Новый мир, новая жизнь.

      Секунды тишины превращались в минуты. Трис молчала, осмысливая мои слова, я же, не хотел прерывать ее размышлений. Думать вообще полезная привычка, жаль, что многие ей пренебрегают, и я в том числе. Интересно до чего опять додумается Трис, она всегда переиначивает мои слова, на свой лад. Говоришь ей одно, а она почему-то слышит только то, что хочет услышать.       – Значит, мы бесцельно живем, ты так считаешь? – с неким вызовом спросила Трис. – Просто бессмысленно существуем, не имеем планов… желаний, стремлений. Ты не ПРАВ, – даже повысив голос в конце, закончила она.       – Беатрис, – даже назвал ее полное имя, по которому очень давно ее не звал, – какое «бессмысленное существование» и «бесцельная жизнь», ты же можешь чувствовать мир и, даже в той малой мере, которую ощущаешь, должна понимать, что от нашей жизни в большой картине мирозданья, ни чего не измениться. Для жизни цель не нужна, она нужна, что бы немного изменить это положение, и от твоей жизни, может и в не большой картине, но хотя бы в маленьком рисунке, что-то зависело.       На этот раз, тишина не продлилась долго. Но мысли Трис, опять свернули в другую сторону, от моих ожиданий.       – Ты сказал «нашей», от тебя тоже ни чего не зависит? Ты ведь сильнее меня, с легкостью победил, когда я была в форме Халка. Хочешь сказать, и твоей силы недостаточно, чтобы иметь влияние на «маленький рисунок» мира? – с сомнением в голосе, прозвучал вопрос.       – Видишь у меня какую-то Цель? – с иронией ответил вопросом на вопрос. – «Цель» – это то, к чему ты стремишься, что заставляет тебя идти вперед после неудач, позволяет смириться с потерями и не отступать перед невыполнимыми задачами. У меня нет цели сейчас. Я просто живу и изучаю новый мир, тренируюсь и помогаю тебе, изучаю новое и пытаюсь подстроить новые знание под старые. Так что силы, может и хватит, но без направления, это будет лишь «мазня», на красивой картине.       – Ты…, – не смогла сразу сообразить, что ответить и протянула она, – говоришь у нас нет целей, и САМ ее не имеешь.       – Трис, сколько лет мне и тебе? – простой и риторический вопрос, на который я не стал дожидаться ответа. – Я достиг силы, став сильнейшим в моем Клане, был правителем своего народа, бился в смертельных битвах, поступал так, как считал правильно, невзирая на последствия. И «цели» свои, я выполнил, – посмотрев на нее, по доброму усмехнулся я. – Поэтому тебе, и паучкам потом, скажу, поставьте себе цели и добивайтесь их, иначе так и застынете в неопределенности. И цели, не как у паучков: «мы боремся с преступностью», и носиться в веселых костюмах по многомиллионному городу, ловя всякую мелочь, а нечто более осмысленное. Ведь если серьезно воспринимать «мы боремся с преступностью», и действительно с ней бороться: переходить с мелких, на серьезные преступления; искать по цепочки главарей и устранять их, – продолжил я уже жестким тоном, и с тяжелыми мыслями, – и в конце, самим возглавить преступное сообщество, ибо нельзя остановить все преступления, не борясь с основными причинами, их происхождения. Единственный метод – полностью контролировать. Так что в конце, они стали бы драконом, с которым боролись, просто потому, что не понимают, чего хотят и как к этому идти. А с основной причиной, неравенством людей, они ни чего сделать не смогут. Потому что, даже не задумываются об этом, да и кто им позволит.       – Ты не прав, – почти мгновенно, возразила Трис. – Во-первых, они не станут «драконом», они слишком... чистые, и не пойдут путем, который ты описываешь. Во-вторых, ты хочешь от них слишком многого, к тому же чтобы они разбирались в социальных проблемах и меняли общество. Они еще школьницы, им это не надо.       – Но даже ты понимаешь, в моих словах есть истина. Поэтому я и говорю, что они играются: с новой силой, с новыми возможностями, с новой властью.       Что-то я слишком завелся и разговорился, слишком близко восприняв эту тему. Я видел много оборотней, которых приходилось осаживать, из-за того что сила ударила им в головы. Им хотелось проверить свою силу, и они совершенно не понимали возможных последствий их действий. Хорошо что девушкам, новые способности не вскружили разум и они только начали играть в героев.       Разговор затянулся, и я только сейчас осознал, что мы уже стоим у края воронки, и до конца нашего путешествия осталось совсем не много. Осталось обсудить последнюю тему, больше уже не успеем. Так что надо возвращаться к старому разговору, свернувшему в другую сторону. К теме моего скорого ухода, я уже не успею подойти, разговор слишком много раз менял направление, но поднятые темы, также были важны и необходимы.       – А не хочешь себя обсудить, а не паучков? – возвращаясь к прежней теме, спросил я.       – Ты про что? – не сообразила Трис.       – О вине, за свои поступки, которые совершала в облике Халка, – напомнил я.       – Вина, которую я чувствую, – задумчиво протянула она, смотря на меня, также не обращая внимание, на то, что мы приблизились к месту. – Они ни чего не могли противостоять мне, я просто раскидывала их… – потерянным голосом произнесла Трис и замолчала, погруженная в воспоминания Халка, которые, в последнее время, с каждым днем становились все четче.       – И…, – протянул я, видя что она не собирается продолжать. Но, так и не дождавшись, продолжил сам, – на тебя напали и ты защищалась. В чем твоя вина? Они виноваты в последствиях своих решений.       – И в чем тогда вина этих солдат, они выполняли приказы, и следовали своему долгу перед страной. Это не их вина, их кинули против меня, и я покалечила многих из них.       – Долг перед своей страной… приказы, – медленно произнес я. – Они пытались тебя схватить или убить. Я снова повторюсь, но если ради своих приказов и долга, – презрительно выделил я, последние слова, – они готовы убивать и охотиться на людей, разве они не должны быть готовы страдать и умирать, ради своей страны? Это только их выбор. В чем именно ты чувствуешь вину? – задал я риторический вопрос. – В том, что ты не сдалась, позволив их генералам творить с тобой, что им угодно? – насмешливо закончил я.       – Нет… это не привело бы ни к чему хорошему, – слишком поспешно ответила Трис и замолчала, осмысливая мои слова. – Я в какой-то мере понимаю, что ты имеешь в виду, – медленно проговорила Трис, – но они все равно, ни в чем не виноваты. Для них я выглядела монстром, и они пытались остановить монстра. Их ведь никто не посвящал в происходящее.       – Так почему ты винишь себя, а не их командование, которое беспечно распоряжалось их жизнями, – опять задал я вопрос, и положив руку на ее плечо, продолжил, – жизнь не всегда справедлива и правильна, ты сама это знаешь. Если чувствуешь вину, обдумай, в чем конкретно ты виновата, и прими это. Но не надо брать на себя ответственность за все, – выделил я интонацией слово, – случившееся.       Посмотрев на немного сутулившуюся девушку, я все же продолжил.       – Ты хочешь винить себя за это, но не можешь признать, что до этого всего, могло и не дойти?       – Считаешь, я должна была уйти, когда поняла цели проекта? – посмотрев на меня безнадежным взглядом, спросила Трис.       – Да, – кивнул я. – Это был, уже твой выбор.       Было видно, она не хотела думать об этом и отвечать на вопрос.       – Я не могла все бросить, – все таки ответила она, тяжело вздохнув. – Я была умна, все это признавали, ноо… ни кто не позволял мне воплощать мои замыслы. Без связей и денег, мне много лет пришлось бы добиваться до того, что мне давала Росс. Я не хотела столько ждать. Я была… слишком нетерпелива и амбициозна, – признала она в конце.       – Я не люблю обман, но он иногда приемлем, – обдумывая свои поступки в прошлом, произнес я. – Самообман не приемлем, в любой ситуации. Слишком легко погрузится в него, и начать списывать свои ошибки и просчеты на других, оправдывая себя всевозможными способами. Это сложно, но нельзя обманывать себя. Это путь саморазрушения. Жить в иллюзиях своей правоты и непогрешимости.       – Нельзя брать чужую вину, но надо признавать свою, – невесело усмехнулась Трис. – Только мы по-разному воспринимаем это.       – Наши мнения и не должны совпадать, – ободряюще сказал я, – мы разные люди. Разного воспитания, опыта, жизни, эпох, в конце концов. Но самоанализ своих поступков и решений, в чем ты виновата или чего ты не могла изменить, этим ты тоже должна заниматься. Что бы в будущем не испытывать сомнений в принятии своих решений. – Продолжая подбадривающее держать ее, я вынужденно продолжил, перейдя к другой, теме, которая ей также не понравиться. – Ты ведь понимаешь, что даже став единой с Халк, тебе не дадут жить старой жизнью. Тебе придется строить новую или прогибаться под желания других. Время тренировок скоро закончится, и чем раньше ты выберешь свой путь, тем раньше сможешь начать идти по нему.       От последних слов, Трис немного вздрогнула. Неприятно разрушать иллюзии близких людей, но иногда, это необходимо. Немного сжав плечо, я отпустил Трис. Несмотря на повороты нашей беседы, я был доволен, надеюсь, она обдумает все и сможет двигаться вперед, не оглядываясь постоянно назад. Продолжать разговор и загружать ее еще больше, я счел бессмысленным, и так много обсудили. Ей предстоит много осмыслить и принять несколько серьезных решений, надеюсь, мои слова заставят ее задуматься над своим прошлым и возможным будущим. Принимать или нет, мою точку зрения, решать только ей, пропустить все наши разговоры, она все равно не сможет. И не зависимо от выбора, начнется ее новый путь.