Черный Ангел

*** Пока во дворце тихо паниковал наследный принц, в логове Эрухабена успел проснуться один несносный "ребенок". Но к большому счастью Александра, золотого дракона в это время не оказалось в логове. А-то он точно бы получил за свои "приключения" по пятой точке. Конечно же, Александр это тоже прекрасно понимал, поэтому почти сразу после пробуждения собрал свои "пожитки", оставив после себя коротенькую записку о том, что он в порядке, дабы старый дракон о нем сильно не волновался, ведь он скоро вернется. Александр понимал, что после такой записки Эрухабен станет еще более взвинчен и зол на него, но и не оставить эту записку он не мог. Белая Звезда его знает, что мог бы учудить взволнованный внезапным исчезновением своей человеческой игрушкой древний дракон. *** Как уже говорилось ранее, Александр давно заметил это странное пристрастие Эрухабена оберегать его и всячески украшать. Но, если честно, то он на самом деле списывал все это на кратковременную прихоть древнего дракона, желание развлечься. В своей прошлой жизни он не раз видел подобное отношение к людям. В кругах, в которых он водился, в силу своей работы, так относились к "игрушкам" богатеньких детей. Слава богу у Эрухабена все ограничивалось лишь украшательствами и преувеличенным собственническим поведением. Тем не менее, он всегда чувствовал, что для могучего дракона является лишь "питомцем", за которым интересно понаблюдать и какое-то время поухаживать, а после бросить, точно ненужную сломанную побрякушку, разбивая о пол. Как-никак, не стоит ждать искренней привязанности от дракона, тем более древнего, он не Кейл, той же ценностью и характером не обладает... Конечно же, услышь его мысли сам Эрухабен, то Саше бы предстоял очень долгий и нудный разговор на тему чувства собственной ценности и самооценки. Но его тут его не было, да и читать мысли за свои долгие века древний дракон не научился. Собрав, наконец-таки, все, что ему могло пригодиться в его следующем коротком путешествии, Александр напоследок окинул взглядом пещеру "своего хозяина", ставшую ему настоящим домом. —Как же мне хочется, чтобы это на самом деле было моим укрытием, жилищем, но, к сожалению, мне все равно придется покинуть это место, как только Эрухабену надоест его игра... —тихо сорвалось с его губ.