодняшний день концентрации друзей приключенцев ему хватило. Наконец-то он один. Без зазрения совести блондин скинул с себя все тряпки.

***

— О, архонты! — Кавех упал в обморок. — Что там?! — вопили окружающие, хватая за рукава ЧжунЛи. Он первый успел перехватить бинокль архитектора. — Хм… — Что значит твое «хм»? Можно посмотреть? — эстафета передается Нёвиллету. — Хм… — Да вы можете нормально объяснить? — настала очередь Венти. Шокированный гидро дракон просто роняет в руки нужный барду предмен. — Нихуя себе! — Дай! — уже и Итэр не выдержал. — Я бы сказал «хуя». — М? — Скарамучча беспардонно вырывает бинокль, смотрит пару секунд, потом смущенно втискивает его в руки Кокоми. — О…Ох… Вау… А…Эх… — Моя очередь. — аппарат переходит Дэхье. — Черт, у нее даже больше, чем у моего бывшего. — Даже больше, чем у меня. — комментирует Кейя. — …что-то мне уже не хочется с Гелем мыться. Как-то стыдно теперь идти туда. — признался Кадзуха. — Я хочу его. — вдруг слышится от Сяо, наконец-то бинокль дошел до него. — В тебя разве столько поместиться? — иронически поинтересовался Скараммуча.       «Мистер шляпка» пожалел о своем вопросе.              У последнего яксы были весьма специфичные пристрастия в постели. Реакция Сяо стала неожиданной для большинства. Вместо того, чтобы начать отбрыкиваться, как-то краснеть, отговариваться мол «ничего подобного, столь недостойные мыли не могут быть в голове адепта». Оказалось могут. Еще и не такие. В его глазах буквально проматывались картинки воображений, где они с Гелем занимаются непотребствами. Тело адопта мелко задрожала, а лицо стало близко к выражению лиц в хентай мангах, называемое «ахегао». — Так-так, хватит мечтать! Ты щас обкончаешься здесь.       Но Сяо уже и след простыл. В направлении горячих источников. — Стой! — закричал Скарамучча бросаясь следом. — Кстати, я вот о чем подумал. Геля же только вчера получила член, верно? Не значит ли это, что сейчас он девственник в «этом плане»? — Фу, только о пошлостях и можешь разглагольствовать, Кэйя. — Не все такие порядочные, как ты, Дилюк. — Ой, что-то от меня воняет рыбой, побегу искупнусь! — Кокоми резко начала бежать по воде, другие не успели ей помешать.        Однако глаза в бешенном предвкушении загорелись у всех. Быть первыми у Геля в «этом плане».

***

— Сяо, не пойми неправильно, но я собирался мыться один. — в кале сказал Гель. — Ты же не прогонишь меня? — Эх. — тяжело вздыхает попаданец. Вот влип же. Не прогонит. Не может прогнать. — Я устал. Сегодня все с ума посходили.       Какое-то время идиллия двоих продолжается. Сяо внимательно выслушивал Геля, помогая натереть спинку. Не приставал, не соперничал, молча слушал и слушался. Это то чего Гелю стало не хватать. В духе соперничества другие просто забывали прислушиваться с самому Гелю. К его желанием и чувствам. Главным стал не сам Гель, а возможность забрать его себе. А будет ли ему хорошо или плохо - уже вторичный вопрос.       Мочалка возвращена в руки ангелочка, адепт обнял парнишку, прижимаясь щекой к спине. Сяо сложно выражать чувства словами, очень сложно. Он сотнями лет ни с кем не говорил. Но Гель итак все понимает. Сяо любит и боится потерять. Он уже отпустил любовь однажды, он не простит себе вторую ошибку. — Мне нужно смыть мыло. — предупреждает Гель. Сяо лишь жмется сильнее. Вода из тазика окатывает обоих приятной теплой водой. — Ладно. Посидишь со мной в источнике?       Гель сдается под заботой Сяо. Кольцо рук размыкается, Гель ловко шмыгает в сторону источника. Ему требуется пару секунд, чтобы привыкнуть к температуре воды. Вода в источнике чистая, прозрачная, только пар не дает глазам увидеть больше положенного. Блондин слышит шелест ткани, не шуршание, вся одежда Сяо промокла, потому что тот не хотелось отпускать Геля. Яксе не требуется адаптироваться к температуре воды. Он решительно заходит, усаживается на колени сползшего Геля до такого уровня, что из воды торчала только светлая макушка и нос. Сяо ныряет, тут же возвращается на поверхность, зачесывает мокрые волосы назад, после чего довольный укладывается на грудную клетку Геля, слушая его мерное сердцебиение.       Гель чувствует облегчение и долгожданный отдых. Он не имеет ничего против заботы о себе любимом от других, только не в таких больших количествах. Эх, жалко Геля нельзя клонировать, чтобы раздать каждому. — Сяо? — М? — Как ты думаешь…? — Отдыхаете, можно к вам? — мило поинтересовалась Кокоми. Глаза Геля стали квадратными. Ну, каким боком-то, а? — Ты, что, сюда по воде добежала? — об этом намекало «вознесение Нереды» и то, что Сангономия до сих стоит на воде. — Да, а что такого? Я подумала, что тебе будет грустно одному. — Кокоми ненавязчиво присела рядом с Гелем, при этом «случайно» спихнув Сяо с коленок обожаемой цели. Адепт зарычал. Гель потянул его на себя, усаживая по другую сторону от Кокоми. Ох, хоть бы не подрались. — Эм, ну, ты даже одежду не сняла… — Гель спешно берет полотенца, одним он судорожно пытается прикрыть хозяйство между ног, второе отдает Сяо. Стремительно разогнавшееся полотенце прилетает в лицо, но вместо того, чтобы скрыть член, Сяо повязывает полотенце на голову на манер банданы. — А ты хочешь? — тон Кокоми должен быть смущенным, но от чего-то он получился взбудораженно-возбужденным. Гель отшатывается. Немножечко начинает веять "жаренным". Лучше убираться подобру-поздорову. Пока это здоровье еще хоть немного осталось — Эй, ваше время закончилось, хватить трахаться там. — оповещает Скараммуча с воздуха. — Теперь моя очередь делать это с Гелем. — …Да вы все! Все…аргх! — не смог выругаться парень. — Все! Я от вас ухожу!

***

— Представляешь?! Они так интересовались тем что у меня в штанах, что у меня сложилось такое впечатление, что мой член они любят и уважают больше, чем меня! — Гель наконец-то глянул на Альбедо. Тот уже как минуту перестал перемешивать сахар в чашке. — Я всего лишь спросил «как дела», честно говоря, не ожидал услышать такой длинный монолог. — Прости. Не хотел грузить. — Нет-нет, ничего. Все-таки это моя вина. Не думал, что из-за моего зелья может возникнуть столько проблем. — Мда уж… — Кстати, я уже приготовил антидот. — Правда? Где оно? Альбедо, ты чудо, я тебя люблю! — в чувствах разговорился блондин. Из его рта вылетела неосторожная фраза. — Тогда, можешь оказать мне услугу? — Какую это еще…услугу? — После твоего рассказа мне вдруг резко стало интересно что же все-таки там с твоим причинным местом. — Только не говори мне… — Я согласен быть снизу, если тебя это успокоит. — Гель! Ну, куда ты убежал? Они весь чайник перерыли в поисках тебя! Нёвиллет устроил потоп, а ЧжунЛи полностью изменил географию островов! Успокой их пока не поздно! — взмолился резко ворвавшийся Итэр. — Фуф! Забелся, аж вспотел. — Стой, не пей это! — Альбедо схватился за голову.       Это было ошибкой.              Большой, женской ошибкой.              Хотелось бы верить, что поправимой. — Подписывать надо свои зелья, тьфу! — сказала Итэр. — …у тебя милый голос. — высказался Гель. — Только грудь маловата. — вздохнула путешественница. — Как был плоским, так и остался.