Между нами — тепло

      Дазай наблюдал за действиями Чуи широко раскрытыми глазами, но при этом был словно не здесь. Он словно находился в каком-то другом измерении, в своих мыслях, в прострации. Сейчас он рассуждал о своих чувствах к Чуе, ведь они встретились совсем недавно, а он уже такое испытывает...       «Это ведь глупо... глупо испытывать такие чувства по отношению к человеку, которого встретил, грубо говоря, всего день назад... Хотя, может, все соулмейты испытывают нечто подобное по отношению друг к другу? Я даже как-то не задумывался насчёт подобного...»       Он продолжал рассуждать о подобных вещах до тех пор, пока дверца шкафчика не хлопнула, а Чуя не произнёс облегчённое «Ох, ну наконец-то! Вот она». От такого Осаму даже дёрнулся и начал пялиться в силуэт рыжика со слегка приоткрытым ртом. Чуя опустил на стол две дымящиеся чашки горячего какао. Он не привык его пить, предпочитал больше растворимый кофе, но иногда можно было и побаловать себя чашечкой сладкого напитка. Когда какао было в руках у шатена, он улыбнулся и сказал «Спасибо, Чуя-кун». Дальше Дазай снова погрузился в свои мысли, которые вроде были раставлены по местам, а вроде и сметены в кучу.       «Ладно... допустим, любовь с первого взгляда существует, но.. Чуя ведь парень. Я ничего против однополых отношений не имею, но я никогда не считал себя одним из этих»       Мысленно Осаму тяжко вздохнул и перевёл задумчивый взгляд в окно, хотя со стороны казалось, что он грустит. Он сделал небольшой глоток, а дальше молчал.       Накахара смотрел на Осаму, погружëнного в какие-то свои мысли. Чуя думал, как же он красив с этим задумавшимся, невидящим взглядом, устремлëнным куда-то в окно. Дазай был очень привлекателен в лучах восходящего солнца, пробивающегося лучами сквозь розовые облака. Его не хотелось отвлекать от размышлений.       «Нужно как-то выяснить у Чуи-куна его отношение ко мне.. Пока не знаю как, но я должен это сделать» — твёрдо решил для себя парень и тихо усмехнулся. Снова сделал глоток и теперь смотрел в окно, ухмыляясь.       По мнению Накахары, Дазай, такой нахмуренный и серьëзный, словно решающий сложное дифференциальное уравнение в уме, так противоречиво мило смотрелся, отпивая горячее какао из чашки аккуратными шумными глотками. Если бы Накахара умел рисовать, он бы запечатлел этот прекрасный вид и повесил картину у входа. Но единственное, что оставалось — просто запомнить и отпечатать этот момент в памяти.       «Интересно, почему он так мало о себе рассказывает? Неприятное прошлое? Ничего не происходит? Что-то, о чëм больно вспомнить? И о чëм он думает сейчас? Такой привлекательный... Что он прячет под бинтами? Как много вопросов и сколько на них нет ответов... А интересно, смог бы он меня простить и стать моим, если бы я убил его парня? Блять, Чуя, он не твоя собственность, слышишь?!»       — Кхм... О чëм задумался, Дазай? — осторожно спросил лисëнок, выводя друга из транса своим вопросом. — Всë в порядке?       Вопрос Чуи отвлёк Осаму от размышлений над планом по поимке ответа на свои вопросы. Взглянул на него и слабо улыбнулся, делая беззаботный вид.       — Да так, ни о чём. Не переживай.       Он запустил руку в копну мягких огненно-рыжих волос. От этого ощущения в руке стало приятно, и Дазай улыбнулся чуть шире. Сейчас единственное желание которое у него было — это наклониться к его светлой, яркой голове и зачем-то понюхать еë.. Да, нюхать, потому что Осаму был уверен, что волосы пахнут прекраснейшим образом. Слегка помассировав голову Чуи, Дазай убрал руку и сжал её в кулак. Сделал он это, чтобы сдержать себя и на наброситься на соула с ласками.

Ещë слишком рано...

      Когда Дазай забрался рукой в его рыжие, ещë не прочëсанные с ночи волосы, Накахара зажмурился от неожиданности, а потом начал подаваться ласке и ластиться головой к руке. Было невероятно приятно, так что когда Осаму убрал руку, стало как-то непривычно... Улыбка Дазая, такая лучезарная и, кажется, искренняя, поднимала настроение и... пульс...       — Всё действительно в порядке, не переживай, лис, — тихо усмехнулся Дазай со своей же недошутки и продолжил пить какао, разглядывая соулмейта.       — Хорошо... Лис?.. Хм, а мне нравится — улыбнулся Чуя, но в голове творилось другое. Хоть он и не мог видеть своего лица в этот момент, он абсолютно точно, достоверно знал, что его щëки покрылись румянцем.       «Как он меня, чëрт его дери, назвал?! Эээ.. Хм, а на самом деле звучит даже как-то мило... Было бы здорово, если бы он назвал меня так всегда...»       — Нравится? Тогда буду тебя так звать, — Осаму улыбнулся. — Слушай, раз мы соулы, то нам желательно узнать друг друга получше. Давай будем задавать вопросы и отвечать на них? Но если тебе не захочется отвечать на что-то слишком личное, то так и скажи, не заставляй себя, ладно? — Сказал он быстро и без запинок, будто долго готовился к этой речи.       Предложение Осаму узнать больше друг о друге показалось разумным и очень даже заманчивым, так что Чуя без капли сомнения согласился:       — Ладно, отличная идея. Тогда, чур, я начинаю! Хм... — рыжик задумался над вопросом и свëл тонкие рыжие бровки к переносице. — Чем ты занимаешься? — прозвучало как-то неопределëнно, поэтому Накахара поспешил уточнить: — Ну, в смысле... Где работаешь, если вообще работа есть?       Дазай немного отпил уже остывшее какао с характерным звуком и посмотрел в чашку, будто пытаясь там что-то рассмотреть.       — Работаю. — коротко и ясно ответил Дазай, не желая пока раскрывать себя, — А ты, работаешь?       С этими словами парень посмотрел соулмейту в глазки снова с некоторой нежностью во взгляде. Осторожно поглаживал большим пальцем кружку, хотя очень хотел гладить так руку Чуи.       Улыбка соулмейта так нравилась Чуе, от неë поднимался серотонин. И, кажется, допамин тоже.       По сути своей, существование соулмейтов было каким-то сбоем в системе. Ну или просто Накахара так думал. Ну ведь так не бывает, чтобы люди были буквально созданы друг для друга. Но так вышло. А с другой стороны, так проще жить. Никаких усилий, просто носи себе цепочку и всë. Всë уже решено. Раньше это казалось бредом, а сейчас перед рыжим сидел тот самый человек, которого ему послала сама судьба, он сидел и одним своим присутствием заставлял мурашки прыгать по спине и сносить всë на своëм пути...       Чуя улыбнулся в ответ. Ответ Осаму не вполне удовлетворил его, но... Что поделаешь, секреты на то и секреты.       — Я бы не называл это работой, но я состою в мелкой организации Овец. — Накахара немного задумался и отхлебнул какао, тëмные усики от пенки остались над губой. — Не то чтобы мы были преступниками, но у нас есть счëты с портовой мафией... Овцы как бы подчиняются мне, но на самом деле они знают, что только я могу их защитить. Меня это раздражает, но ведь не бросать же их, верно?       — Ох.. Вот как?.. Хех, понятно..       Опустил взгляд, улыбнулся, словно что-то задумал. Улыбку было видно хорошо, а вот глаза, что так и блестели слабым безумством не было видно, они были прикрыты чëлкой. Он взял какое-то печенье, что всё это время было на столе перед ним и откусил немного, обдумывая услышанное. В голове уже созревал план по захвату Чуи-куна. Дазай понимал, что забрать парнишку в Портовую Мафию будет достаточно сложно, но учитывая, что они соулмейты.. Всё должно пройти гладко. Или Осаму так лишь кажется? В любом случае, попытка не пытка.       — Хмм... Что вызывает у тебя страх, ну или холодок по коже? — этот вопрос действительно интересовал Накахару, потому что он уже несколько раз видел хладнокровность Дазая.       Осаму снова откусил немного печенья и только сейчас понял, что на него выжидающе смотрят. Поднял вопросительный взгляд на соула:       — Можешь повторить? Я задумался и не расслышал... — парень потëр шею и неловко посмеялся. Когда ему повторили вопрос он задумался над ним и когда пришёл к выводу, то утвердительно кивнул сам себе: — До вчерашнего дня я боялся не найти соулмейта, но у меня был план, на случай если бы я тебя не нашёл. Сейчас же я не особо понимаю чего боюсь больше всего, но могу сказать точно, я боюсь, что... — «Что ты меня бросишь, если узнаешь всю правду обо мне», пронеслось в голове Дазая, но этого он не сказал, а лишь не затормаживаясь ответил на вопрос Накахары. — Что проиграю своему злейшему врагу в решающем поединке. Это, наверное, пока главное.       Шатен рассматривал лицо Чуи и улыбался уголками губ, стараясь сохранять спокойный и невозмутимый вид, с чем почти блестяще справлялся.       Хотелось бы знать, что творится в голове этого удивительного, с головы до ног забинтованного (в этом Чуя почти уверен) человека, но, к величайшему сожалению, это было невозможно.       — Стой-стой... Ты сказал, план? На случай, если бы меня не нашëл?.. Ч-что это значит, я не понимаю... Какой план? — после нового вопроса рыжего снова хладнокровная маска накрыла лицо Осаму. Чуя не знал, что это маска, да и откуда ж ему знать?.. — Проиграть.. врагу? В поединке? Хм-м, я не понимаю... — рыжуля почесал затылок. — с этим связана твоя работа, я правильно понима... — Чуя осëкся, а звтем тихо, но достаточно слышно прошептал: — Осаму Дазай... Я где-то слышал это имя.       Тут Накахара поднял удивлëнные глаза на собеседника. Удивление в них смешалось с триумфом от догадки.       — А не работаешь ли ты в портовой мафии, Дазай Осаму?! Тот, кого боятся все мелкие преступные организации Йокогамы. Тот, чьи враги жалеют о том, что именно ты их враг. Тот, чьë имя у всех на слуху и то и дело появляется в газетах! Ты?! — лисëнок вскочил и навис над сидящим Дазаем и прокричал: — И ты этого мне не сказал?! И как долго ты собирался это скрывать?!!