***
26 февраля 2023 г., 15:25
Протектор, зажатый в руке, обжигает кожу. Он всё это время хранил его. С той первой их битвы и первой разлуки. Саске смотрит на царапину, оставленную Наруто в пылу их первой серьёзной битвы, когда он действительно был готов убить его, но так и не смог этого сделать.
Саске поглаживает большим пальцем металлическую поверхность, не веря в то, что смог прикоснуться к этой вещи из прошлого. Он ведь уже всё решил, но сейчас, смотря на эту дурацкую повязку, что-то ухает внутри, отзываясь ноющей болью в сердце.
— Наруто…
Саске поднимает голову, глядя в голубые глаза. Узумаки смотрит серьёзно, не собираясь даже слышать о каких-либо возражениях. Саске должен забрать свой протектор. Обязан. Это обещание, что он не уходит навсегда, что вернётся в родную деревню, домой, к единственному близкому человеку.
— Без него я тебя не отпущу.
— Не отпускай… — Саске разжимает пальцы, выпуская протектор, хватаясь за руку Наруто. — Не отпускай… — выдыхает он в его губы, обжигая своим дыханием.
— Перестань, — Наруто отворачивается от слишком близко находящегося к его лицу друга, дёргая рукой. — Забери и уходи. Снова.
— Не остановишь? — Саске сильнее сжимает пальцами запястье, тянет на себя, сокращая и без того небольшое расстояние между ними. — Столько гнался за мной, а теперь просто отпустишь?
— Ты вернёшься, и это, — он слегка приподнимает повязку, задевая ей руку Учиха, — обещание.
Саске вздыхает, отпуская руку Наруто. Повязка из прошлого напоминает ему о том, какие ошибки он совершил, сколько умудрился наломать дров и причинить боли близким… близкому человеку. А этот «близкий», как ни в чём не бывало, стоит тут, тянет к нему это дурацкое воспоминание и говорит о каком-то не менее дурацком обещании. Всё ещё безоговорочно верит ему, такой… усуратонкачи, честное слово.
— Если я скажу, что хочу остаться? — Саске стискивает в пальцах протектор, смотря на чёртову полосу, которая словно шрам осталась поверх знака Конохи, символизирующая его уход и оборванные связи. — Остаться с тобой.
— А как же Сакура? — Наруто отворачивается, смотря в сторону ворот деревни. — Она любит тебя.
Любит? Наверное, так и есть. Кажется, она сама говорила об этом и не один раз. Только вот на её слова сердце не отзывается, не бьётся словно раненная птица в клетке, врезаясь в прутья рёбер, стараясь вырваться наружу. К тому, кто завладел его свободой, чтобы отдаться прямо в руки, позволить добить себя или приласкать и пленить снова.
Саске отводит взгляд от полосы на протекторе, заглядывая в лицо напротив. До каждой полосочки, морщинки, светлой пряди знакомое лицо. Выгравированный на подкорке сознания образ, что не раз приходил во снах, ещё с самого детства. Соперник, товарищ, близкий друг… Первый и единственный. Тот, что всегда будет для него на первом месте, тот, кто стал дороже всего мира.
Саске разворачивается, стискивая пальцами протектор. Наруто любит Сакуру и желает ей не повторить его горький опыт безответной любви. Он заботится о ней всегда и, может быть, возвращение Саске и вправду было лишь обещанием той, которую он любит, которой дорожит и которая дороже лучшего друга и всего мира.
Первый шаг даётся с трудом. Хочется кричать от невыносимой боли, рвущей сердце на куски. Но Саске делает, за ним второй, оставляя позади деревню, бывших друзей, Наруто. У них разная судьба, разные взгляды на жизнь. Узумаки ждёт признание, пост Хокаге, возможно, любящая жена и дети. Учиха ждёт скитание по странам, битвы и одиночество. Он не имеет права отбирать счастливое будущее у того, кто достоин его больше остальных. Наруто слишком много страдал, вынес слишком много боли, и он — тот, кто причинил больше всех остальных.
Чужие пальцы впиваются в его руку, когда он успевает сделать только третий шаг. Сжимают с силой, заставляя замереть и обернуться. Наруто стоит, опустив голову вниз, зажмурившись и тяжело дыша. Рукав белой рубахи под властью ветра развевается словно белый флаг. Это порывистое действие, его сжимающие чуть выше локтя пальцы словно кричат «сдаюсь!», и Саске хочет кричать ему в ответ. Он резко оборачивается, перехватывая руку Наруто. Протектор, что был обещанием и последней ниточкой связи, падает вниз, с тихим стуком ударяясь о землю.
Саске притягивает Наруто к себе, не в силах больше контролировать свои желания и чувства. Их губы сталкиваются в неловкой попытке почувствовать друг друга. Приоткрываются навстречу. Они хватаются друг за друга единственными руками, цепляются губами. Наруто вздрагивает от чужого прикосновения, распахивает глаза. Их взгляды встречаются. Напряжённые, замученные, уставшие. Им обоим надоели эти битвы друг с другом и с самими собой. Они наконец выдыхают и позволяют себе то, что хотели запретить навсегда, забыть и двигаться дальше. То непозволительное прикосновение, от которого сердце гулко бьётся в груди, тело слабеет, а мозг отключается. То, что делало их слабыми, и одновременно с этим давало силы продолжать идти дальше. Эта их привязанность к друг другу, связь, скрепившая навечно два одиноких сердца. Они всё ещё те два одиноких мальчика, что нуждались в любви, и никто во всём чёртовом мире не сможет понять их и дать столько, сколько они могут дать друг другу.
Они одновременно закрывают глаза, расслабляются и позволяют себе принять и почувствовать свою слабость. Здесь и сейчас. Оба понимают — это никогда больше не повторится. Это первый и последний раз, на такое они больше никогда не пойдут.
Поцелуй выходит горьким. От осознания, что это их единственный такой поцелуй, болит сердце. Ощущается не вкус любимых губ, не страстное желание от столкновения языков и влажности чужого рта, а безграничная тоска. Саске крепче сжимает руку Наруто, заставляя запомнить его, запомнить то, что происходит между ними, оставляя в своей памяти прикосновения Наруто, вцепившегося в его плечо и так же крепко сжимающего в желании оставить яркие ощущения в памяти.
В тени деревьев, под шелест листвы и щебет птиц, они стоят, прижавшись друг к другу посреди узкой тропы, ловя каждый драгоценный вздох друг друга, не в силах прекратить это безумие. Они не считают время, не думают о том, что находятся на главной дороге, ведущей в деревню, и кто угодно может застать их в таком положении. Ведь единственное, что им обоим сейчас важно, — прикосновения к друг другу.
— Ты должен идти, — выдыхает Наруто, отворачиваясь от губ Саске, стремящихся вовлечь его в новое безумие.
— Ты ведь этого не хочешь на самом деле? — Саске сильнее сжимает его руку, пытаясь привлечь внимание голубых глаз. — Посмотри на меня.
Наруто мотает головой, закрывая глаза. Он знает, если посмотрит, то увидит то, что заставит его сказать правду. Заставит удержать Саске, остановить, присвоить себе и не отдавать никому. Он увидел это перед тем, как позволил вовлечь себя в поцелуй. В чёрных глазах Учиха слишком отчётливо видно эмоции. В глазах Саске сейчас было слишком много тоски и просьбы не отпускать его, позволить остаться рядом.
— Саске… знаешь, Хината призналась мне в любви, — хватка на руке становится слабее, и это позволяет отстраниться, сделать шаг назад. Наруто сжимает своё плечо, смотря куда угодно, только не на Саске. — Она призналась ещё во время битвы с Пейном, но я так ничего и не ответил. Не смог соврать ей и принять её чувства. Но сейчас я думаю, что может это хороший вариант для нас. А Сакура…
— Она признавалась мне множество раз, — Саске вздыхает, наклоняясь и поднимая с травы повязку.
— И что ты ей ответил?
— Что она раздражает.
— В твоём духе, — Наруто ухмыляется, понимая, что Саске никогда бы не соврал о том, что чувствует. Если бы ему признался он, что бы тогда тот ответил? — Но тебе стоит быть с ней добрее. Мы слишком много причинили боли другим и должны это исправить.
— Я причинил боль тебе, — Саске стискивает в руке повязку, бездумно смотря в сторону деревни, — тому, кому хотел причинить её меньше всего.
Дорогие люди всегда причиняют больше всего боли. Хотелось сказать это Саске, объяснить, что он не считает это болезненным воспоминанием, что всё, что было между ними, было необходимо. Они смогли понять друг друга, стать самыми близкими, разделить боль одиночества на двоих, почувствовать сердца друг друга. Но почему-то боялся. Боялся, что если произнесёт это вслух, точно не сможет отпустить и отдать той, кому он нужен. Отберёт у Саске возможность на счастье, на семью.
— Мы всю жизнь были одиноки, — грустная улыбка касается губ, а глаза всё так же пытаются уцепиться хоть за что-то, лишь бы не смотреть на Саске. — Ты должен создать новую связь, семейные узы. И я тоже. Нам это нужно и нужно им. Сакура и Хината очень хорошие. Они настрадались из-за нас слишком сильно. Мы должны дать им шанс стать счастливыми.
— А мы? Когда будет наш шанс стать счастливыми? — Саске поворачивается к Наруто, цепляясь взглядом за припухшие от поцелуев губы.
— Семья должна сделать нас счастливыми…
Саске выдыхает, кивая и разворачиваясь, направляется прочь от деревни. Больше его не будут останавливать. Наруто прав — они оба слишком зациклились, стали навязчивой идей друг друга. И сейчас последнее, что им нужно, — запутываться в этом ещё больше. Сакура и Хината — хорошие девушки. Они так долго любили их, что нужно отдать им должное и позволить стать счастливыми. А ему самому нужно немного времени, чтобы смириться с этим и принять тот факт, что их история никогда бы не получила своего счастливого конца. Это их судьба. Наследия Асуры и Индры. Солнце и Луна, что будут идти бок о бок друг с другом и никогда не смогут быть вместе.
Наруто смотрит в спину друга, окутанную чёрным плащом. Как и тогда, он вновь уходит от него, но в этот раз он сам отпустил его, потребовав дать обещание, что вернётся. Он сильнее сжимает пальцами свою руку, стараясь побороть желание остановить его, не дать уйти.
Он слишком долго следовал за ним, а теперь вновь терял, когда только смог вернуть обратно. На губах всё ещё остаётся горький привкус губ Саске, в груди ноют осколки разбитого сердца. Там, в деревне, его ждёт счастливое будущее. Пост Хокаге, признание жителей, возможно, любящая жена и дети. Там, куда ушёл Саске, ждало что-то иное, чего он никогда не сможет узнать.
Наруто выдыхает, отпуская руку и натянув улыбку, направляется в сторону деревни, оставляя позади Саске, свою привязанность и их любовь.