Повязка

Если вы решите спросить у Кейи, зачем ему повязка на глаз, то услышите один из анекдотов, сборник которых Альберих составил собственноручно. Ведь послушать про деда-пирата, нерадивого похитителя сокровищ или ветку, что набросилась на его глаз в детстве, по мнению самого Кейи, куда интереснее, чем выслушивать трёхчасовую серенаду про его истинное происхождение, ссору с братом и все прочее. Так же, несложно догадаться, что Кейю последний раз видел без повязки Дилюк, именно в тот роковой вечер. После названного брата все получали по рукам. Будущий детектив никому не позволяет даже прикасаться к повязке. Но Альбедо—это другое. Однажды Альбедо понял, что ни разу не видел Кейю без повязки, а они, вообще-то, к тому моменту уже довольно долго встречались. Диалог произошёл в их комнате общежития, вечером. Кейа читал что-то из собственной библиотеки, когда Альбедо сел к нему на кровать и преподнёс совсем небольшую на первый взгляд просьбу: —Кейа, а сними повязку..пожалуйста Альбериха передернуло. Он захлопнул книгу, убрал ее куда-то в сторону и резко сел. Их взгляды тут же пересеклись. Но Кейа не стал отговариваться или отшучиваться. Он понимал, что Альбедо все равно заставит его, да и он как-никак доверяет своему парню. Альберих молча стянет повязку, подождёт ещё пару секунд и поднимет взгляд на Альбедо. —Ну что, я уже не кажусь тебе таким симпатичным?-с грустной ухмылкой произнесёт Альберих, смотря блондину в глаза. Кейа ожидал увидеть в них все, что угодно:отвращение, грусть, неприязнь…но вместо этого он увидел лишь чистое, искреннее восхищение и любовь. Альбедо медленно-медленно, словно боясь спугнуть, приблизится к шраму, пересекающему глаз золотого цвета, и аккуратно поцелует его. Кейа в этот момент не то, что дар речи потерял. Кажется, он на секунду утратил способность дышать, его сердце забыло, как биться, конечности заморозились. Альбедо же нежно обнимет Альбериха, прижимая к себе, словно успокаивая маленького ребёнка. И тогда Крайдепринц прошептал те слова, в которых Кейа нуждался ещё с момента своего рождения. —Холодок, твой шрам, а тем более глаз—нисколько не уродство. Это прелестно. Я готов любоваться тобой хоть всю жизнь, позабыть про науки и суть этого мира, чтобы иметь возможность и дальше видеть тебя таким красивым. Ну все, теперь Кейа точно больше никогда в жизни не сможет вдохнуть, ведь Альбедо тихонько поглаживает его по спине, все ещё прижимая к себе, а Кейа доверился. Доверился и не прогадал. Всё, что альберих в итоге смог из себя выдавить, это тихое, слабое: —Я люблю тебя, Бедо… —И я тебя люблю, лучик мой