Капля яда

- Мам, ну, ради бога!- Алекс натягивает тренировочный костюм, в который и так, кажется, вросла за время пребывания в Новогорске.- Просто другой график работы! Этери предпочитает вечер. - Лекси, вечера надо посвящать семье и друзьям,- назидательно напоминает мать прописную истину. - Я обязательно сообщу об этом Этери,- хмыкает девушка.- Все, пора бежать! Если хочешь, я тебе позвоню после льда. - Очень хочу!- и женщина отключается. С родителями Александра теперь общается сильно меньше, не потому что не хочется, а потому что в основном или нет сил, или совсем не попадает в график, который бы устраивал обе стороны, то у них ночь, у нее день, то у нее ночь, у них день. Так и живут, не пересекаясь в часах активности. Вот и сейчас. У Алекс десятый час вечера и она собирается ставить программы, а у ее семьи только пять утра, так что маме пришлось встать специально раньше обычного, чтобы позвонить дочери. Почему-то, когда уезжала, не думала о множестве привычных вещей, которые станут малодоступны. И о бытовых, и о душевных. Здесь нет любимых продуктов, совсем иначе построена жизнь, люди другие, а общение с теми, кто был дорог, почти невозможно. Да и некогда. Сложно сказать, плохо ли ей, но очень некомфортно и непривычно. Если бы уставала меньше, наверное, всерьез размышляла бы о возвращении домой, но нагрузка такая, что сил хватает лишь поплакать в душе, упасть и заснуть. В выходные же веселая компания фигуристов и молодых тренеров вечно куда-нибудь собирается и тащит с собой Алекс. Тогда, вроде, грустить некогда, напитываешься новыми впечатлениями. Все хорошие, веселые. Семьи радушные. На прошлой неделе вот была на даче, так это называется, у Дани Самсонова. Были спортсмены, были молодые тренеры. Из старших - никого, а младшим, Полине и Георгию все, смеясь, говорили: “Отвернитесь, вы этого не видели!” Обычно в те моменты, когда делали глупости, которые могли бы стать причинами травм, например, прыгали в озеро с обрывистого берега. Георгий, кажется, даже стал ухаживать за Алекс, но так, не особенно активно, скорее обозначил интерес. Было приятно, но гораздо приятнее и любопытнее было говорить о том, как тут все устроено, почему такой молодой человек, как Похилюк уже тренер, как относится к подобным посиделкам Этери? Про Этери было очень интересно. Собеседник, кажется, это заметил. - Тебе понравилась Этери?- задал непонятно вопрос Похилюк. - Скорее она мне интересна,- чуть покачала головой Алекс.- Она ведь тут главная? Значит, ею надо поинтересоваться. - Все проходят через фазу обожания Этери,- не поверил ее словам мужчина.- Она необыкновенная. В голосе начинающего тренера зазвучало восхищение, в сердце фигуристки дернулась неприятно и больно, то ли ревностью, то ли чем-то еще, но тоже неправильным. - И как проходят?- тонко улыбнулась американка. - Ну,- Георгий потер подбородок,- по-разному. Кто-то выбирает восхищаться всю жизнь, кто-то выбирает обижаться всю оставшуюся жизнь. - Ты из первых?- прищурилась, надеясь разглядеть ответ. В ответ раздался смех: - Это как с матерью. Иногда не знаешь, что сказать, чтобы не соврать,- наконец честно признался Георгий.- Но она остается навсегда под кожей, если уж в тебя проникла. - Тебе это нравится?- поинтересовалась девушка. - Тебе нравится, что ты говоришь на английском, а не на русском?- в свою очередь задал вопрос Похилюк. - Так получилось само собой,- не поняла Александра. - Вот и у нас так получилось само собой: мы были спортсменами Этери, Этери осталась в нас. Не выбирали оставлять ли ее внутри, а теперь уж ничего не поделать. Себя надо или принимать, или бороться,- пояснил Гоша. - Ты принял?- улыбнулась фигуристка. - Конечно,- засмеялся тренер.- первый шаг в клубе Анонимных Этерианцев: признать, что ты этерианец. Оба засмеялись. - Ты был в нее влюблен?- вдруг напрыгнула вопросом на молодого человека блондинка. - Ну нет, малышка, в таком не признаются,- расхохотался Похилюк.- Никто тебе не признается, ясно?! - Но кто-то был?- проницательно заметила Алекс. - Само собой,- пожал мужчина плечами. И снова не понравилась простота, с которой говорится об этом, будто нормально повально влюбляться в тренера. А им, кажется, было нормально. Вот даже сейчас, зайдя на каток, увидела, как смеется хореограф, не отводя взгляда от высокой блондинки, что-то говорящей ему и проводящей пальцем полукруг по периметру катка.. нехорошие были глаза у Даниила, ждущие и надеющиеся, хотя надежды никакой не предлагалось. Мужчина и женщина на льду повернули головы к спортсменке и Этери поторопила: - Давай, ждем тебя! Даниил Маркович тут уже замучился самостоятельно зубцовые отрабатывать. Судя по расковырянному льду вокруг пары тренеров, похоже, не обманывали, и правда что-то делали на зубцах. - Алекс, у тебя очень хорошее скольжение, очень красивые ребра. И мы планируем максимально использовать твои сильные стороны,- заявила тренер как только девушка выкатилась на лед.- И еще мы надеемся, что твоя эмоциональность больше, чем у ребенка и табуретки. Глейхенгауз хихикнул, а фигуристка подумала, что будет считать это комплиментом и авансом одновременно. - Дань, поставь ей музыку на короткую,- махнула рукой в сторону звуковой установки Тутберидзе. Интересно, как можно быть такой? Резкой и плавной одновременно? Вот этот взмах руки, не терпящий возражений жест - резкий и острый, вот это легкое движение кисти в процессе - плавное, нежное. Мелодия, мягко говоря, удивила, чего точно не ожидала Александра, так музыки деревенских вечеринок с катанием на сене. И, кажется, взгляд был у девушки выразительным. - Ты свою короткую представляла иначе?- хмыкнула женщина, вглядываясь внимательно, даже пронзительно, в спортсменку. - Не то слово,- пожала фигуристка плечами. - Чего бы хотела?- все-таки какой взгляд, прав Похилюк, она в тебя проникает, остается навсегда, пронизывая вот так, неотрывно, не моргая. Из зрачка в зрачок перетекает энергия,объединяя и делая тебя зависимым. Уже не очень-то хочется сопротивляться. Ну, почему бы и не такая музыка? Но все же встряхивает головой и произносит: - Я ждала что-то современное. - В произвольной пострадаешь,- кажется, читает мысли. От темных глаз, не отрывающихся от лица, пробирает дрожь. Хочется, чтобы не смотрела, только поэтому Алекс соглашается попробовать под смешную и даже глупую мелодию в стиле кантри. - Дань, поехали!- тут же обращается к хореографу старший тренер, как только получает соглашающийся кивок от спортсменки.- Не торчать же в этом холодильнике до второго пришествия! И вот спроси кто, почему согласилась, хотя никогда не собиралась кататься под звуки банджо или какого-нибудь укулеле - поди знай. Так решили тренеры, а с этими тренерами не особенно-то поспоришь.