Отличник

Родители Вольтера постоянно разъезжали по командировкам, навещая сына только в праздники. Но они всегда находили время пообщаться с мальчиком, чувствуя вину за это. - Привет, солнышко! Как ты там? - Привет, мам! Как видишь, живой, у меня все хорошо. Вы там как с папой? Парень помахал в монитор. - Очень скучаем по тебе! Зои улыбнулась, подзывая рукой кого-то. - Я… тоже скучаю. Ну, главное, у вас все хорошо! В диапазон камеры вошел мужчина со светлыми волосами и слабой растительностью на лице. Он помахал в камеру, посылая сыну улыбку. Вольт тоже улыбнулся шире, увидев отца. - Ты там с голоду не помираешь? - Влад, что говоришь?! Зои шуточно пихнула мужа, осознавая, что тоже хотела задать этот вопрос, но в более мягкой форме. - Да все хорошо! Когда готовлю, когда в кафе с друзьями хожу. Теть Неля раз в неделю заходит проведать. Вольт посмотрел на небольшой календарик на компьютерном столе, а затем вернул взгляд обратно на родителей. - Хорошо! Блондинка поправила челку. - Видишь, какая Неля хорошая соседка? За сыном нашим присматривает. А ты все “Шлюха, Шлюха!”. - Так, если у нее в 27 лет мужей семь было! И вообще, не смей при мне хвалить другую женщину! Зои снова пихнула мужа. Владлен лишь посмеялся. - Мам, пап, я все еще здесь! Вольтер тоже немного хихикнул. Такие шуточные разборки всегда вызывали в нем теплые чувства. - Прости, солнышко! - Да, Вольт, не злись на маму. Лучше расскажи, как там дела у нашего отличника? - Дела… Замечательно дела! Учусь потихоньку. - Было бы замечательно, мы бы не тратили денег на репетитора. Хорошо еще, Джон – наш знакомый, и мы можем быть уверены в его профессионализме. Зои обняла мужа за руку. При упоминании учителя, Вольтер улыбнулся, вспоминая вчерашнюю почти-победу, как он считал. Джонатан Коллен начал преподавать английский в их школе 3 года назад. Когда в 16 лет Вольтер, наконец, встретил мужчину, о котором так положительно отзывались и мама, и папа, - что важно – он без памяти влюбился, как мальчишка. Ну, вообще, тогда Вольт действительно являлся мальчишкой! Все эти 3 года были наполнены попытками привлечь внимание, чтоб Джонатан перестал видеть в нем лишь ученика. Теперь, когда парню уже было 18 лет, все должно было получится. - Вольтер Майерс? Блондин строго позвал сына. - А? Да, прости, пап! Парень немного растерянно помахал в камеру. Когда Владлен называл сына полным именем, это обычно означало, что он накинул маску серьезности. - Правду нам говорил Джон, что в последнее время ты стал очень рассеянным. - Да это… Интернет тупит че-то! - Это ты тупишь че-то, сынок. - Влад! Зои снова пихнула мужа в бок. - Солнышко, обязательно позвоним еще! Нам нужно уже бежать! Любим тебя! - Будем на связи, и ты не теряйся. Любим! - Пока-пока, работники! Вольтер помахал в камеру и отключил звонок. Окно автоматически перебросило его на рабочий стол, где на обоях была общая фотография счастливой семьи Майерс. Светловолосый снова улыбнулся, потянувшись в кресле. Он радовался моментам, когда мог повидать родителей и поговорить с ними. Хотя они и постоянно работали, Вольт был уже достаточно взрослый, чтоб понять, что они работают ради него – своего любимого сына. Все эти поездки компенсировались радостными встречами и семейными праздниками. Плюс, на карту всегда приходили пополнения, чтоб материально парень тоже мог себя обеспечить одеждой и едой. Когда родители уезжали, в распоряжении подростка была их двухкомнатная квартира. Конечно же, шумные вечеринки были не очень интересны Вольтеру, – хотя того и не скажешь на первый взгляд – но ему в радость было иметь возможность пригласить друзей на ночевку, не мешая при этом никому. В 16 лет, когда парень набил свою первую татуировку на правой руке, родители приехали навестить его и отец похвалил его решение, с достоинством оценив этого небольшого котика. Зато Зои была в бешенстве: первые пару дней по приезду она ругала сына, но потом сама решилась пойти в тату-салон и набила себе знак бесконечности на ключице. Поддержав жену, Владлен поступил также. Теперь у них парные татуировки. Вольтер усмехнулся этому воспоминанию, поднялся с кресла и прилег на кровать. Взяв телефон с тумбочки, он быстро нашел в контактах номер Никона, своего лучшего друга. Никон был неформалом и именно он и подбил отличника на эксперименты с внешностью: обесцвечивание, пирсинг, тату. Красить ногти и одеваться подобным образом было уже решением Вольта. - Хей, привет, Ник! - Здоров! Ну как, закончил с предками говорить? Никон говорил чуть с прерывистым дыханием. - Да, только что отключились. Вольт положил нога на ногу. - Отлично, тогда выходи. Я у твоего подъезда. - Ты поэтому попросил, чтоб я перезвонил тебе? - Конечно. Вольт, давай не выпендривайся, поднимай свою жопу и спускайся! Вольтер ждал, что Никон позовет его в спортзал, но, в глубине души, все же надеялся остаться дома. Друг, не дожидаясь ответа, положил трубку. Вздохнув, Вольт все-таки поборол свою лень, и нехотя встав с кровати, вышел из комнаты.