О войне
Генерал-полковник мёртв,
И ефрейтор тоже,
И всё время чу́дна мне
Немца злая рожа…
В июле под Поповкой
Снаряд взорвался немцев.
А я, честью клянусь — винтовкой,
Убил всех извращенцев.
Скажу вам без утайки:
Ранили меня тяжело.
И поэтому, не едя пайки,
Участье моё западло.
Посмотреть бы я хотел:
Поглядел два раза.
Видно, сколь на поле тел:
Наступил бой-фаза.
Зарядил винтовку я,
Ствол чистну́л глубо́ко,
Вдруг увидел немца я
Кровяное око.
Как он прыгнет на меня;
Штык вонзил мне в груду.
Ну уж нет! Я зазря
Помирать не буду!
Ногу я его схватил,
Заломил за ру́ку,
Как он мне так закатил,
Придушил я суку!..
После боя я пошёл в полевую баню,
Повстречал там друга:
Старого комдива Ваню,
Приятно проведя с ним время досуга.
Я спросил его:
— Кто твой командир?
— Генерал-полковник Фимов. Айда
К нему, не пачкая мундир!..
— Ты и вправду молодец! —
Генерал сказал.
Но вот то, что я боец,
Командир не знал.
— На те орден, Ковальчук! —
Нам сказал полковник. —
Тем медаль за Кременчуг,
А ещё толковник!
Взял свой орден и Смирнов
Отставной ефрейтор Веня;
Получил и орден свой гвардии сержант Петров,
А ещё старик-полковник Беня.
— На войне как на войне,
Слушайте вы батю!
Это вам не на печи́
Спать у бабы Кати.
Это вам не крикнуть: «Щас!» —
Скоро в бой попрёте,
Ну а там в кровавый час
Смерть свою найдёте.
А́ли славу обрести
Иль согнить вовеки —
Крест ваш смертный вам нести,
Люди-человеки!
Под колодой иль в овраге
Вы судьбу свою найдёте,
Иль вы все во вечном мраке
У врага сгниёте!..
Слушай, гвардии сержант,
Подойди ко мне!
Ты, слыхать, известный педант:
Ведь не станешь врать, не?
Вышел бледный из рядов
Сержант гвардии Петров,
Протолкнувшись сквозь солдат,
Словно ложных съел опят.
— Я, товарищ генерал, —
Сказал глухо он, —
Подо Львовом получил я много ран,
А под Мариуполем воевал за Дон!
— Это что ещё за бой?
Говори, сержант Петров!
— Там был страшный фрицев рой! —
Крикнет несколько басов.
Вдруг откуда ни возьмись,
Снаряд в казарму прорвался,
И откуда появись,
Так он и взорвался…
Генерал-полковник мёртв,
Мой друг Ваня тоже,
И всё время чудна мне
Немца злая рожа…
Под Львовом похоронен
В могиле безымянной,
И стриж на ней долдонит
Своей речушкой рьяной.
Там пасётся коза,
Траву ест, пропитанную гарью,
И сразу настигает слеза
Мою дорогую жёнушку Марью…
