Водоворот боли

Ранним утром полицейский автомобиль уже заезжал на территорию порта Валенсии. К счастью, Алисии удалось немного выспаться благодаря взятым с собой берушам, специальной подушки для шеи и маски для глаз. Но 5 часовой сон все равно был недостаточным, ей требовался кофе и покрепче. Но у ее босса были совсем другие планы. — Мы разделимся на две группы. Я и Лопес пойдем к начальнику порта, а вы двое. — Альберто пренебрежительно указал на Сьерру и младшего помощника Анхеля Рубио. — Узнайте у местных рыбаков. Уверен, им известно гораздо больше, чем руководству. — Ага. — Таким же тоном ответила ему рыжая, громко хлопая дверью авто, Рубио поплелся следом. — Спроси этого мужика, а я схожу к тому контейнеру, хорошо? — Помощник кивнул, и они разделились. Пройдя несколько метров, девушка замерла, пытаясь понять, откуда ей знакомо лицо парня, что чистил рыбу около одной из барж. В Валенсии она была впервые, поэтому у нее не могло быть здесь знакомых. И все же его лицо запечатлелось в ее памяти. — Эй, приятель. Есть минутка? — Парнишка поднял голову и замер от ужаса при виде рыжей. — Я ничего не делала, сеньора. Я завязал! — Он вскочил с места, готовый к бегству. — Остынь, я тебя ни в чем не обвиняю… — Она копалась в своей памяти, пытаясь вспомнить этого человека, который, определенно, узнал ее. — Ну конечно, полиция просто так сюда не приезжает. — Молодому человеку на вид было около 19 лет, он был щуплым и худым, словно уже несколько месяцев ничего не ел. — Я вас прекрасно помню, вы чуть не посадили меня на нары, мне пришлось переехать из Мадрида, а вы снова тут! — Черт, Анибаль, это ты? — А вы меня не узнали? — Он был удивлен не меньше ее. — Слушайте, мне больше не нужны проблемы. Я осознал свою ошибку, с наркотиками покончено. Теперь я простой рыбак. Зарабатываю копейки, но на хлеб с маслом хватает. — Он таратарил без умолку, боясь, что полиция снова схватит его за яйца, как пару лет назад. — Так, расслабься, я здесь не из-за тебя. — Алисия вспомнила в этом юноше одного мелкого наркоторговца, который согласился сотрудничать с полицией в деле о крупном наркотрафике. Взамен на неприкосновенность и новые документы, парнишка сдал своего дилера и избежал тюрьмы, а Сьерра получила признание за поимку этого сукиного сына. — Я даже не узнала тебя, Анибаль. Хреново выглядишь. — Теперь меня зовут просто Рио, никто не знает моего настоящего имени. — Да, конечно, это было частью сделки, я помню. — Рыжая сделала шаг к нему. — Что ж, Рио, мне снова нужна твоя помощь. — Она взяла в руки телефон и нашла там фото Серхио и Ракель. — Ты видел этих двоих здесь пару дней назад? — Почему я снова должен с вами сотрудничать? Какой мне прок? — Слушай, я приехала из Мадрида, чтобы найти похищенную девушку. Мои коллеги выяснили, что они были в этом порту два дня назад. Я просто хочу подтвердить это. Посмотри еще раз. — Она снова протянула ему мобильник, но Анибаль даже не взглянул туда. — Ну же, Рио! — Я не видел этих людей… — Его глаза забегали, давая Алисии понять, что он лжет. — Сколько ты уже нормально не ел, парень? Месяц, год? Выглядишь так, будто тебя держат в концлагере. Я дам тебе 500 евро, если твоя информация окажется полезной. Я умею благодарить за помощь. — Глаза Анибаля загорелись, когда он услышал о такой сумме. — Покажи деньги. — Он все еще не доверял инспекторше. — Вот! — Она достала из бумажника 10 купюр по 50 евро. — Они будут твои, если ты начнешь говорить. — Мы видели их два дня назад на рассвете, они садились на лодку Игнасио. — Вы? Кто-то еще их видел? — Да, я был на этом самом месте с местным чокнутым Чико, он ходит по порту и попрошайничает почти каждый день. — Это было плохо, Алисия не собиралась сообщать информацию Альберто, и теперь нужно было решить вопрос с молчанием этого самого Чико. — Где мне его найти? — А как же бабки? — Я сказала, что дам их, если информация будет полезной, а я еще не все узнала. — Сьерра начинала нервничать, боясь, что сейчас к ней может подойти Анхель или того хуже сам комиссар. — Не знаю, он ходит по рыбакам и выпрашивает рыбу или денег. Но сегодня я его еще не видел, может отрубился где-то. Или заблудился, у него деменция. — Деменция? Провалы в памяти? — Еще какие. Он через раз имя свое вспоминает. — Развел руками Рио. — Значит я могу не переживать, что он может вспомнить, что видел этих двоих? — Он точно их не вспомнит, или как минимум не узнает, зрение плохое, ему почти 70. — Отлично. — Она медленно выдохнула. — Куда направлялась лодка Игнасио? — Я точно не знаю, он много куда ходит. И в Марокко, и в Италию, и даже на Кипр. Алисия задумалась, она не могла запросить данные на этого Игнасио у начальника порта так, чтобы об этом не стало известно Альберто. Нужны были другие варианты. — Ты можешь это узнать? Только не вызывая подозрений. — Попробую, но тогда ты накинешь еще сотку. — Хорошо. Вот 300 евро, остальное я дам тебе, когда ты выяснишь точно, куда отплыл Игнасио. Я найду тебя после обеда. И, Рио… не думай спрятаться от меня, я тебя из-под земли достану. И еще кое-что. Тут по порту шастают еще копы, они тоже ищут этих двоих. В твоих же интересах, чтобы они ничего не узнали. Ты никого и ничего не видел, понял? — Да, сеньора. — Выхватив из ее рук деньги, он незамедлительно убрал их в свой карман. — На этом месте в полдень. — сказала напоследок Сьерра и направилась на поиски Рубио. Мужчина как раз разговаривал с Викунья около одного из контейнеров. Альберто был не в духе, явно не выяснив никакой информации, поэтому срывался на подчиненных. Что-то крикнув Анхелю, он развернулся и быстро зашагал в другом направлении. — Надеюсь, ты никогда ее не найдешь, сукин сын… — Проговорил про себя Рубио, но Алисия была уже близко и слышала каждое его слово. — Объяснитесь, младший помощник? — Ее властный голос заставил его вздрогнуть. _______________________ Первое утро на Палермо было очень солнечным. Ракель потянулась на своей небольшой полуторной кровати и еще раз осмотрела свою комнату. В отличии от гостевого туалета и общей гостиной, комнатка была довольно скромной. Ее размер был немного меньше, чем временная спальня в доме в Толедо, но довольно уютной. На противоположной стене от кровати стоял журнальный столик из матового стекла и кресло-груша. Рядом висела картина какого-то итальянского пейзажа. Около стола была напольная вешалка, а около двери располагался огромный встроенный гардероб и небольшое зеркало на одной из его дверцей. А рядом с кроватью стояла плетеная тумбочка и ночник. Несмотря на то, что Ракель выспалась, она не хотела вставать с постели. Ей казалось, что пока она под одеялом, у нее нет никаких проблем и тревог, но стоит ей ступить на пол, как весь груз свалится на ее плечи. Поэтому она снова зажмурилась и натянула одеяло на голову. Однако это имело обратный эффект. Оказавшись в темноте, на девушку снова нахлынули воспоминания той проклятой ночи. После нескольких ударов ногами, когда тело Мурильо уже лежало на полу в ванной, Альберто на миг остановился, чтобы сопроводить свои действия словами. «Ты гребаная сука! Как смела врать мне, а? Отвечай!» Но она не могла даже шевельнутся, не то чтобы что-то ответить. Адская боль в ребрах расползалась по всему телу, сил сопротивляться не было. «Я же все для тебя делаю, Ракель.» Заревел Викунья, садясь на закрытый унитаз около ее тела. «За что ты так со мной? Я так мечтаю о сыне, а ты… Неблагодарная ты тварь!» Подорвавшись с места, он нанес новый удар ногой по ее бедру, отчего она глухо застонала. «Пожалуйста… прекрати это… прекрати…» Еле выдавливала из себя блондинка, мечтая или поскорее отключиться, или же сразу умереть. «Вставай, сука, давай!» Одним уверенным рывком, он поднял Ракель на ноги и прижал к стене в ванной. «Давай сделаем ребеночка сейчас, давай.» Правой рукой он без труда развязал халат на ее талии, пока вторая поддерживала ее тело от падения. «Вот так, моя хорошая, вот так.» Рывком стянув с нее трусы, Викунья развернул Ракель к себе спиной, заставляя ее лечь грудью на холодную столешницу рядом с раковиной. Расстегнув брюки, он позволил им упасть вниз, а затем вынул свой член из боксеров и приставил к входу во влагалище. «У нас будет сын, любовь моя, сын.» С этими словами он толкнулся практически сразу на всю длину, вынуждая Мурильо содрогнуться и вскрикнуть. «Замолчи!» Сразу же предостерег ее муж, и она закусила прядь своих волос, чтобы быть тише, пока Альберто увеличивал темп. Голова Ракель кружилась, а перед глазами все плыло, однако она видела мерзкое и довольное выражение лица Викунья в отражении зеркала, который безжалостно ебал ее, совершенно не заботясь о ее ощущениях. «Боже, Ракель, ты великолепна, я так сильно тебя люблю! Я бы трахал тебя целыми сутками, если бы мог.» К счастью, мог он от силы минут пять. Поэтому уже скоро он излился внутрь нее. Спрятав свой агрегат обратно в трусы и натянув брюки, он снова обратился к жене, которая была даже не в силах разогнуться обратно, Ракель продолжала лежать на этой столешнице с оголенной задницей. «Ты поняла, что мне нельзя врать, любимая?» Викунья любезно натянул на ее ягодицы трусики и поправил халат, помогая ей встать ровно. «Поняла?» Повернув ее к себе лицом, он положил свои грязный руки на ее щеки и потянулся за поцелуем, но девушка отпихнула его остатками своих сил. «Гори в аду, больной ублюдок! Чтоб ты сдох!» Эти слова были провокацией, ведь блондинка прекрасно знала, как он отреагирует. Она хотела, чтобы он ее убил. «Что ты сказала, мразь?» «Я тебя ненавижу и хочу, чтобы ты сгинул!» Схватив Ракель за плечи, мужчина со всей дури швырнул ее хрупкое тело в стену. Ударившись головой об кафель, Ракель упала к его ногам, потеряв сознание. Услышав громкий хлопок ворот, Ракель поняла, что осталась одна. После тихого завтрака мужчины сообщили ей, что отправляются на предполагаемую работу для Серхио, и она вольна делать всё, что захочет, но не покидая территории дома в целях ее же безопасности. Вот только блондинка не знала, чего она хочет. Последние несколько лет её единственным желанием был выход из кошмара, в котором она жила, причём, любым путём. Стряхнув последние капли с только что вымытой тарелки, она облокотилась на кухонный островок и начала разглядывать помещение, которое было одновременно и кухней, и столовой, и плавно переходило в гостиную. На холодильнике висело множество магнитов из разных стран, что указывало на то, что Мартин явно любил путешествовать, и фото какой-то женщины. Оно было чёрно-белом, женщина отдалённо походила на Мартина, поэтому Мурильо решила, что, вероятно, это мать. Поняв, что предоставлена самой себе, она решила как следует изучить дом, не боясь случайного косого взгляда при рассматривании деталей. Первое, что она хотела рассмотреть внимательнее, был спортзал, который она углядела еще днем ранее. Вскинув бровями, девушка еще раз удивилась тому, что Мартин, который не был похож на любителя спорта, оборудовал комнату для него в своём доме. Боксёрская груша свисала с потолка на толстой железной цепи прямо в центре. Вдоль стены стояли парочка силовых тренажеров, беговая дорожка, несколько ковриков для йоги и стеллаж с гантелями. Кивнув самой себе, она решила, что будет частым гостем этой комнаты. Она решила привести себя в форму и заняться каким-нибудь видом спорта, так что груша и тренажеры могли бы помочь ей в ее стремлении. На одной из дверей первого этажа висела табличка с черепом. Вероятно, это была хозяйская спальня. Лёгкая улыбка появилась на лице Мурильо — кажется, она начинала понимать, что Мартин за человек. Одни только уродливые термонаклейки в душе кричали о том, что мужчина, явно, сумасшедший и большой любитель устраивать вечеринки в своем доме. Еще ранее она обратила внимание на размер холодильника с кучей пива и отдельно стоящую морозильную камеру, заполненную только льдом. Очевидно, для коктейлей. Почувствовав холодок от раскрытой двери на кухне, она вдруг вспомнила, что находится на побережье. Через зону барбекю на террасе она прошла к огромному бассейну. Там было несколько лежаков, на которых небрежно валялись полотенца, пара полосатых зонтиков и уличные светильники. Сделав шаг, она осмелилась опустить стопу в прохладную воду бассейна. Переведя взгляд, блондинка увидела у лестницы большого надутого фламинго. Боже, этот Мартин был тем ещё ребёнком. Шум Средиземного моря отвлёк Ракель и заставил пройти немного дальше, к калитке, за которой была тропинка к пляжу. Сбросив шлёпки, любезно одолженные Мартином, она осторожно открыла калитку и зарылась ногами в горячий песок, делая глубокий вздох и все еще не веря тому, что всё это происходит с ней по-настоящему. Ее вечными спутниками в последние дни были паника и страх, они овладевали девушкой с каждым днём всё больше и больше, она знала, что находится в розыске, но в тот миг все померкло. Мурильо закрыла глаза и позволила себе эту минуту спокойствия и тишины. Подставив лицо к палящему солнцу, Ракель старалась запомнить этот момент на всю жизнь, даже если завтра ей было суждено умереть. Через пару минут, она зажмурилась, и, бросив последний взгляд на море, поспешила назад, помня о том, что Серхио настоятельно просил ее не покидать территорию дома. Она вернулась к бассейну, еще раз осматриваясь. Терраса была огромной. Громадного размера гриль, уличный холодильник, явно забитый пивом, островок, деревянный стол и стулья. А также ещё один флаг Аргентины, но уже поменьше, чем тот, что висел на балконе. Не нужно было быть сыщиком, чтобы понять, откуда бы родом Берроте, хотя его акцент был почти незаметен. Внимание Мурильо привлекла огромная корзина чего-то жёлтого, стоящая посреди стола. Подойдя ближе и заглянув, она ахнула и в удивлении раскрыла рот. Лимоны. Конечно, лимоны! Наверняка, собранные вручную с дерева, она видала кучу лимонных деревьев по дороге из аэропорта. Взяв в руки один, она вдохнула аромат плода и улыбнулась. Внезапно, её посетила странная мысль. Проверив, что всё необходимое есть в доме, она принялась замешивать тесто для лимонного пирога. В Мадриде она ненавидела готовку — муж заставлял её быть настоящим шеф-поваром. Иногда, он специально стоял над ней и контролировал каждый шаг, чтобы она не допускала ошибок под его грозным взглядом. Ракель никогда не готовила лимонный пирог, но почему-то именно сейчас, она была полна энтузиазма превратить несколько лимонов в великолепие. Она помнила мамин рецепт и постаралась повторить его. Девушка ужасно себя чувствовала от того, что благодарить за свою спасённую жизнь Серхио и Мартина она может лишь словами. Пирога, конечно же, тоже было недостаточно, однако единственное, что хотела Ракель — порадовать тех, кто только и делал, что жертвовал собой и своей безопасностью ради её жизни. Вывалив готовую смесь в керамическую форму, что она нашла в одном из ящиков, Ракель отправила свое творение в духовку и поставила таймер на полчаса. Расставляя назад по местам ингредиенты, блондинка увидела, как между разделочных досок торчит что-то, что было явно меньше и толще самих досок. Вытащив вещицу, она покрутила её в руках и выпучила глаза. Ей оказался видео диск, обложка которого гласила «Гей порно». Подавив смешок, она перевернула его и увидела превью к содержимому. Кадры заставили её поджать губы и лукаво улыбнуться. Убрав маленький секрет хозяина дома на место, она решила продолжить прогулку по дому, пока готовится десерт. Поднявшись на второй этаж, её внимание привлёк балкон, занавески развевались на лёгком ветру, и, представив, какой вид ей может открыться, Мурильо решила напоследок исследовать и это место. Холодный кафель под ногами контрастировал с горячим песком, в котором ещё недавно она грела свои ноги. С другой стороны от бассейна, на заднем дворе, она заметила небольшой огороженный садик с деревьями и грядками. Её глаза радостно расширились — кажется, она нашла себе ещё одно, новое занятие. Несколько фруктовых деревьев располагались в ряд, она заметила плоды лимонов, свисающих с одного из них. С высоты грядки казались ей ухоженными, теперь блондинке не терпелось узнать, что именно выращивает Берроте. Она сразу вспомнила свой небольшой огородик на заднем дворе дома своей матери. Это было небольшое увлечение Мариви после выхода на пенсию, и девушка всегда с радостью ей помогала. В новой жизни с Альберто у нее так же было несколько горшков с зеленью, но прежней радости ей это уже не приносило. Однажды ее муж заикнулся, что выращивать базилик и листья салата у неё получается лучше любого другого дела. Поэтому ежедневно он требовал от неё свежую зелень, и сразу же различал, если она была куплена в магазине. Их хоть подобное микро-садоводство было скорее ее обязанностью, чем хобби, оно было одной из немногих вещей по приказу мужа, которые она любила. В особо одинокие и тяжелые дни, она садилась у подоконника и что-то шептала растениям, чувствуя единение с природой. Ракель представляла, насколько диким это могло выглядеть со стороны, но сумасшествие, в котором она жила, было в разы хуже, чем болтовня с базиликом. Закусив губу, она задумалась, может ли попросить Мартина заняться его небольшим садом. Вероятно, ему не помешала бы такая помощь. сделав глубокий вдох, девушка решила узнать ответ на свой вопрос вечером, когда хозяин дома вернется. Уже через тридцать минут Мурильо достала готовый пирог из духовки и вдохнула аромат, стоящий на кухне. Украсив блюда дольками того же лимона, она поставила его на центр стола, улыбнулась самой себе и решила вернуться в свою комнату. Ракель надеялась, что мужчины будут приятно удивлены десертом и оценят по достоинству её старания. _________________________ На удивление Серхио, хозяином стройки оказался испаноговорящий Уго Альегро, уроженец Колумбии, который уже несколько лет был успешным бизнесменом на Сицилии. В его владении были три небольших торговых центра с различными магазинами и итальянскими забегаловками по всему острову. И так как не было никаких языковых проблем, Уго почти сразу же нанял испанца на должность прораба, заранее выведав у него его профессиональные навыки. Опыт Серхио как архитектора и проектировщика сыграл решающую роль и, на его удачу, колумбиец даже не попросил у него документов. Его стройка несколько дней была на паузе, а сроки поджимали, поэтому ему не было дела до формальностей. К тому же Серхио сразу привнес в проект несколько важных корректировок, позволяя даже немного сэкономить на расходных материалах. Уго выдал мужчине рабочую форму и каску, а так же познакомил в другими работниками. Всего в распоряжении Маркина оказалось около 12-13 человек. К сожалению, с первого раза он не смог запомнить их всех. Мужчины были из различных уголков Латинской Америки, так как Альегро плохо знал итальянский, а значит и не стал нанимать никого из местных. Увидев, что Серхио успешно пристроен, Мартин сказал ему, что отправляется в город по своим делам и вернется только к ужину. Конечно, он был немного обеспокоен этим, ведь это означало, что Ракель проведет целый день в одиночестве и в неведении о том, что с ним и Берроте, но аргентинец заверил его, что с девушкой будет все в порядке, и если она решил покинуть дом, он узнает об этом от охранной системы. Распрощавшись, Маркина приступил к своей новой работе. ______________________ Пока Альберто и Антоньянзас продолжали свои жалкие попытки найти хоть кого-то, кто мог видеть Серхио и Ракель в порту, Алисия заявила, что больше и пальцем не пошевелит, пока не выпьет чашку горячего кофе. Викунья упирался, но все-таки позволил ей вместе с Рубио отправиться на завтрак в ближайшее прибрежное кафе. — Теперь, когда мы наедине, ты скажешь мне, какого черта это было? — Сверкнула глазами Сьерра, разглядывая смущенного и напряженного Анхеля. — Почему ты не хочешь, чтобы твой комиссар нашел свою жену? — Я не понимаю, о чем ты. — Пытался отрицать свои же слова младший помощник. — Анхель, не еби мне мозг, мы оба знаем, о чем я. Я еще не страдаю проблемами со слухом и прекрасно слышала твои слова. — Я не думаю, что должен с кем-то обсуждать это. Если Викунья узнает… — Срать я хотела на этого мудака! Я его не боюсь, а вот ты похоже боишься за свои яйца! — Злорадно хихикнула рыжая. — Твой комиссар — больной ублюдок, поэтому поверь мне, он не узнает о нашем разговоре. Если ты что-то знаешь о его отношениях с женой, я единственная, кому ты можешь это доверить. — Посмотрев на него серьезным взглядом, она наконец увидела, что мужчина начал расслабляться. — Мне кажется, он ее бьет… — Еле слышно прошептал Рубио. Это не было для Сьерры новостью, Мартин несколько раз прямым текстом говорил ей об этом. — Почему? Ты что-то видел? Слышал? — Она злилась, что из него приходилось буквально вытаскивать информацию. — Слышал. Около месяца назад. Мы отмечали рождение сына Лопеса в баре после смены. — Сделав глоток кофе, Алисия положила локти на стол и подперла руками щеки, внимательно слушая. — Альберто надрался… сильно, почти не стоял на ногах. Кто-то из ребят помог ему выйти на улицу, чтобы проветриться. Я как раз собирался уже уходить, поэтому пошел следом к своей машине. — Так… — Комиссар стоял на углу бара и разговаривал по телефону. Я знал, что не должен был подслушивать, но любопытство взяло верх. — Анхель растер запотевшие ладошки и продолжил. — Я подошел ближе, но так чтобы он не заметил моего присутствия, и прислушался. Он кричал… Это было что-то вроде: «Какая же ты у меня мразь, Ракель! Я все для тебя делаю, а ты даже ребенка родить не способна!» Вероятно тот факт, что мы обмывали рождение сына Лопеса, а Викунья еще не был отцом, сильно расстраивал его, вернее даже злил. Я не знаю, какая у них ситуация с женой, и по каким причинам у них не получается завести ребенка, но ясно было одно, комиссар не мог смириться с этим. — Ты сделал вывод о домашнем насилии исходя из этого разговора? — Девушка нахмурилась, понимая, что этого не достаточно, чтобы обвинить Альберто. — Нет, это еще не все. После он разрыдался, как ребенок и я уже хотел уйти, но он продолжил. «Если в течении этого месяца, ты не залетишь, я снова выбью из тебя всю дурь, сука! Будешь ходить с переломанными ребрами! Надеюсь ты помнишь, какой сильный у меня удар?» — Блять… — Прошептала Сьерра, ужасаясь от услышанного. — Но почему ты ничего никому не сказал, Рубио? — Шутишь? Кто он и кто я? Я даже не инспектор, а он комиссар участка. К тому же у меня нет никаких доказательств насилия и побоев. У меня двое маленьких детей, я не могу лишиться работы, пока моя жена сидит с ними дома… — Алисия кивнула, понимая, что Анхель прав, его слово не умело бы никакой силы. — Мне жаль Ракель, но я не готов спасать ее в ущерб своей семьи, мне правда жаль… Именно поэтому я надеюсь, что его жену не похитили. Надеюсь, что таким образом она сбежала от домашнего тирана. Я вызвался поехать сюда, чтобы что-нибудь узнать. И в случае получения информации, молчать. Это единственное, чем я могу ей помочь. — Благородно, Рубио. Ты подтвердил мои догадки в отношении это ублюдка. Будем надеяться, что теперь его жена действительно в безопасности. — Сделав последний глоток, она поставила кружку на стол. Теперь ей нужно было вернуться обратно, чтобы узнать, что успел выяснить Анибаль, а также проследить за тем, что Викунья остался ни с чем.